Gentlemen

– Прочитаешь то, что написал? – спросил Спидвагон, показывая на листы бумаги. Штрорхайм залез на стол и попытался что-то стащить. Парень оттащил его, но мальчик уже крепко вцепился в какую-то каменную маску. Вырвав из рук ребёнка вещь, он посмотрел на затаившего дыхание Джонатана и аккуратно положил её на стол. – Я раньше не видел этой маски. Откуда она у тебя? – Это ацтекская маска. Дома нашёл, забрал с вещами, которые уцелели. – он устало вздохнул. – Отец хранил её в память о матери, не зная, насколько это важная археологическая находка. – парень посадил Штрорхайма на коленку. – О ней я и пишу. Джонатан читал о том, что жрецы в Америке верили, будто эта маска наделяет невероятной силой, если напитать её кровью. С ней связано много легенд. Ацтеки верили, что такие маски им подарили боги, боящиеся Солнца. Штрорхайм и Спидвагон с интересом слушали его. Соллоццо закинулся снотворным и травой и дрых на диване. Ребёнок начал засыпать, поэтому решено было продолжить в спальне. Роберт удивлялся тому, как быстро Джонатан смог найти столько информации про чёртовы маски и про их «создателей». Он дополнительно рассказал легенды про божеств, которые «даровали» маски. – ДжоДжо, это целая научная диссертация! – тихо восхитился Спидвагон, так как рядом с ним спал Штрорхайм. Всю ночь Джонатан стонал во сне, звал Дио, ворочался. Роберт не мог слышать то, как страдает его друг, постоянно будил его. ДжоДжо просыпался в холодном поту. На самом деле ему было очень стыдно, что он переживает расставание с Дио тяжелее, чем расставание с Эриной и смерть отца. Ещё парень не понимал, как его друг терпит его. У Спидвагона очень доброе сердце и много терпения, это сложно отрицать. Джонатан чувствовал себя неловко, ведь он заставляет нервничать Роберта. Спидвагон не спал, поэтому в шесть он направился на кухню, чтобы приготовить завтрак. Сил абсолютно не было. Он, поставив чайник на плиту, рухнул на стул и тяжело вздохнул. Роберт устал от всей этой беготни за Штрорхаймом, хотя он успел привязаться к малому. Как только чайник начал свистеть, Спидвагон поспешил его выключить, чтобы никто не проснулся. Кофе с сахаром немного взбодрил его. – Роберт, что ты тут делаешь? – тихо спросил Джонатан, протирая глаза. – Ты встал раньше, чем я. – Я приготовлю тебе и Соллоццо завтрак. Они сонно смотрели друг на друга. Взгляд у Спидвагона был уставший. «Заёбанный,» – говорил он, когда гляделся в зеркало, рассматривая мешки под глазами. Их разделяло совсем небольшое расстояние. Роберт приоткрыл рот, почему-то думая, что ДжоДжо поцелует его, но Джонатан стоял и смотрел в никуда. Потом Джостар качнулся и включил свет на кухне. Спидвагон зажмурился. – Что будешь есть? – спросил Роберт. – Почему ты обо мне так заботишься? – Джонатан уже долгое время не мог этого понять. Его друг встаёт так рано, чтобы сделать ему приятно. Спидвагон на мгновенье замер и робко вздохнул. – Потому, что ты… – он начал потеть. – ДжоДжо… – невозможно было дышать. – Я просто люблю тебя… – выдал наконец Спидвагон очень тихо, поникнув. – В смысле, ты мой друг, я вижу, что тебе сложно, я только хочу поддержать тебя… Мне всё равно заняться нечем. – Знай, я благодарен тебе за всё, что ты делаешь. – он осторожно поцеловал парня в щёку, тот непонимающе захлопал глазами и зарделся. Тут же Джонатан осознал, что сделал что-то не то. – Господи, прости пожалуйста! – Ничего. – Спидвагон потёр щёку и отошёл к окну. Джонатан и Соллоццо ушли, а Роберт остался дома. Честно, он не понимал, как у Штрорхайма может быть столько энергии. Этот малец оббегал всю квартиру вдоль и поперёк всего за двадцать минут, пока спросонья искал парня. При том, что он хромает. Спидвагон старался как можно дольше проводить осмотр, но время будто специально остановилось. Штрорхайм под конец начал ёрзать и просить его отпустить. Время завтракать. Он сделал им яичницу, которая чуть не сгорела, так как ребёнок слёзно просил достать старые пыльные мягкие игрушки со шкафа. Хоть он и почти слеп на один глаз, но смог углядеть. Роберт налил яблочный сок Штрорхайму, а сам взял пиво. Играть, не понимая правил, сложно. Особенно трудно, когда эти правила постоянно меняются. Они играли с теми пыльными игрушками, которые достал Спидвагон. Штрорхайму было весело, но вскоре ему надоело. Тогда Роберт решил, что пора прогуляться. Они ушли далеко от дома. Не гулять же им на Огр-стрит. Всё же он хотел, чтобы этот ребёнок рос в таких же условиях, как и все, но понимал, что не сможет оставить ребёнка у себя. Они пришли в какой-то сквер, где играли дети его возраста. Много молодых женщин сидело на скамейках. Они следили за своими детьми. Роберту было неловко находиться в такой компании. Он читал газету и изредка поглядывал на Штрорхайма. Спидвагон задумался не на долго о своём. Этого не стоило делать. Пришлось потом разнимать маленьких детей. Он потом долго ругал Штрорхайма за такое поведение. Когда пришли Соллоццо и Лиза Лиза, Спидвагон сбагрил им Штрорхайма. Это они притащили его к нему в дом, пускай хоть иногда что-то делают. Сам он пошёл готовить обед. ДжоДжо вскоре пришёл. Они вместе поехали к Цеппели. Уильям написал мелодию для гитары и сыграл её на акустике. Это было не в его стиле, хотя, когда все услышали её, то сразу представили солнечную Италию. Ноги сами пускались в пляс. Потом соло-гитарист признался, что это написала Эмма. Точнее, девушка сверлила его взглядом, пока остальные хвалили его. Также Цеппели объявил, что теперь является гражданином Великобритании. Уильям попросил ДжоДжо придумать слова к мелодии. Он даже дал кассету с записанным звуком. Спидвагон гнал по улицам города. «Машины созданы для того, чтобы быстро перемещаться на далёкие расстояния. – думал он, когда давил на педаль газа. – Так зачем ездить медленно?» Джонатан поначалу боялся такой скорости, но потом привык. Спидвагон ни разу не попадал в аварию. Единственный раз, когда Роберта подрезали на чёрном Бентли двадцатых годов, ДжоДжо услышал такие слова, которые ни разу в жизни не слышал. Он даже не особо понял, о чём говорит его друг, но он точно возмущался. Они приехали домой, когда все спали. Соллоццо и Штрорхайм заняли всю кровать. «Паршивцы,» – проворчал Спидвагон. Он включил проигрыватель и вставил кассету. Уж очень ему понравилось сочинение Эммы. Роберт забылся, танцуя. Цеппели и Эмма стоили друг друга. Их композиции заводили. Вдруг он споткнулся и чуть не упал, но ДжоДжо вовремя схватил его за руку и притянул к себе. Джонатан хотел было отпустить друга, но парень предложил потанцевать с ним. Быстрая музыка заставляла двигаться. Джостар не смог отказаться. Джонатан не представлял, как он бы справился без Спидвагона. Он утешал его, взял на себя все домашние дела. Роберт не давал ему скучать. С ним можно найти приключения, просто выйдя на улицу. Это не всегда радовало ДжоДжо, но придавало интереса жизни. С ним Джостар мог быть собой, за это ему ничего не будет. Могло казаться, что Спидвагон злой, жестокий, грубый, но на самом деле он был очень ласковый, внимательный и милый. Иногда парень думал, что влюбился в Роберта, но сразу отгонял такие мысли, считая, что просто хватается за возможный вариант. Он не хотел, чтобы его друг был лишь «возможным вариантом». Это, в первую очередь, очень хороший человек, который не заслуживает такого статуса. Они рухнули на диван. Джонатан навис над Спидвагоном, тот покраснел, закусил губу и отвёл взгляд. Тут же ДжоДжо встал с дивана, смутившись. Что с ним сегодня? Он так нагло пристаёт к своему другу, который кормит его, ухаживает за ним, даёт ему жить у себя. Это недопустимо. Аккуратно подвинув младших товарищей, Джонатан сказал Спидвагону лечь с ними. Парень не понял, почему Джостар решил так, но повиновался. После очередного концерта Цеппели объявил, что на выходных у него будет мальчишник. Оказывается, они расписываются с Эммой на будущей неделе. Все поздравляли его. Кто мог подумать, что этот вечно пьяный итальянец так скоро женится. Джонатан предложил выпить за это, но даже Уильям предложил сделать это на выходных. В последнее время ДжоДжо, который сетовал на то, что его друзья постоянно пьют, тоже начал много пить. Роберта это волновало. Видимо, Джонатан до сих пор не мог смириться с расставанием с Дио. Собираясь на мальчишник, Спидвагон разрешил Соллоццо пригласить Лизу Лизу домой к ним. Гарри сразу обрадовался и позвонил подруге сердца. – Ты точно разрешаешь нам остаться на ночёвку? – подросток не мог поверить своим ушам. – Да! – раздражённо выпалил Спидвагон, красясь. – Ты же понимаешь, что у нас с ней намечается тет-а-тет? – спросил Грейнджер. – Да, лишь она, ты и Штрорхайм. – парень злобно улыбнулся. – Чтобы жизнь малиной не казалась. На таких мероприятиях Спидвагон выглядел всегда необычно. Он любил быть самым ярким на вечеринках. Правда, потом весь макияж тёк, одежда рвалась в потасовках или мялась. Под конец мероприятия он выглядел как промокшая проститутка, но всем к тому времени было плевать, как кто выглядит. Несмотря на необычную одежду, она была удобной. Спидвагон ни за что не променял бы удобные ему джинсы на слишком узкие, но модные. Джонатан всегда одевался стильно, даже строго, но всегда чувствовал себя комфортно в одежде. Максимум, над чем он заморачивался, это причёска. Собравшись, они вышли из дома. По дороге к дому Цеппели они купили несколько бутылок дорогого виски. Дома у соло-гитариста собралось двенадцать человек. «Так много…» – подумал Джонатан. Спидвагон же считал по-другому. Даже в его маленькой, по сравнению с этим домом, квартире помещалось человек тридцать. Парни поприветствовали всех приятелей Цеппели. Многие были из его группы, Стрейтс и Даир, естественно, тоже были тут, но был ещё один парень. Внимание Роберта привлёк парень с длинными русыми волосами. Это был Джайро Цеппели – двоюродный брат Уильяма. Учился он в Америке на врача. Выглядел Джайро необычно, словно какой-то ковбой. Несмотря на то, что он учился на врача, выглядел он бодро и свежо. Парни разговорились, потягивая вино. Цеппели отличался от своего двоюродного брата. В нем было больше итальянского бурного темперамента. Также он придумывал смешные песни и каламбуры. У него тоже была группа, которая называлась Steel Ball Run, но он хотел бы как-нибудь переименовать её. Тогда Спидвагон попросил у него совета по поводу названия группы. Они долго рассуждали над этим. После к ним присоединился Джонатан. Когда Джостар назвал свою фамилию, Джайро поведал о том, что у него есть друг с такой же фамилией. Через некоторое время они снова остались одни. Джонатан показал Цеппели текст, который он написал на мелодию Эммы. Парни больше общались Даиром и Стрейтсом. После они нашли укромный уголок и начали плакаться друг другу. За всё это время у них было не очень много времени, которое они могли провести вместе. Им хотелось пообщаться, обсудить всё, что произошло за неделю. Постоянная занятость не давала им сделать это. С Уильямом Джонатан пересекался в университете, а Спидвагон не горел желанием с ним общаться, Стрейтс часто забирал Лизу Лизу, а друг с другом им почему-то не удавалось поговорить. Они не особо следили за тем, что происходит в доме. – Эй, а что там делают эти голубки? – сказал один из друзей Цеппели. – Пускай идут сюда! Все начали звать их в компанию. Уильям играл на гитаре, кто-то танцевал, остальные следили за неловкими и смешными движениями товарища. Потом другой парень пошёл показывать свои хореографические умения. Это было весело. Иногда они делали перерывы, так как у Уильяма уставали руки. В конце концов оставались только Джонатан и Спидвагон. ДжоДжо пригласил Роберта на танец. Зазвучала музыка. Это была та самая мелодия Эммы. Она была быстрая. Стуча каблуками, они пустились в пляс. Музыка становилась быстрее, остальные начали подбадривать танцоров, хлопая. ДжоДжо приобнял парня за талию, они быстро прошлись так по кругу. Спидвагон прокружился и снова дал руку партнёру. Как прекрасно они двигались! Эти движения были синхронны, будто они специально готовились. Два шага назад, два шага навстречу, два хлопка, они снова закружились. После такого выступления им начали одобряюще свистеть. После полуночи все начали расходиться. Остались только два Цеппели, Джонатан и Спидвагон. Джайро спал в столовой, его было очень трудно уложить, но Уильям каким-то образом смог это сделать. ДжоДжо улёгся на колени Роберта. Парень был очень смущён тем, что его друг выбрал именно это место для сна. Уильям и Спидвагон прижались друг к другу спинами и душевно болтали. До этого парень думал, что соло-гитарист его ненавидит, но это было неправдой. Уильям каким-то образом вспомнил то, как ему отогревали руку, и благодарил за это. Цеппели рассказывал, как любит Спидвагона, и что он хороший человек. Это немного смущало басиста, но слышать такие слова от товарища было приятно. – Спидвагон, может, в покер? – предложил Цеппели, хлеща из горла вино. – Только если ты поставишь свою шляпу. – почему-то ему хотелось смеяться. Он еле сдерживался, чтобы не захохотать. – Или ты боишься её прошляпить? Они начали храбриться перед друг другом, но потом им стало лень играть. Шляпа осталась при Цеппели. Спидвагон попросил остаться на ночь, тот был не против и кое-как поднялся в свою спальню. Как только наверху громко хлопнула дверь, Джонатан вздрогнул и проснулся. Сначала они просто смеялись по пустякам, ведь им было весело, но после что-то произошло. Спидвагон не очень понял, как от глупых шуток они перешли к тому, что ДжоДжо предложил секс. Роберт сначала хотел отказаться, но потом Джостар поцеловал его, поэтому он решил, что отказать будет невежливо. Еле дойдя до дивана, они снимали друг с друга рубашки. Они оба краснели, но остановиться уже не могли, действовали они будто по инерции. Спидвагон вскрикнул нечаянно, когда ДжоДжо начал двигать в нём пальцами, и закрыл руками рот. Роберт еле касался шеи друга губами, подрагивая иногда. Парень уложил Спидвагона на диван, тот обвил его талию своими ногами. Рыкнув, Джостар оставил засос на шее друга. На его глазах выступили слёзы, когда Джонатан вошёл в него. Ещё ни разу за свою жизнь он не принимал в себя такой большой член. – Роберт, всё в порядке? – слишком громко спросил ДжоДжо, продолжая аккуратно двигаться. – ДжоДжо, – на выдохе произнёс парень, закатывая глаза от удовольствия, – тише, ДжоДжо, мы можем разбудить Цеппели… Спидвагон поцеловал Джостара. Всё же сдерживаться было сложно, любовники тихо стонали. За всю свою жизнь Роберт ни разу так не смущался. Джонатан и представить не мог, насколько его друг хорош в сексе. Он выгибался, сжимал его плечи, сладко шептал его имя. Джостар начал уставать и сбавлять темп, тогда Спидвагон предложил сменить позу. Парень, насаживаясь на член друга, закусил губу и покраснел. Его ресницы дрожали, он тихо вздыхал. ДжоДжо очень удивился тому, как Роберт двигался, когда оседлал ДжоДжо. Всё же он очень смущался, смотря на партнёра сверху вниз. Джонатан вскоре кончил. Спидвагон упал на грудь ДжоДжо, тот приобнял его. Сил у них не осталось, поэтому они так и заснули. Если удаётся поспать столько, сколько хочется, то Спидвагон спит больше, чем можно. Но сегодня он поспал только два часа. То ли дело было в том, что он был не дома, то ли в волнении, но встал он часов в пять. События, произошедшие ранее, быстро промелькнули в голове. Роберта будто током прошибло. «У нас был секс...» – пронеслось в мыслях у него. В этот же момент парень понял, что ДжоДжо может стать плохо, поэтому решил приготовить всё необходимое. Они слишком часто были здесь, поэтому парень примерно знал, что где находится. Найдя таз, воду и салфетки, чтобы убрать последствия их действий. Спидвагон аккуратно вытер друга и перевернул на бок, чтобы он не захлебнулся своей рвотой. «Надо было сразу так сделать.» – уже потом подумал он. Одевшись, парень ждал пробуждения Джонатана. ДжоДжо, наверное, испытал самое жёсткое похмелье в своей жизни: в голове гудело, тело не слушалось, тошнило, в горле было сухо. Сейчас Спидвагон, помогающий ему, казался ангелом, сошедшим с Небес. Роберт, в свою очередь, испытывал жуткую боль в заднице, пояснице и ногах. – Роберт, пожалуйста, скажи, я вчера ничего не натворил? – просипел Джостар. – Только убавил запасы Усатого. – он отвёл взгляд. – Не переживай. Соллоццо хлопотал на кухне. За три месяца жизни с Джонатаном он научился готовить вкусные завтраки. Гарри решил сделать блинчики. Он был уверен, что Лизе Лизе и Штрорхайму понравится такой завтрак. Так как ДжоДжо и Спидвагон не пришли, он не стал готовить им, что не удивительно. Лиза Лиза тихо подошла к нему и обняла осторожно сзади. Поцеловав парня в щёку, она шепнула ему что-то приятное. Грейнджер очень любил свою девушку. Он хотел всегда видеть её улыбку, хотел, чтобы она всегда была счастлива. Каждый раз, вспоминая, как его мать и его самого били, он говорил себе, что никогда не посмеет ударить свою девушку, жену, ребёнка. Он почти никогда не дрался и со своими сверстниками. Гарри прочувствовал на себе, что такое насилие, поэтому пускал кулаки в дело он в самую последнюю очередь. Подростки поели сами и накормили Штрорхайма. Ребёнок, видимо, впервые пробовал блины. Надо было видеть, как он удивился необычному завтраку. После завтрака Соллоццо хотел подготовиться к тесту, который у него будет, но вскоре они с Элизабет уже рассматривали комиксы, которые она принесла. Это были старые комиксы Стрейтса. Подростки смеялись над необычными позами героев и их репликами. Лиза Лиза только сначала казалась холодной и неприступной, но теперь Гарри часто слышал её смех, видел её смущение. Парни вернулись в двенадцать. Они были голодны, это было понятно по тому, с какой скоростью Спидвагон направился к холодильнику, и как он разочаровался, когда увидел, что там ничего нет. Джонатан вызвался сходить за продуктами. Несмотря на протест Роберта, он вышел на улицу. Когда ДжоДжо вышел, Спидвагон опустился на пол, закрыв лицо руками. – Спидвагон, что с тобой? – Соллоццо присел на корточки рядом. – Вечеринка была то, что надо? – Ага… – прошептал парень. – Милая Лиза, можешь выйти? Я не хочу говорить это при тебе. – Элизабет наморщилась, но послушалась и вышла. – Мы переспали… – тихо сказал он так, будто сам в это не верит. Гарри рассмеялся. – Но он ничего не помнит… – подросток чуть не упал от такой новости, ещё сильнее рассмеявшись, хрюкая. – Соллоццо! – Как? – переведя дух, спросил Гарри. – Не спрашивай! – Спидвагон зарделся. – Тебя трахнул парень твоей мечты! Как ты так умудрился? Ладно, и как он тебе? Остались засосы? Нигде не болит? Он очень горяч? – он полез к Роберту и, убрав волосы с шеи, увидел синяк. – Стой, где Штрорхайм? – он оглядел комнату. – Он, кажется, в детской. – подросток неловко улыбнулся. – Ты серьёзно? – Роберту не нравилось то, что он услышал. Он встал и направился туда. – Кто, блять, пустил его туда без присмотра? Благо, всё обошлось рисунками на упаковках от виниловых пластинок. Лизе Лизе и Соллоццо всё равно попало за то, что они не смотрели за ребёнком должным образом, хотя сами его и притащили. Гарри это не понравилось, поэтому он начал ругаться с другом. Они редко цапались, но обычно это происходило из-за какой-нибудь незначительной херни. Такие скандалы заканчивались так же быстро, как и начинались. Они перед друг другом потом ещё долго извинялись. Всё же, стоило немного прибраться в этой комнате. Штрорхайм мог в любое время доставить неприятности не только Спидвагону, но и себе. Роберт решил устроить генеральную уборку во всей квартире. Соллоццо поручили готовку, Джонатан должен был присматривать за Штрорхаймом, пока парень разбирает свою старую комнату. Так не хотелось расставаться со старыми, навевающими воспоминания вещами. Джонатан решил зайти в комнату. Почти всё ненужное было собрано в мешки и коробки, Спидвагон сидел на коленях и рассматривал старые тетради, закрыв рот рукой. Он дрожал, на глазах блестели слёзы. Тетради по химии. Кроме скучных формул и определений там было ещё что-то особенное. На уроке химии он всегда сидел с одним из своих парней, с тем самым, который потом скинулся. В тетради Спидвагона почти ничего не было. Лишь темы урока и переписки. На уроках он переписывался с этим парнем. На последней странице в его тетради была самая длинная переписка: Скучно Ага, ещё тридцать пять минут После математика… Пойдём в столовую на перемене? Да, там и доделаю чёртовы примеры Дать списать? Нет, ты мне уже давал списывать английский, мне стыдно просить у тебя давать мне списывать Мне не сложно Я и сам доделаю, мне немного осталось Я просто хочу, чтобы ты хорошо закончил этот год Спасибо за заботу Я же тебя люблю Я тебя тоже Кстати, почему ты опять ничего не сделал? Друзья приходили, у меня вчера вечеринка была Хотел бы и я бывать на каждой твоей вечеринке, жаль, что родители не отпускают Там нет ничего интересного По крайней мере, там есть ты После математики что? Физика, английский и физ.культура Не пойду на последний урок Почему? Мы занимаемся там всякой хернёй, это даже разминкой не назовёшь Не сказал бы, с меня потом пот градом льётся Скажешь, что мне поплохело? Да Спасибо Что делаешь после уроков? Иду к другу Я хотел пригласить тебя на свидание Сегодня не получится Жаль Блин, дашь тетрадь по химии, мне нужно её переписать, слышал же, что сказала мисс Тейлор? У тебя большие проблемы, может, стоит перестать так переписываться? Не могу не переписываться с тобой, тем более, мне скучно Я плохо на тебя влияю Что ты! Наоборот, ты постоянно мне помогаешь! Так дашь тетрадь? Я завтра её верну Конечно, мне не хочется, чтобы у тебя были проблемы! Я отдам её на математике Слушай, ты завтра свободен? Думаю, смогу отпроситься у родителей Тогда я приглашаю тебя на свидание Но у тебя же нет денег У меня есть на такой случай заначка Тебе стоит идти на экономиста Нет, я уже решил, что пойду на дизайнера, но стану я рок-звездой Думаю, ты сможешь легко стать самым лучшим музыкантом в мире А ты кем хочешь стать? Я буду врачом Тебе не страшно? У тебя не самые крепкие нервы Верь в меня, тогда у меня точно всё получится Спидвагон вспомнил. Это был тот самый день, когда этот парень застукал его с другим. В тетради того парня были не только конспекты, но и нескладные стихи про любовь, которые Роберт открыл для себя только что. Возможно, этот человек был единственным, кто любил его по-настоящему. Глядя на эти неумелые попытки написать что-то приятное, у парня наворачивались слёзы. Невольно вспоминался образ доброго и немного робкого парня, который угощал его чаем в кафе у школы, давал списывать домашнее задание, смеялся над шутками одноклассников, переживал, когда Спидвагон приходил в синяках и ссадинах. Его любили учителя, с ним считались одноклассники. Когда они с друзьями пришли на кладбище, Роберт стоял поодаль от всех. Он понимал, что виноват в этом, и не мог подойти ближе то ли из-за страха, то ли из-за чувства вины. Надо было оторваться от этих стихов, но он не мог остановиться. Ещё долгое время он часто думал, как бы этот парень сдал экзамены, не передумал бы он идти на врача, как бы он учился в университете. Сейчас Спидвагон думал, как бы он отреагировал на то, что он не смог закончить учёбу. Он вчитывался в каждую букву, написанную парнем. Он писал печатными буквами. Такого понятного почерка он никогда больше не видел. Джонатан поставил Штрорхайма на ноги. Громко топая, мальчик подошёл к Спидвагону и начал что-то лепетать, а потом обнял его. ДжоДжо сел рядом и взял собачий ошейник, что был на полу. На ошейнике было имя собаки. Дэнни. Так странно видеть это имя. Он давно потерял своего пса, но всё равно, видя это имя, в нём просыпалась тоска. – У моего пса был такой же ошейник. – парень попытался отвлечь внимание друга. – Его тоже Дэнни звали. – Белый дог с чёрными пятнами? – отозвался Спидвагон, повернувшись. Джонатан был ошарашен, но кивнул. – Кажется, наши псы – это один и тот же пёс. Судьба поистине удивительна. Как так получилось? Почему собака ДжоДжо оказалась у Спидвагона? В жизни слишком много совпадений: Роберт был, оказывается, знаком с Цеппели, Даиром и Стрейтсом до того, как ДжоДжо их познакомил, именно Дио порезал ему лицо, он напал на ДжоДжо, который играет в группе. Спидвагону позвонили. Это были Марго и Эшли, они хотели прийти к нему в гости. Это никого не стесняло, поэтому он согласился. Он давно не видел своих подруг. Роберту хотелось узнать, как идут дела в университете. А пока что надо до конца убрать комнату. Было несколько вещей, с которыми он не хотел расставаться: тетради по химии, миска и ошейник, оставшиеся от Дэнни, револьвер, кассета, где записаны порно и «Крёстный отец», карандаши, которые ему когда-то подарили родители, шляпа с лезвиями. Эти вещи были очень значимы для него, но уже бесполезны. Джонатан уже вынес вещи, которые Спидвагон успел собрать. Когда он вошёл в комнату, он увидел, как Роберт в своей шляпе смотрится в зеркало. ДжоДжо встал сзади, тот вздрогнул. – Сложно расставаться с вещами, которые навевают воспоминания. – Спидвагон аккуратно снял шляпу. – Ты не оставишь даже эту шляпу и револьвер? – Они мне не нужны. – он бережно положил всё в коробку и долго смотрел на её содержимое. – Не стоит хранить всякий хлам. – Роберт отряхнул руки. – Это относится и к хламу в квартире, и к ненужным и горьким воспоминаниям в голове. – Но что-то сложно просто так выкинуть. – Джонатан посмотрел на коробку. – Может, лучше всё же убрать её куда-нибудь в укромное место? – Думаю, не стоит. После скромного, но вкусного ужина Спидвагон убрал виниловый проигрыватель на шкаф, кассетник убрал на окно к гитарам. Теперь комната выглядела так же, как и пять лет назад, только тут ещё стоял манекен и комбоусилитель. Он присел на освободившуюся кровать и осмотрел комнату. Пришлось ещё немного поработать, чтобы очистить её от пыли и грязи. Штрорхайм путался под ногами. Видимо, ему понравилась освободившаяся комната. На следующий день Джонатан сказал, что прогуляется с ребёнком, чтобы не мешать их посиделкам с девушками. В очередной раз Спидвагон убедился, что ДжоДжо – святой человек. Соллоццо с нетерпением ждал встречи с Марго. Эта девчонка только на первый взгляд была скромной. Этот образ она создала для родителей. На самом деле она была ещё той кутилой. Друзья Спидвагона были без ума от того, что она вытворяла в постели. Как-то раз она пошла разбираться с мужчиной, который не продал Соллоццо алкоголь. Сначала Спидвагон был против этого, но, узнав в мужчине того, кто не доплачивал сотрудникам, из-за чего некоторые его друзья голодали, он отправился с Марго громить магазин. Про Эшли он знал только то, что это девушка Марго. Девушки наконец пришли. Гарри прищурился, чтобы понять, кто из них кто. Увидев Марго, он побежал к ней, чтобы обнять. С Эшли он учтиво поздоровался. Гостьи прошли в гостиную, осматривая интерьер квартиры. Марго ещё ни разу не видела эту квартиру такой чистой. Спидвагон предложил им чай. Они согласились. Грейнджер всё рассматривал девушек. Сначала они показались ему слишком похожими, но потом он понял, что всё это из-за плохого зрения. На самом деле у них просто похожее телосложение и тёмно-русые волосы. – Соллоццо, как жизнь? – спросила Марго. – Всё нормально, девушку нашёл, с наркотиками завязал. – Ты точно тот Соллоццо, которого я знаю? – девушка рассмеялась. – Сколько я уже тебя не видела? Ты так вырос! – Да перестань ты! – он улыбнулся и отвёл взгляд. – Нет, не перестану! – она потрепала подростка по голове. – Ты больше не шебутной мальчишка! Ты вырос! Как учёба? – Как всегда… Ты же знаешь, лучше не бывает! Вижу, у тебя появилась девушка. Эшли, как вы познакомились? – Мы учимся в одной группе. – Эшли пожала плечами. – Сложно сказать, как это произошло, но мы влюбились друг в друга и не знали, как в этом признаться. – Я боялась осуждения. Единственный, кто мог меня бы понять, это Спидвагон. Он и посоветовал не бояться и даже пригласил Эшли погулять со мной. – Марго чуть-чуть смутилась. – Да, Спидвагон очень добрый. – Я бы даже сказала, что он джентльмен. – Эшли усмехнулась. – Ты бы знал, как он вёл себя в универе. Я даже и представить не могла, что он отъявленный бандит! – Отъявленный бандит – это не про него! – Гарри замахал руками. – Он был мудрым и рассудительным главарём! – А почему был? – спросила Эшли. – А это уже спросите у него. – ответил Соллоццо, услышав шаги с кухни. Спидвагон принёс чай. Сначала они почему-то начали говорить о музыке и начинающих музыкантах. Эшли заикнулась о том, что её знакомые узнали, что в апреле будет какое-то мероприятие, на котором соберётся много молодых рокеров, а ещё, что там будет много выпивки. Спидвагона привлекала идея оторваться и напиться, также он понимал, что это отличный способ познакомиться с классными людьми, поделиться своим опытом, перенять что-то у других. Всё же, он не мог поверить в это. – Это точно? – спросил Спидвагон. Всем своим видом он показывал, что его это заинтересовало. – Точно! – Эшли улыбалась. Сейчас она почему-то она напоминала парню лису. – Ларри, Салли и Тодд не будут врать! Только они говорили, что, скорее всего, туда можно будет попасть только по приглашению… – Это и неудивительно… – Марго скрестила руки на груди. – Иначе пришло бы слишком много народу. – Что ж, они смогут раздобыть эти приглашения? – почти заговорчески спросил парень. – Ага… – девушка кокетливо улыбнулась. – А они смогут найти приглашения для четырёх человек? – Знаешь, я могу тебя с ними познакомить. – Думаю, это было бы полезно. Не то, чтобы Спидвагон искал выгоду, он не любил использовать людей, но, раз выпадает шанс хорошо посидеть в компании таких же бедных музыкантов, выпить, познакомиться с новыми людьми, то почему бы и не познакомиться с друзьями Эшли? Разговор постепенно перетёк в сетования на то, что в университете стало скучно: никто не предлагает прогулять, никто не задирает учителей. Все стали слишком правильными, никто не предлагал смелых авантюр. Марго, правда, иногда задирала Алекса при всех, но после одного выговора от директора она прекратила так делать. Один день был похож на другой. Роберт говорил, что он сильно заматывается. У него много концертов, репетиций и домашних дел. В это время входная дверь открылась. ДжоДжо вёл за руку зарёванного ребёнка, обиженно поедавшего печенье. Спидвагон тут же подорвался с места. Джонатан виновато смотрел на него. Штрорхайм был весь грязный. – Прости, – он закусил губу, – я не помешал вам? – Нет, нет! У вас что-то случилось? – Ничего страшного не случилось. Просто Штрорхайм упал в лужу… – парень почесал затылок. – …С качелей… – И сильно плакал? – Спидвагон сел на корточки и посмотрел на обиженного мальчика. – Да… Я прошу прощения, надеюсь, что с ним всё хорошо. – Если он сразу начал реветь, то всё хорошо. Он даже не потерял сознание. – он вытер лицо Штрорхайма и улыбнулся. – Можешь переодеть его? Одежда на кровати в детской. – Да, хорошо. – он выдохнул. Джонатан боялся, что сделал что-то не то, но всё обошлось. – Тебе сделать чай? – Спасибо, не надо, – ДжоДжо улыбнулся. – Может, надо что-то приготовить? – Если тебе не трудно… Спидвагон продолжал смотреть вслед Джостару и глупо улыбаться, даже когда он скрылся за дверью. Джонатан часто заставлял его смущаться. ДжоДжо слишком волнуется за него, так парень считал, хотя любил такую заботу. Ещё никто так о нём не заботился. Он принимал Роберта, зная его недостатки. Ещё Спидвагон не мог выкинуть из головы то, что они делали у Цеппели дома. Прошлым утром всё тело болело, это точно не было каким-нибудь сном, хотя сначала ему показалось, что это он себе всё на придумывал. – Соллоццо, это же вроде тот самый вокалист группы, в которой играет Спидвагон? – шёпотом спросила Марго, не отводя взгляд от застывшего парня. – Ага, он самый. – Гарри тоже смотрел на парня, улыбаясь. – И они встречаются? – уточнила девушка. – Я наблюдаю эту мыльную оперу уже третий месяц, но до сих пор не понял, в каких они отношениях. – подросток пожал плечами. – Но они… Это самое… Спали… – Я поняла, поняла! Не говори ничего больше! Спидвагон направился к ним и продолжил непринуждённо беседовать. Ему очень нравилась компания девушек и Соллоццо, он любил слушать разговоры Гарри и Марго. Они, словно птицы весной, весело щебетали. Посмотрев на Эшли, парень увидел, как она жмётся к своей девушке и внимательно слушает их. Вдруг к Роберту подбежал Штрорхайм и, дёрнув его за рукав, предложил ему печенье. Взяв одно печенье, парень предложил раздать по одной штуке каждому. Ребёнок послушался. Он вёл себя не так, как обычно. Видимо, скромничал перед неизвестными ему людьми. Дамы умилялись поведению мальчика. Марго даже поинтересовалась, как Спидвагон нашёл его. Ещё она спросила, собирается ли парень оставить его у себя. Этот вопрос немного озадачил Роберта. Разум говорил, нет, кричал: «Нет, ты не потянешь! Беспризорники смогут о нём позаботиться!» Сердце же твердило обратное. Он хорошо помнил, в каком состоянии он нашёл Соллоццо, когда за ним присматривали его друзья, которые старше него. А как дети будут присматривать за маленьким ребёнком? Прошло три недели с тех пор, как Штрорхайм начал жить у него, но мальчик ещё не до конца восстановился. Он вспоминал своё детство. Первое воспоминание рисовало в голове очертания заброшенного дома и костёр в нём. Был холодный ноябрь, он был одет в лёгкое потрёпанное пальто и продрог. Ещё Спидвагон помнил, что в кармане у него было несколько монеток. Родители постоянно были на работе, он их почти никогда не видел. Роберт всё равно считал, что живёт лучше всех, ведь у него есть родители. Ему было года четыре. Он не хотел, чтобы Штрорхайм так же скитался по улицам. Сможет ли он стать достойным родителем, если возьмёт Штрорхайма под своё крыло? Соллоццо внимательно наблюдал за другом. Он тоже не хотел расставаться со Штрорхаймом. Да, с этим пацаном было много мороки, но он готов продолжать ухаживать за ним. Штрорхайм Грейнджеру напоминал его самого. Гарри помнил себя в то время, когда лучшим лакомством он считал хлеб с луком. Гарри было сложно наблюдать за тем, как Штрорхайм в первый день восхищался обычным супом, будто это самое вкусное блюдо в мире. Спидвагон посмотрел в его сторону, подросток отвернулся и закусил губу. Он прекрасно понимал, что не может просить о таком друга. Ночью, после непродолжительной истерики, Штрорхайма удалось уложить спать. ДжоДжо старался не двигаться, так как ребёнок заснул на нём. Поза была не самой удобной, но парню не хотелось снова укладывать его спать. Наконец Спидвагон тоже улёгся, закончив дела. Вопрос Марго до сих пор не выходил у него из головы. – Видимо, Штрорхайму понравилось проводить с тобой время. – Роберт положил руку под голову. – Это и неудивительно… – Джонатан улыбнулся и погладил ребёнка по спине. – Он тебе не доставил проблем сегодня? – парень смотрел на ДжоДжо, ему сложно было оторвать взгляд от друга. – Нет, с ним проблем не было, поверь. – шёпотом сказал он. – Знаешь, он мне даже нравится, несмотря на то, что с ним нелегко. Не хотелось бы с ним расставаться. – Я хотел бы оставить его, но боюсь… – он отвёл взгляд и замолчал. – Чего ты боишься? – Ну, я всего лишь парень… Штрорхайму нужен родитель, я боюсь, что не справлюсь с этой ролью… Я взял Соллоццо под своё крыло, потому что хотел просто помочь ему, не зная, как помогать… Хотя, может, я взял его только из-за того, что мне было скучно… Я точно не могу сказать… Ты видишь, что я никудышный родитель, я не смогу должно воспитать обычного пацанёнка… – Ты сможешь! – возразил Джонатан. – Знаешь, почему я восхищаюсь тобой? – Спидвагон непонимающе посмотрел на товарища. Благо, ДжоДжо не мог видеть, как он краснеет. – Потому что ты делаешь то, что многим не под силу! Ты жил… Нет… Выживал! У тебя много навыков, так что ты справишься со Штрорхаймом! Ещё ты прекрасно воспитал Гарри! Тем более, ты не один, ведь с тобой я и Гарри. – Т-ты? – парень начал заикаться. Он не думал, что ДжоДжо скажет такое. – П-почему? – Потому что мне хочется отплатить тебе за то, что ты дал мне кров, заботился обо мне… Есть ещё что-то, но я не могу объяснить что. Джонатану опять снился кошмар. Уже какую ночь он видел один и тот же сон. Дио всегда фигурировал там, как злодей. Дышать было тяжело, на глазах, вроде, были слёзы, но он точно не мог сказать. ДжоДжо проснулся в холодном поту. Он до сих был в постели, на нём до сих пор спал Штрорхайм, рядом лежал Спидвагон, его обнимал Гарри. Всё было как обычно, но после сна на душе было как всегда паршиво, будто всё случилось взаправду. Осторожно повернувшись на бок и переложив мальчика на кровать, он посмотрел на Роберта. Печально было думать, что вскоре придётся покинуть их. Он будет скучать по обществу Соллоццо, Штрорхайма и Спидвагона. Даже во сне лицо Роберта не казалось расслабленным. Он будто готов в любой момент проснуться и вскочить с кровати. Джостар провёл большим пальцем по шраму на щеке Роберта, тот даже не шелохнулся. Тогда ДжоДжо осторожно погладил его ключицу. После парень огладил его бок, нечаянно дотронувшись до рук Соллоццо. Гарри странно глядел на ДжоДжо, он смутился и решил убрать руку с талии товарища, но его остановил подросток, схватив его за запястье и положив его руку на бедро Спидвагона, а после ушёл, так как у него потекла кровь из носа. Джонатану стало неловко, он тут же отвернулся от друга. В этот миг он осознал, что посягнул на личное пространство и доверие Роберта. Перед тем, как уйти, Эшли сказала, что у её друзей будет концерт в одном клубе. Она дала адрес и рекомендовала прийти, если Спидвагон заинтересован в том, чтобы получать приглашения на всякие мероприятия, ведь его друзья часто могут помогать с таким. Спидвагон давно не был на концертах в качестве слушателя. Он долго приводил себя в порядок, чтобы выглядеть как всегда шикарно. Как только пришёл Соллоццо, Роберт вышел из квартиры. Купив ящик пива на сэкономленные деньги, он отправился в клуб. Он видел пару раз двух ребят из группы в университете. Они, кажется, были первокурсниками. Роберт просто надеялся, что они не помнят инцидента, связанного с ним. Группа называлась System Fault. В её состав входили гитарист – Салли Фишер, басист и вокалист – Ларри Джонсон и барабанщик – Тодд Моррисон. Тодда Спидвагон ещё ни разу не видел. Надо сказать, что выглядели парни эффектно. Самым запоминающимся был Салли: синие крашенные волосы, маска на лице – всё это приковывало взгляд к нему. Ларри, в отличие от Салли, был не хилым малым. Он достаточно высок. Даже со сцены можно было увидеть, насколько сильные у него руки. Макияж вокалиста понравился Спидвагону, но его причёска была слишком неухоженная. Тодда почти не было видно, но Роберт смог разглядеть его прекрасную рыжую шевелюру. В основном их слушали молодые юноши младше двадцати лет. Их песни были похожи на песни Black Sabbath, но музыка была тяжелее. Ларри не щадил своих голосовых связок и выкладывался на полную. Всё же Спидвагону больше нравились другие жанры. Ему доставляло удовольствие слушать поп-рок или софт-рок, хотя он любил и некоторые песни в жанре хард-рок. Эшли тоже была здесь. Она немного опоздала и еле смогла найти парня. После концерта Эшли и Роберт нашли музыкантов. Они были за клубом. Перед тем, как прийти к ним, Спидвагон не забыл принести пиво. Тодд что-то говорил, Ларри курил траву, а Салли сидел на бордюре. Увидев девушку, парни сразу же оказались возле неё. Они обнимали её, будто не виделись с ней вечность. Видимо, их связывало многое. Эшли представила Спидвагона друзьям. – Чел, то есть ты тот самый чувак, которого все чмырили, потому что ты мутил с преподом? – спросил Ларри с восторгом. Спидвагон кивнул и хотел было сказать правду, но парень его прервал. – Мы не осуждаем тебя, чел. Видно, история-то – пиздёшь! – Правда? – с надеждой спросил Роберт. – Ты слишком крут, чел! – тихо, но ободряюще произнёс Салли. – Ты не мог так поступить! Хотя фотки выглядят вполне реально… Прости, ты, наверное, не хочешь это обсуждать… – Ой, да всё нормально! – Спидвагон широко улыбнулся. – Будете пить? Они сидели за клубом до ночи. Эти ребята понравились Спидвагону. Да, они молоды и неразумны, но они добрые и целеустремлённые, это хорошо. Оказалось, что они учились с Эшли в одной школе и весело проводили время. Он многое узнал о них всего за один вечер. Надо сказать, что парням Спидвагон тоже понравился. Тем более, они ходили на концерты The Hamon, когда у них были деньги. – …И вот меня ведут в участок. – Ларри рассказывал, как попал в полицию. Тогда ему пришлось несладко. – Ой, каждый раз, когда меня задерживали, я оставался с одним хорошим стариком. – вспоминал Роберт, мечтательно улыбаясь и потягивая пиво. – Пиксис всегда следил за мной. Он часто обрабатывал травмы, которые я получал во время задержания. А ещё мы с ним душевно тёрли обо всякой херне… Помню, встречал свои шестнадцать лет в отделении за то, что перевернул вверх дном, так мы и познакомились. Он тогда долго проводил воспитательную беседу, а под утро, ворча, достал откуда-то конфеты. Добрый мужик, одним словом. Пока они выпивали, Джонатан и Соллоццо хлопотали по дому. Гарри примерно знал, где сейчас их друг, и что он делает, а вот ДжоДжо не представлял, что сейчас с парнем. Зная его, Джонатан очень волновался. У него было много предположений: от обычной внезапной посиделки с друзьями до возвращения к Алексу. Он спрашивал у Гарри, где Спидвагон, но тот только загадочно улыбался. Был уже поздний вечер, они уложили Штрорхайма спать, а сами сидели на кухне. – Гарри, просто скажи, где сейчас Роберт? – Джонатан уже не выдерживал, но старался держать себя в руках. – Тебе сложно что ли? – Ну, он в Лондоне. – он подошёл ближе. – Возможно он придёт в стельку пьяный. – томным голосом продолжал подросток. – Да и какое тебе дело? – он загадочно улыбнулся и потянулся к нему. – На что ты намекаешь? Гарри, не говори загадками! – Тише, пожалуйста… – Грейнджер сел к нему на колени и начал говорить шёпотом. – Ты же не хочешь, чтобы Руди проснулся? Лучше скажи, что ты делал ночью? – Соллоццо хихикнул. – Я надеюсь, ты не рассказал об этом Роберту? – Не рассказал, если тебе так спокойнее. – он ластился к ДжоДжо. – Так что ты делал? – Тебе это так важно? – ему не хотелось говорить об этом. – Помнишь, я тебе говорил, что Спидвагон дорог мне? – Джонатан кивнул. – Я просто хочу убедиться, что ему ничего не угрожает. Ты повёл себя некрасиво по отношению к нему. – Я знаю. – он вздохнул. – Мне очень стыдно за это… – Ты любишь его? – перебил его Соллоццо, выжидающе смотря ему в глаза. Джостар опешил от такого вопроса. – Он мой друг! – выпалил Джонатан, раскрасневшись. С самого начала он понял, что Соллоццо умеет вгонять людей в краску. – А ты слишком много об этом думаешь! – Да, я много думал о том, о чём думать не стоит, и решил, что ты достоин Спидвагона… – парень не ожидал такой наглости. – Просто скажи, хочешь ли ты с ним встречаться? – Гарри, – Джонатан положил ему руки на плечи и вздохнул, – Роберт – хороший человек и прекрасный друг, больше я ничего не могу сказать. – он говорил это совершенно серьёзно. – На данный момент я не хочу, чтобы он был моим парнем, да и он вряд ли этого захочет. – Мне кажется, что всё, что ты сказал – неправда! – возразил подросток. – Мне кажется, что вы любите друг друга, но не можете признаться в этом! Три месяца вы живёте вместе, спите в одной постели, поддерживаете друг друга… Господи! Да вы даже ебались! – Что? – недоумевал ДжоДжо. – Ну, да… – сказал он так, будто это обыденное дело. – После мальчишника у Цеппели он ходил сам не свой, а потом рассказал мне о том, что у вас произошло. Я даже след от засоса видел. – Гарри, – рассказ удивил парня, но он старался это не показывать, – это наше дело, понимаешь? Тебе не стоит думать об этом за нас. – Я просто знаю, что… – на секунду он замолк, не зная, говорить ли о чувствах Спидвагона. Гарри опустил голову, думая, что лучше сделать. В этот момент входная дверь открылась. Это был Спидвагон. Он был немного пьян. Громко объявив о своём пришествии, он повис на шее Джонатана. Парень ненадолго замер, сердце начало биться быстрее. Соллоццо не будет врать, но как так получилось? Он чувствовал себя виноватым перед Спидвагоном. Сказав, что Штрорхайм уже заснул, ДжоДжо попытался узнать, где был Роберт, тот лишь загадочно улыбнулся и сказал, что готовит сюрприз. Он принялся раздеваться. У Джонатана из головы не выходило то, что сказал Гарри. Соллоццо, как ни в чём ни бывало, лёг спать. Подросток расположился на кровати, на которой сейчас спал Штрорхайм. Так же, как и в самую первую ночь в этой квартире, Джонатан сдвинулся ближе к краю кровати, чтобы не мешать Спидвагону, только на этот раз Роберт хотел быть ближе к другу. Он уже успел привыкнуть к тому, что они почти всегда засыпали в обнимку. Парень прижался к ДжоДжо, выдохнув шумно. Он сильно смущался, делая это, но уже не мог без объятий. Он, конечно, сильный и независимый мужчина, но почему сильный и независимый мужчина не может иногда показать свою тонкую душевную натуру? Сердце Джостара остановилось на секунду, а потом начало стучать в два раза быстрее. Оно трепетало, будто птица, пойманная в клетку. В голове ещё были свежи воспоминания о том, как Дио так же его обнимал, так же ластился к нему. – Роберт… – хриплым голосом произнёс ДжоДжо, парень сразу же убрал руки. – Скажи, почему даже после произошедшего у Цеппели ты не выставил меня за дверь? – Спидвагон промычал что-то похожее на вопрос. – Гарри мне рассказал о том… – он сел на кровати, Спидвагон сделал так же, – что мы с тобой… Ну, ты понял… В общем, после расставания с Дио я сам не свой, а ты ведёшь себя как ни в чём ни бывало… Почему? – ДжоДжо, я готов повторить это для тебя ещё миллион раз! – сказал Роберт, схватив Джонатана за руки. Он смотрел на ДжоДжо то ли воодушевлённо, то ли влюблённо. – Ты мой очень хороший друг! Почему же мне не противно с тобой находиться? – на секунду он замолчал. «Потому что я влюблённый идиот! – думал он. – Я влюблённый идиот, который безответно влюблён в тебя, ДжоДжо! Я идиот, который наслаждается такими моментами!» Роберт продолжал смотреть в глаза другу, глупо улыбаться и держать его руки. – Я просто не вижу в этом ничего плохого. Было и было, всякое бывает… Если тебе совестно, то просто забудь! – он говорил это слишком радостно, с его лица не сходила глупая улыбка. Когда парень это понял, он тут же отвернулся, смутившись. – Не волнуйся обо мне, я тебя не осуждаю и прошу лишь об одном: если можешь, то веди себя как обычно, будто того случая и не было вовсе. – Ты точно не переживаешь? Ты точно не боишься меня? – Джонатан заглянул ему в глаза. – Я так истосковался по такой нежной ласке, что абсолютно не переживаю. – Спидвагон посмотрел на карманные часы на тумбочке. – Пора спать, тебе завтра на учёбу. Не думай ни о чём, всё хорошо. Не возражаешь, если я тебя обниму? Джонатан кивнул и лёг. Он всё ещё не понимал, почему Спидвагон не разочаровался в нём. «Может, он надеется, что скоро мой дом будет восстановлен, а ему осталось недолго меня терпеть?» – подумал ДжоДжо. Действительно, скоро в его доме можно будет жить, но возвращаться туда ему не хотелось. Дио рядом не будет, отец умер, он будет жить в этом доме в полном одиночестве. ДжоДжо хотел бы взять с собой Гарри, Роберта и Штрорхайма, но вряд ли они захотят с ним жить. Да и под каким предлогом он возьмёт их с собой? В эту ночь Джонатан особенно плохо спал. Каждый раз, когда он просыпался, он чувствовал, как Роберт тихо и ровно дышит. Он, видимо, был спокоен, в отличие от ДжоДжо. Соллоццо так и не пришёл к ним в эту ночь. Следующие две недели они почти не общались. Если же представлялся случай поговорить, то они разговаривали, испытывая некоторую неловкость. Даже Цеппели и Стрейтс заметили это и пытались выяснить, что произошло. Почему же им почти не удавалось поговорить? Спидвагон решил официально усыновить Штрорхайма. Это означало, что придётся попотеть ради этого. Тем более, о Штрорхайме известно только то, что сказали беспризорники. Соллоццо смог узнать только его полное имя. Всё же Роберт не забыл про то, что у Джонатана скоро будет день Рождения. ДжоДжо не говорил, когда у него день Рождения, но парень всё узнал. Четвёртого апреля ему исполнится двадцать лет. За несколько дней он купил небольшой подарок и смастерил подарочную упаковку. ДжоДжо пока что ничего не подозревал. Четвёртого апреля Джонатан как и в обычный день пошёл на учёбу, никому ничего не сказав. Он, видимо, не посчитал нужным говорить об этом. Роберт и Штрорхайм остались одни. Спидвагон готовил печенье, мальчик как всегда мешался, поэтому готовка заняла чуть больше времени. Всё чаще он задавался вопросом, как он из отъявленного бандита превратился в такого себе, но семьянина. Хотя его не прельщала быть мамочкой для Соллоццо и Штрорхайма, ему больше нравились мысли о том, что мальчики будут говорить о нём как о хорошем друге. За день до этого он позвонил Эрине и пригласил её в гости, девушка не отказалась. Остальные не смогут приехать. Всё готово. Спидвагон даже успел забрать Эрину до приезда ДжоДжо. Дожидаясь друга, они с Соллоццо пили чай. Когда Джонатан вошёл, первым его встретил Штрорхайм. Он успел украсть печенье, вручил его ДжоДжо. Спидвагон и Эрина поздравили его. Парень не ожидал такого, он обнял друзей. На кухне на столе он увидел приготовленный Робертом пирог. Видя, как Джонатан приятно удивился, Спидвагон улыбнулся. Джонатан приятно провёл время с друзьями. Самой приятным было слушать, как Роберт играет на гитаре и поёт, а все остальные подпевали душевным песням. Штрорхайм пытался петь громче всех, сидя на коленях у Джонатана. Эрина прижималась к ДжоДжо, Соллоццо сидел рядом со Спидвагоном на подоконнике и совсем тихо подпевал песням. Окно было открыто, наверняка люди на улице слышали, что происходит в квартире. Один прохожий поднял голову, улыбаясь. Это был Тату, он был рад за друга. Такой жизни он желал Спидвагону где-то в глубине души. Так могло продолжаться ещё долго, если бы Спидвагон не заметил, что у Эрины растрепалась причёска. Роберт попросил разрешения заплести её волосы. Она согласилась. Он аккуратно расчёсывал её волосы, сидя на спинке дивана. Джонатан всё не мог понять, как Спидвагон ещё не упал назад. Он любовался своими прекрасными друзьями. – А вы помните, как вы познакомились? – спросил Джонатан, сев по-турецки. – Эрина, я помню, как ты чуть не убила Роберта взглядом. А ты, Роберт, испугался сильно тогда… Не думал, что вы подружитесь. – Конечно мы подружились, ДжоДжо! – рассмеялась Эрина, пока Спидвагон перебирал её волосы. – Спидвагон умеет располагать к себе, с ним так же спокойно, как и с тобой! Просто сначала я подумала, что он какой-то проходимец, который хочет попросить денег на выпивку, прости уж, Спидвагон. – Ничего, – тихо ответил Роберт, смутившись, – это, наверное, из-за моего шрама… – Не бери в голову, Спидвагон, я склонна делать неправильные выводы, наверное. – девушка испугалась того, что задела чувства друга. Когда причёска была доделана, Эрина начала собираться домой. ДжоДжо вызвался довезти её до дома. Они вышли из квартиры, а Роберт и Гарри остались дома. Спидвагон уложил спать Штрорхайма, а Соллоццо мыл посуду. Вечер прошёл идеально. Судя по всему, Джонатану понравилось это чаепитие в честь его дня Рождения. Только главное не забыть подарить подарок. ДжоДжо вернулся и сразу начал готовиться ко сну, но Спидвагон всё же обратил на себя внимание. Он вручил красивую маленькую коробку другу. В ней было много ярких фенечек, а на дне лежал дорогой кулон. Джонатан удивился, но подарок ему понравился. Роберт выжидающе смотрел на него. ДжоДжо примерил подарки, а после спросил у Спидвагона, как на нём это смотрится. Что мог ответить Спидвагон? Он сказал, что ДжоДжо выглядит как всегда прекрасно. Парень обнял Спидвагона и поблагодарил его за такой чудесный день. Джонатан правда ценил то, что для него делает друг. Вдруг он осознал, почему ему не хочется уезжать из этой квартиры. Ему будет тяжко без поддержки Спидвагона, без его ласки, без его постоянной заботы. Он понял, что ему придётся жить без таких невинных объятий. Он понял, что любит этого парня так же, как любил Эрину и Дио.