Gentlemen

– Так мы летим в Америку? Все вместе? – Гарри всё ещё не мог поверить в то, что сказали ему ДжоДжо и Спидвагон. – Да, – Спидвагон уже устал повторять одно и то же, но был рад, что Гарри нравится новость. – Круть! – протянул парень. – И Лиза Лиза с нами? – И Лиза Лиза, и Эмма с Марио, и Джейн – все летят. – ответил Джонатан. – И мы будем кататься с вами по Америке? – спросил Гарри. – Нет, вы будете все жить в доме, который мы снимем, – Спидвагон выбирал себе рубашку. – Мы объедем Штаты и приедем к вам. – А вы и в Чикаго будете? – поинтересовался Гарри, ДжоДжо кивнул. – Ох-хо-хо-хо! Вы же знаете, что Чикаго – криминальный город? Это как Огр-стрит с высотками. – Гарри, давай не будем об этом? – попросил его Джонатан, мягко улыбнувшись. – А то я боюсь, что получится так же, как с Италией. – Да не накаркал я тогда! Просто Цеппели нагло врёт, что в этой стране нет никакой мафии! Это было на прошлой неделе. Пока парни собирались в Италию, Гарри всё говорил об итальянских мафиози. Он считал, что на каждом углу в Италии можно встретить представителя мафии. Такие выводы он сделал из-за того, что любил смотреть итальянские фильмы с участием Альфредо Леттьери. «Крёстный отец» оставался его любимой кинокартиной. После рассказов Гарри, ДжоДжо и Спидвагон были почти уверены в том, что Италия – это не только красивая архитектура и солнечные улочки, но и рассадник преступности. Цеппели уверял их в обратном. «Италия – самое спокойное место, которое я знаю, – утверждал он, – здесь нет ни суеты, ни холодности, ни подлости, только веселье, уют, эмоциональные люди и самое лучшее вино…» Сначала они были в Риме. Там они познакомились с семьёй Уильяма. Какой же огромный у тамошних Цеппелинов дом! Снаружи он такой светлый, украшенный различными элементами декора, а внутри всё было обставлено мебелью из тёмного дуба, а на полу были яркие ковры. Всё выглядело так богато, что Стрейтс и Спидвагон чувствовали себя немного неудобно. Им было непривычно находиться в таких дорогих хоромах. Отведя в нескольких городах концерты, Gentlemen поехали в Неаполь. Всем понравилось в этой стране: всё, как и говорил Уильям, ни недоброжелательности, ни подлости, ни преступности они не встретили, только живописная местность, солнце, вино и паста. Приехав в Неаполь, они как обычно решили прогуляться. Парни исследовали всё: и главные улицы, и закоулки. В одном из таких тёмных закоулков они наткнулись на каких-то преступников. Парни спокойно шли, когда на Цеппели и Спидвагона попало что-то мокрое. – Откуда тут вода? – недоумевал Спидвагон. – Разве вода может быть красной? – ответил Цеппели. – Это кровь! «Действительно, кровь, – подумал Роберт, – судя по всему, кто-то вскрыл кому-то артерию…» Все обернулись туда, откуда на Уильяма и Спидвагона попала кровь. Там стоял какой-то парень с окровавленным ножом и обмякшим телом в руках. Взгляд у парня был безумный, бегающий, он явно не мог сконцентрироваться. «Да он под спидами!» – отметил Спидвагон. Картина была страшная, но, судя по всему, в порезанном парне ещё теплилась жизнь, потому что неадекватный парень видимо испугался и каким-то образом пережал ему в нужном месте артерию. – Ебать… – произнёс Джонатан, увидев это. Он был не из робких, но на такое зрелище иначе нельзя отреагировать. Тут к неадекватному парню и к ним подошли какие-то мужчины в костюмах. Они взяли порезанного парня, кто-то его куда-то оттащил, стараясь сделать так, чтобы из него не текла кровь. Остальные говорили что-то на итальянском. Судя по всему, они угрожали парням. Спидвагон инстинктивно закрыл собой друзей от, видимо, главаря. Что поделать, старые привычки сложно забыть. Выражение его лица было грозным, он скалился. Он уже встречался с серьёзными бандами. Встречи, надо сказать, были не из приятных. Об этом напоминали шрамы. Кто-то хотел уже вытащить оружие. – Да подождите вы! – сказал Цеппели на итальянском. Друзья его не поняли, поэтому он продублировал фразу на английском. – Вот, Спидвагон, что ты думаешь, они сказали? – спросил он на английском. – Я не понимаю, что ты хотел им отвечать, что ты хочешь им предъявить. Дай мне с ними поговорить! – Ладно, – пробубнил Спидвагон. – Сеньоры! – сказал Цеппели. Дальше он говорил на итальянском. – Как говорят французы… – он отпил из бутылки вина, которую держал в руках. – Pou… – он задумался, вспоминая слово. Не то чтобы он знал французский, ему хотелось красиво начать диалог. – Пу… Да как же там… созвучно со словом «парламентёр»… Стрейтс, как будет «переговоры» по-французски? – Pourparlers? – Стрейтс никогда не представлял, что ему пригодиться знание французского. – Да, пупарли… В общем, переговоры! – сказал Цеппели. Он долго говорил с мафиози. Парни не поняли, как это произошло, но они разошлись мирно. Цеппели – гений переговоров, и это не обсуждалось. После того, как мужчины покинули их, Уильям лишь посетовал на то, что его белые штаны запачканы кровью. «Ничего, найдём перекись водорода и всё отстираем!» – приободрил его Спидвагон. Он хорошо знал, как отстирывать кровь. Всё остальное время они не встречали больше мафиози. Правда Гарри, когда услышал эту историю, всё больше начал верить в то, что в Италии везде мафиози. Не дай Бог они ещё и в Чикаго попадут в подобную заварушку! В день отлёта Гарри очень переживал. Он постоянно проверял, всё ли взял с собой, прятал чипсы, газировку, печенье, успокаивал итак спокойного ребёнка. Штрорхайм особо не переживал: он особо и не представлял, что будет происходить. Спидвагон и Джонатан всячески старались успокоить Гарри. «Не переживай, у нас всё под контролем, не в первый же раз летим,» – говорили они. «Вы-то не в первый, а мы в первый,» – думал подросток. Хайнца они оставили у Эшли. Гарри сделал из непослушного щенка воспитанного пса, поэтому Эшли и Марго согласились взять его к себе ненадолго. В аэропорте парни встретились с остальными членами группы и их родными. Стрейтс был весь красный. – Не зря мы так много гуляли! – сказал Цеппели. – Вы так посвежели! – Я сгорел к чертям! – раздражённо ответил Стрейтс, показывая на красную кожу. – Лучше бы я умирал от жары в отеле! – Всё было не так уж плохо, – Уильям улыбнулся. Штрорхайм восхищался самолётами, которые он видел. Его удивляла мощь того, что создал человек. Он знал, что перед тем, как была построена такая махина, построили кучу других аппаратов. «Всё это придумали люди, такие, как я…» – думал он, глядя на самолёт. Полёт человеческой мысли – вот чем он восхищался. С Гарри, как и ожидалось, было весело лететь. Почти весь полёт он травил анекдоты, заставлял всех играть в игры, загадывал загадки. Всё время перелёта пролетело очень быстро. Марио в начале полёта испугался и сильно расплакался, но Цеппели его достаточно быстро успокоил. Уильям был хорошим отцом. «Было бы замечательно, если бы он появлялся дома чаще,» – думала Эмма иногда, но она прекрасно понимала, что Цеппели итак проводит всё своё свободное время проводит дома. Зик летел с ними. «Дети,» – фыркал он, когда Штрорхайм восхищённо вскрикивал, или Марио опять хныкал. Ему не очень нравились маленькие дети. То ли дело было в шуме, то ли в боязни, что он будет таким же, как и его родители, но он ещё давно решил для себя, что не будет заводить детей. Его можно понять. Они прилетели во Флориду. Из аэропорта до съёмного дома они доехали на фургоне группы. Как только они сели в фургон, Гарри достал все свои припасы. Сначала ели только он, Лиза Лиза и Штрорхайм, но потом вкусности раздали всем. – Эй, мистер Йегер, – позвал его Гарри, – будете что-нибудь пить? – Пожалуй, да, – ответил Зик, – у тебя есть кока-кола? – Конечно есть! – он принялся доставать из сумки напиток и хмыкнул. – Если честно, я думал, что вы не пьёте стариковские напитки, как мои старики. – А почему вдруг кола – стариковский напиток? – удивился Зик. – Я пью колу, потому что в коле содержится меньше сахара, чем в пепси, а я хочу поберечь свои зубы. Поэтому из двух зол я выбираю меньшее. – Вот поэтому это и стариковский напиток! Зик и Гарри нашли общий язык. Сначала Йегеру казалось, что это просто глупый пацан, но потом он понял, что Грейнджер просто отдувается за проёбаное детство. Оказалось, что у них схожие музыкальные вкусы. Они оба любят софт-рок, но в то же время тащатся от нового жанра – панк-рока, понимая, что он очень дрянной. Гарри понравился Зик. Он хоть и серьёзный, но с ним интересно общаться. – Спидвагон, я спать хочу, – сказал Штрорхайм на середине дороги. – Тебе подушку дать? – ласково спросил Роберт, начиная искать что-нибудь мягкое. – Нет, – протянул ребёнок, уткнувшись в бок парня, – тут слишком светло! – Если тебе слишком светло, то можешь укрыться моей курткой, – ДжоДжо накрыл его джинсовкой. Стрейтс и Джейн молчали. Они не особо часто разговаривали друг с другом, но их это не напрягало. Вообще было не похоже, чтобы они друг с другом ладили: постоянно молчат, смотрят на друг друга странно. Но они очень дорожили друг другом. Лиза Лиза вполне уживалась с Джейн. Девушка не пилила её, не забирала у неё Стрейтса, иногда помогала советами. Да, с Джейн не так весело, как с Гарри, Стрейтсом или Спидвагоном, с которым Элизабет любила ходить по магазинам, но при этом она и не была сукой. С другими они оба любили поговорить, а иногда их даже было не заткнуть. Дом был просто огромен. Он был больше дома ДжоДжо, а дом Джонатана был внушительных размеров. То, что надо на, считай, четыре семьи. Он располагался недалеко от пляжа. На заднем дворе располагался бассейн. Подростки сразу поняли, что эти дни пройдут на славу. Может, они даже заведут новых друзей и смогут с ними развлечься. «Объявляю сезон ''Лето! Плавки! Рок-н-ролл!'' открытым!» – громко сказал Гарри, когда зашёл в дом, и раскупорил бутылку пепси. Джонатан аккуратно донёс завёрнутого в джинсовку Штрорхайма до его комнаты и оставил его там. Ещё несколько часов они провели в доме вместе, а потом музыканты, попрощавшись с родными, поехали покорять Америку. – Не думал, что здесь будет так жарко! – сказал потом Спидвагон, садясь в фургон. – Мне кажется, что моя кожанка слиплась с моей кожей! – Так ты её сними, пока она правда не слиплась с твоей кожей, – сказал Цеппели, снимая футболку, – да и вообще, снимайте верхнюю одежду! Зажаритесь же! Отведя несколько концертов во Флориде, Gentlemen проехали города Джорджии, Южной Каролины, Северной Каролины, Западной Каролины и Пенсильвании. Иногда им приходилось ночевать в фургоне, но было всё равно круто! Секс, наркотики и рок-н-ролл, только без секса и наркотиков. Они захаживали в бары, бывали в интересных местах, делали всё, что душе угодно. Это же Америка – тут можно всё! Конечно, они хорошо проводили время, но до скандалов не доходило. Они тихо-мирно отдыхали от концертов, чтобы к ним не было претензий. Тем более, это как-то не по-джентльменски устраивать переполох. Народу на концертах было много, это воодушевляло парней. Их песни любят, значит они делают всё правильно. Когда Gentlemen прибыли в штат Нью-Йорк, Уильям предложил расположиться у его родственника, когда они приедут в сам город. Никто не отказался, поэтому Зику сообщили, что бронировать номера в отеле не надо. В городе Нью-Йорк их оставили там, где они попросили. Парней встретил уже знакомый им всем двоюродный брат Уильяма – Джайро Цеппели. Он был в своей крутой шляпе. Джайро с Уильямом обнялись, поцеловались, приговаривая, как они рады встрече. – Отец говорил, что твой отец отказался от тебя, но не сказал причину. Что же ты такого натворил, Цезарь? – спросил Уильям. – Не называй меня так! Просто я спустил все деньги, которые отец мне давал на учёбу, на запись альбома. Он сказал, что ему не нужен сын, который променял дело нашей семьи на глупое увлечение. – Джайро поставил руки на пояс. – А потом сказал, что его старший сын с этого момента – Майкл. – Так в чём проблема? – недоумевал Уильям. – Мой отец же занимается археологией, а не медициной. Что за глупые правила, которым никто не следует? – Ты не понимаешь… Мой отец же старше твоего, а значит должен заниматься врачеванием. Так заведено в семье Цеппели: первенец должен посвятить себя медицине, а остальные дети, как и их дети, могут заниматься чем хотят. Тут к ним подъехала полиция, остановив разговор Цеппели. Из машины вышел светловолосый парень со шрамом. У него была ковбойская шляпа. До этого музыканты думали, что Джайро выглядит как ковбой, но, взглянув на этого парня, они поняли, что ошибались. Парень, вышедший из полицейской машины, выглядел, как какой-то ковбой, который сошёл с иллюстраций книжек про Дикий Запад. Джайро очень удивился, когда увидел его. – Вы арестованы за то, что не взяли Джонни Джостара с собой! – весело сказал парень, открывая заднюю дверь машины. – Тим? Что ты тут делаешь? – удивлённо спросил Джайро. – Ты же на службе! – Подвозит меня, – ответил блондинистый парень в голубой шапке, выходящий из машины. Он был на костылях, поэтому выходил долго. – Я пришёл на обед, а тут Джонни такой одинокий… Я спросил, где ты, а он ответил, что ты поехал забирать своих друзей… – объяснял Тим. – Я не просился ехать! – сказал Джонни. – Меня вывезли из дома! – Но ты был один-одинёшенек на втором этаже! Ты же и без травм с этой лестницы падаешь, а тут ещё и со сломанной ногой! – говорил Тим. – Ладно, не надо выяснять отношения! – сказал Джайро, придерживая Джонни. – Всё равно вас надо познакомить! – он улыбнулся. – Джентльмены, это Маутейн Тим – служитель закона и басист Steel Ball Run, а это Джонни Джостар – бывший жокей, который ходит в травм пункт чаще, чем домой, а ещё он играет на гитаре в нашей группе. Парни из Gentlemen представились и рассказали немного о себе. Их заинтересовало собравшееся трио. Они так необычно выглядели. «Ну а что ещё взять с американцев? – подумал Стрейтс. – Тут каждый второй так выглядит, наверное…» А вообще они были хорошими ребятами. – О, у тебя тоже есть шрам? – сказал Маутейн Тим Спидвагону. – Как ты его получил? Извини, если этот вопрос смутил тебя… – Нет-нет, всё в порядке! – Спидвагон мягко улыбнулся, дотронувшись до шрама на щеке. – Была неприятная история с одним хуем и собакой… В общем, в драке получил… А ты как? – Да уж, у тебя благородная история получения шрама… – Тим вздохнул. – У меня петарда в руке взорвалась… – Ничего, шрамы украшают мужчин! – приободрил его Спидвагон. Через некоторое время Маутейн Тим уехал, а остальные пошли исследовать город. Хотя, скорее, поплелись. Джонни очень медленно шёл, поэтому все шли в его темпе. Джайро и Джонни показывали интересные места в Нью-Йорке. Это были достопримечательности, о которых никто не знал: красивые дворики, крыши, куда можно забраться, кафе, где вкусно и недорого кормят. Спидвагон и Стрейтс поинтересовались, где Джонни и Джайро купили такую стойкую и пигментированную помаду. Тогда они отвели всех в хороший магазин косметики, где всегда закупались. Ближе к вечеру компания поехала на окраину города, где жили американские музыканты. Дом был небольшой, но уютный. Гостиная была обставлена скромно. На первом этаже располагалась гостиная, кухня, столовая и ванна. Все эти помещения были достаточно большими. На втором этаже располагались жилые комнаты. Было заметно, что здесь живут только постоянно четыре человека, а так, кто знает, сколько человек здесь бывает каждый день, так сказать, проездом? – Мы снимаем дом всей группой, – сказал Джайро, когда они вошли, – но гостевая у нас только одна. Кто-то может расположиться в гостиной или в комнате Тима, а если повезёт… – А ваши комнаты? – спросил Стрейтс. – А мы с Джонни живём в одной комнате! – ответил Джайро. Британцы посмотрели на него странно. Уловив вопросительный взгляд двоюродного брата, Цеппели усмехнулся. – Это не то, что вы подумали. К нам часто приезжают гости, поэтому мы теснимся в одной комнате, чтобы одна всегда оставалась гостевой! Джайро готовил на всех ужин, рассказывая что-то. Оба Цеппели, хоть они и выглядели по-разному, но по характеру были похожи. Только Уильям был не таким разговорчивым и импульсивным, как его брат, но если Уильяма пропрёт на диалог, то он будет не менее разговорчивым. Джайро готовил спагетти. Пока парни сидели на кухне, у всех потекли слюнки. Все сейчас думали, что лучше бы Джайро пошёл на повара, но только Уильям знал, что Джайро умеет делать лучше всего три вещи: делать блюда с макаронами, варить кофе и делать каламбуры, но это сейчас было неважно. Он не хотел разрушать образ, который создал Джайро для его друзей. – Джайро, есть что-нибудь, чем можно покормить Дэнни? – шёпотом спросил Джонни, наконец спустившись со второго этажа. На плече у него сидела белая домашняя крыса. – Да, Джонни, что-нибудь найдётся, – усмехнулся Цеппели, достав какую-то еду. Джонатан удивился, увидев такое необычное домашнее животное. Он начал расспрашивать Джонни об этой крысе. Джонни был рад рассказать о Дэнни. На самом деле об этом питомце знал только Джайро. У Джонни был один неприятный случай, связанный с мышью, которую он приручил в детстве. Отец её обнаружил и заставил утопить. Теперь Джостар боялся, что о Дэнни узнает кто-то из жильцов. – Роберт, пойдём прогуляемся, а то я вижу, что ты близок к тому, чтобы начать есть себя, – Джонатан взял его за руку, он согласился. – Долго не загуливайтесь: спагетти почти готовы! – крикнул им вдогонку Джайро. Они сидели на крыльце у дома и смотрели на пейзажи города вдалеке. На город опускались сумерки. Тишина, только где-то далеко слышен шум города. Спидвагон дотронулся до челюсти ДжоДжо и огладил её. Джонатан подался вперёд навстречу ласкам и замурлыкал. – Тебе стоит побриться, – заметил Спидвагон, улыбнувшись. – Мне, может быть, и всё равно, но слушатели не оценят такой неопрятности. – Да уж, я всё не находил время для этого, – Джонатан достал пачку сигарет и зажигалку. – Покурим? Когда Спидвагон кивнул, Джонатан протянул ему сигарету. Роберт прикурил от сигареты Джонатана. Это действие, уже ставшее традицией для них, имело особую магию, особую интимность. Это было словно поцелуй, но всё же значило немного другое. Никто не мог объяснить, что именно, но так всё и было. Этот жест был невиннее поцелуя, но горячее прикосновений. Выдохнув дым, Спидвагон поцеловал ДжоДжо. Как это было грязно и неприлично! Да и ещё этот запах сигарет… Если бы их кто-то увидел, то он не рассказал бы это прессе по одной простой причине: он не успел бы разглядеть в двух парнях рок-звёзд и проблевался бы. – Давно мы не были наедине, – сказал ДжоДжо, мягко улыбнувшись. – Согласен, – Роберт заправил прядь волос за ухо. – Интересно, как там дети? – Джонатан приобнял Спидвагона. – Надо бы им позвонить. – Надеюсь, с Руди ничего больше не случалось, а то Гарри говорил, что его один раз побил какой-то ребёнок на пляже. – Тяжёлая же у него судьба! – тяжело вздохнул ДжоДжо. Они так простояли ещё некоторое время. Всё время в туре у них почти что не было возможности уединиться, поэтому парни очень ценили время, проведённое на крыльце. Всё же они вскоре пошли есть спагетти, приготовленные Джайро. Посидеть в такой прекрасной компании тоже хорошо. Джайро, Стрейтс и Уильям заливались соловьями. Остальные их внимательно слушали. – Джонни, а как вы с Джайро познакомились? – спросил Стрейтс. – Это долгая история… – начал Джонни. Они с Джайро рассказывали наперебой о том, как познакомились. Джонни рассказал, как был хорошим жокеем, участвовал в скачках, как его обожали девчонки, но потом он сломал позвоночник. Отец выдворил его из дома, но до сих пор присылает деньги. С Джайро они познакомились в травм пункте, когда Цеппели был на стажировке, а Джонни в очередной раз получил травму. Потом они сдружились и основали группу. – Mio Dio, это очень интересная история! – сказал Уильям, когда открывалась дверь. – Кстати о Дио… – сказал Джайро. В гостиную вошли двое. Один из них был сутулящимся блондином в голубой кепке. Второй человек был с розовыми крашеными волосами. Было не особо понятно женоподобный ли это парень или мужеподобная женщина. – Это Хот Панц, и мы будем жить вместе, – сказал блондин, приобняв второго человека. – Я так и знал, что ты по парням! – усмехнулся Джайро. – Я девушка, – ответила Хот Панц. – Прошу прощения, – сказал Джайро. – Она будет жить со мной, – сказал блондин. – Кстати, это наши гости – Уильям, ДжоДжо, Спидвагон и Стрейтс. Знакомьтесь, это Диего Брандо – барабанщик. Для своих – Дио. Спидвагон очень мало смыслил в теории биологии. Он смотрел на этих уроках в окно или рисовал. Но одно он помнил. Почкование. Это когда от материнской особи отпочковывается дочерняя, которая сначала является маленькой копией материнской особи. Так вот, Диего был словно только отпочковавшаяся от британского Дио дочерняя особь. Он был очень низкого роста, даже ниже Спидвагона. Роберт впервые видел человека, который ростом меньше него. Да он ещё и сутулится! «Это ж можно смотреть на Дио сверху вниз! – промелькнуло в голове у Спидвагона, но он тут же оставил эту идею. – Нет! Это же совсем другой человек!» Взгляд у Диего был тяжёлый. Этот парень явно прожил нелёгкую жизнь. Таким взглядом жизнь наградила и британского Дио, и этого Дио, и Спидвагона. Отметками тяжёлой жизни служат не только шрамы, но и особый взгляд. Хоть у Тима и есть шрам на пол-лица, но его глаза весело сверкали. Надо сказать, что от Диего не несло помоями лжи, самодовольства и наглости. От него пахло тревогой, раздражительностью и надменностью, хоть эти запахи перебивал один из любимых запахов Спидвагона – запах целеустремлённости. «Дио он и в Африке Дио, но этот вроде не выходит за рамки человечности,» – подумал Роберт Хот Панц была выше Диего, но не было похоже, что это её смущает. Её глаза были холодны. Она, как и Диего, выглядела недружелюбно. От неё пахло печалью и страхом. «Бедная девушка,» – думал Спидвагон. Они оба были молчаливы. Они были сами себе на уме. Взяв себе спагетти, они расположились рядом с Джонни. Джостар скривил лицо. – Прошу прощения, но что между вами происходит? – спросил Стрейтс. Он уже видел подобное поведение. Так вели себя Дио и Спидвагон. – Ничего необычного, – высокомерно сказал Диего, – кстати, Джонни, сегодня я видел твою старую клячу. Она в таком же плохом состоянии, как и ты. – он улыбнулся, увидев, как Джонни скалится. – Не волнуйся, я о ней хорошо позаботился. О твоей бывшей лошади хочется заботиться, в отличие от тебя… – Дио! – протянул Джонни. – Ты нарываешься на драку! Ещё одно слово, и я тебя отметелю! – И что ты сделаешь? Расплачешься? – Так, перестаньте ругаться! – гаркнул Джайро. – Вы двое постоянно наводите суету! Заебали! Я же всё запишу! – Джайро! Скажи ему, чтобы он перестал меня задирать! – сказал Джонни. – Это не по правилам! – Правила этого блядского дома! Пункт четыре! Не задирать инвалидов! Джонни получил травму, над этим нельзя смеяться! Правила этого блядского дома! Пункт номер девять! Не угрожать кому-либо кулаками! Джонни, ты проебался по этому пункту! – Джайро вздохнул и успокоился. – Кажется, в следующем месяце кто-то из вас будет платить за еду! Даже Тим в этом месяце ведёт себя как паинька, по сравнению с вами. Джайро взял какой-то исписанный листок и написал на нём что-то. Диего и Джонни притихли. Потом Джайро объяснил, что на этом листке пишутся проёбы человека, обозначаемые палочками. Тот, у кого больше всего «палочек», весь месяц платит за еду. Но есть и второй листочек, где пишутся полезные деяния. Если, например, человек убрал весь дом, включая все комнаты своих друзей, то в этот лист напротив имени человека вписывается «палочка», соответственно одна «палочка» из списка проёбов уже не считается. Конечно, эту идею предложил Джайро. И этот хитрый чёрт никогда не оплачивал еду! Он постоянно готовил на всех еду, так что «палочек» за добрые дела у него было предостаточно. – Может, сходим в бар? – спросил Джонатан. – Зачем? – спросил Джайро. – У меня есть тайник, где хранится много выпивки на любой вкус! «Цеппели, наверное, все такие,» – улыбнулся Джонатан. Джайро достал бутылку дешёвого вина. Диего и Хот Панц ушли в свою комнату. Вскоре заявился Маутейн Тим в компании какой-то девушки. Через некоторое время было решено начать готовиться ко сну. Только вот парни попросили позвонить родным. Конечно же им разрешили, указав, где есть телефон. Решено было сначала дать поговорить с детьми ДжоДжо и Спидвагону. К телефону подошла Джейн. Она сказала, что Эмма пока что укладывала Марио спать, а остальные ещё не вернулись с пляжа, как что первым удостоенным чести поговорить был Стрейтс. Было смешно наблюдать за тем, как Джейн и Стрейтс говорят друг с другом, стараясь потянуть время. Потом пришли дети. Штрорхайм гордо рассказывал, как он совершил возмездие, а потом пошёл купаться и чуть не утонул. Слушая, как Штрорхайма откачивали, парни становились бледнее и бледнее. «А я даже не заплакал!» – в конце добавил мальчик. – Да всё не так плохо, парни, – пытался заверить их Гарри, – все же живы-здоровы… – Была бы возможность, я бы прямо сейчас приехал к вам! – сказал Джонатан, возмущаясь. – Не гробьте себя, пожалуйста! Мне страшно за вас! – Да не бойся! У нас всё под контролем! – сказала Лиза Лиза. – Просто надеюсь на это… – вздохнул Спидвагон. Пока Цеппели говорил с Эммой, Джайро инструктировал остальных. Пока парни шли по лестнице, они убедились, что с неё легко наебнуться. Гостевая комната была достаточно маленькой, в ней была всего одна небольшая кровать, но кто-то мог разлечься на полу, а кто-нибудь один – в гостиной. Решено было, чтобы никого не обделять, всем лечь на пол. Да и кровать казалось какой-то ненадёжной. Джайро принёс всё, чтобы гостям было как можно удобнее и пошёл заниматься своими делами. Жара... Нет, даже не так. Духота ебаная. Всё-таки июль, тем более, в Америке. А они спят все вместе, прижавшись друг к другу, потому что места мало. Чтобы не было так жарко, хотелось снять с себя кожу. «Может, окно откроем?» – предложил Джонатан. «Только если ты хочешь, чтобы нас искусали комары,» – ответил Стрейтс. Цеппели запутался в волосах Роберта. Когда по просьбе Уильяма Роберт убрал волосы, и в комнате воцарилась тишина, за стенками началась какая-то возня. Звукоизоляция была плохой, поэтому было слышно и разговоры Джайро и Джонни, и неприличные словечки, адресованные Маутейн Тимом его подружке. Боже, что они только не слышали! И то, как Джонни заходил к Тиму за верёвкой. «Ты же в курсе, что я могу сообщить, куда надо?» – спрашивал Тим, это было хорошо слышно всем. «Да это транквилизаторы! Их можно купить везде! Этим ты только подставишь Джайро и Диего!» – отвечал Джонни. «Да какие такие транквилизаторы надо колоть? И вообще, это моя верёвка для шибари!» – не унимался Тим. Диего и Хот Панц не было слышно. Больше всего раздражали громкие стоны из комнаты Тима. – Заебали, слишком громко! – сказал Стрейтс, стукнув по стене, которая разделяла их комнату и комнату Маутейн Тима. – Ебитесь тише, пожалуйста! – крикнул он в ответ на возмущения за стенкой. – Кто бы говорил, – усмехнулся Спидвагон, перевернувшись на живот. – Mio Dio, Спидвагон, ты занимаешь больше места, чем ДжоДжо, – сонно сказал Уильям, ложась на бок, – пожалуйста, не приближайся ко мне: я итак сейчас зажарюсь! Парни старались лечь как можно дальше друг от друга, чтобы было не так жарко. Спидвагон долго не мог заснуть. Засыпать в духоте очень плохо. Он слушал спокойное дыхание спящих друзей. Роберт положил руку на бок Джонатана. ДжоДжо сильно вспотел, поэтому его тело было прохладным. ДжоДжо обнял его за талию и притянул к себе. Спидвагону тут же стало ещё жарче, но он не хотел отстраняться. Он обдал горячим дыханием шею ДжоДжо, тот улыбнулся. – Тебе не жарко? – заботливо поинтересовался Джонатан. – Не-а, – ответил Роберт, – готов так проваляться целую вечность! – Я тоже, – Джонатан погладил его по голове, Спидвагон поцеловал его в щёку, тот немного смутился. – Ты уже успел побриться? – заметил Спидвагон. – Ага, – он потёрся щекой об его щёку, – а вот ты немного колешься… – Да уж, времени поухаживать за собой не особо много, – усмехнулся Спидвагон. – Да ладно, ты итак хороший, – Джонатан подвинулся к нему ещё ближе, Спидвагон положил руки на его зад, – Роберт… – ДжоДжо улыбнулся и дотронулся до щеки Спидвагона. – Прости, – Спидвагон положил руки на его талию и потёрся щекой об руку Джонатана, – у нас с тобой так долго не было близости… – Вот только вы не начинайте! – устало вздохнул Стрейтс. – Эти за стенкой только успокоились! – Да, если хотите поворковать, то выйдите куда-нибудь, – сказал Уильям, поёрзав. – Вы всё это время не спали? – удивился Спидвагон, покраснев. – Как в такую жару можно заснуть? – драматично выдал Стрейтс. Смущённые тем, что их друзья, оказывается, всё слышали, парни вышли. На лестнице они повстречали Джайро. Он шёл на кухню за едой. Он был такой сонный, что не сразу заметил их. Внизу было почему-то не так жарко. Парни сидели на диване и миловались, пока Джайро их не видел, чтобы не смущать его. Они не любили выставлять свои чувства напоказ, поэтому только сейчас решили уделить друг другу время. Когда Цеппели, сделав себе бутерброд, пошёл назад, ДжоДжо и Спидвагон упорно делали вид, что даже не притрагивались друг к другу несколько секунд назад. – Сидите? – спросил Джайро. – Ну, сидите дальше… Сейчас поем, а потом спать пойду… – А чего тебе до этого не спалось? Жарко? – спросил Спидвагон. – Нет, я бы прямо здесь бы и заснул… Так размаривает во время жары… Но я голодный, как волк, так что сделал себе этот вкусненький бутербродик… Когда Джайро ушёл, они продолжили ласкать друг друга, а после так и заснули на диване в гостиной. Проснулись парни от мерного стука костылей. Джонни пошёл готовить кофе. Через минут пять, когда приятный аромат кофе наполнил дом, вышел Диего и, скатившись с перил, оказался возле Джонни. Он спускался пиздец громко. На самом деле, Диего не создавал впечатление человека, который мог создать такой переполох. – Кофе готовишь? – спросил Диего, дотронувшись до плеч Джонни, который сидел на столе рядом с плитой, и принюхиваясь. – Да, точно, кофе… Я чую… – Ты уже с утра вмазался? – раздражённо спросил Джонни. – Может да, может нет… Кто знает? Дашь кофе? – Да, вот, бери, – Джонни отставил одну кружку, улыбнувшись. – Где? Где оно? – спросил Диего. Он сейчас был похож на пса, который выпрашивал кусочек лакомства. – Здесь, на столе, ты что, не видишь? – Джонни это забавляло. Почему-то когда Диего был «на приколе», плохо видел объекты, которые не двигались. – Джонни, прекрати над ним издеваться, – Диего улыбнулся, снял со стола Джонни и начал двигать кружку с кофе перед носом Диего. – Спасибо, – Брандо отпил из кружки. Ещё немного побыв дома у группы Steel Ball Run, они отправились на концерт, а после сразу же поехали в другой город. Проехавшись по городам Огайо, группа оказалась в Иллинойсе. Чикаго. Лишь бы то, что сказал Гарри, оказалось неправдой. Опасения и подтвердились, и не очень. Их никто не хотел убить, но наркоманов и шлюх было предостаточно даже на самых светлых улицах. Они познакомились с каким-то пацаном, сбежавшим из дома. Его звали Майкл Джексон, он говорил, что тоже музыкант. Стрейтс и Спидвагон кое-что припомнили: малец сначала выступал со своей группой, а не так давно ещё и выпустил сольный альбом. Парни хорошо провели с ним вечер, а потом уговорили его пойти домой. Объехав Америку, Gentlemen вернулись во Флориду. Сколько у них было приключений! Они даже успели познакомиться с некоторыми музыкантами. Сейчас парни отдыхали с родными. Концерты, фанаты, любимое дело – всё это, конечно, хорошо, но тишина и любимые люди, которые вдохновляют… С ними интересно, спокойно и приятно проводить время. Гарри радовался, что ДжоДжо и Спидвагон прибыли. Теперь они все вместе ходили на пляж, Гарри и Лиза Лиза хвастались перед друзьями тем, что живут с ними в одном доме. Штрорхайм был доволен тем, что его везде сопровождают ДжоДжо и Спидвагон. Правда, ему иногда не нравилось, что его ограничивают в действиях. Зато купаться с ними он очень любил. Это было весело. Особенно весело было, когда Спидвагон, убедившись, что Штрорхайм научился плавать, стал бросать его в воду. Дети обожали ходить с ними за мороженым. Жара невозможная, а они идут все вместе в магазин, чтобы охладиться. Штрорхайм, обычно, на середине дороги забирался на плечи Спидвагона и радовался тому, что теперь выше ДжоДжо. Гарри всех снабжал газировкой. За эту неделю, проведённую во Флориде, у всех остались только хорошие впечатления. Дальше группу ждёт только ещё больше впечатлений, вдохновлённых фанатов. Они станут ещё более известными музыкантами, но пока они только идут к этому!