Что скрывается под маской.

На дворе стояло солнечное летнее утро. Мальчик-Который-Выжил всё ещё спал в своей каморке под лестницей. Но сегодня был тот самый день, когда о спокойном пробуждении можно было и не мечтать. Крики тёти — Вставай! Просыпайся! Просыпайся, я говорю! — и барабанная дробь кулаками в дверь чулана заставили Гарри вздрогнуть и проснуться. Тётя продолжала барабанить в дверь. — Живо! — провизжала она. Гарри услышал её удаляющиеся шаги, а затем до него донесся звук плюхнувшейся на плиту сковородки. Гарри перевернулся на спину и мрачно посмотрел на паутину под потолком его тесного жилища. Тётя вернулась к его двери. — Ты что, ещё не встал? — настойчиво поинтересовалась она. — Почти, — уклончиво ответил Гарри. — Шевелись побыстрее, я хочу, чтобы ты присмотрел за беконом. И смотри, чтобы он не подгорел — сегодня день рождения Дадли, всё должно быть идеально! — Сегодня день рождения Дадли, всё должно быть идеально, — злобным шепотом передразнил Гарри тётю. Вслух же он сказал: — Я уже иду. Тётя вновь прошлепала на кухню и продолжила греметь сковородками. Гарри щёлкнул пальцами, и в каморке появился маленький светящийся шарик наподобие лампочки. — Так-то лучше, — пробормотал он, беря очки с самодельной полки. Наскоро одевшись, мальчик вылез из чулана, не забыв убрать висящий в воздухе шарик. Гарри пошёл на кухню. Весь стол был завален приготовленными для Дадли подарками. Похоже, что Дадли подарили новый компьютер, который тот так хотел, ещё один телевизор и гоночный велосипед — это не говоря обо всем прочем. Для Гарри оставалось загадкой, почему Дадли хотел гоночный велосипед, ведь кузен был очень толстым и ненавидел физические упражнения — хотя отлупить кого-нибудь он был совсем не против. Поначалу Дадли пытался использовать в роли груши Гарри, но... При первой же попытке Дадли и его дружков напасть на него, Гарри разозлился и нечаянно спалил волосы Дадли огненным потоком, неконтролируемо вырвавшимся из его рук. После этого Дадли и его компания стали побаиваться Гарри. Возможно, именно жизнь в тёмном чулане привела к тому, что Гарри выглядел меньше и слабее своих сверстников. К тому же, он казался ещё меньше и тоньше, чем был на самом деле, потому что ему приходилось донашивать старые вещи Дадли, а кузен был раза в четыре крупнее его, так что одежда висела на Гарри мешком. У Гарри было худое лицо, острые коленки, чёрные волосы и ярко-зеленые глаза. Он носил круглые очки, а на его лбу красовался шрам в виде молнии. Внешность обманчива, ибо все, кто видел Гарри, тут же начинали его жалеть и причитать о том, как же он, должно быть, одинок и несчастен. От этого мальчик только раздражался и показывал свой сильный, взрывной характер, скрывавшийся за внешней слабостью, бросая парочку едких фраз в ответ на причитания собеседников. Когда Гарри переворачивал подрумянившиеся ломтики бекона, в кухню вошел дядя Вернон. — Причешись! — рявкнул он вместо утреннего приветствия. Гарри злобно огрызнулся: — А то вы не знаете, дядя, что это не поможет. — Ну-ка замолчи! — взревел дядя, начиная злиться. В этот момент на кухне появились тётя и довольный Дадли. Началась стандартная процедура подсчитывания подарков на столе. Гарри поглядел на это с оттенком высокомерного презрения во взгляде, на его губах заиграла насмешливая ухмылка. В тот момент, когда эту самую ухмылку уже заметил дядя, собираясь сообщить маленькому наглецу что-нибудь особенно обидное, в открытое окно комнаты влетело две совы. Обе пролетели к столу напротив Поттера и протянули ему свои конверты. Остолбеневшие Дурсли молча смотрели, как Гарри отвязывает конверты. Когда совы улетели, Гарри улыбнулся и сказал родственникам: — А теперь, если моя миссия по жарке бекона на сегодня выполнена, позвольте мне прочитать мою корреспонденцию в своей комнате. Быстро пройдя мимо них, Гарри нырнул в каморку под лестницей. Закрывшись на замок изнутри, он распечатал первый конверт. Сердце его гулко стучало, ибо он уже знал, что это. Из конверта выпало письмо. Гарри мгновенно развернул его и погрузился в чтение: "Дорогой мистер Гарри Поттер! Спешу сообщить Вам, что Вы приняты на обучение в Школу Чародейства и Волшебства Хогвартс. В приложенных свитках Вы найдете информацию о том, какие вещи Вам необходимо приобрести для обучения на первом курсе. Во втором письме будет информация о том, кто, как и когда поможет Вам сделать все необходимые покупки и сопроводит Вас до платформы 9 и 3/4. С уважением, профессор Макгонагалл". Гарри нетерпеливо раскрыл второй конверт. Ещё одно письмо. Написанное другим почерком, за подписью Дамблдора. "Хм, директор решил написать Мальчику-Который-Выжил сам... Интересно", — подумал Поттер. Да-да, Гарри знает историю своей семьи. Дело в том, что однажды, разозлившись, тётя не сдержалась и высказала о "грязной, мерзкой ведьме-сестре и её таком же мерзком муженьке" всё, что думала. Не забыв, конечно же, пройтись по обстоятельствам их гибели от рук "сумасшедшего маньяка". Но вернёмся в каморку, в которой Гарри уже приступил к чтению второго письма: "Гарри! Решил лично написать тебе, думаю, я смогу лучше всех объяснить тебе, что к чему. Мир магии для тебя ещё нов и только начинает приоткрывать свои двери. Всё необходимое для школы тебе поможет закупить наш лесничий Хагрид. Он прибудет за тобой 31 августа в 12 часов утра. Пожалуйста, собери к этому моменту все свои вещи и покажи дяде с тётей это письмо. Хагрид объяснит тебе также, каким образом ты будешь добираться до Хогвартса и поможет снять деньги с твоего личного счета в банке магического мира "Гринготтс". Вот, пожалуй, всё самое основное, что я должен тебе сообщить на данный момент. Директор Хогвартса, Альбус Дамблдор". Поттер в смятении отложил оба письма. "Хагрид... Лесничий будет сопровождать меня", — с ужасом подумал мальчик, — "другого они для такого дела найти, конечно, не смогли.... Ну да ладно, как-нибудь переживу". В очередной раз раздался стук в дверь чулана: — Поттер! — орал дядя. — Выходи! Вздохнув, Поттер вылез из чулана, припрятав подальше письма.

***

Когда 31 августа в 12 часов утра входная дверь дома Дурслей слетела с петель от мощного удара, раздался пронзительный визг тёти Петуньи. Успевший собрать все свои вещи, Гарри остолбенело уставился на полувеликана, стоявшего посреди коридора. — Ну, это...— сказал полувеликан, — я Хагрид... Собирайся, Гарри. Пошли. — Я требую, чтобы вы немедленно покинули этот дом, сэр! — заявил вдруг вышедший из оцепенения дядя Вернон, — Вы взломали дверь и вторглись в чужие владения! — Да заткнись ты, Дурсль! — великан угрожающе посмотрел на Дурсля. Тот счёл, что связываться с этим огромным страшилищем себе дороже, и замолчал. — Дядя, это тот самый лесничий, о котором говорилось в письме, что я показывал вам на днях. — Угу, выметайтесь оба поскорее, — проворчал Вернон, с опаской глядя на Хагрида. Гарри взял подготовленный заранее чемодан и выволок его в коридор: — Я готов. — Тогда пойдём... Повернувшись к Дурслям, Гарри едко улыбнулся и сказал: — Скучать не буду, даже не надейтесь. Хлопнув за собой дверью, Гарри неожиданно для себя самого оказался посреди кишащего странными людьми переулка. Стоявший рядом с ним лесничий улыбался: — Директор Дамблдор объяснил мне, как зачаровать дверь так, чтобы она стала одноразовым порталом. Пока ты ходил за чемоданом, я заколдовывал дверь. Поттер кивнул, принимая к сведению сказанную лесником информацию. - Ну так... Чевось тебе надо то? - спросил Хагрид. Гарри вытащил листочек и прочитал: "ШКОЛА ЧАРОДЕЙСТВА И ВОЛШЕБСТВА «Хогвартс» Форма Студентам-первокурсникам требуется: Три простых рабочих мантии (черных). Одна простая остроконечная шляпа (черная) на каждый день. Одна пара защитных перчаток (из кожи дракона или аналогичного по свойствам материала). Один зимний плащ (черный, застежки серебряные). Пожалуйста, не забудьте, что на одежду должны быть нашиты бирки с именем и фамилией студента. Книги Каждому студенту полагается иметь следующие книги: «Курсическая книга заговоров и заклинаний» (первый курс). Миранда Гуссокл «История магии». Батильда Бэгшот «Теория магии». Адальберт Уоффлинг «Пособие по трансфигурации для начинающих». Эмерик Свитч «Тысяча магических растений и грибов». Филли-да-Спора «Магические отвары и зелья». Жиг Мышъякофф «Фантастические звери: места обитания». Ньют Саламандер «Темные силы: пособие по самозащите». Квентин Тримбл Также полагается иметь: 1 волшебную палочку, 1 котел (оловянный, стандартный размер № 2), 1 комплект стеклянных или хрустальных флаконов, 1 телескоп, 1 медные весы. Студенты также могут привезти с собой сову или кошку, или жабу. НАПОМИНАЕМ РОДИТЕЛЯМ, ЧТО ПЕРВОКУРСНИКАМ НЕ ПОЛОЖЕНО ИМЕТЬ СОБСТВЕННЫЕ МЕТЛЫ." — Ну что, надо бы купить тебе форму, — заметил Хагрид, кивнув в сторону магазина с вывеской «Мадам Малкин. Одежда на все случаи жизни». — Слушай, Гарри, ты… э-э… не против, если я заскочу в «Дырявый котел» и пропущу стаканчик? Гарри с некоторой долей отвращения покосился на лесничего: — Нет, я не против. — Только эта... Мы сейчас в банк зайдём, снимем тебе немножко деньжат, ладно? — Хорошо, Хагрид, — кивнул Поттер, начиная раздражаться из-за глупости лесничего. Мальчик и полувеликан зашли в снежно-белое здание, возвышающееся над маленькими лавочками. Перед потемневшими бронзовыми дверьми в алой с золотом ливрее стоял... — Хагрид, кто это? — тихо прошептал Поттер, лёгким кивком головы указывая на маленького человечка возле дверей банка. — Это гоблин, — тихо сказал Хагрид, пока они поднимались по белой мраморной лестнице. Гоблин был примерно на голову ниже Гарри. У него было смышленое смуглое лицо, острая бородка и, как заметил Гарри, очень длинные пальцы рук и ног. Он поклонился, пропуская их внутрь. Там предстали ещё одни двери, на сей раз серебряные, с выгравированными словами: Коль алчен ты, входящий в эту дверь, Хорошего не будет, верь-не верь. И если хочешь взять, чего не клал, Вовек не выйдешь из подземных зал. А вора мы предупредить хотим: Здесь не ищи, что не было твоим. Когда ж не внемлешь, то имей ввиду Обрящешь не богатство, но беду. — Надо быть полным психом, чтобы пытаться ограбить их, — сказал Хагрид. Пара гоблинов проводила их с поклоном сквозь серебряную дверь, и они вошли в просторный мраморный холл. Около сотни гоблинов сидело на высоких стульях за длинным прилавком. Они делали записи в конторских книгах, взвешивали монеты на бронзовых весах, изучали сквозь увеличительные стекла драгоценные камни. Из зала вело бессчетное количество дверей, однако гоблинов, провожавших людей туда и оттуда, было ещё больше. Хагрид и Гарри приблизились к прилавку. — Доброе утро, — сказал Хагрид свободному гоблину. — Мы того... Пришли взять денег из сейфа мистера Поттера. — У вас есть ключ, сэр? — Был где-то, — ответил Хагрид и начал опорожнять карманы прямо на стойку, насыпав при этом на счетную книгу гоблина пригоршню отсырелых собачьих галет. Гоблин брезгливо поморщился. Гарри, впрочем, тоже. Краем глаза мальчик заметил, что гоблин справа от них взвешивал кучу рубинов, похожих на пылающие каминные угли. — Вот он, — наконец, сказал Хагрид, вытащив крошечный золотой ключик. Гоблин пристально изучил его. — Как будто бы всё в порядке. — И ещё, вот у меня тута письмецо от профессора Дамблдора, — важно произнес Хагрид, вынимая его из бумажника. — Это по поводу Вы-Знаете-Чего в сейфе номер, э-э-э... Семьсот тринадцать, вот. Гоблин внимательно прочел письмо. — Очень хорошо, — сказал он, возвращая его Хагриду. — Я поручу кому-нибудь проводить вас к обоим сейфам. Крюкохват! Крюкохват оказался ещё одним гоблином. Хагрид рассовал все собачьи галеты по карманам, и они с Гарри последовали за Крюкохватом к одной из дверей. — Что это за Вы-Знаете-Что в сейфе семьсот тринадцать? — поинтересовался Гарри. — Не могу сказать, — загадочно произнес Хагрид. — Это того... Очень секретно, во. Хогвартские дела. Дамблдор мне доверяет. Если я проболтаюсь, он может меня это, того... уволить. Крюкохват пропустил их в дверь. Гарри, предполагавший снова увидеть мрамор, был удивлён. Они оказались в длинном каменном коридоре, освещённом факелами. Пол резко уходил вниз, а посередине были проложены узкие рельсы. Крюкохват свистнул — и к ним быстро подкатилась маленькая вагонетка. Они вскарабкались на неё (Хагрид — с некоторым усилием) и двинулись в путь. Сперва они проносились по множеству запутанных проходов. Гарри поначалу пытался запомнить путь: налево, направо, направо, налево, в средний из трёх, направо, налево... Но это было бесполезно. Тележка, похоже, сама знала дорогу, потому что Крюкохват не правил ею. Холодный воздух бил в лицо, но Гарри не закрывал глаз. Один раз он увидел мелькнувшую вспышку огня в конце одного из проходов и обернулся посмотреть, не дракон ли это, но было слишком поздно — они уже укатились вглубь и проезжали мимо подземного озера, где с пола и с потолка росли огромные сталактиты и сталагмиты. — Никогда не знал, — крикнул Гарри Хагриду сквозь шум тележки, — какая разница между сталактитом и сталагмитом? — У сталагмитов в середине "м", — ответил Хагрид. — И не задавай мне сейчас вопросов, меня и так тошнит. Он и вправду был зеленого цвета, а когда тележка, наконец, остановилась перед маленькой дверцей, Хагрид, выбравшись, привалился к стене, чтобы остановить дрожь в коленях. Крюкохват отпер дверцу. Оттуда вырвались клубы зеленого дыма, а когда они рассеялись, Гарри открыл рот от удивления. Внутри были россыпи золотых монет. Столбики серебра. Кучи маленьких медных кнатов. — Всё твое, — улыбнулся Хагрид. «Всё твое» — это было невероятно. Дурсли наверняка не знали об этих деньгах, иначе они отняли бы их у него, не успей он и глазом моргнуть. Сколько раз они жаловались, что Гарри им дорого обходится? А все это время глубоко под Лондоном хранилось принадлежащее ему сокровище. Хагрид помог Гарри нагрести денег в сумку. — Золотые — это галеоны, — объяснял он, — семнадцать серебряных сиклей на галеон, и двадцать девять кнатов в сикле, это очень просто. Я думаю, достаточно, этого тебе хватит на пару семестров, а остальное пусть хранится здесь, — он обернулся к Крюкохвату, — теперь сейф семьсот тринадцать, пожалуйста, и не могли бы мы ехать помедленней? — Только одна скорость, — ответил гоблин. Теперь они начали спускаться еще глубже, набирая скорость. Воздух становился холоднее, а они мчались, делая все новые повороты. Они проезжали подземную пропасть, и Гарри высунулся было посмотреть, что там, на темном дне, но Хагрид со стоном схватил его за шиворот и втащил обратно. У сейфа номер семьсот тринадцать не было замочной скважины. — Посторонитесь, — важно сказал Крюкохват. Он мягко поскреб дверь длинным пальцем, и она просто растворилась. — Если кто-нибудь, кроме гринготтских гоблинов, попробует это сделать — его просто затянет сквозь дверь внутрь, как в ловушку, — пояснил он. — И как часто вы проверяете, есть ли кто-нибудь внутри? — спросил Гарри. — Примерно раз в десять лет, — ответил Крюкохват с довольно ядовитой ухмылкой. "В этом суперсекретном сейфе должно находиться что-то действительно выдающееся", — думал Гарри, потянувшись вперед и ожидая увидеть по меньшей мере дивные драгоценности — но сперва ему показалось, что сейф пуст. Затем он увидел лежащий на полу невзрачный свёрток из грубой коричневой бумаги. Хагрид подобрал его и засунул глубоко под пальто. Гарри страшно хотелось узнать, что там внутри, но он предпочел не спрашивать. — Пошли в эту адскую таратайку, и не разговаривай со мной по пути, потому что мне лучше не открывать рта, — сказал Хагрид. После ещё одной безумной гонки на маленькой вагонетке они стояли снаружи Гринготса, щурясь от солнечного света. Теперь, с сумкой, полной денег, Гарри собирался купить себе всё самое лучшее, что только сможет найти. Хагрид покинул Гарри практически сразу после выхода из банка, отправившись, как он и говорил до похода в Гринготтс, пропустить стаканчик. Так что покупки Поттеру пришлось начинать делать самостоятельно. Зайдя в магазин мантий, Гарри тут же увидел спешащую к нему женщину. Вероятно, Мадам Малкин. Которая, кстати, оказалась приземистой улыбающейся волшебницей, одетой в розовато-лиловые одежды. — Едем учиться в Хогвартс? — спросила она прежде, чем Гарри успел объяснить ей цель своего визита. — Ты пришел по адресу: у меня тут как раз ещё один клиент тоже к школе готовится. В глубине магазина на высокой скамеечке стоял бледный мальчик с тонкими чертами лица, а вторая волшебница крутилась вокруг него, подгоняя по росту длинные чёрные одежды. Мадам Малкин поставила Гарри на соседнюю скамеечку. — Привет! — сказал мальчик. — Тоже в Хогвартс? — Да, — ответил Гарри. — Ты чистокровный? — совершенно неожиданно спросил мальчик. Гарри внутренне порадовался, что он уже знает о волшебном мире многое, благодаря рассказам миссис Фигг (соседки Дурслей, которая была сквибом), у которой он проводил большую часть свободного времени, выспрашивая все подробности о мире магии. — Ага. А ты? — Я тоже, — мальчик заметно повеселел, — а как ты относишься к магглорожденным? На секунду задумавшись, Гарри дёрнулся от отвращения: — Сильно отрицательно. Довольная ухмылка озарила лицо его собеседника. Он протянул ему руку: — Драко Малфой. — Гарри Поттер. Взгляд блондина окинул Поттера с ног до головы: — А ты совсем не такой, как я себе представлял, Гарри. — Люди часто делают из злодеев добряков, впрочем, равно как и наоборот. Намёк понят? — ухмылка расползлась по лицу Поттера. Драко ухмыльнулся в ответ: — Понят. Встретимся на платформе 9 и 3/4, друг. Завершив с покупкой мантии и расплатившись, Гарри вышел из магазина. Хагрид так и не вернулся, поэтому мальчик самостоятельно продолжил делать покупки. Последним (и самым волнительным) делом на день была покупка волшебной палочки. Гарри зашёл в магазин Олливандера. Помещение магазина было крошечным и абсолютно пустым, если не считать одного длинного тонконогого стула. — Добрый день, — послышался тихий голос. Гарри подскочил от неожиданности. Перед ним стоял пожилой человек. От его больших, почти бесцветных глаз исходило странное, прямо-таки лунное свечение, прорезавшее магазинный мрак. — Добрый день, — взяв себя в руки, сказал Поттер, — мне нужна волшебная палочка. — О да, — старичок покивал головой, — да, я так и думал, что скоро увижу вас, Гарри Поттер. — Это был не вопрос, а утверждение. — У вас глаза, как у вашей матери. Кажется, только вчера она была у меня, покупала свою первую палочку. Десять дюймов с четвертью, элегантная, гибкая, сделанная из ивы. Прекрасная палочка для волшебницы. Мистер Олливандер приблизился к Гарри почти вплотную. Гарри ужасно захотелось отвернуться или просто моргнуть. От взгляда этих серебристых глаз ему стало не по себе. — А вот твой отец предпочёл палочку из красного дерева. Одиннадцать дюймов. Тоже очень гибкая. Чуть более мощная, чем у твоей матери, и великолепно подходящая для превращений. Да, я сказал, что твой отец предпочел эту палочку, но это не совсем так. Разумеется, не волшебник выбирает палочку, а палочка волшебника. Мистер Олливандер стоял так близко к Гарри, что их носы почти соприкасались. Гарри даже видел свое отражение в затуманенных глазах старика. — А вот, куда… Мистер Олливандер вытянул длинный белый палец и коснулся шрама на лбу Гарри. — Мне неприятно об этом говорить, но именно я продал палочку, которая это сделала, — мягко произнес он, — тринадцать с половиной дюймов. Тис. Это была мощная палочка, очень мощная, и в плохих руках… Что ж, если бы я знал, что натворит эта палочка, я бы… Старик замолчал. — Может быть, начнем? — холодновато оторвал его от раздумий Гарри. — Да, да, конечно, — Олливандер живо кивнул ему. — Какой рукой вы берёте палочку? — Я правша, — отозвался Гарри. — Вытяните руку. Вот так. Старичок начал измерять правую руку Гарри. Сначала расстояние от плеча до пальцев, затем расстояние от запястья до локтя, затем от плеча до пола, от колена до подмышки, и еще зачем-то он измерил окружность головы. — Внутри каждой палочки находится мощная магическая субстанция, мистер Поттер, — пояснял старичок, проводя свои измерения, — это может быть шерсть единорога, перо из хвоста феникса или высушенное сердце дракона. Каждая палочка фирмы «Олливандер» индивидуальна, двух похожих не бывает, как не бывает двух абсолютно похожих единорогов, драконов или фениксов. И конечно, вы никогда не достигнете хороших результатов, если будете пользоваться чужой палочкой. Гарри внезапно осознал, что линейка сама его измеряет, а мистер Олливандер давно отошел к полкам и снимает с них одну коробочку за другой. — Достаточно, — сказал он, и линейка упала на пол. — Что ж, мистер Поттер, для начала попробуем эту. Бук и сердце дракона. Девять дюймов. Очень красивая и удобная. Возьмите её и взмахните. Гарри взял палочку в правую руку и, чувствуя себя полным дураком, немного помахал перед своим носом, но мистер Олливандер практически тут же вырвал её из его руки. — Эта не подходит, возьмём следующую. Клен и перо феникса. Семь дюймов. Очень хлесткая. Пробуйте. Гарри попробовал, хотя, едва он успел поднять палочку, как она оказалась в руках мистера Олливандера. — Нет-нет, берите эту — эбонит и шерсть единорога, восемь с половиной дюймов, очень пружинистая. Давайте-давайте, опробуйте её. Гарри пробовал. И снова пробовал. И ещё раз пробовал. Он никак не мог понять, чего ждет мистер Олливандер. Гора опробованных палочек, складываемых мистером Олливандером на стул, становилась всё выше и выше. Но мистера Олливандера это почему-то вовсе не утомляло, а наоборот — ужасно радовало. Чем больше коробочек он снимал с полок, тем счастливее выглядел. — А вы необычный клиент, мистер Поттер, не так ли? Не волнуйтесь, где-то здесь у меня лежит то, что вам нужно… А кстати… Действительно, почему бы и нет? Конечно, сочетание очень необычное — остролист и перо феникса, одиннадцать дюймов, очень гибкая, прекрасная палочка. Гарри взял палочку, которую протягивал ему мистер Олливандер. И внезапно пальцы его потеплели. Он поднял палочку над головой, со свистом опустил её вниз, разрезая пыльный воздух, и из палочки вырвались красные и золотые искры, яркие, как фейерверк, и их отсветы заплясали на стенах. — О, браво! Да, это действительно то, что надо, это просто прекрасно. Так, так, так… Очень любопытно… Чрезвычайно любопытно… Мистер Олливандер уложил палочку обратно в коробку и начал упаковывать её в коричневую бумагу, продолжая бормотать: — Любопытно… Очень любопытно… — Извините, — спросил Гарри, — что именно кажется вам любопытным? Мистер Олливандер уставился на Гарри своими выцветшими глазами. — Видите ли, мистер Поттер, я помню каждую палочку, которую продал. Все до единой. Внутри вашей палочки — перо феникса, я вам уже сказал. Так вот, обычно феникс отдает только одно перо из своего хвоста, но в вашем случае он отдал два. Поэтому мне представляется весьма любопытным, что эта палочка выбрала вас, потому что её сестра, которой досталось второе перо того феникса… Что ж, зачем от вас скрывать — её сестра оставила на вашем лбу этот шрам. Гарри передёрнул плечами, давая понять, что ему безразличен этот факт, однако старик продолжил говорить. — Да, тринадцать с половиной дюймов, тис. Странная вещь — судьба. Я ведь вам говорил, что палочка выбирает волшебника, а не наоборот? Так что, думаю, мы должны ждать от вас больших свершений, мистер Поттер. Тот-Чьё-Имя-Нельзя-Называть сотворил много великих дел — да, ужасных, но все же великих. Поттер заплатил за палочку, на прощание сказав Олливандеру: — Быть может, меня тоже ждут великие дела, сэр. Закрывая за собой стеклянную дверь магазина, Гарри успел увидеть задумчивое лицо Олливандера и холодно ухмыльнулся, поняв, что старик уловил смысл его слов.