Мотив такой простой

— Уманова, какой чёрт тебя дёрнул напиться? Завтра на работу! Ты вообще мозгами соображаешь? — вопил Тарасов на всю машину. — Ик. Нет. — Мосты уже развели... — несколько тише произнёс он. Слов не было. Даже самого глупого не приходило в голову. Да и к чему это здесь? — Тарасов, а я тебя люблю... — разрезала тишину Олеся. — Уманова, если ты не забыла, то Серёга ещё ходит по этой земле. — высказался Борис. — Нет... — Что нет? — Мы расстались с Мыциком... — Тебе надо проспаться. «Это бред её фантазий. Она давно не чувствовала заботы с мужской стороны. Ей просто нужен мужик.» — успокаивал себя Бизон. Всхлип. Ещё один. Олеся плакала. — Уманова, что, твою мать происходит!? — гаркнул Борис и дёрнулся в сторону девушки. Ума отпрянула и легонько стукнулась о дверь. Руль не дал находится в таком положении долгое время, поэтому водителю все же пришлось вернуться на своё место. Вскоре машина остановилась у обочины. Больше всего Бизон ненавидел слёзы. Когда представительница прекрасного пола плакала, становилось не по себе. Хотелось кричать. Он винил себя, потому что плакали при нём. А ведь даже мысли не было, что девушки ему доверяют и хотят доверять. — Давай я тебя отвезу к Сергею, вы там помиритесь, то да сё? — всем своим видом мужчина показывал, что уделять внимание девушке ему не нравится. Глаза Умановой расширились. Она вжалась в дверь и послышался стук зубов. Бизон увидел, как у неё дрожат колени. — Ч-что? — испуганно поинтересовался Борис — ... — ответа не было. — Ум, что такое? Всё хорошо? — он схватил её за плечи. — Он...Он... Бил меня... — шёпотом, путаясь в словах, призналась она. — А я любила его... Переступив через "стену", и прежде всего через себя, Тарасов обнял девушку. Лёгкий запах алкоголя. Волосы пахнут чем-то... Борис плохо понимал во всяких женских прибамбасах. Это мог быть шампунь или лак. В любом случае запах ему понравился. Хотелось чувствовать его почаще, может даже всю жизнь. «Нужно будет как-нибудь поинтересоваться у Олеси, что это за вещь такая. Вот куплю и буду нюхать как наркоман» — подумал Бизон и улыбнулся. А ведь он и не догадывался, что можно проще... Поняв, что Ума успокоилась, он отстранился. Опять тишина. Но уже с чувством выполненного долга. Мужчина выехал на дорогу. — Бить он меня начал ещё давно... Понабрал каких-то кредитов, долгов. Приходили коллекторы, тоже угрожали. — Ему? — Мне.

Скажи, зачем ты плачешь по тому Кто тебя тянул ко дну С кем могла ты утонуть

— А почему ты никому не говорила? — Я привыкла... В детдоме нельзя так...было. Теперь Тарасов начал восхищаться. Она сильная. Сильнее многих мужчин. — Олесь, это прошлое. Тебе нужно научиться жить по-другому. Ты очень сильная... Отпусти его. Ничего хорошего он тебе не дал. Забудь. — Борь, почему так? Я его любила.., а он... Имя. Она назвала его по имени... — Хочешь я тебе расскажу другую сторону? — Олеся кивнула. — Ты его не любила. Тебе нужен был он, как человек, если его можно так назвать... Раньше у тебя не было такого. Ты нашла Сергея. Только никто не знал, что он окажется таким зверем. Забудь. Он тебе не нужен.

Не надо быть мужчиной Уйти в другую жизнь Это как в другую комнату Только вот, надолго Надо быть сильной, его отпустить

Молчание. «Красивая она, всё таки» — пронеслось в голове Тарасова.

О, как же красива ты, когда грустишь

— Знаешь ты прав. Я его не любила. Он был надеждой, но надежда не оправдалась... Спасибо. Привычное молчание. Шум проезжающих мимо машин. Всё это имело какую-то свою загадочную ауру. — Стой. — нейтральным голосом сказала Ума. — Что? — Останови машину. — Зачем? — Останови, пожалуйста. Машина опять свернула на обочину. Он посмотрел на нее. Растрёпанные волосы, красные глаза, разбитая губа. В ответ, она изучающе смотрела на него. Очень хотелось, безумно хотелось... Она прижалась своими губами к его. Он не отвечал, но ей было не страшно.

Я совсем чуть-чуть выпила вчера Чтоб сказать тебе все, что не могла Чтобы ты довез сам меня домой А я рассказала, что ты мой

— Проспись. — Я трезвая. — она кашлянула. Стало понятно, что кашель мокрый. — Болеешь? — Тобой.

И как же тебя я отпущу Если лишь тобой одним дышу?