Орки не сёрфят

      Децимосу определённо не нравилось на Нагаре.       Неприемлемая влажность – на тридцать-тридцать пять процентов выше нормы. Магос как никогда волновался за аугметику и переживал, что не возвышен должным образом. Багровая мантия промокла от пота, и кое-где уже выступили солевые пятна. Из-за влаги могла появиться ржавчина, а в перспективе Децимос ждал коротких замыканий.       И как будто этого мало, но дождь шёл почти каждый день, а иногда и несколько раз на дню. И вроде бы не кислота, а самая обычная дождевая вода, но Децимосу казалось, что Нагара пожирает его.       Вторые сутки подошли к концу. Стоило отдохнуть: немного подсохнуть, перевести имплантаты в спящий режим и самому выспаться, но Децимос нашёл другое занятие.       Несмотря на вся тяготы и лишения, магос ещё ни разу не пожалел о том, что покинул родную кузню. Ему нравилось быть эксплоратором: путешествовать по разным мирам, видеть и изучать гораздо больше любого другого техножреца.       Вчера Децимос осматривал "Тропический Гром" – "Гибельный Клинок" уничтоженного бронетанкового полка. Магос прикасался не просто к танку, а к реликвии, настоящее имя которой – "Марс.704/9732.0080141.0" приводило его в восторг. Децимос забывал обо всём, молился, изучал устройство и взывал к Духу Машины этой благословенной Омниссией техники. Дух был осквернён чужаками и измучен ранами, но Децимос уверил его, что скоро этот кошмар закончится.       Сегодня ночью, после возведения укреплений, магос отправился к другому пленнику орков. Децимос подтянул полы мантии, чтобы не испачкать её ещё больше, и прошёл в сколоченную из дерева орочью мастерскую, которая намедни пострадала из-за пожара. Внутри, среди грязи, подпалённых оглоблей, грубых инструментов чужаков-еретехов, магос разглядел демонтированные гатлинг-пушку "Мститель" и цепной меч "Жнец" у ног изувеченного металлического исполина.       Децимос повесил мантию сохнуть. Без одежды он мог напугать кого угодно, особенно ночью во время мерзкого холодного дождя. Бледная кожа с пунцовыми пятнами воспалений там, где плоть переходила в металл. Спутанные седые нечесаные волосы на голове, где вместо ушей – выпуклые сетки динамиков, вместо глаз – раскалённые драгоценные камни оптических имплантатов в пустых глазницах, вместо носа и рта – маска респиратора. Чахлая грудь с выпирающими рёбрами, узкие плечи и тоненькие ручки до локтей – вот и всё, что осталось от человека. Плоть, больше похожая на воск, казалась липкой, разлагающейся от капель воды, срывающихся с полуобвалившейся крыши, а металлические протезы только подчёркивали сходство техножреца со скелетом.       Перед тем как снова заняться любимым делом Децимос ещё раз поглядел на павшего рыцаря.       "От маски почти ничего не осталось. Крупный калибр. "Гибельный клинок"? – промчались мысли. – Грубо вырезанный люк к Трону Механикус – Омниссия, запомни мученика-пилота этих прекрасных доспехов – множество пробоин и вмятин. Отказ щита?"       Магос обошёл рыцаря, хлюпая по лужам. Обыкновенно Децимос не носил обувь, но на Нагаре он быстро раздобыл себе подходящую пару сапог.       "Да, так и есть", – вздохнул Децимос, глядя на почерневший генератор ионного щита, освобождённый орками от кожуха.       Магос подошёл ближе и прикоснулся к покрытой гарью обшивке подбитой машины.       "Как же ты страдал, Дух. Прошу, потерпи ещё немного".       Магос вздохнул и приступил к работе. Сначала решил проверить, цел ли "Мститель". Децимос вывернул левую руку наизнанку – из протеза вывалились несколько десятков шлейфов с проводами и разными разъёмами. Магос подключил один из них к блоку диагностики гатлинг-пушки. Он уже приготовился побороться с защитными системами, как вдруг вошёл без какого-либо труда.       Откровение Бога-Машины упала на голову магоса, как кузнечный молот.       Дух не боролся с Децимосом не потому что умер или был задавлен волей чужаков. Дух знал Децимоса. Рыцарь перед магосом назывался "Песнью Войны" и принадлежал одному из бывших членов Classis Libera.