Орки не сёрфят

      Освальд шёл по следам "Одинокого Короля" и "Несущего Боль". Когда катачанцы поставили жирную точку в битве, рыцари решили довершить разгром. Вольные Клинки покинули капсулы, в спешке развёрнутые для их спасения, и преследовали чужаков, пока не перебили их всех.       По крайней мере, Гарольд выразился именно так. Однако Шай – новой главнокомандующей силами наёмников – этих слов было недостаточно.       Доверяй, но проверяй.       Разведчики-Астартес выдвинулись в выжженные джунгли.       На этот раз компанию Освальду составил Авраам – напарники и того и другого отправились на "Неустрашимый", чтобы пройти процедуру аугментации – орочье оружие оставляло страшные раны, если не убивало на месте.       Авраам, первый номер, стрелок, нёс снайперскую винтовку, а Освальд, прикрытие, держал верного "Убийцу Миротворцев". В лёгком обмундировании и камуфляжных плащах десантники пробирались вдоль реки по воронкам, мимо поваленных деревьев и подбитой военной техники. Эти остовы уже успели покрыться пеплом, для них война закончилась ещё до появления Classis Libera. Однако через пять минут десантники должны были добраться до поля боя наёмников и орков, где ещё чадила техника и не до конца догорел горканафт.       Авраам вскинул ладонь. Он припал на колено и осмотрел окрестности через прицел. Освальд не расслышал ничего, кроме плеска воды на порогах реки – после всех сумасшедших событий Ниа пострадала меньше всего – но Освальд доверял Аврааму. Всё-таки Авраам ходил на разведку гораздо чаще других Астартес компании.       Ходил чаще других, обладал большим опытом, но почему-то в следующий миг нарушил первое правило любого лазутчика. Авраам проговорил громко:       – С ума сойти! Ты только глянь!       Освальд перехватил винтовку и разглядел через прицел, как в паре километров впереди с поля боя бредёт призрак: невысокий коренастый мужчина весь в пепле, лохмотьях, тёмных потёках крови. Одной рукой он держался за живот, с трудом подволакивал правую ногу. Призрак потерял сапог и, наверное, изрезал стопу об осколки. Ещё призрак потерял силовой двуручный меч, пробивное лазерное ружьё, ранец с генератором и знаменитую шляпу с самым пышным пером компании.       Призрака звали Свежеватель Боб.       – Быть не может, – прошептал Освальд.       Авраам рассмеялся:       – Ну наконец-то я узрел чудо! А то одни говорят Легион Проклятых, другие – явление Святого Духа, а я уже начал подумывать, что всё это только сказки.       Более не скрываясь, десантники поспешили к вернувшемуся с того света.       Несколько дней назад катачанцы опустили на захваченные орками позиции молот тысяч тонн боеприпасов. Тогда горел даже воздух.       – Ай да, Бобби. Ай да сукин сын! – воскликнул Авраам.       – Как ни встретимся на тебе всё меньше одежды, – сказал Освальд. – Похоже, скоро будешь пугать орков голой задницей.       Свежеватель не ответил. Окинул десантников пустым взглядом, в котором можно было утонуть, и побрёл дальше, подволакивая ногу.       Освальд заметил, что из ушей наёмника протянулись и уже засохли несколько тёмных ниточек.       – Оглох, – сказал Освальд.       Авраам к тому же попытался привлечь внимание выжившего и поводил ладонью перед его лицом.       – Контужен. А ещё, похоже, черепно-мозговая, – Авраам показал на чёрную корку слипшихся волос на голове Свежевателя.       – Зато живой, – произнёс Освальд. – Надо бы его в лагерь отнести. Эй, Боб. Отдохни.       Десантник попытался было взвалить Свежевателя на плечо, но тот замычал, отскочил неуклюже и упал в лужу.       – Вот, чёрт, – проговорил Авраам. – Как бы дураком не стал после всего. Так ведь и задумаешься, что лучше: сразу на глушняк или овощем стать.       – Злой ты, – поморщился Освальд.       Свежеватель поднялся и с невероятной целеустремлённостью пошёл на север, вверх по течению в направлении дамбы, ради которой он так пострадал.       – Давай просто проводим его, – предложил Освальд. – Чёрт с ней, с разведкой, там есть кому за зеленокожими следить.       – А, может, придушить его слегка? – ухмыльнулся Авраам. – Так ведь и до полудня не доберёмся.       – Это я тебя придушу, – нахмурился Освальд. – Не трогай, он и так едва живой.       Силы покинули Свежевателя примерно через полчаса. Он рухнул на колени и упал бы лицом в покрытую пеплом землю, если бы не Освальд. Десантник осторожно взял Свежевателя на руки и отнёс в лагерь.       Там Освальд попал на прицел объектива пикт-аппарата Майкла Райта, военного корреспондента "Нагарской Аквилы" и впоследствии стал широко известен на планете, как первой апостол Святого Свежевателя.