Я снова верю в любовь

Сердце Ваньиня билось в груди словно попавшая в силки птица, он хмурился больше обычного когда топтался возле маленького домика трав не решаясь в него войти. " Цзян Чен, не будь дураком! - ругал себя прославленный заклинатель прижимая сборник к груди, словно оберег- просто войди и отдай книгу. Это просто. Не укусит же тебя Му Юн в конце концов". Но почему то сейчас просто постучать и войти было трудно. Чен Чен осознал вдруг с пугающей ясностью,что стал испытывать к его высочеству чувство гораздо глубокое, чем просто дружеская симпатия. Наконец то решившись, глава Цзян постучал в двери - Господин Сюй, я могу войти? Ответа не последовало. - Господин Сюй! Цзян Чен начал волноваться, потому просто надавил на створки, дверь открылась и темноволосый мужчина вошёл внутрь. - Господин... - он увидел принца на кровати мирно спящим. Распущенные белоснежные волосы размещались по подушке, длинные ресницы отбрасывали тени на немного бледные щеки, прекрасные черты во сне стали совсем без защитными и Ваньинь ощутил щемящее чувство нежности к этому милому мужчине. Одеяло чуть сползло и глава подошел не слышно, чтобы его поправить. Подняв лоскут, тот аккуратно прикрыл принца и невесомо коснулся пальцами нежной щеки. После он положил книгу на столик и вышел так же тихо, как и вошёл. *** Вернувшись в общий зал, он спокойно сел на своё место, встретившись с очень понимающими взглядами своей семьи. - Что? - спросил он, прилагая все усилия, чтобы не начать краснеть как неопытный юноша на первом свидании. - А мы все ждали когда же ты наконц то влюбишься. - с улыбкой заметил неунывающий Вей Ин. - Ты! - Вспыхнул Цзян Чен, порываясь вскочить и стукнуть брата. - Думай что говоришь! - Господин Цзян, но это же очевидно- заметил обычно немногословный Ванцзы. - То, как вы смотрите на его высочество и как обрадовались возможности его порадовать наводит на определенные мысли. - Да, дядя, ты ни на кого раньше не смотрел так. - осмелился заметить Жулань. - Да вы все тут с ума посходили! - вспыхнул Цзян Чен, а на щеках приступил румянец. - Вы еще не осознали собственного чувства, господин Цзян- примирительно заметил Сичень. - Потому и так упорно его отрицаете. " Неужели это так очевидно для окружающих? - в смятении подумал глава Цзян, пока с пеной у рта доказывал обратное. - Я стал вести себя как последний дурак? Я глава клана, у меня так много обязанностей, мне нельзя любить. Но почему же тогда при виде Му Юна сердце так сладко замирает в груди? Почему я хочу его обнять и никогда никуда не отпускать от себя? Почему я хочу бесконечно заботиться о нем? Что это? Я никогда раньше не испытывал ни к кому таких чувств. Это неправильно, противоестественно,но ведь Ванцзы и Усянь стали спутниками на тропе самосовершенствования. Почему же и я не могу? Меня не кому ограничивать. Я взрослый мужчина. Но а Му Юн? Испытывает ли он ко мне что либо кроме дружеской симпатии? Сможет ли он, пережив смерть жениха вновь испытывать нежные чувства к кому либо? Даже, если нам не суждено быть вместе, я всегда буду любить его. " Деловая круговерть не давала Цзян Чену уделить принцу столько внимания, сколько он желал. Ночные охоты, поездки в соседние кланы по делам торговых поставок, укрепление собственных позиций и позиций племянника, все это не давало возможности просто поговорить. А Му Юн угасал. Из его прекрасных глаз ушла радость, казалось лишь долг удерживает его на этой земле, он практически не покидал домика трав, впав в глубокую тоску. Ен Фэн и даже целитель не находили себе места от беспокойства. Их подопечный выполнял все рекомендации без нареканий, но жизнь медленно капля по капле вытекала из его тела. Если раньше он выходил и подолгу сидел в беседке, то теперь весь мир ограничился лишь одной маленькой комнатой домика трав. Му Юн все чаще лежал или сидел уставившись в одну точку. Меж тем приближалась зима. По утрам на озере, что было видно из окна домика стала образовываться ледяная корочка, снег еще не выпал, но с каждым днем становилось все холоднее. **** Господин Цзян, могу я поговорить с вами? - наставник принца Ен Фен терпеливо дождался перерыва в бесконечной череде неотложных дел главы. Это было во второй день зимы после обеда. - Слушаю вас господин Бай. - Ваньинь устремил на пожилого мужчину взгляд своих фиалковых глаз. - Умоляю вас помочь! - в голове старика сквозило неприкрытое отчаяние, он низко склонился перед Ваньинем в жесте покаяния. Глава Цзян встал со своего места и взяв старика за руки не позволил ему стоять со склоненной спиной. - Чем я могу вам помочь, господин Бай? - Спасите моего мальчика. Спасите Му Юна. - Как? Что я должен сделать? - Он угасает. Совсем не хочет жить. Если и дальше так пойдет, малыш не доживет до весны. Он уйдет в Долину Духов, чтобы быть подле мужа и брата. - старик в отчаянии заломил руки. - Но что же я могу сделать? -пробормотал Цзян Чен. - Я знаю, что его высочество занимает особое место в вашем сердце, глава Цзян. Ради этого вашего чувства помогите ему. Я воспитывал его с самого детства, Му Юн мне как сын, я не могу видеть его страдания. - Я постараюсь сделать все от меня зависящее, господин Бай. - заверил его Чен Чен. - Благодарю вас, глава клана- старик вновь почтительно поклонился. После чего он ушел, оставив Ваньиня в глубокой задумчивости.