Учиховская история

      Никогда бы не подумала, что умру так рано: в свои двадцать три. Оглядываясь назад, я могла рассматривать момент своей смерти, зрелище не самое приятное. Вроде бы был обычный день, ничего такого. Все такое же как и всегда, ну, почти. В обычном банке произошло нападение: какой-то псих взял меня в заложники и пообещал застрелить всех, если не получит деньги.       Полиция, убеждения, ничего не помогало. У него была кишка тонка кого-то убить, я это чувствовала. Он был, конечно, не один. Но вот его дружки были способны на это злодеяние. Один из них попытался застрелить девочку лет пяти, что просилась к матери, когда та была в другом конце помещения. Девочка сидела за маленьким столиком, где родители оставляют своих детей, чтобы им не было скучно.       Я не могла такого допустить, поэтому, вырвавшись из слабой хватки преступника, загородила её собой, и пуля попала в меня. Почему я не могла такого допустить — сама не понимаю. Может, потому что она маленькая и ещё не видела такого большого мира. Хотя я тоже повидала не так уж и много удивительных вещей.       Последнее, помню крики и рыдания некоторых людей, кто-то застыл от увиденного. Умирать от пули было писец как больно! Каждый раз я содрогаюсь, вспоминая эту мучительную боль. Как видите, спасти меня не удалось, а очнулась я в незнакомом месте. Неужели это и есть то место, куда попадают люди после смерти?       Я испытала горечь от своей смерти, было печально, что все вышло так. Я была в ненужном месте и в ненужное время. Осматривая место моего нахождения, в которое я попала, можно было содрогнуться. Лабиринт. Жуткий и страшный лабиринт, в который мне надо было зайти. Перед ним стояли факелы, а дальше не было никакого освещения. Каменный лабиринт.       Сглотнув, я сделала пару шагов вперёд и от внезапного звука, обернулась. Вход в лабиринт закрылся, а через секунду во всём помещении появились источники света. Это было до дрожи страшно, я понимала, что уже мертва, но также чувствовала, что меня могут тут убить во второй раз. Этого мне бы не хотелось. В таких лабиринтах обязательно кто-то есть, и мне не хочется проверять эту теорию, от слова — совсем.       Снова обернувшись, я все-таки решила идти вперёд, прислушиваясь к источникам звука. Но как назло была мертвая тишина, если не считать шума, создаваемого моей ходьбой. Надо было искать выход из этого места, мне не хотелось находиться здесь и минуты своего времени.       Рука скользила по стенам, проводя по ним. А я снова столкнулась лицом с тупиком, это начинало раздражать. Никогда не любила такое, а оказаться в таком месте и, собственно, ситуации не самое лучшее. Добивало понимание того, что я умерла, а куда я направляюсь и иду — не имею и малейшего представления.       Лабиринт оказался достаточно большим, и потому я решила перейти на бег, на удивление, мои ноги не уставали после долгих часов пути. Так пришла к выводу, что я не чувствую голод, потребность в чем-то. Хотя, кое-что я всё же заметила. Я испытываю боль. Значит, если бы тут был какой-то монстр, то он вполне мог меня убить. «Убить». Думаю, что это звучит довольно странно из уст того, кто уже мёртв.       Уголки губ приподнялись в усмешке. Меня, с моей то удачей, может и не такое ждёт.       От таких мыслей я, из-за своей неаккуратности, споткнулась и упала в объятья пола. Приподнимаясь на локтях, мне удалось услышать звук стука копыт и чей-то рык. Только не сейчас, лишь бы мне просто послышалось. Паника и страх за свою «жизнь» захлестнули меня с головой, не давая трезво мыслить.       Быстро поднявшись, я снова прислушалась к звукам копыт и возобновленному рычанию. Мои ноги среагировали быстрее меня, поэтому сейчас я максимально быстро убегала от неизвестного существа, которое бежало именно в мою сторону. Непонимание того, что мне делать и куда бежать поглотили. Хотелось зареветь и просто пустить все на самотек.       Встряхнув головой, я засунула такие мысли поглубже и сжала зубы. Надо было найти выход как можно скорее, мне не хотелось становиться для кого-то обедом, ужином, завтраком. В общем, не каждый день ты становишься для кого-то едой.       Адреналин бешено набирал обороты, а я сворачивала то налево, то направо, дабы убежать от этой тварины. Единственный плюс был в том, что я не могла устать.       Почему-то, даже спустя некоторое время, это существо не смогло догнать меня. Был виден лишь силуэт, говорящий о том, что оно близко. Пришла довольно сумасшедшая идея проверить, есть ли на самом деле монстр, что гонится за мной.       Останавливаясь, мне становилось ощутимо страшно, но такая идея просто захватила меня и поэтому, быстрым шагом я пошла обратно. Звуки становились ближе и внутри все кричало, чтобы я убиралась, но я все-таки шла обратно, именно к тому самому существу.       Мои глаза округлились от того, что ничего не было. Никакого монстра, которого я уже в красках представляла. Ни-че-го. Хотелось засмеяться, но из моего рта вырвался только хриплый крик. Не успев, ничего толком понять, меня пронзило чёрное и острое «что-то», которое вылезло из земли. — Твою мать, — хрипло сказала, выплевывая изо рта кровь и приземляясь на твердый пол. — Что за..?       Чёрное «что-то» исчезло, оставив меня, лежащую тут, захлебываться своей же кровью. В глазах начало темнеть, разум отключался, а меня снова убили. А убили ли? В впрочем, последнее, что я видела стали чёрные впадины, вместо глаз и шепот, который если желал не смерти, то перелом всех костей обещал точно!

***

      Открывая свои глаза, первое, что я увидела было лицо женщины. Незнакомой мне женщины, с азиатскими чертами лица, я бы даже сказала знакомыми. Мой мозг отчаянно пытался понять, что же произошло. Вспомнив тот случай в лабиринте, я поняла и ощутила на секунду ту же боль, что и тогда.       Я не сразу поняла, что реву, а та женщина мгновенно начала меня успокаивать. Все это казалось странным, особенно то, что я не могла шевелить головой, ногами, руками, ничем. Даже и слова не могла выговорить, понимая, что зубов у меня нет.       Это видимо отразилось на моём лице так что, женщина все ещё пыталась меня успокоить. Язык, на котором она говорила, был мне очень даже знаком. А паника снова захлестнула меня. Что происходит и понять, где я, видимо, не могла, даже если бы имела возможность говорить. Говорила я бы, все равно на русском, а не на их языке. Японский язык, это был японский. А ещё я чертов младенец.       Вопросы, которые появились у меня в голове, так скажем, на них никто ответа мне не дал бы. К сожалению. Успокоиться и наконец-то мыслить разумно, мне не помогло и я захлебнулась в непонимании, панике и страхе за себя.       Объяснить это перерождением, казалось самой лучшей идеей из самых необъяснимых идей. Может быть, это просто моё довольно хорошее воображение? Нет, определенно нет. Все выглядит вполне реалистично.       В комнату зашёл какой-то человек и оторвал меня от своих мыслей. Оказалось, в комнату зашли два человека. Ребёнок лет пяти, девочка, и с ней зашёл мужчина. Отец и, видимо, моя старшая сестра? А та, кто меня держит, — моя мать.       Потрясающе, слов нет. Неужели, это правда перерождение и мне так повезло родиться в японской семье? Это так нелепо, что казалось, скажи мне это кто несколько недель назад, я бы покрутила пальцем у виска. Хотя, покажите мне такого человека, который поверит в такое?       Разобрать имена у меня не получилось, но суть разговора я уловила. Моя на данный момент мать, решила дать подержать меня моему теперь отцу, а потом уже сестре.       Довольно приятный мужчина: радостная улыбка, темные глаза, возможно даже темнее карих. Шатен, а волосы слегка торчат в разные стороны. Сестра тоже миленькая, короткие вьющиеся чёрные волосы и такие же темные глаза. Ещё мне показалось странной их одежда, а может, это просто моё воображение разыгралось.       Мать тоже выглядела красиво, с рук отца я смогла рассмотреть её. Чёрные прямые волосы с чёлкой, длиннее обычной. Одета была в больничную ночнушку. Глаза были посветлее, но не такие прям.       Потом немного постояв и рассмотрев меня, они решили как-то назвать меня. Ведь все-таки несколько имён, были мне очень знакомы. — Её будут звать Айяно, — мягко сказала женщина.       После этого меня начало клонить в сон и меня передали обратно в руки к матери, которая нежно начала петь колыбельную, под которую я в конце концов уснула. Иметь такую хорошую семью может быть не так уж и плохо.       Через неделю нас все-таки отпустили домой и все выглядело странным, таким знакомым, будто я уже где-то это видела. Это настораживало и я пыталась перерыть всё возможное в своей памяти, чтобы вспомнить.       Ничего не получалось, а я с каждым днём привыкала к жизни младенца, новой жизни. Было ещё очень интересно, кто же та девушка, у которой были зелёные глаза, а может, это был парень. Голос уже подзабылся.       Быть младенцем было ужасно скучно, да, я это поняла за неделю. Лежать в кровати и подавать признаки жизни только, когда хочешь есть и поменять памперсы. Остальное время спишь или просто лежишь.

***

— У нашего клана есть особое додзюцу, оно называется «шаринган». Ты слушаешь, Джун? — Да-да.       На самом деле эта маленькая девчонка не очень слушала, все время отвлекаясь на миленькую меня. А я и правда была довольно милой. «Шаринган».       В голове заело это слово, и я на минуту застыла, закрывая глаза. А потом открыла, как передо мной наконец-то встала картинка всего происходящего. Не то, чтобы я была не удивлена. За где-то два месяца, я поняла, что я не в какой-то современной Японии.       Скажем так, я вообще не в моей вселенной и мире.       Отрицать уже как-то не было смысла, ведь с самого начала было очевидно, что я не в своём привычном мире. А о том, что я попала в одно просмотренное аниме, как бы сказать, отрицала. Паниковать и реветь было бессмысленно, ведь, кажется, меня больше удивить было нечем. Перерождение это уже, как оказалось, перебор и взорвало мой мозг.       Но тут, нет, тут мне разорвало весь шаблон этой картины, мира, вселенной. В таком долгом ступоре и переосмыслении своей жизни, у меня никогда не было. Но это чёрт возьми произошло.       А паниковать потом все-таки было нужно. Вспоминая события, сейчас идёт третья мировая война, а родилась я в клане Учиха. Да, в том клане, где всех вырезал двенадцатилетний парень, конечно, с помощью ещё одного засранца Учихи, который по сути считался мертвым.       А моя жизнь как и моих родных и в общем-то всего клана находится в опасности. Как тут не паниковать и не проклинать того человека, который отправил меня? — Айяно, э-эй, пожалуста не плачь. Мам, почему сестрёнка плачет?       Мать спохватилась, ну, и не только она. Мне впервые стало плохо, достаточно плохо, для того чтобы просто попытаться отказаться от реальности и исчезнуть. Хотелось чтобы это было обычным сном, а мне не пришлось оказаться в такой ситуации, ведь времени катастрофически не хватало.       Учиха, почему именно Учиха?