Угнетение

Три с половиной года после уезда из стаи

      Мужчина ненадолго задремал, радость от мысли о прибавлении была на одной чаше весов с печалью о возможных мучениях Мии. Он снова вспомнил момент, когда полувампирша нашла в себе силы сопроводить мужа на вручение премии «Лучший гражданина города» на предпоследнем месяце беременности Мейсоном, и застал картину, как жена плачет. Потому что, когда она надевала туфли села на пол, а встать уже не смогла из-за живота, и рука безуспешно растирала мышцу голени, скованной легкой судорогой. И это были слезы не легкомысленной истерики, а слезы усталости от истощения организма, запасов веществ и неспособности делать привычные дела.       Фолл безумно рад всем детям, особенно своим. Но понимал, что Мейсон еще потреплет им нервишки, и чем больше навыков он изучает, тем больше нужен присмотр. Поэтому Макс принял решение вернуться в стаю, как только заметит, что девушка не справляется со старшим сыном.       Еще одно опасения было за то, что прошло слишком мало времени после родов и с этой беременностью нужно быть предельно осторожными. Ведь даже в стае был закон о том, что между беременностями детьми с двумя сущностями нужен хороший перерыв.       Часы на тумбе своим свечением показали: Мие давно пора было вернуться в кровать. Но этого не было. Тогда мужчина сам решил спуститься вниз и проверить, что делает его жена.       Из кухни доносилось клацанье кнопок клавиатуры, а девушка с ноутбуком ютилась в маленьком кресле, рядом с которым стоял столик с тарелками. Рацион был интересный: грецкие орехи, огромный жареный стейк и яблочный сок.       Мужчина прошел в комнату и налил себе воды, думая с чего же начать разговор. Мия даже не прореагировала на появление Фолла. -Так ты не ответила на мой вопрос, - спокойно сказал Макс и поставил посуду на место, а дальше поправил назад волосы. -Не переживай, еще можно сделать законный аборт, если ты про это, - таким же голосом ответила она, не отвлекаясь от написания статьи. -Что за бред ты несешь?! Ты, правда, так обо мне думаешь?! – не сдержался волк и легонько ударил стоящую посредине кухни длинную столешницу. -Да пошел ты, - выпалила Мия, отвлекаясь от экрана ноутбука, - Вот такого тона я еще не заслужила, - девушка закрыла технику и, скинув легкий плед с плеч, направилась к выходу, пытаясь не смотреть на мужа.       Макс несколькими шагами пересек расстояние от себя до выхода и встал в дверном проеме, загораживая путь и всматриваясь в немного изменившиеся черты лица Мии. -Прости, п-п-пожалуйста, я не хотел… - в голосе проявились нотки разочарования и раскаянья, - давай поговорим. -Ты уже во дворе все сказал, разве нет? – наконец она подняла глаз на Макса и, пройдя мимо него, перешла в главную комнату, где кроме телевизора, огромного дивана и книжной полки ничего не было.       Пара села на диван и Макс сразу приобнял жену, надеясь, что она не отпрянет, так и было, но в ответ былых ласк не получил. Тогда он положил свою ладонь на почти плоский живот жены и легонько погладил, утешая и себя и ее. -Не смей говорить больше такие слова, ладно? Просто такое дело, я немного испугался. Ты не видела себя, когда лежала без сознания тогда, после аварии и ближе к родам. Я даже боялся от тебя отойти, думал, что снова могу тебя потерять. -Макс, это не так, все будет хорошо. Не ожидала от тебя такой реакции. Ты сам знаешь, почему мы расстались в первый раз, и сейчас позволил говорить такие вещи, - с обидой говорила она и закинула ноги на диван, убирая ладонь оборотня от себя. -Ты меня не слышишь, - выдохнул мужчина, облокотившись на спинку мебели. -Я устала, сейчас просто ответь, ты хочешь этого ребенка, или нет? – полувампирша наконец взглянула на мужа. - Конечно, да. Только предупреждаю, что это будет тяжело, и ты должна будешь соблюдать некоторые правила, - протянул Макс по манеру своей профессии. -Спасибо, не нужно, если ты забыл, то я уже была в положении, - фыркнула Мия, показывая недовольство такому течению диалога. - Я не шучу, ты же знаешь, что в стаях нет детей погодок и не просто так. Я очень тебя люблю, Мия, ну прости меня, пожалуйста, я имею право тоже волноваться и пугаться… - начал раздражаться Макс, чувствуя, что девушка так и не собирается прощать и выходить на контакт.       Но Мия его перебила поцелуем, крепко обняв за шею и наваливаясь на крупную грудь, тем самым поставила мужчину в тупик. -Я тоже тебя люблю, но ты повел себя как полный козел, -оторвалась она от поцелуя и прильнула снова.       Макс провел ладонью по спине, от чего у Мии прошла дрожь по телу, и он это тоже заметил. -Обожаю твои перепады настроения, – буркнул он через поцелуй, подключая вторую руку, и потянул язычок тонкой молнии платья жены вниз.       Пухлые губы Мии уже изучали скулы и мочку уха. Она знала, что это «кнопка», которая мгновенно способна слить кровь волка из головы в нижнюю часть тела, а легкие поглаживания боков ноготками в этот момент, вообще способны снести крышу.       Так и сделала полувампирша, что сидела на коленях своего мужа уже без лифчика и в спущенным до талии легком летнем платье. Сам же Макс, словно безумный, целовал все, до чего только он мог дотянуться. Но как только губы начали ласкать, а после закусывать холмики вставших женских сосков, Мия вскрикнула и начала елозить прямо по выпуклости черных мужских джинсов. Далее слышался гортанный рык, и девушка почувствовала, как крупная ладонь медленно, но сильно сжимала её сочную грудь. -Это сводит меня с ума… - блаженно прошептал Макс на выдохе, легонько прикусывая нижнюю губу. -Я знаю, - заключила полувампирша, когда трогала член кончиками пальцев по всей длине сквозь плотную джинсовую ткань.       Когда грубые мужские рыки превратились в чуть слышные стоны, руки Макса крепко сжали женскую талию, а Мия обвила ногами мужчину вокруг пояса. Волк встал с места и направился с девушкой душ, чтобы смыть с них остаток этого тяжелого дня. -Мейсон может заплакать, - промямлила разморенная возбуждением рожденная луной, что залилась румянцем и осознала: сын сейчас на другом этаже. -Он с улицы всегда спит крепко, и ты его кормила у Лиссы, - как ответственный родитель отчитался Макс и, не раздеваясь, зашел в просторный душ, включая поток воды из лейки.       Он опустил девушку на ноги, как только вода стала нужной температуры, и заметил, что Мия уже начала его раздевать, и как тяжело мокрая одежда падала на кафельное покрытие. А дальше началась непонятное, мозг уже не имел власти над разгоряченными телами. Касания и нежности приходились практически на каждый участок кожи, Макс не переставал нашептывать нежности. Мгновение и мужчина развернул Мию к себе спиной. Девушка немного прогнулась в пояснице, опираясь ладонями на стенку, открывая доступ на шикарный вид сзади. Одно плавное движение, и два голоса заглушили звук падающей на пол воды.       Оборотню всегда нравились такие позы, в них он сам мог управлять ситуацией и чувствовать себя главным. Как и сейчас, он властно положил ладонь на тонкую женскую шею и притянул к себе, потому Мия имела возможность спокойно положить голову на мужское плечо и получать поцелуи, которые не могли насытить, как ощущения в месте их слияния.       Спадающая водопадом вода отзывалась громкими шлепками, а сладострастные моменты удовольствия звучали громкими и манящими женскими стонами. Мия злилась от того, что не могла процарапать кафельную стену и просто водила ногтями, показывая, что ей очень хорошо.       В висках стучала кровь, а дыхание заходилось на бешенную скорость от того, что темп и сила стали нарастать, а звуки лишь усиливаться. Мужская ладонь сжала сильнее талию девушки, почти до синяков, а глаза прикрылись.       Фолл почувствовал, как интенсивно начало пульсировать вокруг члена лоно, а девушка прикусила свою ладонь, чтобы не сорваться на крик. Казалось вот-вот и она упадет на пол, если не сильные руки мужа, что держали ее из последних сил, когда член стал внутри нее содрогаться, а по внутренней стороне бедра потекла горячая жидкость.       Еще несколько минут они молчали, приходили в себя. Сил мужчины хватило лишь на поцелуй в женский висок. Вода сама смывала с них лишнее, хотелось устроиться прямо на этом месте и сладко заснуть. Но сверху послышался грохот, будто что-то упало, а после и дикий детский плачь, который доносился даже до комнат первого этажа. -О боже, Мейс, - прикрикнула девушка, хватая с тумбы полотенце и на ходу накручивая вокруг тела.       Все расслабление из мышц куда-то делось моментально. Позже следом бежал и отец, что забыл переложить заснувшего сына из родительской кровати в люльку. Мейсон всегда предпочитал спать рядом с отцом, когда мама напротив - не позволяла ютиться под ее боком.       Малыш рыдал горькими слезами, лежа на мягком ковре в темной комнате и теребя в руках плед, что он уволок за собой. Мия сразу же села на пол и схватила ребенка на руки, прижимая к себе и судорожно гладя пышную шевелюру Мейсона, периодически целуя красное и заплаканное лицо. -Макс, ты оставил его на кровати и ушел? Ты что, сумасшедший? И этот человек говорит мне о правилах! – в сердцах бросила Мия, сильнее прижимая к себе ребенка, что лишь убавил звук своего крика, - Мальчик мой, что у тебя болит? Может, ты ушибся? -Мия, он летел не так далеко, больше полуметра это мелочи, - пытался мужчина успокоить жену, что бегала глазами по телу сына, ища что-то. - Он волчонок, а не птенец, чтобы летать с любого расстояния! А если бы он свернул шею? Ты себя слышишь сегодня?! – фыркнула Мия и снова поцеловала малыша, что почти перестал плакать, а только всхлипывал. -Как будто ты в детстве не падала с кровати. Ну, прости, дай мне его, - Фолл протяну руки, но заметил, как жена сначала немного отвернулась от него, пряча за собой дитя, а позже подала маленькое тельце в руки мужчины.       После затяжного молчания Макс положил заснувшего Мейсона в кроватку и, переодевшись в вещи для сна, стал укладываться, решив больше не мучать жену разборками.       Мия последовала этому же примеру и робко пододвинулась к мужу, не ожидая, что он даже обнимет и поцелует как прежде перед сном. Но все же получила это, тяжко вздохнув и чувствуя, что перегнула палку во время последнего разговора. -Прости меня, я не хотела, - прошептала полувампирша, устраивая голову на мужской груди, ощутила, как ладонь Макса прошлась по ее густым волосам от макушки. -Сейчас тебе прощается, а в обычный день я был бы очень обижен. Ты не представляешь, как та беременность научила меня контролировать моменты, когда я хочу тебя удавить, - немного усмехнулся оборотень, принимая искренние извинения. -Нет, это не перепады настроения, это что-то другое…- спокойно продолжила девушка, уже приземлив голову на подушку, чтобы можно было увидеть эти замечательные серые глаза, - Я, когда увидела, что Мейс лежит на спине и плачет, как перевернутая черепашка, у меня так скаканул адреналин, нет, ударил по голове. -Я почувствовал это еще в душе, - подтвердил мужчина, не отрывая взгляд от жены, будто любуясь ей.       Она такая живая, неугомонная, умная и красивая… И список Макс мог продолжать до бесконечности. Он обожал взгляд, которым она смотрит на него, как она нежно гладит его шерсть, и тоже список не имел конца. А сейчас он, наконец, понял, что теперь Мия любит не только его, а еще и Мейсона. Она не только самая любимая жена, но еще и мама. От этих размышлений Максу стало грустно и обидно глубоко в душе, потому что придется делить ее внимание с маленьким родным сыном. -Ты даже не представляешь, мне хотелось так сильно его прижать к себе, хотелось унести его и спрятать в комнату, где нет опасностей, где бы он больше никогда не плакал… - делилась Мия новыми впечатлениями после пережитых трудностей. -Ты просто мама. И очень замечательная, - улыбнулся Макс и поцеловал жену в носик, успокаивая себя этим выводом, что его ребенку досталось все самое лучшее.

Настоящее время

      Шон принес все, как и просила Мия, а после даже раздобыл одежду своей матери, что была в стопке чистого белья для случая охоты.       Полувампирша решила пойти до конца, хотя силы находились на исходе. Одежда была велика, но это играло лишь последнюю роль в ее плане. Младший Фолл лишь недоумевал, когда наблюдал, как быстро Мия заполняет чистые листы крупным размашистым подчерком, а после все расфасовывает по разным конвертам. -Шон, вот эту папку бумаг и конверт ты должен завезти юристу, помнишь, здание рядом с редакцией «Сверхъестественное сегодня»? – остальные конверты девушка попросила спрятать в своей комнате, под матрас, потому что подниматься ей давалось тяжелее, чем спуститься, - А теперь надо разобраться с этим, ты знаешь куда мы едем? – полувампирша посмотрела на золотой кубок с головой козла и, наконец, взяла его в руки. -Мия, ты что? Нет! Меня же потом Макс убьет, если узнает! У него и так сложные отношения с твоим братцем, - возмутился оборотень, будто ему предложили убить кого-то. -Они не знакомы, я даже с ним не знакома… -Макс выкрал Томаса, но Кловис дал отпор, потому что является адептом секты. Макс очень сильно переживал за тебя, что тебя терроризирует какой-то сраный сектант, - с жестикуляцией проговорил Шон и просто испепелял взглядом девушку. -Шон, прошу, пожалуйста! Я обещаю, что ничего не произойдет, только отвези. У них скоро последняя… ну как его, я могу с ним и не увидеться больше, - в отчаянье тараторила Мия, пытаясь уговорить парня. -Мия, прекрати искать приключений, - отрезал волк и сел на диван в знак протеста. -Шон, а помнишь я ходила с тобой в кафе, чтобы ты мог похвастаться перед друзьями? – слегка усмехнулась она, вспоминая прошлое и замечая, как щеки юноши залились румянцем, - Ты определенно мой должник, или хочешь, чтобы я рассказала все Насте и твоему дяде, и они припоминали это всю оставшуюся жизнь. -Вот ты… ты, ладно, только я поведу и зайду с тобой! Так и знал, что не отмоюсь от этого позора, - фыркнул он и указал на выход, - Не похожа ты на ту, что неделю назад чуть не откинулась. -Ну вот, доказываю тебе обратное, - слегка усмехнулась девушка, сжимая ножку кубка и впервые набрав в легкие чистый уличный воздух, в то время, как только открыла входную дверь.       Мия гипнотизировала посудину в своих руках, когда машина уже стояла в глухих дворах, похожих на тех, где на нее напал с ножом хозяин особняка. Того самого особняка, куда будучи студенткой, пошла по приглашению. Вдали слышались звуки пьянствования, а по дороге был рассыпан мусор из свалившегося бака. -А твой брат не мог выбрать место получше? – усмехнулся Фолл и заглушил мотор, осматривая все из окна, - А, ты отрепетировала, как будешь раскраивать Томасу голову? Основанием или углами чаши? -Шон, я скоро правда зашью тебе рот, - с раздражением ответила полувампирша и, наконец, вышла из машины.       Ее резкое изменение положения тела отозвались сильным головокружением, которое заставило девушку остановиться и опереться головой о дверцу машины, но после все пришло в норму. -Ну тогда, может, отрепетировала что ему скажешь? – продолжил он и открыл погнутую железную дверь с выбитым замком, - А вот дальше я не знаю, что и как? -Может, по звукам найдем? Они же секта, должны что-то говорить, петь ну или на крайний случай молиться, - пожала плечами Мия и поднялась на верхние этажи, которые были пустые и украшены граффити разного рода. -Мия, давай посмотрим в подвале еще раз, - запыхавшись, говорил Шон, что с трудом поднимался по лестнице вслед за девушкой, которая поняла: ее былые силы к ней вернулись, - Они просто сектанты, а не мазохисты, чтобы каждый раз подниматься так высоко. -А ты не так глуп, как о тебе говорят, - усмехнулась она и пошла обратно, ловя недопонимающий взгляд. -Стоп, кто говорит? И как-то ты быстро окрепла, я смотрю, мы сколько прошли этажей? Сто? – тараторил волк, следуя за Мией, что еще чувствовала прилив сил. -Да так, мы не зашли в одну дверь, точно, мы с тобой оба не самые пытливые умы, - словно с азартом уже искала девушка секту и нашла, еще блуждая по узеньким коридорам подвала.       Из прочной и новой железной двери было на удивление тихо. -Какое сегодня число? – шепнула девушка, осматривая дверь. -Третье марта, а что? А-а-а-а… - протянул с победной ухмылкой юноша, - символы, нумерология, мистика! Это было так просто, боже, значит, сегодня месса, вау! – слишком восторженно описывал все будущий журналист, даже не представляя, что происходит на самом деле, но смог совместить все имеющие факты в голове. -Прекрати! Походу мы опоздали, ты слышишь что-нибудь? – возмущенно ответила полувампирша, пытаясь успокоить первооткрывателя в реальном мире, а не придуманном, что часто требовали от него в университете.       Мия на самом деле чувствовала, что сейчас чувствовал Шон. Такое же состояние у нее было после того, как она своими глазами увидела, что вампиры существуют и руки неистово чесались, когда она описывала вечеринку в особняке, сидя в редакции, перед своим ноутбуком. Но это был не тот случай, это была мирская суета. Если сообщества странных существ сторонятся других людей, то сектанты обязательно могут стать центром внимания публики. И если Шон пойдет по стопам Мии и опишет все, что сейчас увидит, то придется долго разбираться с полицией. -Шон, понимаешь, что сейчас будет за этой дверью, очень личное… -Нет! Мия, нет! – сразу перебил ее Шон, выставляя руку вперед и придерживая дверь выше, чем была голова девушки, - Хватит уже! Начни, пожалуйста, жить нормально! Вдруг тебя там убьют, их там около сотни! -Успокойся, ладно-ладно, весь в дядюшку! – ответила она, - пойдем вдвоем.       Дверь открылась, и парень сделал первый шаг, а после остановился, осматриваясь вокруг. Лицо застыло в одной эмоции. А Мия последовала за ним.       Это был огромный зал с низенькой сценой, кафедрой и сильной стереосистемой. Все вокруг заливалось ярким светом, который еще сильнее отражался от белого цвета всего вокруг. А в самом зале находились многочисленные ряды сидений. На них будто спали разные люди в одной и той же длинной серой одежде, а на шее у каждого висели красные кулоны в виде пары крыльев разных цветов: черный и белый. Все сидели в разных позах.       Больше всего ее напугал лежащий в середине большого зала здоровенный волк, который не был в каком-то обороняющемся положении, а в смиренном, поджал под себя лапы. -Шон, нет! – шикнула Мия, - это же Кловис, да? Уходи и отгони машину за поворот, откуда мы выехали. Сейчас нельзя к Объе даже подходить, слишком сложная ситуация… -Я уйду вместе с тобой! – с легким испугом ответил юноша, сам все понимая. Полувампирша повернулась к нему и накинула капюшон ветровки на густую каштановую шевелюру юноши, следя, чтобы он не оставил здесь следов и тем более запахов. А после крепко обняла. -Шон, ты не понимаешь, прошу, уходи! Я быстро все сделаю, ко мне вернулись силы, правда. Шон, я люблю тебя, как своего ребенка. Ты слишком мне дорог, чтобы я видела, как тебя сделают козлом отпущения, как Макса, - практически задыхалась она, говоря, - Эмиль сейчас схватиться за любую возможность спасти свою стаю, и мишенью можешь оказаться ты. -Если бы я не чувствовал подобное к Нессе, то я бы передумал сейчас. У тебя есть восемь минут, а дальше я звоню копам, - тихо ответил Фолл и вырвался из объятий, натянув на ладонь рукав своего свитера, и дернул ручку двери вниз, чтобы не наследить лишнего и стереть имеющиеся отпечатки.       Мия сконцентрировалась на желание избавится от этой чертовой чаши еще тогда, когда вся травля только началась, но не могла выйти на контакт с братом. Даже трупу эта вещь нужнее, чем ей и ее новой жизни, что настанет через неделю, когда Макс увезет девушку в путешествие.       Но уверенность пропала, когда полувампирша шла между рядов, где сидели лишь бездыханные тела. И этих тел было бесконечное множество. Ей так казалось. Она прошла труп огромного оборотня в центре зала и дошла до помостка. Развернулась, и в грудной клетке резко испарилось количество кислорода, а в голове было совсем другое. В панике она начала часто дышать ртов и носом, будто загнанная птица в клетке. Ее затрясло от страха.       Воспоминания всплыли мгновенно и перенесли в события восьмилетней давности, на том злосчастный стадион, где Итан Вуд хотел устроить массовую бойню. Девушкой в тот момент и двигала представленная богатым воображением картина.       Она всегда боролась за жизнь, за любую жизнь. Старалась спасти каждого, но не представляла, что увидит это вживую спустя столько лет. У вампиров была цель – жажда, самоутверждение. И люди оказались слабы физически перед этими существами.       А с сектой была другая ситуация. Эти люди убили себя сами, так поняла Мия, когда услышала, как из руки обмягчённого тела на пол со звоном упал пузырек, и такой был практически у каждого. Но люди просто так не попадают в секты, они были слабы психически и тоже нуждались в помощи. Еще немного и рожденная луной готова уже была сделать себя виноватой, что допустила такой ужас. «Помогать себе во вред - это акт самолюбия, Мия, не благодетель. Ты реальная, здесь и сейчас, а не герой со страницы комиксов, который был создан спасать вселенную. Стоит пожить для себя и увидишь, как измениться твоя жизнь, как ты расцветешь, моя дорогая», - эти слова Анны навсегда врезались в память и всплывали, когда возникало желание снова начать искать неприятности.       Строки в голове словно открыли ей легкие, и она, наконец, набрала в лёгкие воздух, немного осев на сцену и чувствуя головокружение, прикрыла глаза. -Он ушел? – послышался дрожащий мужской голосок за ширмой помостка, от чего плечи Мии немного встрепенулись от страха. -Да, Томас, ты живой? – немного с радостью ответила она, ожидая, когда увидит своего родственника.       Но картина девушку не обрадовала совсем. К ней вышел совершенно другой человек. Это не был тот крупный и подтянутый выпускник военной академии уже с парочкой медалей на груди и не призер королевских скачек, что с легкостью управлял кобылой на поле с фотографий.       Из ширмочки вышел скелет, обтянутый кожей. Мия слышала о том, что существуют наркоманы последней стадии зависимости и даже встречала парочку за время реабилитации, но не думала, что можно довести себя до такого. От красивого юноши не осталось ничего, только доброта во взгляде.       Нательное платье такое, как и всех в зале не просто висело, а держалось краями широкой горловины за выступы костей, и пояс на талии показывал весь масштаб трагедии. -Томас, это правда ты? – в отчаянье воскликнула она, осматривая брата и заметив, как он смущенно, будто стыдясь, отвел взгляд. -Мама говорила, что ты красивая и что ты разобьешь много мужских сердец, когда станешь взрослой, - ответил Томас, подходя ближе к месту, где сидела сестра, и сам сел на расстоянии. -Ты тоже был на фото красивый, а теперь… Томас, что произошло? Почему? – спросила Мия, уставившись в одну точку. -Не знаю, ты наводила справки и все знаешь. Я трус, я заставил выпить яд четырехсот человек, и они это сделали, а я не могу! -С самого начала, Томас, - перебила она. -Я убил человека, и я готов был отсидеть срок, готов был отдать все, что у меня есть, чтобы эту девушку вытащили с того света, даже думал взять ее в жены, - усмехнулся мужчина, тяжко вздыхая, - извинялся, лежал в ногах у ее родителей, и они простили, представляешь. Смерть ребенка. -Томас, они видели, что ты раскаиваешься и готов сделать все. И этого им хватило, - добавила Мия, чувствуя, какого добрейшего человека погубила пагубная привычка. -Мне не хватило. Я хотел отсидеть свое, но отец меня откупил, снова. Я всегда завидовал тебе, - неожиданно признался он, повернувшись на сестру, - ты жила такой хорошей жизнью, а я встал на эту скользкую дорожку. -Как ты можешь судить о человеке, не зная о нем ничего? Вдруг у меня было все плохо? – усмехнулась она, услышав поспешные выводы. -Я знаю о тебе все. Отец любил тебя больше всех, и все не знали почему. У него в кабинете всегда висел календарь, и там всегда было обведено красным два кружка: твой день рожденье и день рожденье твоей матери. Так было всегда, двадцать первое сентября и первое января, - и Томас был абсолютно прав, - твои детские фотографии тоже были у нас дома, целые альбомы. -К чему это все, если я узнала о нем недавно? -Потому что твою мать он любил и тебя соответственно, но не мог развестись, говорил, что жалко меня. Что я с таким характером пропаду без его жесткой руки. И маму тоже не хочет расстраивать, может, он хотел гарем? – усмехнулся Томас, но, когда осмотрел, где они находиться, улыбка исчезла. «Он не мог перерезать тормоза. И убить родного брата и сестру. Он слишком великодушный и добрый», - размышляла Мия. -Так что случилось с отцом? -Это началось с «Триумфа», он вбухал туда огромное количество денег и заломил большую цену за акции компании. Думаю, его заказал Эмиль Объе, а все свалили на работу детишек-сектантов, но не было улик, мы тогда жили на своем острове и не могли его убить. Хотя в завещании был запрет на расследование, - проговорил Томас и будто больной нервным тиком встрепенулся и снова успокоился. -А зачем надо было преследовать меня? Почему не приехали и не поговорили, я бы отдала все, - девушка поставила кубок между ними и посмотрела на брата. -Я не знаю, обида. У тебя было детство, тебя любили просто так, за то, что ты есть. А нам приходилось доказывать, что нас нужно и можно любить. Я не помню, чтобы я играл с мальчишками в футбол в детстве, я помню противную преподавательницу, что только пыталась научить тому, чего я не желал. А здесь раз и за все эти страдания все досталось тебе. -Так мне это было и не нужно. И не все так красочно, как ты описываешь, - защищалась полувампирша. -Но ты приняла наследство. Потом я перегорел выбивать из тебя что-то, мои принципы не позволяли, хотя мы и разорялись все. Общину даже иногда было нечем кормить. Но вот Кловис - лучший мой друг был другого мнения, так же как Эбигейл и Фред, - остановился перевести дыхание Батлер. - Стоп, получается, ты знаешь все про Кловиса? И Кловис убил Фреда и Эбигейл? И поэтому опять на тебя повесили убийство, но экспертиза доказала, что их убил хищник и все улики указывали на то, что убиты они были в лесу… -Все верно, только убил их Кловис на острове, потому что их жажда добить тебя дошла до пиковой точки. Я узнал об этом только когда на причале стояла полиция, прости за него, - снова нотки отчаянья в мужском голосе. -Раз ты знаешь все, то я бы тоже могла родить оборотня, но походу девица твоего дружка решила иначе, и теперь я готова тоже сесть рядом с твоими адептами и глотнуть яда от того, как же это хреново. Я не могла забеременеть восемь лет, - усмехнулась она с истерией. -Эко? -Не в этом дело. Раз ты поверил в оборотней, значит, поверишь и в вампиров, правда, я полувампир. Все как обычно, даже нормально обратить не смогли, - более дружелюбно делилась Мия о наболевшем. -А у Батлеров никогда нормально ничего не происходит. Сочувствую, а она, ну так девушка Кловиса раскаялась? Извинилась? – поинтересовался Томас, еще принимая тот факт, что и сестра не обычный человек. -Она дочка Эмиля Объе, я тебя умоляю. Ну еще я увела у нее своего мужчину, - засмеялась она, а потом услышала такой же смех от Томаса. Теперь весь паззл сложился в одну картину. -Черт! -У меня время поджимает, мне пора… -Подожди, Мия! Я хочу попросить тебя кое о чем, раз ты особенная, может, поможешь мне, ну, напоить меня ядом, - очень смущенно попросил Томас. -Ты что?! – возмутилась она, - Томас, если ты не можешь сделать с собой такое, то может и не нужно? -Мия, оглянись, я спровоцировал массовый суицид! Это как минимум смертная казнь, прошу, лучше помоги мне умереть достойно в кругу своих близких, чем буду при жизни освистан народом. У тебя же должны быть какие-то силы, прошу. Забери чашу, продай его, - он протянул посуду в руки сестры. -Томас, но ты же такой хороший, ты не должен… - снова она начала глотать воздух, а после сконцентрировалась на измученном мужчине и посмотрела в голубые мужские глаза, - сделай то, что ты планировал.       Старший сын Батлера был будто под гипнозом, он достал пузырек, а дальше Мия уже не видела. Она развернулась и медленно направилась к выходу, прижимая к груди кубок, утерла слезы скорби, чувствуя, что нужно скорее добраться до машины, иначе просто потеряет сознание. -Спасибо за помощь, обязательно передам ангелам, чтобы наградили тебя ребенком, я твой должник, - так ласково, но громко говорил Батлер в спину полувампирши, что после этих слов только сильнее заплакала.       Шон уже шел на встречу по темному коридору и вовремя поймал девушку, которая теряла сознание, но ближе к дому стаи нашла силы показать всем, что все хорошо. Внутри дома был кошмар, Макс с ночнушкой Мии в руках что-то кричал, а рядом был разбитый на две части журнальный столик. -Шон, ты совсем? Ты бы ее еще охотиться взял в таком состоянии! – кричал средний Фолл, когда обернулся на парочку и понял, что племянник поддался уговорам неугомонной девушки. -Он не виноват, не кричи, пожалуйста, у меня очень болит голова, - чуть слышно проговорила она, защищая Шона и замечая, как на шее Макса пульсирует вена от злости, - проводи меня, пожалуйста.       Только после этого оборотень немного успокоился, но все же злился на всех вокруг. -Как скоро мы уедем? – промямлила Мия, когда уже снова переоделась и лежала на кровати. -Как я уничтожу Объе, так сразу… - огрызнулся Макс, сжав в руке стакан до треска стекла. Все внимание привлекла ворвавшаяся в спальную Настя, которая уже утирала слезы.