Побег в прошлое

      Прошлое стало привычным. Сакура, можно сказать, уже приспособилась к нему. Но оно не стало для неё настоящим. Девушка искренне хотела верить, что это придёт со временем. Однажды она проснется, и её не будет преследовать чувство, что она заново проходит игру. Она не будет знать будущее, и для неё оно станет загадкой. Прошлое станет для неё родным.       Прошёл уже месяц с того момента, как она очнулась на тренировочной площадке, абсолютно ничего не понимая. Этот месяц пролетел слишком быстро. Она только стала привыкать к самостоятельной жизни, к новой команде, к новой-старой Конохе.       Девушка мысленно хвалила себя за то, что неплохо сблизилась с ребятами. Больше всего с ней на контакт шла, как ни странно, Рин. Двое других сокомандников были слишком увлечены спаррингами друг с другом и различными спорами. Нохара была рада найти спокойного собеседника, хотя никогда не жаловалась на Обито и Какаши. Она оказалась очень умной девушкой: с ней можно было обсудить и медицину с различными способами лечениями, и военные конфликты стран, в которых Сакура на данный момент не очень разбиралась. Харуно искренне восхищалась терпением куноичи, так как Рин спокойно терпела частые потасовки друзей и находила путь к примирению. Сакура бы не выдержала и влепила бы каждому оздоровительного подзатыльника. Но девушка сдерживает внутреннюю «дьяволицу», ведь не хочет показаться новым людям неуравновешенной.       Иногда общий вид Обито и Какаши напоминал Сакуре Наруто и Саске. Вероятно, они бы вели себя так же, если бы Саске остался в деревне. Но неугомонный Учиха и последний Хатаке не пытались сражаться всерьёз. Наверное, их главное отличие. И из-за него у Харуно пробегают мурашки по спине.       За время, проведённое в старой Конохе, она успела не только сблизиться с сокомандниками, но и познакомиться с другими выпускниками академии. Правда, произошло это по случайности…       Сакура бодро шагала по утренней деревне. Довольная донельзя. Девушка не думала, что когда-то будет радоваться выполненной миссии ранга D. Точнее, радоваться прибыли с этой миссии. Можно подумать — копейки. Но по своим расчётам, девушка поняла, что может позволить себе какую-нибудь маленькую приятность.       Харуно уловила чей-то крик со стороны террасы кафе. Она повернула голову и заметила Рин, активно махающую ей. Она сидела за большим деревянным столом, на скамейке. Помимо неё, за столом сидело ещё восемь человек.       — Сакура! Может, к нам? — подходя ближе к столу, услышала Харуно. Улыбаясь, девушка пожала плечами.       «Ну, кажется, сегодня звезды сошлись…»,— подумала куноичи.       — С радостью, — вежливо улыбнулась Харуно. Рядом с Рин она заметила молодую красивую девушку с угольно-чёрными волосами и выразительными глазами алого цвета. В этой девушке Сакура признала Куренай-сенсей.       Она неловко садится на край лавочки, смущённо улыбаясь пока ещё незнакомым шиноби. Взглядом пробегает по лицам сидящих и спотыкается о внимательный взор серых глаз. Какаши сидел на другом конце стола, рукой подпирая щёку. Рядом с ним сидел Обито, активно пытающийся что-то доказать своему задумчивому собеседнику, которого Харуно ранее не видела.       Аккуратные черты лица, нос с небольшой горбинкой, тонкие губы и немного вздёрнутые, широкие брови. Он лишь на пару мгновений окинул взглядом новоприбывшую и вновь перевёл спокойный взгляд чёрных глаз на собеседника. Лёгкий ветерок игрался с жёсткими прядками иссиня-чёрных волос, собранных в тугой хвост. При виде этого парня на ум девушки приходило лишь одно слово — Учиха. Коим и являлся незнакомец.       Среди присутствующих Харуно так же признала Асуму-сенсея, Анко, которая являлась проктором второго этапа на Экзамене на Чуунина, Ибики, который был их первым экзаменатором, Генма, который, как неудивительно, тоже был ей знаком ещё с экзамена.       — Не скажешь, по какому случаю все собрались? — Сакура тихонько спросила сокомандницу.       — Команда Орочимару-сенсея вернулась с миссии из Скрытого Камня, — так же тихо ответила ей Рин, — решили отметить.       Сакура точно не знает, что удивило её больше. То, что чуунины побывали в «логове врага» и вернулись целыми и невредимыми. Или то, что сенсей команды — никто иной как Змеиный Саннин…       — Так, почему Хаяте не захотел с нами посидеть? — с любопытством спрашивает Асума у Митараши.       — Хах, я тебе разве не говорила, как классно скидывать отчёт о миссии на одного человека? — пережевывая кусочек данго, спросила Анко. — Ну, если быть честными, он сам не против избавиться от нашей компании, предпочитая уединиться с одной куноичи из анбу, — девушка подмигнула собеседнику, игнорируя знаковый толчок в плечо от Ибики.       — У нас тут пополнение, — задумчиво протянул черноволосый юноша, обращая свой взгляд на Сакуру.       Все сидящие за столом обратили внимание на пришедшую куноичи. Девять пар глаз были устремлены на неё.       — Привет всем… Я Сакура… — максимально неловко и неуверенно пробормотала девушка.       — Кого ты тут боишься, м? — подпирая щеку рукой, насмешливо спросил Генма, сидящий на другом конце стола.       — Тц! Ты смущаешь её! — цыкнула на парня Анко.       — Сакура? — изогнул бровь Асума. — Не признаю…       — Я-я надолго уезжала из деревни для изучения медицины с наставницей. Недавно вернулась, и меня зачислили в команду к Минато-сенсею! — искусно врала Харуно.       — Ох Ками… Я уже думала, память подводит, — облегчённо вздохнула Митараши.       — А я сразу всё понял, — сложил руки на груди Ширануи, — что ты приезжая… Такую прелесть я бы не мог не заметить, — подмигнул парень, смотря Сакуре в глаза. Она не понимала, как вести себя, когда с тобой так открыто и прилюдно флиртуют, будучи практически незнакомыми.       Ребята представлялись Сакуре. Ей так и хотелось сказать: «Уже знакомы…». Когда очередь дошла до молодого человека, в котором девушка сразу признала Учиху, он хриплым голосом представился Учихой Хидеки.       Тогда Сакура не особо влилась в компанию бывших одноклассников, да и такую цель она себе не ставила. Девушка просто наслаждалась вкусным данго и последними тёплыми деньками сентября, вслушиваясь в разговор компании.       Сакуру до сих пор не отпускали ночные кошмары. Каждый раз она просыпалась в холодном поту. Один и тот же сюжет: руки по локоть в крови, она склоняется над телом Рин и уже ничего не может изменить. После этого она уже сможет заснуть.       Снова страх совершить ошибку. Страх, что Мадара на пару с Чёрным Зецу найдет другой вариант для воплощения своего плана…       Она сильно похудела. Впалые щеки, тонкие запястья и выпирающие ключицы. Каждый раз, когда она подходила к зеркалу, обещала себе, что ещё немного и она возьмёт себя в руки и придёт в форму. Сакура стала вставать задолго до выхода и тратить время на создание божеского вида, чтобы не распугать команду. Она покупает бальзам для губ с нежно-персиковым оттенком, который так же служит румянами. Прибегая к способностям медика, чакрой убирает синяки под глазами. Вспоминает рецепты масок для волос из разных трав, которыми пользовалась Ино. Вот у неё всегда были шикарные волосы… Сакура решает оставить длину по плечи, но из-за этого решения жертвует драгоценным временем сна, дабы с утра успеть провести все процедуры. Иначе её нежно-розовые пряди подобны соломе.       «Ну, вот! Ты опять возвращаешься на изначальную позицию! Снова будет дурочка, что только и делает, что красуется перед зеркалом. Глупая, неуверенная в себе плакса!», — Сакура злится на саму себя.

***

      Скрежет металла. Кунаи двух друзей испытывают друг друга на прочность — кто первый остановит это?       —Так не пойдет! — ухмыляется Обито, сильнее надавливая на оружие. Хидеки, в конце концов, отскакивает на приличное расстояние от него.       Друзья в мгновение приближаются к друг другу и раз за разом замахиваются оружием. Шаринган читает дальнейшие действия противника. Додзюцу против такого же додзюцу.       Обито к каждому удару прилагал всё больше сил, пытаясь сбить Учиху с ног. Он знал, что его шаринган сильнее, натренированнее. Оказываясь позади друга, он быстро складывает печати, используя огненный шар. Сквозь пламя Учиха заметил вместо Хидеки горящее бревно. Чёрт! Слишком поздно опомнился и, оборачиваясь, получил удар в солнечное сплетение, отлетая на несколько метров.       Черноволосый юноша поморщился от боли, сжимая синюю ткань кофты на груди. Перед ним появился друг. Он даже не вспотел, гад!       — Сильно больно? — Хидеки протянул руку другу, дабы помочь встать.       — Ничуть… — оттряхивался Обито. — Ещё один заход?       — Тебе хватит, — отрезал парень, слыша недовольное мычание друга, — тебе вечером на миссию, копи силы.       Парни присели возле одного дерева, облокачиваясь на ствол с разных сторон. Обито достаёт из кармана свитера капли для глаз и закапывает. Нет, он, разумеется, не думает, что это поможет его шарингану. По крайней мере уже не думает, как это было несколько лет назад. Сейчас это просто отличное средство против сухости глаз.       Молодой парень недовольно кривит губы. Может, он зря старается и никогда не дойдет до того же уровня, что и Хидеки. Ведь он — капитан анбу и гордость клана. Он старше Обито всего лишь на пару лет, но уже достиг больших успехов и прославил своё имя. Имеет множество заслуг перед деревней. И главное — сильный шаринган, а точнее мангекьё. Учиха прекрасно знал цену этих глаз. Даже пытался узнать у Хидеки, как так получилось, но тот лишь пожимал плечами, а в его глазах проскальзывала тень грусти.       — Я не спросил, как твоя сестрёнка? — Обито запустил пятерню в взлохмаченные волосы.       — Изуми… Мне кажется, она растёт не по дням, а по часам… — Учиха улыбнулся. — Я так боюсь, что она слишком рано познает ужасы войны, да и вообще жизни шиноби, но у отца другие планы. В следующем году её отдадут в академию.       — А как её глаза?       — Ну, не глупи. Ей всего пять! Я буду рад, если ещё несколько лет у неё не будет шарингана, — хмыкнул парень, — у неё маленький запас чакры, и она склонна к обморокам, так что ещё несколько лет использование шарингана ей только навредит. Максимум доведёт до обморока. Потом, она подрастет, накопит чакру и станет лучше её контролировать… Я лично займусь её обучением.       — Повезло тебе с сестрёнкой…       — Есть о ком постоянно переживать, — Хидеки поправил высокий хвостик. — Долгая миссия-то будет?       — М-м… Управимся за пару дней, если получится… Вот только миссией будет руководить Какаши!       — Я вижу, ты рад? — хихикнул Учиха.       — Вот заставят тебя слушаться какого-нибудь дурака, который тебя раздражает. Просто потому, что «Какаши — г-е-н-и-й!». В чём вообще заключается его гениальность, и чем он лучше меня?!       — Ну, он уже джонин, придумал собственную технику, даже в академии он развивался быстрее других, и среди сверстников он выделяется, как первоклассный шиноби. А ещё его хотят видеть в анбу. Его можно назвать гением, — парень боковым зрением уловил испепеляющий взгляд Обито. — Признай, он тебе просто не нравится, потому что он всеобщий любимчик и потому, что может увести у тебя Рин!       — Хидеки! — в черноволосого полетел сюрикен, яростно брошенный Обито.       — Да шучу я! Видел бы ты своё лицо, такую рожу скукурузил! — хохотал Учиха. После злостных воплей о том, что все его слова бредятина, Обито успокоился, и Хидеки продолжил: — У вас же очень неплохая команда. К тому же, вам добавили ещё одну… Сакуру, да?       — Даже с ней Какаши не может нормально общаться! По-доз-ри-тель-ная! Знал бы ты, что он мне все уши прожужжал про эту Сакуру.       — Возможно, это оправданные опасения? Вот никто никогда её не видел, но она всегда была. Потом окажется, что ваша Сакура шпионка или… путешественница из будущего, которая пришла исправлять ошибки или мстить! А Какаши будет уже не таким параноиком! — наигранно-воодушевленно рассказывал Хидеки.       — Ну ты хотя бы чушь не неси. Она просто уезжала учиться с наставницей, а сейчас вернулась из-за войны, — провёл рукой по лицу Обито, — кстати, её наставница не кто-то, а внучка Первого. Цу-унаде Сенджу. У Сакуры такой же ромбик на лбу, как у наставницы.       — Ромбик… Знаешь, по моим жалким познаниям в медицине, я могу сказать, что этот «ромбик» — скопление чакры. Я, опять-же, плохо разбираюсь в этом, но читал, что ради этой техники нужно потеть много лет. И иметь совершенный контроль чакры. Так же, этот «ромбик» при активации печати восстанавливает повреждения на теле за считанные секунды. И этот «ромбик» — бьякуго.       — Ты это называешь жалкими познаниями? — невесело хмыкнул Обито. — Я знал, что эта очень мощная техника. Да и Сакура очень сильная… Поэтому Рин всё чаще начала загоняться, по поводу того, что она слабая. Она, как медик, сразу отметила её способности. Но ведь Рин не слабая! Как ей доказать, что она самая лучшая?!       Рин не завидовала Сакуре, а, наоборот, — восхищалась ей. Девушка часто задумывалась о своей никчемности. Какаши — гений среди ровесников с спокойным нравом, Обито — шиноби из великого клана с большим сердцем, а она?.. Обычная девушка, которая обучена только ирьениндзюцу. Да, Нохара могла использовать довольно сложные техники и часто выручала друзей. Ум, спасение товарищей и умение не рваться в бой. Что ещё нужно для медика? Рин считала себя вполне хорошим лекарем, пока не появилась Сакура. Первоклассный медик, так ещё и сильная в бою. Овладела столь сложной техникой, которой обучились только два человека. Не имея при этом именитых родителей или клана. Не нужно говорить, что Рин восхищалась Сакурой. Последнее время именно она была её мотивацией стать сильнее. Быть с ней на одном уровне и видеть, как Харуно тоже восхищается ей.

***

      — Минато-сенсей… — Сакура осторожно позвала Намикадзе, обращая на себя внимание. Она стала частенько заглядывать к ним домой. Эта территория — её безопасная зона. Она может и рассказать опасения и предупредить о чём-то, — на этой миссии погибнет Обито, — после её слов Кушина поперхнулась чаем, а Минато чуть сильнее сжал в руках газету. — В смысле, должен был. Мне объяснял Какаши-сенсей, что это была миссия по уничтожению Моста Каннаби. Рин похитили, но Обито и Какаши смогли спасти её. Но не смогли отступить: произошёл обвал пещеры…       Молодые супруги опустили глаза куда-то в пол. Молчание. Хотя, зачем лишние слова?       — К сожалению, я не смогу вам помочь… — вздохнул Минато. — У Какаши есть один из моих кунаев, я вернусь к вам, как только смогу.       Сакура закусила губу. В прошлый раз он не успел.       — Главное — остерегаться засады, — заправила розовую прядь за ухо девушка, — Какаши-сен… Какаши говорил, что всё пошло по наклонной по случайности. Я буду смотреть в оба.

***

      — И будьте, ребятки, осторожны, — завершила напутствие Кушина. Двое учеников одновременно кивнули ей. — Обито!       — Чего? — парень недовольно повернул голову в сторону Узумаки.       — Ты — неуклюжий, торопливый и неумелый глупец! Тебе нужно быть особенно осторожным. Если тебя ранят, ты встретишься не только с моим кулаком! — женщина показательно подняла кулак, намекая Учихе, что с ним будет за невнимательность.       — Да за кого ты меня принимаешь?! — вспыхнул Обито. — Я — не кто-нибудь, а будущий Хокаге!..       — Началось… — жалобно вздохнул Какаши.       Минато решил немного поторопить жену и ученика. Не удаётся. Самый шумный участник команды долго прощается с «жгучим перчиком» — так ласково называл свою жену Намикадзе. Честно, Сакура чувствовала, как после речей Обито не хватает «даттебайо!». Ещё несколько метров, отходя от ворот Конохи, ученики Минато активно махали Кушине, только вечно скупой на излишние нежности Хатаке отдалился от друзей, изредка перекидываясь словами с сенсеем.       В воздухе витала напряженность, все шли практически молча. Ни болтливый Обито, ни Рин, которая всегда поддерживала разговор, ни Сакура, которая всегда пытается узнать по-лучше сокомандников и всячески разговорить, ни Минато, развеивающий напряженность между ребятами, не спешили начать разговор. Уставшие, либо же просто погружённые в свои мысли.       «Так даже легче будет», — подумала Сакура. Это очень важная миссия для неё, и будет лучше, если она не станет отвлекаться.       — Почему такие угрюмые, ребята? — любезно поинтересовался Минато. — Обито, неужели обиделся на Кушину?       — Ещё чего! — хмыкнул юноша. — Просто дурное предчувствие с самого утра… — Харуно еле заметно поджала губы, а в её взгляде на мгновение промелькнул страх.       — Стоит прислушиваться к своей интуиции… — присоединилась к диалогу Рин.       — Зачем паниковать раньше времени? — обернулся к ребятам Какаши. — Как будто генинов впервые за пределы деревни отпускают…       — Вообще, у нас первая серьёзная миссия новым составом! — Нохара заметила боковым взглядом, как Обито набрал в легкие воздух, чтобы пожелать всего доброго Хатаке, поэтому быстро его перебила, переводя тему.       — И вправду… Приятно, когда про тебя вспоминают… — улыбнулась Сакура.       — Сакура, а можно тебя спросить? — Рин покосилась на девушку и, получив утвердительный кивок, продолжила: — У тебя не было раньше команды? Да, я знаю, что ты была на обучении, но всё же… Может, тебя нужно поздравлять с первой в жизни серьёзной командной миссией? — на Сакуру заинтересованно смотрели все товарищи.       По спине Харуно пробежали мурашки. На её лице появилась спокойная фальшивая улыбка. Она честно ответила:       — Нет, это далеко не первая моя миссия с командой, — голос стал выше, чем обычно.       — Распалась команда? — грустно спросил Обито. — Бывает, когда каждый выбирает свой путь, и ничего не может сдержать вас вместе. Обстоятельства, разные цели… Грустно, однако…       — Да, ты прав, — Сакура незаметно для всех сглотнула ком в горле. — Но, это не про мою команду. Просто из всех осталась в живых только я, — сохраняя внешнее спокойствие, сказала Харуно.       Лица сокомандников вытянулись. Рин смотрела на Сакуру приоткрыв рот в немом шоке. Взгляд, полный сожаления. Обито тоже не ожидал такого поворота событий, внутренне не понимая, как можно с такой улыбкой об этом говорить. На лице Какаши залегла тень.       — Бывают в жизни неудачи. Война, и нужно быть готовым к потерям…       — Как… как ты можешь это так говорить… Для тебя это в порядке вещей?! — спросил Обито с дрожью в голосе.       — Ну, для кого это может быть нормальным? Я очень их любила и продолжаю любить, — вздохнула Сакура, на секунду снимая с лица вежливую улыбку, — но когда я думаю о том, что сейчас они в лучшем мире, с теми, кого любят… Мне становится легче.       Неловкое молчание затягивалось. Рин уже сто раз пожалела, что задала этот вопрос. Никто не хотел думать о том, какие эмоции скрывает Сакура за маской улыбки и позитива. Всегда такая энергичная, весёлая и дружелюбно настроена. Впрочем, это не важно. Каждый из четырех человек хранил секреты и имел на них право.       Долго продолжать путь было невозможно. Уже стемнело, и Минато предложил разбить лагерь. Костёр, запах кофе в термосе, чьи-то тихие разговоры. Первым на покой ушёл изрядно вымотанный Обито. Отвернувшись спиной к костру, он мирно посапывал, пуская слюни на подушку, в то время, как Рин о чём-то беседовала с Какаши. Харуно, небольшими глотками попивая сладкий, но очень крепкий кофе, наблюдала за друзьями. Она видела, как Нохара всеми силами пытается разговорить Какаши. Куноичи уже чувствовала такое, как ни странно, понимала чувства Рин.       «Интересно, он ей нравится?», — про себя подумала Харуно. Тем временем Рин последовала за Обито в царство Морфея. Рядом с Сакурой оказался Хатаке, роясь в своей походной сумке. Парень что-то возмущенно бурчал и чуть ли не переворачивал рюкзак вверх тормашками. Сакура щурится и не сдерживает смешка, когда видит знакомую ярко-оранжевую обложку книги. Какаши поворачивает на неё голову.       — Занятное чтиво, дашь почитать? — прыскает со смеху девушка, наблюдая за красными ушами Хатаке.       — Я не буду спрашивать, откуда ты знаешь эту книгу, просто сделаю свои выводы, — смущённо-обиженно проговорил шиноби.       — Ой, а сам-то!       «Не дорос такое читать, Хатаке! Во всех смыслах!», — гневалась иннер.       Какаши, отложив рюкзак, решил остаться рядом с Сакурой, которая единственная не заснула. Чувствительные носовые рецепторы уловили манящий запах крепкого кофе. Парень недовольно поморщился.       — Сердце хочешь посадить? — нахмурился Хатаке.       — О чём ты? — Сакура, которая явно не ожидала, что Какаши продолжит разговор, на мгновение растерялась. — А-а… Ну, так я не часто балуюсь кофе на ночь. Сегодня… Просто миссия.       — Не оправдывайся, — хмыкнул Какаши.       — Ой, неужели заботит моё здоровье? — с ехидной улыбкой, куноичи покосилась на Хатаке.       — Логично, если тебя сердечный приступ хватит на миссии, то мы лишимся большей части медицинской помощи. Если Рин рядом не будет, а нам понадобится помощь, то мы будем лечиться подорожником, — Харуно ещё не понимала — забота это или очередная придирка. — У тебя такая защитная реакция?       — Что? — искренне недоумевала Сакура.       — Когда тебе неприятно говорить о чём-то, вместо того, чтобы сказать прямо, ты переводишь всё в шутки или натягиваешь улыбку, что выглядит очень фальшиво, — перечислял парень, — тебе необязательно это делать.       — Я сама разберусь, что мне стоит, а… — девушка запнулась, взглянув на непривычный взгляд Какаши. Ни строгости, ни равнодушия. Насмешка. — Что смешного?!       — Задел?       — Да ну тебя! — надулась Сакура. — Я ведь с тобой по-нормальну хочу, а ты… Всегда отчитываешь меня, как маленькую девочку… — девушка прикрыла пунцовое лицо волосами.       — Прости, — Харуно чуть не поперхнулась воздухом. Он извиняется? — Я просто не люблю, когда люди делают глупости.       — Я уже на секунду подумала, что это не ты, — усмехнулась Сакура. — Что ж, теперь я знаю, как выглядят извинения в твоём стиле. Тебе бы тоже пошло хоть иногда улыбаться, ради вежливости хотя бы.       — Я ненавижу фальш, — отстранённо произнёс Хатаке.       — А я — когда лезут мне в душу, — привычно улыбнулась девушка, прикрывая изумрудные глаза.       — Отлично поговорили, — с мучительным вздохом встал Какаши, направляясь в сторону своего спального мешка.       — И я о том же, — вторила ему Сакура, — зануда, — прошептала девушка.       — Ты что-то сказала?       — Спокойной ночи!        Какаши заворачивается в одеяло, на последок бросая взгляд на розоволосую сокомандницу.       «Сама зануда…», — засыпая, подумал парень.

***

      Харуно в который раз щипала себя за плечо, пытаясь взбодриться. Кофе не помог, и она чувствует себя как никогда хреново. Ночью она предпочла охранять сон сокомандников, хотя Минато убеждал, что в этом нет нужны. Сакуру было не убедить.       Минато, решив отвлечь противника, напал в открытую. Он пообещал, как только обезвредит противника, вернётся. Намикадзе не разрешил идти в бой при их первой встрече с противником, иначе команда бы просто потратила время и чакру.       Сакура была сосредоточена как никогда. Они не спеша передвигались по воде. Какаши внимательно следил за обстановкой. Харуно шла позади Рин — «так безопаснее…», — решила куноичи и запретила себе отходить от сокомандницы. Запах сырости и нагнетающая обстановка сильно давили.       Какаши остановился, жестом приказывая не двигаться. Серые глаза подозрительно сощурились. Через мгновение на команду полетели кунаи, поставив их в самое невыгодное положение.       — Засада! — громко рыкнул Какаши, расчехляя танто.       Обито моментально среагировал и сложил печати для огненного шара. Техника отбила оружие. Сакура в тот момент не спускала глаз с Рин. Концентрируя чарку, пыталась узнать местоположение врага. Противник выпрыгнул из неоткуда прямиком на Какаши, даже не пытаясь скрыть атаку.       «Отвлекает!», — с этой мыслью розоволосая куноичи в один прыжок достигла Рин.       — Не отходи никуда! — строго отчеканила Сакура, бегая глазами по местности, пытаясь найти второго. Какаши в то время активно наступал на противника на пару с Обито, стараясь окружить шиноби.       — Сакура?.. — непонимающе спросила Рин, сильно сжимая в руке кунай.       — Он не один, — девушка заметила боковым взглядом, как по воде прошла еле заметная рябь. Показалось? Кто-то, скрывший свое присутствие техникой, надвигался прямо к ним. Сакура сильнее нахмурилась, концентрируя в руке побольше чакры.       — Шаннаро! — громко прокричала Харуно, резко и неожиданно выпрыгивая на невидимого врага, который вот-вот бы настиг их. Шиноби отлетает на несколько десятков метров от них, ломая своим телом одно из деревьев. Мужчина не сдерживает сдавленного крика из-за невероятной боли, которую приносят многочисленные переломы. Как заметила?!       — Тварь… — с ненавистью хрипит шиноби, тщетно пытаясь встать. Он больше не смог поддерживать камуфляж, показывая свой настоящий вид. Харуно приблизилась к нему, поправляя перчатку на руке. Она помедлила перед тем, как нанести последний удар шиноби. Может, он знает какую-то информацию?       — Сакура! — Рин позвала девушку. — Какаши сказал, при возможности просто избавиться от противника! Мы не сможет сейчас ничего у него выпытать, а до Конохи может прибыть их подкрепление.       — Поняла тебя… — Харуно снова обратилась к противнику, который уже отпустил попытки встать на ноги. Его мерзкая ухмыльнулся очень не понравилась Сакуре.       — Нас намного больше, чем вы думаете… — он улыбнулся, показывая окровавленные зубы, будто издеваясь.       Сакура брезгливо поморщилась, замахиваясь кунаем и полоснув им по горлу врага. Мужчина хватается за шею, не переставая улыбаться. Горячая кровь струей стекает по его пальцам. Лицо приобретает бледные оттенок. А улыбка с него так и не сходит…       Девушка направилась к Рин, оставив безжизненное тело врага позади. Тут же ноги, будто не выдерживаю тело, подкашиваются, и левую сводит больная судорога. Девушка хватается за ногу, впиваясь зубами в губу, заглушая крик. Дрожащими пальцами находит сенбон, всаженный уже мертвым врагом. Как она его не заметила?       — К-когда?.. — Сакура не узнает свой голос. Ногу сводит от судороги, и руки до боли сжимают ненавистный сенбон.       — Сакура! — девушка не сразу слышит обеспокоенный крик Рин. Харуно чувствует руки, которые подхватывают её, переворачивая на спину. Нохара осторожно подкладывает под голову девушки свою сумку. Сакура никак не хочет отпускать ногу, и Рин не может дотянуться до места ранения. — Сакура, убери руку, мне нужно посмотреть!.. — пыталась убрать руку девушки Рин.       — Не трогай… — хрипло проговорила Харуно. — Уйди…       — Это я, всё хорошо, — девушка поняла, что Сакура не способна здраво мыслить сейчас, поэтому, сняв свою повязку, она крепко связала оба запястья куноичи, дабы не мешала ей. Рин старалась не отвлекаться на звуки боя, который происходил совсем рядом. Девушка подушечками пальцев провела по кровавому пятну, находящемуся на внешней стороне бедра Сакуры. Ткань брюк мешалась, поэтому Нохара попыталась их приспустить, но девушка снова задергалась, пытаясь скинуть с себя Рин.       — Не надо!.. — пыталась кричать Сакура, но получался слабый хрип.       Рин сильнее сжала бёдрами её колени и, наконец, смогла стянуть штаны, открывая вид на ранение. Красный с фиолетовыми переливами опухший участок кожи. Нохара, не медля, поднесла руки к бедру Сакуры, используя медицинские способности. Рин почти сразу же поняла, что яда было очень мало, иначе он бы поразил практически всё тело Сакуры. Шиноби просто старался не допустить того, чтобы она помогла сокомандникам.       Одной рукой вливая чакру в тело Сакуры, другой Рин потянулась к аптечке, доставая маленький бутылёк с противоядием. После того, как куноичи осмотрела рану, она сделала вывод, что это самый простой и распространённый миотоксин. Чаще всего используют в бою, заливая им кунаи и сенбоны. Поэтому у Рин всегда было противоядие. Чакрой собирая среднюю каплю антидота, она погружает его в место ранения. Сакура дёргается и шипит. Нохара сильнее удерживает её бедро и окончательно вливает противоядие. Контролирует весь процесс впитывания яда. Харуно уже практически не дергаётся, только изредка всхлипывает и протяжно вздыхает от накатившего жара.       Через несколько минут Рин вывела весь яд из организма Сакуры. Его совсем немного. Яд не успел распространиться по организму, пострадали только некоторые мышечные ткани бедра. Нохара заставляет проглотить Харуно таблетку жаропонижающего, зажимая рукой ноздри. Судороги прекратились, но некоторое время Сакура не сможет самостоятельно передвигаться. Рин намочила кусок ткани холодной водой и положила на лоб куноичи. Сейчас она может только следить за состоянием Сакуры и слушать звуки боя, происходящего совсем рядом.       Какаши и Обито уже заметили, как Сакура обезвредила второго противника. Но почему-то две девушки больше не появлялись в поле зрения сокомандников, уйдя вглубь леса. Бой тянулся уже приличное количество времени. Какаши сразу справедливо оценил противника и понял, что недооценивать джонина нельзя. Один раз он пропустил удар клинка противника, который оставил ему памятный шрам на плече.       Обито пытался перенять внимание противника, когда это, наконец, получилось, Какаши, быстро разгоняясь, собрал чидори в руке и надвигался на шиноби. Враг это быстро заметил и за мгновение успел ускользнуть от атаки. Хатаке развеивает технику в считанных сантиметрах от грудной клетки Обито. Какаши смотрит на сокомандника испуганным взглядом, понимая, что сейчас могло произойти непоправимое.       — Ещё увидимся, — злобно оскалился противник, исчезая из поле зрения противников. Он понял, что не сможет продолжить бой. А ещё ему нужно вызвать подкрепление и сообщить о смерти Тайсеки…       Какаши быстро моргает и, шатаясь, отходит от Обито.       — Ты в порядке? — спросил Учиха, в ответ получив кивок. — Нам нужно к девочкам! — не теряя времени, Обито двинулся в сторону, куда последний раз направлялись сокомандницы.       Парни, зайдя вглубь леса, увидели Сакуру, лежащую без сознания, которой перебинтовала бедро Рин. Нохара перевела взгляд на сокомандников, поджимая губы.       — Не смотрите… — попросила Рин. Оба друга выполнили её просьбу без лишних вопросов.       — Что с ней случилось? — спросил Какаши.       — Он успел её отравить перед своей смертью, — затягивая бинты, проговорила Рин. — Всё хорошо, просто она ещё несколько часов не сможет сама ходить. Я надеюсь, это не будет проблемой? — спросила она у Какаши. Без слов понятно, что сейчас Сакура сыграет роль якоря. — Она спасла меня… Если бы она не заметила врага, то он бы успел напасть на меня.       Рин разрешила повернуться парням. Им открылся вид на вымученную, бледную девушку. Розовые прядки прилипли ко лбу. Грудь часто вздымалась, а по шее протекала капелька пота. Хатаке несколько раз перевёл взгляд на мертвого врага и снова на Сакуру.       — Мы должны опередить подкрепление и прибыть к мосту раньше них. Продолжим путь прямо сейчас.

***

      Команда прибыла к Каннаби. Сакура уже пришла в сознание, но наступать на левую ногу так и не могла. Она опиралась на плечо Рин, пытаясь быстро передвигаться, не замедляя команду. Как же глупо! Не заметила чёртов сенбон, как до такого можно было дойти?! Сейчас их команда в очень невыгодном положении, ибо Сакура уже стала догадываться, что похитить будет лучше её, нежели Рин, которая твёрдо стоит на двух ногах. Опять она балласт. Она могла бы сейчас одним хорошим ударом превратить в груду камней этот мост. Но сейчас приходится тратить взрывные печати для уничтожения Каннаби.       Какаши и Обито закончили раскладывать печати. Команда отошла на значительное расстояние. Обито сложил печать огненного шара, и, после того как взрывные печати подожгли, мост зашёлся огромным взрывом. Мост развалился на большие груды камней. Прекрасно. Миссия завершена.       Как только шиноби развернулись, чтобы поспешно ретироваться с места преступления, перед ними показались около двадцати шиноби Скрытого Камня.       — Уже уходите? — улыбнулся уже ранее знакомый шиноби.