Дистанционное мучение, или Как усмирить свою семью

— Еще раз простите за это… недоразумение, — Питер поднял виноватый взгляд на учителя, по выражению лица которого сложно было понять что-то наверняка, разве что отметить крайнюю степень удивления, которую тот весьма неумело пытался скрыть. — Мистер Харрингтон, это вышло случайно и такого больше не повторится. Простите, что сорвал урок. Снова. — Не переживай, Питер, — мистер Харрингтон ободряюще улыбнулся парню, но тут же с напускной строгостью добавил: — Просто в следующий раз попроси своего друга не появляться столь неожиданно, да еще и с холодным оружием в руках. Бэтти и Тереза едва не потеряли сознание, а я был в шаге от того, чтобы позвонить в службу спасения, — неловко хмыкнув, признался мужчина и нервным движением поправил очки на носу. — С тобой точно все в порядке? — Да, мистер Харрингтон, я же уже сказал, что это был не маньяк-убийца, а просто… — да, Питер, это был просто чертов Вижн, гениальный андроид с камнем бесконечности во лбу, для которого по какой-то непостижимой причине оказалось непосильной задачей выучить одно-единственное простое правило, гласящее: «Входить и выходить из помещения строго через дверь!». И недавний форс-мажор заставил парня изрядно поломать голову над тем, как бы подоходчивее донести до Вижна эту важную банальность — варианты, возникшие в воображении, были самой разной степени радикальности, — …один знакомый. Питер уже не в первый раз пытался как-нибудь поубедительнее объяснить учителю и заодно одноклассникам произошедшее на последнем уроке литературы эффектное явление Вижна народу. Выходило откровенно паршиво, потому что убедительно врать в свои шестнадцать Питер так и не научился, а необходимость мгновенно придумать адекватное оправдание вгоняла его в тяжелый ступор, заставляя подвисать, как старенький компьютер. В итоге на свет родилась абсурдная история о том, что это был его коллега со стажировки, который испытывал на практике новейшую технологию Старк Индастриз… с двумя остро заточенными ножами в руках. Да, ничего такого, просто обычный день на базе Мстителей. На самом деле Вижн тогда был единственным оставшимся в башне, кроме собственно Питера, и свободное время решил посвятить изучению новых кулинарных изысков. Его внезапное появление в комнате Паркера объяснялось простым желанием уточнить, какой именно нож Баки обычно использует для разделывания рыбы для стейков, и для наглядности он даже принес их парню, чтобы тот не утруждал себя спуском на кухню. Потрясающая забота о ближнем. Вот только он в который раз проигнорировал правило, и, по привычке просочившись сквозь стену, поверг в немой ужас весь класс Питера, в том числе и мистера Харрингтона, а некоторых особо чувствительных почти вынудил шлепнуться в обморок. Чтобы убедить учителя в том, что это не маньяк забрался в комнату, дабы покуситься на его жизнь, пришлось изрядно попотеть. Слава Одину, что Вижн выглядел как обычный человек, ведь в противном случае Питер просто не представлял, как ему бы пришлось выкручиваться, чтобы избежать цунами из вопросов. После длительных заверений в том, что все действительно в порядке и жизни Питера совершенно ничего не угрожает, а потому не обязательно в скором порядке вызывать к нему наряд полиции, мистер Харрингтон со скрипом, но принял объяснения парня, нехотя продолжив проведение урока, правда его уже мало кто слушал. Зато Паркер праздновал свою личную маленькую победу — за последние четыре дня Флэш ни разу не пошутил на тему его стажировки, да и вообще не трогал Питера, пребывая в несвойственном для себя упадническом настроении, и почти не реагировал на задаваемые преподавателями вопросы. Видимо, тот факт, что Паркер действительно оказался знаком с кем-то настолько крутым, как мистер Старк, немного сломал его картину жизни, и теперь его системе требовалось какое-то время на обновление. Сам Питер все еще немного обижался на мистера Старка, потому что тот обещал ему поговорить со всеми и предупредить, чтобы они не врывались в его комнату когда им заблагорассудится, и тут практически сразу приключилась эта оказия с Вижном. Ну попросил же, ей-богу, по-человечески! Несколько дней после этого неприятного, но весьма запоминающегося инцидента на базе было относительно тихо. Сначала Питер насторожился, но потом выяснил, что причиной спокойствия было практическое отсутствие в башне большинства Мстителей, часть из которых так вовремя разъехалась по разным миссиям, а часть — разлетелась по бескрайним просторам далекой-далекой галактики. В кои-то веки уроки проходили спокойно, так, как положено обыкновенным урокам в обыкновенной школе. Были самые обычные сбои связи у некоторых одноклассников, неполадки с техникой у учителей, вызванные исключительным техническим дарованием оных, и неприятные, но тоже совершенно обычные внеплановые проверки якобы знаний. Питер быстро втянулся и даже успел привыкнуть к этой желанной нормальности. Поводов волноваться о своей репутации, как и о том, что вскроется еще один из многочисленных тщательно скрываемых им секретов, на горизонте не предвиделось, а потому можно было немного расслабиться. Он даже начал познавать дзен. А потом Мстители взяли и всем скопом вернулись домой.

***

— Итак, ребята, заканчивайте с решением задач, — монотонно произнесла миссис Уоррен, учитель физики, взглянув на наручные часы, по которым сверяла отведенное на самостоятельную работу время. Она говорила медленно, растягивая слова, словно мультяшный ленивец. — Сфотографируйте ваши работы и пришлите мне на почту. А сейчас я хочу, чтобы один из вас объяснил ход решения второй задачи. И да, за ответ вы получите дополнительные баллы. Ну что, есть желающие? — спросила она без особой надежды на успех. После вопроса предсказуемо воцарилась абсолютная тишина. Миссис Уоррен тяжело вздохнула — жаль, что во время объяснения материала дети не соблюдают такую же тишину. На самом деле Питер с легкостью мог объяснить ход решения любой из трех заданных задач, даже той, которая была с повышенной сложностью, но ему не нравилось кичиться своим превосходством, в отличие от того же Флэша, который не упускал ни одного случая лишний раз продемонстрировать разницу между такими, как он, и всеми остальными. Но, к огромному удивлению Питера и его одноклассников, Томпсон сегодня сидел, словно воды в рот набрал. Что ж, видимо, сегодняшние задания по физике оказались слишком крепкими орешками даже для клыкастого задиры. — Как неожиданно, — иронично протянула миссис Уоррен, глядя в камеру поверх своих старомодных очков с толстыми линзами и стариковской оправой в цветочек. — Питер, как насчет тебя? Паркер вскинул в удивлении брови, не ожидая, что вызовут именно его, а потому успев погрязнуть в собственных мыслях. Потом, сообразив, что от него ждут ответа, неуклюже потянулся за тетрадкой, уронив по ходу ручку. Но, досадливо цокнув языком, оставил ее лежать на полу, решив поднять после конца урока. — Я… да, конечно, — неловко заикаясь, смущенный собственной неуклюжестью, он придвинулся ближе к камере и нервно облизнул губы, торопливо пытаясь преобразовать мысли в слова. — В общем, я начал с определения…, — внезапно из коридора раздался громкий хлопок двери, а затем раздались тяжелые шаги ног в берцах, — … температуры азота после нагревания… Шаги отвлекали, мешая сосредоточиться на последовательном изложении задачи, кроме того, Питер силился понять, стоит ли ему начать переживать за возможность очередного форс-мажора или же все обойдется. Парень облегченно вздохнул, когда человек за дверью миновал его комнату. — Питер? — голос учительницы напомнил ему о том, что сейчас он должен объяснять задачу по физике, а не напряженно вслушиваться в шум за дверью. — Что-то не так? — Все в порядке, извините, я просто отвлекся, возвращаюсь к решению зада… — А ну стоять! Куда ты, черт тебя подери, собрался, ублюдок однорукий? — раздался громкий крик, а затем послышались торопливые широкие шаги еще одного, уже порядком взбешенного человека. Питер невольно вжался в кресло. — Я еще не закончил! — Чего тебе еще? Я уже 'заебался' слушать твое нытье, Уилсон! — громко ответил, как понял парень, Баки, чья речь во всю пестрела какими-то незнакомыми Питеру словами. Крики становились все громче, а эпитеты все красочнее и неприличнее. С каждым новым нецензурным словом Питер все больше заливался краской стыда и сильнее втягивал голову в плечи. Он зажмурился, мысленно умоляя говоривших заткнуться и не заставлять его испытывать еще больше неловкости. Ну в самом деле, за что ему это все? — Думал, подставишь меня под огонь и просто свалишь отдыхать? — разгневанно вопрошал у Барнса Уилсон, судя по всему, остановившись аккурат рядом с комнатой Питера. — А вот и нет! — 'Хрена с два' я должен перед тобой отчитываться! 'Иди нахуй!' — Чего ты сказал?! Снова пользуешься тем, что я не говорю на вашем эльфийском! — взорвался негодованием Уилсон. — Черт возьми, мы же все нормально обсудили: работаем сообща, заходим с тыла, обезвреживаем гребаных роботов, а потом спасаем заложников! — в крайне громкой манере высказывал свои претензии к Барнсу Сэм. — А что сделал ты? — Я, 'блять', делал все, чтобы никто не пострадал, я спасал людей, отвлекаясь на прикрытие твоей драгоценной задницы! — видимо, повышенный тон разговора был крайне заразен, потому что Баки тоже орал, и выражения выбирал с куда более расширенным эмоциональным диапазоном, хотя большую часть из них парню было не понять. Судя по всему, Сэм тоже не понимал, и от этого злился еще больше. Питер стал бледнее еще на несколько тонов. Эти двое решили выяснять свои отношения прямо напротив его комнаты, словно на всей огромной базе это было единственное место, где можно кричать друг на друга. Речь Барнса становилась все более громкой и непонятной — он выражался на незнакомом Питеру языке, который ранее Наташа с неизменной ехидной улыбкой величала как «великий и могучий». — Да неужели? Не ты ли в самом начале бросил меня в компании пары десятков «совершенно безобидных» вооруженных до зубов роботов, а сам свалил геройствовать? Хватит заливать, Барнс! — 'Твою ж налево, как ты заебал ныть', — злобно огрызнулся Баки в ответ на возмущение Сэма. — 'Иди нахер!' Уилсон едва не задохнулся от праведного возмущения, вызванного такой неслыханной наглостью. Пускай он не понимал, что говорил Барнс, но угадать, что в этот раз он произнес нечто, по смыслу указывающее вектор направления движения, было нетрудно, и эти слова рассердили его еще больше. Одноклассники с замиранием сердца вслушивались в крайне эмоциональную перепалку за дверью, неотрывно следя за развитием событий, словно наблюдали занимательнейшее драматическое развитие сюжета в каком-нибудь бразильском сериале или корейской дораме. Об уроке забыли все, даже миссис Уоррен. Впрочем, когда голоса ненадолго затихли, она первая опомнилась, выразительно откашлялась, привлекая к себе внимание остальных, и напомнила о том, что у них, вообще-то, сейчас урок, более того, Питер «у доски». — Мистер Паркер, пожалуйста, угомоните своих родственников или кто бы это ни был, — с нажимом попросила миссис Уоррен, выразительно глядя на Питера поверх своих ужасных очков. — Или хотя бы выключите звук! — П-простите, мэм, — невнятно пробубнил под нос красный как рак Питер, который из-за растерянности даже не сообразил выключить или хотя бы приглушить звук. — Я сейчас выключу. Но сделать это ему не дали — едва он потянулся к нужной кнопке, как его окликнула до этого хранившая молчание ЭмДжей. — Постой, не выключай, — игнорируя выразительно-недовольный взгляд миссис Уоррен, попросила девушка. — Я хочу узнать, чем все кончится. — Мишель! — возмущенно воскликнула учительница, но ее недовольный оклик потонул в нестройном хоре согласных с Джонс одноклассников. Питер растерянно закусил губу, размышляя, как будет правильно поступить, ведь впасть в немилость у учителя он не хотел, но одноклассники, в том числе Мишель, требовали крови и зрелищ. К счастью, тупить слишком долго Питеру не пришлось — в перепалку вмешался третий участник, зычным голосом пристыдив спорящих. — Вы что здесь устроили? — грозно вопрошал Стив Роджерс у провинившихся — Паркер почему-то был уверен, что его голос узнал не только он, но и его одноклассники, все без исключения. — Ваши выяснения отношений слышно на несколько этажей! — Стив… — уже куда более спокойным тоном попытался возразить Баки, но Стив его прервал. — Питер и Морган сейчас в башне! Сколько раз мне говорить о том, чтобы вы выбирали выражения? Особенно ты, Баки. Даже когда ты ругаешься на русском, всем все понятно, — пристыдил Роджерс друзей. — Как вы после этого смотрите детям в глаза? — Ты не понимаешь, этот деградант… — начал было Уилсон. — Как ты меня, 'блять', назвал? — тут же вскинулся уязвленный Баки, но очередная волна ругани была резко пресечена Роджерсом. — Кажется, мы только что нашли ответственных за мытье грязной посуды и уборку тренировочных залов на эту неделю, — спокойно произнес Стив будничным тоном, судя по звучанию голоса, собравшись уходить. — Пойду обрадую Нат. Думаю, она найдет вам еще какое-нибудь общественно полезное занятие, раз у вас столько энергии, что девать некуда. — Эй, — попробовал возмутиться Барнс, но его проигнорировали. — 'Какого хера?' — Нужно его остановить, — решительно заявил Уилсон, обращаясь к Баки, на которого несколько секунд назад готов был броситься с кулаками. — Если он скажет Нат… — Да, ты прав, — мрачно согласился Барнс, его голос вдруг зазвучал предельно серьезно и собранно, разительно отличаясь от того тона, которым он совсем недавно крыл Сэма отборными матами. — Поторопись! И они вместе быстро направились перехватывать Стива, прежде чем тот успеет найти Наташу и сообщить той благую весть о появлении двух добровольцев на хозяйственный труд. Наконец исчезнувшие мужчины оставили Питера с остальными теряться в догадках касательно невероятно действенных методов Черной Вдовы, которых опасались даже Сокол и Зимний Солдат. Видимо, у Романофф были какие-то особенные секреты безотказного нахождения взаимопонимания с людьми. — Погодите, что еще за башня такая? — недоумевала Бэтти, которая, прищурив глаза в узкие щелочки, сверлила бледного Питера любопытным взглядом. Но парень мог лишь растерянно хлопать глазами, изображая выброшенную на сушу рыбу, беспорядочно открывая и закрывая рот. Хуже него выглядела разве что миссис Уоррен, которая явно нуждалась в лошадиной дозе валерьянки и пустырника, а, быть может, и чего покрепче. — Меня больше интересуют значения этих странных иностранных слов, — задумчиво поделился с классом Эйб, потирая пальцами подбородок. — Поверь, лучше тебе этого не знать, — загадочно произнесла Мишель, тем самым еще больше распалив костер всеобщего любопытства, а Питеру резко захотелось взвыть от безысходности, подобно тому, как волки от тоски воют на луну. Он был еще так молод, ему не хотелось покидать этот бренный мир, но с каждым днем его уверенность в том, что он переживет период дистанционных занятий, уменьшалась в геометрической прогрессии.