Статус: Занят.

— Совсем с дуба рухнул?! — Джин вымерял огромную гостинную Намджуна шагами, маяча перед грузно опустившим голову альфой. — Ты чем думал, когда отправлял ему это?! «Действующий партнёр — Мин Юнги», — процитировал омега, размахивая руками. — Ты вообще в этом уверен?! — Мои люди следили за ним, — обиженно буркнул Намджун, который просто выполнял просьбу, не задумываясь о сложности вещей, — что ещё можно делать в лав-отеле ночью? Вдвоём? Да и пару раз Чон целовал Мина прямо на улице. Ну и явно не по-дружески. Даже фото есть, надо? — Намджун поднял взгляд, однако быстро опустил его обратно.       С момента, как перед Чимином открылась наинтереснейшая информация, прошла ровно неделя. Всю эту неделю он сторонился Юнги, обдумывая свои дальнейшие шаги. План завладеть вниманием цитрусового альфы становился всё изощрённее, ведь теперь Чимину, по сути, придётся бороться за чужое сердце с собственным, по предположению его брата и Джуна, альфой. Поэтому Чимин решил действовать не как студент и молоденький наивный омежка. Он решил действовать, как развратный и в то же время недоступный омега, достойный лучшего из всевозможного. Он решил действовать, выпустив всех своих демонов. — Ну как я вам? — Чимин вышел в общую комнату. Джин застыл, словно его окатили ледяной водой. Намджун, дабы не смотреть на брата своего омеги, чуть склонил голову и отвернулся, поджимая губы. — Это что? — выдавил из себя Сокджин, инстинктивно закрывая своего альфу. Чимин стоял перед ними в тонкой атласной рубашке чёрного цвета, глубокий v-образный вырез которой открывал вид на выпирающие ключицы и белую фарфоровую кожу тела. Рубашка была заправлена в узкие чёрные джинсы, ремень которых, выполненный из металлической тонкой цепи, красиво поблёскивал на солнце. Впервые за уже долгое время лоб Чимина был открыт, волосы красиво уложены. Он обновил их цвет, добавив пепельным волосам лёгкий светло-лавандовый оттенок. На руках — кольца, в ушах длинные серьги-ниточки. Глаза обведены, на губах поблескивал тинт. — Надеюсь, ты просто решил вести так трансляцию, ну или вдруг решил подзаработать на трассе, я не знаю… не знаю, чего ожидать от омеги… в этом наряде. — Брати-ишка, — пропел Чимин, вальяжно вышагивая по чужой квартире, — это, — он покрутился, указывая рукой от головы до пят и обратно, — сегодня идёт соблазнять одного очень строптивого альфу, после чего переметнётся к другому, не менее интересному. — Значит, всё-таки на трассу, — буркнул Джин, понимая, что сегодняшний поход в клуб для него оборачивается катастрофой вселенского масштаба. Чимин сразу поменялся в лице, возвращаясь к привычному выражению лица. — Хён, — протянул омега, дуя губы, — не порть день, когда я начну своё возмездие. — Немезида? — хмыкнул Намджун, всё так же силясь смотреть в панорамное окно. — Кто? — Чимин с удивлением посмотрел на альфу, сжимая пухлые губы. — Немезида, — альфа наконец повернулся в сторону омег, — богиня возмездия. Говорят, она была очень красива и совершенно беспощадна. Ты — её точное воплощение. — Так я красив? — брови Чимина поползли вверх, сам омега захлопал в ладоши. — Сказал вебкам-модель, — хмыкнул Джин, приобнимая брата за плечи. — Ладно, герой-любовник, идём покорять чужие сердца! — И ты? — Джун пристально всматривался в омегу. — Конечно! — Джин демонстративно накинул нежно-розовый пиджак на плечи. — Я же всемирный красавчик!       В квартире раздался смех. Чимин иногда не понимал, как Джин шутит о таком рядом с таким-то альфой. Намджун внушал страх, стоило ему только перестать улыбаться. А улыбался он, вообще-то, крайне редко. И то, только рядом со своим омегой. Чимин каждый раз немного нервничал от шуток Джина, но про себя отмечал, насколько сильна их любовь и вера друг в друга, что на протяжении вот уже четырёх лет между ними не было ни одной серьёзной ссоры. Они сглаживали всё настолько, что иногда становилось не по себе. Конечно, бытовые ссоры время от времени были, но ругани, доводящей до чего-то серьёзного не было никогда. И Чимин, мягко говоря, чуточку им завидовал.

***

      В нос ударило множество запахов. Чимину от всей этой энергетики сносило крышу. Сейчас адреналин в его теле навязывал мозгу тысячу и одну идею, как заставить обратить всех на себя внимание. Но он лишь широко улыбался, пряча за солнечными очками глаза, игриво бегающие по каждому встречному альфе. Заняв место на втором этаже, который был больше похож на балкон в театре, Намджун принялся осматривать меню, в то время как Чимин, уже успевший в машине альфы как следует «расслабиться», легонько танцевал в такт играющей музыки, плавно водя бёдрами и выискивая нужных альф. Он отчётливо слышал их запахи, позволяя возбуждённому мозгу рисовать не самые невинные картинки. — Я хочу коктейль, — буквально дыхнул в ухо брата Пак, когда заметил двух сидящих прямо напротив, только этажом ниже, альф. — Намджун сходит, или ты нашёл их? — стараясь перешуметь музыку, говорил Джин. Чимин на это лишь пошло улыбнулся, облизывая губы. — Ой, развратник, — Джин театрально схватился за рубашку, — иди отсюда! — Люблю тебя, хён! — Не натвори глупостей, — крикнул в след Джин, чьё сердце на деле сразу заполнилось тревогой. — У нас разница всего в год, — парень повернулся к альфе, что крепко держал его за талию, — но ощущение, что разница в возрасте куда больше. — Не беспокойся, — Намджун провёл губами по мочке уха, опускаясь к изгибу шеи, — ты же знаешь, за ним следят мои люди, я не оставлю малыша без присмотра и не дам натворить глупостей, — альфа мазнул языком по метке, чуть прикусывая кожу омеги. Джин мгновенно отозвался, еле слышно издавая полустон. Руки альфы сжимали чужое тело всё сильнее, показывая, насколько силён их хозяин. И Джин таял в этих руках. Он заметно расслабился, закрывая глаза и запрокидывая голову назад, открывая полный доступ к шее. — Намджун-и… — прошептал омега, сжимая водолазку альфы на спине. — Ос...Остановись… — М? — альфа, прокладывая путь от ключиц омеги до губ влажными поцелуями, отстранился лишь на секунду, чтобы увидеть блеск в глазах напротив. Этого хватило. Он аккуратно, со всей присущей ему нежностью коснулся чужих губ, дожидаясь ответа и аккуратно проникая языком в рот омеги, пробуя и смакуя вкус, словно в первый раз. Пальцы рук уже вцепились в бёдра Джина, всё грозясь залезть под ремень. Намджун навалился сверху, стараясь ухватить как можно больше, услышать, как стонет его омега. Как просит, как жаждет, как отдаёт всё, без остатка. Хочет увидеть, как он извивается. Как раздвигает стройные ноги. Как прекрасное лицо отображает всю Вселенную.