Restart: second chance

      Учитель пожалел нас и разрешил войти в класс. Но сказал, что если мы ещё раз прогуляем — поблажек можем не ждать. Мы сели на свои места, я — у окна. Шёл урок литературы, такой скучный и нудный… Я не сильно любила её, так что просто начала смотреть в окно. На улице ученики играли в баскетбол, я стала приглядываться к их лицам и увидела Юнги. Так старается, не зря он нападающий. Но мои размышления прервал сердитый взгляд в отражении стекла, девушка справа от меня бросала явно недоброжелательные взгляды. Её, вроде бы, зовут Тен Пуонг, я с ней не общаюсь. Вдруг Пуонг отвернулась, заметив, что я смотрю на неё. После этого я не замечала её взгляда, ну и слава богу, а то её пристальный взгляд меня напрягал. Просидев два урока, мы с Шин проголодались и решили пойти в буфет. Он был на втором этаже, рядом со столовой. Придя туда, мы увидели просто огромную очередь, не пройдёшь, не пролетишь. Но во всей этой куче я заметила Юнги, он стоял в очереди и разговаривал с высоким парнем. Шин тоже его увидела и, взяв меня за руку, повела к нему.       — Юнги! — начала звать его Шин.       — О, и вы тут?       — Ага, мы есть хотим, — начала подруга. — Но очередь слишком большая и, думаю, мы не успеем. Что нам делать?       — Не драматизируй, мы успеем. Наверное. Юнги, а кто это с тобой?       — Это Ким Намджун, он председатель студсовета.       — Он очень умён и хорош в английском, за его отличные оценки он и стал председателем. А его помощник — Чон Хосок, — протараторила Шин.       — Привет, — парень мило улыбнулся.       В голове опять что-то кольнуло, но не так сильно, как в предыдущие разы. Заметив это, Юнги подошёл ближе и стал нежно тереть мне глаза. Боже, я щас умру. Зачем? Неловко и стыдно, но мне нравится…       — Почему у тебя глаза опухшие? Что-то случилось? — поинтересовался он, продолжая тереть мои глаза.       Сердце застучало сильнее, я не смогла и слова связать. Лицо и уши будто горели, у Юнги был очень нежный взгляд, в его глазах мелькнула искра, которую я не замечала никогда раньше.       — Это из-за дорамы, которую мы смотрели всю ночь. Лин было очень жалко героя, который умер, вот она и плакала. Да? — решила помочь мне подруга, увидев, как я краснею.       — Да! Именно из-за этого!       — Ясненько, эх, так и быть, я куплю вам поесть.       — Ура! — закричали в один голос я и Шин.       Проходя через толпу, Юнги наконец-то дошёл до кассы. Намджун остался стоять с нами, потому что он также попросил Юнги взять ему что-нибудь поесть. После недолгого отсутствия, Юнги наконец-то пришёл с полными руками еды, мы с Шин жадно рассматривали содержимое. Он держал четыре больших булочки с шоколадом и две бутылки «Спрайта». Красота! Мы пошли в школьный сад, он просто огромный. Многие ученики обедают здесь. Зелёная скошенная травка, деревья ивы, небольшой пруд с утками, спокойствие и тишина. Везде под ивами у пруда есть столики со скамейками. Мы нашли ближайшее место и сели, болтая о разных вещах, шутили и смеялись. Хоть мы и ели, всё равно разговаривали.       — Лин Ю!       Я обернулась на голос бежавшего ко мне человека, это Чонгук… Чонгук?       — Простите, что отвлекаю, но, Лин Ю, я Чон Чонгук из твоего класса. Меня попросили передать тебе эту записку. — Он протянул руку с согнутым листом.       — Эм, спасибо.       В тот момент, когда я взяла записку, Чонгук поклонился и ушёл, помахав рукой и ничего не сказав. Я сложила листочек в карман и села обратно на своё место. Все посмотрели на меня непонимающим взглядом. Это уже не первая записка за эти три дня. Каждый раз, когда я возвращаюсь после перемены, эти записки лежат у меня на парте. Нет, это не Чонгук каждый раз отправляет мне их. По правде говоря, я не знаю, кто попросил его передать мне эту записку. Но почему-то мне неспокойно, очень неспокойно…       — Лин, что там? — спросила Шин. Она не знала, что это не первое письмо.       — Да так, неважно.       — А вдруг это что-то серьёзное, — подключился к нашему разговору Юнги.       — Да нет, не думаю…       Все на меня стали коситься, но я отвела взгляд. Я случайно пересекалась с глазами Намджуна. Кажется, он задумался, этот сосредоточенный взгляд смущал. До урока осталось всего пять минут, и мы разошлись по классам. Поднимаясь по лестнице на второй этаж, я немного выпала из мира и и споткнулась на ступеньке. Я упала перед чьими-то ногами. Подняв глаза наверх, я увидела Чимина. Он протянул мне руку, чтобы помочь встать с колен. Они у меня были до сих пор забинтованы. Приняв помощь, я взяла его за руку, и он помог мне подняться. Мне стало немножко стыдно за свою неуклюжесть, и я поклонилась в знак извинения и благодарности. Но в ответ я лишь получила вопрос:       — Как тебя зовут?       — А? Я Лин Ю.       Чимин лишь мило улыбнулся и пошёл дальше. Но краем уха я услышала, как он сказал: «Милашка». Что повергло меня в шок. Кровь опять начала кипеть на моих щеках, вынуждая лицо покрыться румянцем. Но Шин привела меня в чувства и, взяв за руку, отвела в класс. Все остальные уроки прошли очень быстро, и мы никуда не уходили из класса.       На улице собирались чёрные тучи, слишком быстро потемнело и полил сильный дождь. Мы с Шин решили пойти домой вместе, но, к сожалению, у входа в школу её позвал учитель.       — Блин, мне надо идти, прости, Лин.       — Да ничего страшного, я дойду.       — Точно?       — Да, — сказала я, успокаивая подругу.       Она убежала, махая мне рукой. Я не хочу, чтобы она уходила. Мне будет скучно идти одной…       На улице по-прежнему бушевал дождь. Но, к счастью, я захватила зонт. Я раскрыла его, выйдя из здания. Из-за чёрных туч мир казался серым. Я шла по тротуару, ни о чём не думая, я смотрела лишь под ноги, чтобы не наступить в лужу. По краям дороги стекала дождевая вода. Людей вообще не было на улицах, они казались пустынными. Будто на целом свете осталась только я. В душе появилось чувство дежавю, такое неприятное и грустное, что захотелось плакать. Но я не стала. Я всё ещё шла под дождём, прикрываясь зонтом, по серым улицам. Но вдалеке я увидела силуэт, кто-то сидел и держал зонт над коробкой. Подойдя поближе, я увидела, что там сидит парень: он держал зонт над коробкой, из которой раздавались звуки. Там были брошенные котята. Во мне сложилось чувство, что для котят этот зонт был спасением. Мне стало настолько их жалко, что я решила к ним подойти. Моё присутствие заметил парень, он обернулся посмотреть. Мы встретились глазами, и я решила спросить:       — Что ты делаешь?       Парень, немного помолчав, ответил:       — Я не хочу, чтобы эти котята умирали, поэтому думаю, отнести их в приют или нет.       — Эм, можно я их заберу себе? — Они были настолько крошечные, что я захотела взять их домой.       Парень посмотрел на меня, на котят и снова на меня. Что-то надумав, он взял коробку и протянул мне.       — Меня зовут Чон Хосок, прошу позаботься о них! — Хосок поклонился протягивая коробку.       Я её взяла, эти крошечные комочки даже не открыли глаза. Насколько люди могут быть жестокими…       — Да! Я сделаю всё возможное!       Хосок улыбнулся и ушёл в противоположную сторону от дороги к моему дому. Я смотрела ему в след, его улыбка, как яркий лучик солнца. Я снова посмотрела в коробку, там всего лишь два котенка: рыжий и чёрный. Но вдруг я вспомнила про родителей. Это будет проблемой.       — Ладно, пойдёмте домой. Думаю, мама не будет против, но папа…       Тяжело вздыхая, я продолжила идти. Дождь так и не прекращался. Мне даже показалось, что он усилился. Поэтому я прибавила шаг.       Вообще, мои родители добрые, но из-за того, что мой отец представитель очень крупной компании, он часто в разъездах. Его не бывает дома месяцами, но, когда наступают каникулы, я и Шин ездим за границу. Мама работает хирургом, она делает сложные операции людям в реанимации. Её могут вызвать на работу в любой момент и день, будь это выходной или нет.       Вот я уже стояла у двери, набираясь смелости, чтобы сказать маме о котятах. Я вошла.       — Мам?       В ответ я ничего не услышала, а это означало, что она ещё не вернулась с работы. Это и к лучшему. Теперь нужно найти пипетку, чтобы накормить котят. Я положила коробку на пол у дивана, а сама начала рыскать по ящикам. После недолгих поисков я нашла шприц, пипетки не было. Налив в кружку тёплого молока, я стала набирать его в шприц. Я хотела накормить сразу двух котят, но взяла одного, потому что шприц был один. Котята были настолько маленькие по сравнению с моей рукой, что казались песчинкой. Первый пошёл рыжий котёнок, он был самым тихим, и это пугало меня. Я поднесла шприц с молоком ко рту и начала вливать в него молоко. Рыжий котёнок почти не сопротивлялся и пил молоко, что не могло не порадовать меня.       Когда закончила кормить рыжего котёнка, я взяла чёрного, по сравнению с рыжим, он был крупнее и сильнее. Я снова набрала в шприц молоко и поднесла его ко рту котёнка. Он пил так же с удовольствием, как и его брат. Но вдруг я услышала щелчок в замочной скважине. Домой вернулась мама. Она увидела, как я кормлю котёнка и нахмурила брови. Но, заметив мой печальный взгляд, она не решилась меня ругать, а лишь спросила: — Ты хотя бы молоко погрела?       — Да. — На душе стало как-то спокойно, и я продолжила кормить котенка.       Переодевшись, мама села рядом со мной. Она стала рассматривать котят. К тому времени я уже закончила их кормить и положила в сухое тёплое покрывало. Мама взяла котят и стала ощупывать их лапы и тельца. У неё был озадаченный взгляд, мне стало не по себе.       — Завтра отнесу их к ветеринару, — сказала мама. — У рыжего поврежден позвоночник, а у чёрного сломана лапа. Как их вообще могли бросить?       — Мам, с ними всё будет хорошо?       — Да, не беспокойся. Я же врач, и я смогу их вылечить, хоть они и не люди. — Мама улыбнулась.       Мне полегчало от её слов, и я обняла её.       — Иди к себе, я позвоню своему другу ветеринару и попрошу записать на приём.       Я кивнула и ушла наверх. Моя школьная форма была частично мокрая, пришлось её повесить сушиться. Из кармана юбки выпала записка. Совсем про неё забыла. Я положила её на стол, приведя себя в порядок, взяла эту записку и стала её читать. Она была такая же, как и все остальные, угроза расправы. Но на другой стороне было назначено место встречи: «Сегодня у заброшенной кладовки в 21:00, нужно поговорить.» Довольно-таки поздно. Но я должна была положить конец этим угрозам, поэтому я пошла.       Об этом я никому не сказала и отправилась одна.       На улице было довольно темно, но я взяла с собой фонарик. Было жутко идти одной.       Зайдя на территорию школы, я никого не увидела. Ну, в окне на четвёртом этаже был свет. Этому я не придала значения и направилась дальше к заброшенной кладовой. Я на всякий случай выключила фонарик. Подойдя к кладовой, я увидела Тен Пуонг.       — Это ты писала те записки? — спросила я неуверенно.       — Да, я, — совершенно спокойно ответила девушка.       — Так о чём ты хотела поговорить?       Пуонг стала подходить ближе, злобно улыбаясь. Мне стало как-то жутко. Встав напротив меня она сказала:       — Я просто… ненавижу тебя…       В мой живот резко ударили, он стал сильно болеть, и я упала на колени. Нащупав, я обнаружила нож. Потом последовал удар в голову, а дальше — темнота…