Слабое тело и хрупкая душа

      Многое в жизни маленького Гарри Поттера, которого все волшебники окрестили «избранным», изменилось. За целый год Гарри с помощью, теперь семейного колдомедика мистера Уэйлса, начал потихоньку выправлять своё слабое здоровье, с которым он жил и справлялся все 10 лет жизни с Дурслями. Теперь в его меню, помимо всё такой же вкусной стряпни тётушки, появились лечебные зелья, понемногу исцеляя и восстанавливая, почти полностью разрушенное магическое ядро.       Хоть магом он и не станет в будущем, но хорошим зельеваром вполне. И данный факт, который был озвучен ещё до начала лечения, никак не расстраивал мальчика. Ведь у него всё также есть любящая его семья и волшебный мир, который он может видеть и чувствовать.       Лёжа в постели, Гарри посмотрел на стоящие на прикроватной тумбочке часы, активно показывающие двигающихся птичек, которые с помощью магии машут крыльями словно настоящие. Помимо всего прочего птички умеют издавать звуки, услышав которые можно спокойно проснуться. Однако Гарри пора вставать и готовиться к одному из главных дней в году, а именно Дню Рождения.       В большом количестве народу мальчику было не комфортно находиться, поэтому его семья этот день праздновала в узком кругу, но с большим размахом. Всё по законам семьи Дурсль!       Выключив новомодный волшебный будильник, Гарри с улыбкой встал с постели и, заправив её, бегом отправился в ванную, дабы устроить семье ранний подъём, аж в шесть утра.       — Вот же они удивятся! — проговаривал по себя маленький мальчик, спускаясь по лестнице вниз в радостном предвкушении.       Однако, когда ничего не подозревающий племянник попал на кухню, его поджидал неожиданный хлопок и громкое поздравление от семьи, которые заранее решили удивить своего любимого родственника сюрпризом.       — Поздравляем с Днём Рождения, нашего маленького Гарри! Поздравляем, поздравляем, с Днём Рождения тебя!       Стоящий в ступоре Гарри, вмиг пришёл в себя и со счастливым писком кинулся в раскрытые объятия своего дяди, который и подготовил данное мероприятие для своего племянника.       — Спасибо большое! Я думал, что вы ещё спите и хотел вас порадовать завтраком, а вы меня опередили. Так не честно! — крепко прижимаясь к высокому и большому телу дяди, прокричал мальчик.       — А ты, что думал самый умный? Не-ет, дорогой кузен! — вставил свои пять копеек Дадли, который при этом громко захохотал. Из-за чего, отпустив Вернона, Гарри накинулся с объятиями на слегка крупного кузена, стараясь задушить.       Гарри всё-таки любил своего кузена, несмотря на частые подколы с его стороны. Подобные высказывания никогда не вызывали у него обиды или грусти, потому что ещё совсем маленький Дадли всегда сидел у кроватки кузена, когда тот был совсем крошкой и мог спокойно уместиться на длинном и крупном локте дяди Вернона. Это стало что-то вроде традиции, так как Гарри всегда был очень болезненным малышом, а в Дадли будто с рождения встроен какой-то синдром старшего брата, поэтому вся эта картина смотрелась слишком уютной настолько, что тётя Петунья как-то сфотала их вместе и поставила на камин в гостиной.       Любовалась она этой фотографией каждый божий день, тётушка такая сентиментальная женщина во всём, что касалось её детей. Но разве это не замечательно?

***

      Этот день однозначно стал для Гарри одним из лучших. Возможно, его родственники хотели выразить больше поддержки, так как Гарри сквиб и письмо из Хогвартса прийти ему не может. А может быть дело в том, что Гарри наконец-то стало лучше и в честь постепенного, но верного выздоровления Дурсли решили праздновать по-полной.       Сначала было маленькое застолье, на которое заехал даже его семейный колдомедик.       Поздравив Гарри, тот вручил небольшой браслет из серебра с аквамарином в середине. По секрету мистер Уэлсон добавил, что браслетик непростой. Его создателем является гоблин-ювелир, который наложил на эту вещь чары сохранности собственности, непробиваемости, полной защиты от коррозии и вырезал руническую цепочку на держателе камня в центре. Это были символы аппартации. В момент опасности для своей жизни, Гарри лишь необходимо мысленно произнести слово «Хранилище» и ребёнок сразу перенесется в безопасное место подальше от опасности, а именно в кабинет мистера Крюкохвата, дабы тот смог защитить своего маленького и магически слабого клиента от чего бы то ни было. Аппартация была многоразовая, поэтому переживать не стоит. Все чары и руны сделаны настоящим мастером в этом деле, что усиливало уверенность Гарри в этом предмете.       После вручения подарка, колдомедик вернулся на работу, напоследок пожелав успешно провести этот день.       Потом вся семья отправилась в аквапарк. Множество высоких и длинных горок заполнило всё пространство, вокруг было слышно много детского и взрослого смеха и восторга. Дурсли провели в воде достаточно времени, чтобы стать полноправными морскими обитателями. Гарри очень долго смеялся над Дадли, который движимый собственным любопытством продержался в воде дольше всех и после этого стал больше походить на сморщенный изюм, нежели на человека. Дадли гордо прозвал себя человеком амфибией. Гарри буквально катался со смеху, когда кузен решил поделиться своим новым званием. Вернон с Петуньей были рады, что мальчикам понравилось в аквапарке. Хоть это была не первая их поездка, но раньше долго они тут не находились, потому что Гарри быстро заболевал. Но сейчас с этим проблем нет, поэтому Гарри наслаждается поездкой на полную.       После аквапарка Дурсли заехали в хорошее детское кафе. За своим столиком они просидели час, так как Гарри медленно, но верно начал уставать. Активная деятельность всё равно сильно его выматывала. Несмотря на магические лекарства, Гарри всё ещё слабый малыш, которому нужно больше сна, чем другим детям его возраста. Поэтому расправившись с невероятно вкусным перекусом, счастливая семья вернулась домой.

***

      Радость племянника было видно сразу. Даже во сне тот улыбался, от чего сердца Петуньи и Вернона мгновенно таяли и, оставив поцелуи на лбу мальчика, они направились в гостиную, чтобы немного передохнуть от сегодняшней повышенной активности.       Сон Гарри был безмятежен. Он был безумно счастлив провести свой день рождения с семьёй. Хоть подобные приключения происходили стабильно раз в неделю, так как Дурсли любят выезжать из города, но они не были и в половину такими весёлыми как это. Однако для Гарри каждое совместное приключение запоминалось и занимало глубокое место в любящем сердце.       Гарри ещё очень долго не забудет, как месяц назад Дурсли выезжали на природу, тëтушка тогда приготовила десять огромных блюд. Живот все набили так, будто были на последнем сроке беременности. Потом они несколько часов не могли спокойно смотреть на любую еду.       В памяти Гарри подобного очень много, поэтому он считает себя самым счастливым человеком на всей планете, даже без магических сил. Это не так важно, как его семья и время проведённое в её кругу.

***

      Вечером, когда вся семья села за стол, чтобы поужинать в окно постучалась неожиданная гостья. А именно сова с письмом в клюве.       Разговоры резко стихли, а Гарри неторопливо подошёл и открыл окно, запустив гостью и прохладный воздух внутрь.       Сова села на спинку обеденного стула, ожидая, пока Гарри заберёт у неё конверт.       Мальчик аккуратно забрал бумагу из клюва птицы, как вдруг та со скоростью света вылетела в окно однотипного домика номер четыре на Тисовой улице, улетая прочь. Проследив за ускользнувшей гостьей до её исчезновения в небе, Гарри вскрыл конверт, из которого было вытащено два листа бумаги.       На первом значилось, что Гарри зачислен в школу чародейства и волшебства Хогвартс с припиской, что его письмо с подтверждением ждут до первого дня августа. Второй же лист пергамента имел в себе список необходимых предметов для учёбы в школе Хогвартс.       Радостное настроение моментально испарилось с лица маленького мальчика, который не имел никакого желания учиться там, где необходимо быть волшебником. Настоящим волшебником.       — П-почему…? Почему оно пришло?       Вопросы Гарри зависли в воздухе и никто не мог найти на них ответы.

***

      Следующий день был безнадёжно испорчен. Гарри наотрез отказался вставать с постели. Он был подавлен. Его обычная и счастливая жизнь с капелькой магии превращалась в катастрофу огромного масштаба.       — Почему это произошло?! Я не хочу уезжать от тёти и дяди. Я хочу быть с ними. — крупные слезы скатывались с пухлых щёчек и падали на постельное бельё, образуя большие мокрые пятна, — Почему, всё так вышло?! — подавленное состояние Гарри прогрессировало, счастья, после прошедшего дня рождения не осталось, лицо стало пустым, а глаза опухли. Его ужасное положение подхватили все в домике на Тисовой.       С лёгким скрипом двери в спальню к племяннику зашёл дядя Вернон и, заметив в коконе одеял Гарри, который тихо скулил уткнувшись в подушку, осторожно сел, начав поглаживать мальчика по дрожащей и худой спине.       Почувствовав чужие прикосновения, Гарри резко поднялся и изо всех сил прижался к своему дяде, который обхватил его крепкими руками в ответ, словно стараясь укрыть от любой опасности.       Немного посидев в такой позе, Гарри еле слышно спросил:       — Может, это ошибка?       — Надеюсь, что так.       — Я ведь даже со школьной программой не смогу справиться, что они думают, я буду там делать…       — Малыш, успокойся. Если это ошибка, то к нам никто из школьного состава не придёт. И ты спокойно продолжишь лечиться, ходить в обычную школу с Дадли или в другую на твой вкус. Однако, я думаю, что Дадли будет рад любому твоему выбору.       — Я тоже буду рад, если так и будет, дядя. Но тётя ведь рассказывала, какие те маги…       — Прилипчивые. Да, это так. Но знай и помни, Гарри, мы никогда тебя не бросим.       — Я знаю, дядя. Спасибо, — после этих слов, Гарри окончательно заснул на руках Вернона. Тот, стараясь не разбудить племянника, положил его на постель и накрыл одеялом, оставив отдыхать.       Спустя некоторое время, в спальню тихо прошёл Дадли и сел на кровать, чтобы побыть с Гарри и успокоить его, в случае чего. Сейчас он как никогда нуждается в поддержке.

***

      В кабинете директора Дамблдора тем временем состоялось экстренное собрание по причине будущего поступления Гарри Поттера в Хогвартс.       — Минерва, ответное письмо уже пришло?       — Нет, директор, пока от Гарри Поттера не поступало никаких известий. Может быть что-то произошло?       — Минерва, дорогая моя, что могло произойти по твоему с Гарри. Ты же знаешь, его охраняют чары его покойной матери. Сила любви, всё такое…       — Но, Альбус, а если…       — Минерва, ты зря беспокоишься. Завтра я поручаю тебе отправиться с Гарри по магазинам.       — Альбус, при всём уважении к вам, как к начальству, я не смогу. В этом году маглорожденных учеников очень много или ты думаешь, что у меня есть маховик времени на этот случай?       — Нет, что ты, Минерва. Я ни о чём таком не думаю! — пожилой мужчина поднял руки вверх для придания большего эффекта.       Минерва МакГонагалл хмыкнула и отвернулась от старого мага, который по её мнению был слишком беспечен, когда выбирал ту семью магглов для проживания там избранного мальчика.       Дамблдор обвёл присутствующих повеселевшим взглядом и, положив ещё одну сладкую лимонную дольку в рот, спросил:       — Но кто же тогда отправится к маленькому Гарри, чтобы познакомить того с магическим миром?       — Эт самое, профессор, может быть я? — выдвинул свою гандидатуру Хагрид, местный лесничий.       — Прости, Хагрид, но ты не преподаватель, чтобы выдвигать свою кандидатуру, — МакГонагалл была категорично против этой идеи, — «Хагрид конечно добрый человек, но на этом его плюсы заканчиваются. Не дай бог его увидят с Гарри Поттером. Что подумают члены педсовета? Нам нужен преподаватель, чтобы не посрамить честь школы».       — Минерва, я прекрасно понимаю это. Хагрид, извини, но нет.       — Эх, эт самое, ну ничего. Я не в обиде, мне б этак только хотелось на него взглянуть. Он же, эт самое, на своего папку наверное похож, такой же юморной… Наверное…       — Ага, юморной особенно в школьные годы. Нарушитель правил, не более того, — высказался профессор Снейп, которого Альбус вырвал прямо из лаборатории. А его, между прочим, оторвали от невероятного эксперимента с редким белым пером феникса, — «Даже не удосужился поинтересоваться, что его подчинённый мог быть занят во время каникул. А меня позвали, чтобы обсудить будущую «звезду Гриффиндора». У меня там зелье под чарами стазиса находится, а они тут собрались ради какого-то мальчишки. Что ж за день такой? Надеюсь, он не станет еще хуже».       — Северус, может ты сходишь с Гарри по магазинам? Ты всё равно просто дома сидишь до начала школьного года.       — Подобной «радости» мне не надо, — Северус показательно отвернулся от хмурого взгляда Минервы и Альбуса, — «Этот старый хрыч, решил намекнуть, что я за малолетними оболтусами не хожу, как Минерва? А ничего, что Флитвик и Помона тоже не ходят по домам маглорожденых. Или это ты в расчёт не берёшь?!»       — Ну же, Северус, никому, кроме тебя я не могу доверить столь важное дело, как знакомство избранного с волшебным миром.       — Северус, может сходите? Это не займёт много времени, ребёнок только один, — Флитвик хотел решить данный вопрос как можно быстрее, его уже заждались на конференции, посвящённой выкопанным минералам в Новой Зеландии.       На Северуса Снейпа сейчас были обращены все молитвенные взгляды, чтобы коллеги смогли спокойно вернуться к своим брошенным делам. С шумом выдохнув, Северус закрыл глаза и с рыком дал согласие. На что все коллеги с облегчением вздохнули и, прощаясь, начали расходиться по домам, оставляя профессора зельеварения и директора наедине.

***

      После обеда в дом Дурслей постучал мрачный мужчина в сопровождении директора Хогвартса, который ради этой невероятной встречи решил одеться глупее обычного. Светлая мантия жёлтого цвета с цветочками ошарашила тётю Петунью, когда та открыла им дверь. Поспешив скрыть этот ужас от своих любопытных соседей, женщина затащила мужчин в дом на кухню.       — Что вам здесь нужно? — в голосе Петуньи были слышны металлические нотки.       — Мы пришли за Гарри, дорогая Петунья, — Дамблдор решил побыстрее закончить дела, чтобы уйти от этой женщины.       — Вы директор Дамблдор, я полагаю? — Петунья сжала в руках кухонное полотенце от бури эмоций внутри неё.       — Верно. Мы хотели бы увидеть Гарри и показать ему волшебный мир.       — Прошу прощения, однако, Гарри никуда не поедет. С первого сентября он начнёт ходить в обычную школу. Мы уже давно подали туда документы.       Петунья была словно тигрица, защищающая своих детёнышей в этот момент. Её спина словно покрылась сталью, а глаза выражали недовольство происходящим на её кухне. В её обители!       — На каком основании, Поттер не поедет в Хогвартс? — Снейп решил уточнить у этой милой женщины причину, по которой этот мальчишка Поттер не будет в Хогвартсе бесить и нервировать его своими выходками. Кажется сегодняшний день станет лучшим в его жизни.       — Гарри является сквибом по бумагам гоблинов. А вы, как я помню, сквибов на обучение не берете.       В сердце Северуса вмиг расцвёл папоротник. А на его лице появилась еле заметная улыбка. Кивнув Петунье и застывшему Альбусу, Северус почти вприпрыжку отправился к себе домой заканчивать эксперимент с бутылкой огненского.       Когда входная дверь хлопнула, Дамблдор отошёл от шока и посмотрел на не выражающее лицо Петуньи, которая ждала пока он покинет её дом и оставит Гарри в покое. Однако, всё не так просто.       — Вы водили его к гоблинам?       — Да, директор. Они провели тест на крови и выявили вот это, — Петунья с ухмылкой отдала старику копию пергамента с проверкой крови Гарри, чтобы тот окончательно убедился.       Лицо Альбуса Дамблдора вмиг постарело, морщины на лице углубились, а сам он экстренно апартировал обратно в замок, чтобы всё осмыслить и обдумать.       Настроение Петуньи вмиг улучшилось и она продолжила готовить сегодняшний ужин, паралельно слушая радио, по которому сегодня транслировали её любимый сериал.