Мех, сталь и кровь

1 сентября 1914 год

Ночь Ночь. Холодная, тихая и тайная. Мы с Архипом дежурили на позиция. Он медленно потягивал самокрутку, а я задумчива вглядывался в белую, словно снег луну. — О чем задумался Гриша? — выпустив из рта длинную струю дыма, спросил Архип. — Да так, — опустив голову ответил я, — история интересная со мной произошла. Девушку встретил. — Да ладно? Серьезно? Красивая барышня? — улыбаясь, смотря на меня спросил мой собеседник. — Да. Не то слово… Спаниелька. Миленькая такая, маленькая. — Ну рядом с тобой и я не большой особо. — смеясь сквозь кашель от табачного дыма, заметил Архип. — Ну это то да… А голос у нее. Такой нежный. Как молоко парное. Стоит она значит, держит за уздечки кобылу мою и говорит так игриво: " Солдатик, не твоя пропажа?" Поворачиваюсь, а меня как ветерком обдало. Поворковала со мной, но дело ждать не могло. Пришлось как дураку убежать. И чушь какую то ляпнул. Встретимся ли мы ещё? Не знаю. - Да интересная история. Не такая как у меня конечно, но неплохая. - ответил Архип, затягивая сигарету. - Да? Расскажи! Как ее зовут? - Да ладно! Зря я это вообще вспомнил. - бегло ответил он. - Не, не, не. Давай рассказывай. Как ее зовут? Кто она? Где она сейчас? - уже с огоньками в глазах спросил я. - Звали. - грустно ответил он. - Люба. Любовь. Любочка. Гордая, красивая, будто скала. Немецкая овчарка. Представь такую даму. - Да... Внешность серьезная, вид статная, характер стойкий как монолит. Не женщина, а... Не знаю... Винтовка! - Неее. Она такой была только снаружи, а внутри как бабочка. Хрупкая. Хотя характер конечно присутствовал, но рядом со мной он пропадал на чисто. - словно мальчишка, задумчиво и ностальгически вспоминал он. - А как познакомились? - не сбавляя интереса спрашивал я. - Было это в один летний, тёплый день...

9 июня 1895 года Стоял я тогда у дверей того самого здания где ты рекрутировался. Смотрю, идёт прекрасная женщина. Вся из себя такая важная. Осанка прямая, лицо каменное, а самая в такой одежде... Мама дорогая! Я её прямо таки взглядом насквозь пронизываю, а она даже не посмотрела в мою сторону. Вдруг из за угла выскочил какой то оборванец. Сбил её с ног и подхватив сумку, побежал прочь. А я то в армии не первый год. Винтовку вскинул и прямо гаду в ногу. Тот орет от боли, на земле корчится, а мне то что? Я к барышне полетел. - Сильно ушиблись, барышня? - положив винтовку спросил я. - Ударилась. По-моему колено расшибла. - Позволите помочь? - осторожно спросил я. - Смотря чем. - гордо ответила она. - Донести вас хотя бы до тех ступеней, а то негоже даме лежать посреди улицы. - Чтож, думаю в этом вы правы. Я аккуратно взял ее на руки, словно ребенка и понес в то место. Посадив её, я вернулся за винтовкой. Вспомнив благодаря свистку полицейского о виновнике этого несчастья, я наблюдал как он корчась от боли полз по улице, оставляя красную полосу крови. Подойдя к грабителю, взял его за шиворот и потащил назад. Он сильно кричал, но резким "тихо" я моментально успокоил его, уложил у ступеней и сам поднялся назад к даме. - Только рыпнись гад! Стреляю я метку. Быстро утихомирю. - Да ладно вам. Оставьте его. - обратилась ко мне... ну думаю что ее уже можно называть Любой. - А где же ваша сумочка? - обеспокоенно спросил я. - Да Бог с ней. Меня больше интересует как вас зовут. - Меня? - удивлённо переспросил я, - А для чего вам? - Ну надо же мне знать имя моего спасителя. Меня зовут Люба. - мило улыбаясь ответила она. - Меня зовут Архип, барышня. - сняв фуражку с голову и низко поклонившись, ответил я. - Да что же вы как крепостной? Не надо, не надо! Не стоит этих "барышней"! Я же не помещица. По крайней мере не такая как моя мать. Просто Люба. - Что тут произошло?! - к нам подбежал полицейский. - Этот... Он пытался меня обокрасть. - показав пальцем на грабителя сказала Люба. - А дырка в ноге откуда? - Отсюда. - сказал я показав винтовку полицейскому. - Ага... Хорошо стреляете, солдат. Ну что родной, прошу со мной. Они удалились оставив нас наедине. - Вы так и не представились как следует. - сказала Любовь - Я Архип. - Архип. - рассмеялась она. - Простите. У вас забавное имя. - Ну чем богаты.

1 сентября 1914 года - Остаток дня она провела у меня на посту. Мы мило беседовали. Познакомились поближе и она стала приходить каждый день. Я однажды даже самострел в руку сделал, что бы попасть в лазарет. А Люба врачу денег занесла и к себе домой забрала. Представь? - завершил он. - Да ну?! С барышней? - недоумевающе спросил я. - Да. А как мы смотрелись... Где то у меня.... А вот! - он достал фотографию из нагрудного кармана. На нем стояла шикарная немецкая овчарка и строгий солдат, южнорусская овчарка. - Как же я по ней скучаю... - А что произошло то? - спросил я не отрывая глаз от фотографии. - Война произошла. С проклятыми раскосыми. - С японцами что-ли? - С ними! Мать их... - досадно сказал Архип ловко кинув докуренную самокрутку в лужу. - Я на фронт и она за мной. Дура. Сказал же быть в городе, а она в сестры милосердия подалась. Раненых на себе таскала. Даже меня один раз забинтована. Руки у нее были золотые. Но не дожила она до конца. Я дожил, а она нет. - тоскливо закончил он. - Почему? - Под пулями тащила раненого. Слышу верещат узкоглазые свое это... как его... "банзай". Кинулся один на меня, на землю повалил. Не мог я ей помочь. - начал плакать он. - Другой Любу прямо в спину штыком. Она только вскрикнуть успела, а он ещё раз ударил и ещё. Урод. Того что на мне сидел, я не помню как скинул, но помню как держал мою девочку на руках, а она кровь захлёбывалась. Господи, как же я плакал. Как я ненавидел себя, за то что позволил ей ехать со мной. - он хныкал как ребенок. Сидел и плакал. - Прости. Я... Я не хотел. - Ничего страшного. Им я уже отомстил. Сиба мать их Ину. Упыри не иначе. Женщину. В спину. Штыком.... Свою барышню береги. Потерять ее сейчас легче всего. - сказал он посмотрев на меня улыбаясь, словно счастливый отец. - Гриша. Ты не спи. Атака. Гриш. - Какая атака? Архип, ты о чем? - спросил я недоумевающе. - На позицию! Быстро! - послышалось со стороны. Где то рванул снаряд, но Архип даже не вздрогнул.

29 октября 1914 года - Гриша! В ружье! Быстро! Немец давит! Опять! - над ухом кричал сосед по землянке. Снова сон. Снова как на яву. Но это же было. На самом деле было! Что это за сны?! Неужели Архип помогает? Даже после смерти? Но на раздумья не было времени. Надо сражаться. За Родину! За семью! За Надю!