Corrupting Liam Payne (Lirry)

Эта ночь была беспокойной для них обоих. Гарри пытался выбраться из кровати несколько раз, но ему это не удавалось, потому что Лиам держал его в стальной хватке. Стайлс думал, что Пейн просыпался каждый раз и сильнее стискивал его в объятьях, когда он пытался освободиться от них, но, вероятно, это было лишь игрой его воображения. Но это было не так. Лиам в самом деле просыпался каждый раз и, да, не выпускал Гарри из своей кровати, сцепив свои конечности у друга за спиной. А еще он слышал, как Стайлс несколько раз шептал его имя, но усиленно делал вид, что спит, и пытался даже сопеть. Пейн не мог отпустить кудрявого парня; он не хотел позволять Гарри уйти из его кровати и, возможно, из его жизни. Каковы были шансы, что младший будет в его постели завтра ночью и все следующие после нее..? Шансы были невелики, и Лиам знал это. Он не мог просто попросить друга спать вместе или обниматься под одеялом... только не после их разговора о поцелуе, который вовсе не не имел значения для кареглазого парня. Поцелуй значил для Пейна целый мир; а чувство, которое он испытал в тот момент, было неописуемым. Это было похоже на сосредоточение всего самого лучшего на свете и даже более того; это было похоже на вспыхнувший фейерверк, яркий и незабываемый.

***

Лиам посмотрел на часы на его тумбочке; оставалось всего несколько минут до того, как сработает его будильник. У него был назначен прием в тату-салоне в одиннадцать, и так как у него нет водительских прав и нет рядом Луи, который мог бы подвезти его, ему придется взять такси, ведь он боялся просить Гарри сделать это. Прошло несколько минут, и в комнате раздался знакомый рингтон Гевина Дегро - Солдат. Гарри вздрогнул, случайно надавив рукой на живот Лиама. Он не был готов проснуться, не сейчас, когда он поспал только полчаса. Он немного поерзал в кровати, двигаясь ближе к Пейну и наслаждаясь близостью. Стайлс уткнулся носом в шею друга и вдохнул аромат старшего, смешанный с запахом его лосьона после бритья. - Гарри, - прошептал Лиам, слегка поворачивая голову, чтобы посмотреть на дремлющего парня. Он не хотел, чтобы это прекратилось, но у него не было выбора. - Выключи, - заскулил Стайлс хриплым утренним голосом. Лиам практически усмехнулся, но повиновался и выключил будильник. Он молча смотрел на то, как друг вернулся ко сну, тяжело вздохнув. - Прости, - прошептал Пейн, поцеловав кудрявого в макушку и накрыв его пуховым одеялом. А сам поднялся с кровати и достал чистую одежду из шкафа. В слово "прости" он вложил больше значений, чем одно. Лиам хотел извиниться за то, что оставляет его без объяснения о том, куда направляется. Ему было жаль, что он лгал ему, лгал по поводу поцелуя, очень значимого поцелуя. Также ему жаль, что он не оправдал ожиданий Стайлса, что был недостаточно хорош для кудрявого парня. Пейн хотел быть всем, в чем Гарри когда-либо нуждался и чего желал, но так как все, что он делал в последнее время, - напивался и все портил, он знал, что явно не преуспел в том, чтобы быть желанным для Стайлса. Гарри был тем, кому хотелось изменить его, кто говорил, что шатен слишком невинный. Лиам изменился; он думал, что напиваться и отбрасывать подальше манеры поведения за столом были хорошей идеей, но очевидно, это не так. Он не мог винить Стайлса в том, что тот устал с ним возиться; Пейн и сам устал от самого себя. После водных процедур Лиам оделся и почистил зубы. Он бросил последний взгляд на собственную кровать перед уходом. К его удивлению, Гарри больше не спал. Он сидел, опустив вниз голову и закрывая себя руками. Кареглазый парень не видел, размышлял ли он или плакал, и побоялся выяснить. Так что вместо того, что подойти и обнять друга, Лиам просто развернулся и вышел из дома. А Гарри плакал, утыкаясь в собственные колени и обхватывая себя руками. Он испортил... Он все испортил и знал это. Больше не было прежнего Лиама, но когда он почувствовал чужие губы, прижимающиеся к его макушке, ему показалось, что осталось хоть что-то от Пейна, которого он знавал. Теплого и чувствительного друга, который заботился о других больше, чем о себе. Гарри понятия не имел, за что именно кареглазый парень извинялся, но почувствовал боль в груди, когда это слово сорвался с губ друга. За что бы там Пейн не извинялся, в самом деле не он должен был делать это. В глазах Гарри Лиаму не за что было извиняться, потому что во всем виноват только Чеширский парень. Он хотел собрать все свои вещи из этого дома и уйти, но решил этого не делать. Гарри просто должен смириться с тем, что они целовались, и Лиам вовсе не наслаждался этим. Он пытался смириться с горем, ведь ему не хотелось позволить пропасть их дружбе. Хотя Стайлс не был уверен, что что-то еще осталось от их нерушимой связи, как он раньше её считал. Гарри кричал в подушку до тех пор, пока лицо не стало ярко-красным, и ему пришлось напрячься, чтобы выровнять дыхание. Он бросал подушки в противоположную стену изо всей силы и вымещал свою злость на кровати, ударяя по матрасу кулаками. - Ох, блять! О чем Гарри не думал, так это о том, что можно навредить себе, даже если бить матрасу с достаточной силой. Он схватил ушибленную руку здоровой рукой и потрогал свои пальцы. Нет, Стайлс их не сломал, но фиолетовый отек уже начал формироваться, и это не выглядело очень хорошо. Вздыхая и бесясь из-за расстройства, он поднес пальцы к холодной воде, попутно звоня Луи. - Луи, приезжай к дому Лиама. Ты мне нужен. Быстрее. - Ну, привет, Гарри, мне тоже приятно с тобой пообщаться, - фыркнул Луи на требовательный тон друга. - Пожалуйста, Лу, - голос Гарри сломался, и это то, что заставило Луи сбросить вызов и немедленно направиться к Лиаму. Ему потребовалось двадцать минут, чтобы добраться до его лучшего друга. - Гарри, ты где? - позвал Луи, входя в дом Лиама. Он не стал дожидаться ответа, услышав скулеж и двигаясь по направлению звука к спальне Пейна. - Твою мать! - Гарри плакал, слезы текли по его лицу, когда он пытался поместить одну из подушек обратно в наволочку. - Эй, эй, тише, тише! - Луи пытался утихомирить его, отбирая подушку и бросая ее на кровать. - Все в порядке теперь, - он обхватил торс Гарри руками и положил свой подбородок ему на плечо, не чувствуя ничего, кроме всепоглощающей тоски. - Я все испортил, Лу! - закричал Стайлс, уткнувшись в белую рубашку Луи. - Все в порядке, лампа не разбита, и мы можем тут убраться, пока Лиам не вернулся. Возможно, придется заплатить доктору за визит, но твоя рука заживет. - Нет! - отчаянно воскликнул Гарри. - Я испортил все, Лу. Мы с Лиамом были... Но теперь мы... - кудрявый парень даже не знал, что хотел сказать. Он не был уверен, что именно он испортил: дружбу или нечто большее, что могло быть между ними? - Пойдем.. - вздохнул Томлинсон. - Я сделаю тебе чашку чая, а после я здесь уберусь и отвезу тебя к доктору. И тогда ты мне все объяснишь, хорошо? - на самом деле, это не было вопросом, так что у Гарри просто не было вариантов, кроме как кивнуть и сесть на диван, когда Луи протянул ему чашку чая и пакет со льдом.

***

Полтора часа спустя, после того, как Луи и Гарри побывали у врача и перебинтовали зеленоглазому парню руку, они направились обратно к дому Лиама. Три пальца пострадали сильнее всего, и его руке нужен был отдых минимум на три недели. Томлинсон предложил другу остаться у него, но тот отказался. - Нет, я не хочу лишних слухов, сам знаешь. Мне не хочется облажаться еще больше, - Луи понимающе кивнул. Гарри все рассказал, пока они ехали, и Луи просто выслушал его. Стайлс любил своего друга за то, что он никогда не был тем, кто станет осуждать. Как только они вернулись домой, Лиам уже был там. Он сидел на диване, уставившись в ящик, по которому шла какая-то передача о морских свинках. - Привет, - нерешительно сказал Гарри. Лиам обернулся, не ожидая услышать знакомый хриплый голос, хотя был уверен, что Стайлс вернется, так как все его вещи по-прежнему лежали в спальне для гостей и ванной комнате. - Привет, Гар... Что с твоей рукой? - он подскочил с дивана, немедленно приближаясь к другу. - Я...Эм, она в синяках. Я убирался и случайно стукнулся рукой, врезавшись в стену, - Стайлс солгал, но уязвимость в его голосе заставила Лиама понимающе кивнуть. - А что ты сделал? - спросил младший, указывая на покрытое пищевой пленкой запястье. - Сделал еще одну татуировку, - слабо улыбнулся Пейн. Я хотел попросить тебя помочь намазать руку вазелином, но так как ты пострадал... Думаю, не нужно, - он пожал плечами. - Н...нет, я помогу тебе. Вторая рука все еще здоровая. М..могу я увидеть ее? - у Гарри дрожала рука, когда он прикоснулся к запястью Лиама, пытаясь снять защищающий слой пленки. С помощью другой руки Пейна они сняли материал, и Стайлс увидел татуировку. «Only time will tell» «Только время покажет»