American trash

      Джесс уткнулась в мягкие блестящие волосы брюнетки, что пахли ветром, который нахально путал густые пряди. Оставила несколько поцелуев и прикрыла глаза. Умиротворение, которое приносила Джессике Билли стало чем-то, от чего она стала зависима. Все опасные мысли разом становились мелкими и незначительными, пока Айлиш оставалась рядом, оставляя только одну самую важную цель — довести её до обессиленного состояния, когда искусанные губы бессознательно шептали одно-единственное имя.       Айлиш же словно сошла с ума. Последние недели она устраивала форменную клоунаду, заставляя Джессику и всех остальных хохотать до слёз. Она спорила и препиралась с преподавателями, преследуя только одну цель — расслабить и без того вечно напряжённую голову Хантер. И у неё получилось, особенно после сегодняшней её выходки.       Джессика задумчиво сидела за длинной партой. Какой-то чёрт дёрнул её нацепить короткую юбку в складку и белоснежную рубашку с короткими рукавами, отчего сегодня она напоминала одного из воинов в матросках, а именно Сейлор Марс. Склонившись над очередным конспектом по литературе, она даже не сразу осознала, что по правому бедру мягко топает двумя пальцами рука Айлиш.       «Быть или не быть… или не быть… или не быть…», — ручка выводила одну и ту же строчку. Девушка нервно посмотрела на сидящую рядом, невозмутимую Айлиш, которая с очень важным лицом интересовалась у преподавателя, актуально ли сейчас изучать Шекспира и какова его роль в современном кинематографе. Рука уже забралась под юбку. Джесс попыталась сбросить её, чтобы сосредоточиться на в общем-то уже неинтересном предмете, так как всё пространство сузилось до одной точки. Той, где рука Билли соприкасалась со внутренней частью бедра.       — Ты издеваешься? — прошипела Хантер. — Билли! Перестань!       — Мисс Хантер, у вас какие-то проблемы? — поинтересовалась миссис Томпсон. Хантер открыла рот, но наглая рука Айлиш пробралась ещё выше и теперь откровенно дразнила девушку, слегка потянув за тонкую резинку нижнего белья.       — Эм… — выдохнула Джесс, — нет, всё… всё в порядке, — и для правдоподобности покивала головой.       Торжествующую улыбку Билли, спрятанную за свисающими тёмными прядями она ощущала на своём теле так, словно та была материальной. Впрочем, где-то внутри Джессики просыпалась она сама — авантюрист до мозга костей. Внезапно, снова стало на всё плевать, ведь она же сама вполне может управлять ситуацией. Эта мысль пролетела в голове яркой кометой, а уже в следующую секунду рука Билли была плотно сжата бёдрами — Хантер положила ногу на ногу и пытливо уставилась на бессовестную соседку по парте, выжидая следующий шаг. Игра затягивала, учитывая, что её с лёгкостью мог заметить тот, кто уронил бы например ручку на пол. Билли дёрнулась, но безуспешно — Хантер не собиралась выпускать конечность из плена. Вместо этого она устроилась поудобнее, улыбаясь так, словно вышла из чёртовой преисподней.       — Доиграешься, — тихо шепнула брюнетка.       — Да ну? И что мне за это будет? — лукаво поинтересовалась Джесс. Билли пожала плечами и слегка надавила пальцами а промежность девушки. Глубокий вдох и закушенная губа.       — Ты сумасшедшая, знаешь об этом, да?       — Знаю.       Хантер едва высидела грёбаную пару. Возвращаясь в общежитие, она всю дорогу выговаривала Айлиш, что нельзя играть с ней в такие игры, на что Билли лишь беспечно посмеялась и преспокойно втолкнула её в свою комнату, заперев дверь на ключ.

***

      — Вот и как мне после этого к тебе относиться, а? — поинтересовалась Джесс у, кажется, задремавшей на её груди Айлиш. Та улыбнулась и чмокнула девушку в выпирающую ключицу.       — Как пожелаешь, — она заглянула в серые глаза, которые давно не выражали абсолютнейшее расслабление, — меня всё устраивает. Могу быть для тебя кем угодно!       — Ну ты и скотина, Айлиш!       Билли пропустила эти слова мимо ушей. Разве могло быть сейчас что-то лучше, чем то, что Хантер лежала в её кровати. Абсолютно без одежды, в трезвом уме и даже по своему собственному желанию. О’Коннелл незаметно хихикнула — добилась-таки чего хотела. Шаткий мир обретал стабильность и спокойствие. Джессика аккуратно натянула одеяло и провалилась в очередную порцию тепла и покоя рядом с неугомонной и очень настойчивой Билли.

***

      — Полтора месяца до Рождества.       Громкий голос Уэлш нёсся откуда-то издалека. Джессика ухмыльнулась — Ирма всегда была той ещё выскочкой, хотя в последнее время та ходила подавленная. Но, видимо сегодня, она решила снова включиться в строй. Гиперответственность Ирмы вкупе с желанием быть в каждой бочке затычкой раздражала Джессику. Раньше. Сейчас же, когда рядом была Айлиш, все краски мира потеряли резкость, став приятными сочетающимися между собой оттенками. И теперь Джессика, в какой-то степени, видела в Ирме себя — ей казалось, что та ужасно одинока, несмотря на Макса, её парня. Она искренне отдавалась своей внеучебной деятельности и действительно остро переживала, если всё шло не по плану. Хантер усмехнулась — она помнила, что Ирма стала второй причиной, по которой она сблизилась с Билли. Девушка поравнялась с ней.       — Привет, Хантер! Как жизнь?       — Всё хорошо, а у тебя как?       Блондинка грустно улыбнулась, задержав свой взгляд на Айлиш, которая наблюдала за коротким диалогом. В глазах отразилась тоска, которая моментально сменилась кратким мгновением нежности.       — Ну… Знаешь… а вроде неплохо. Ты будешь участвовать в празднике?       Хантер закатила глаза и усмехнулась — вечно она со своими праздниками.       — Зависит от того, что мы будем делать. Но вообще, не отказалась бы.       — Отлично! Я пойду, Джесс. Всего доброго.       Хантер долго смотрела удаляющейся девушке вслед и вдруг осознала одну страшную и одновременно чудесную мысль: не только одной ей было плохо в этом году. Другие люди тоже были надломлены. Но так или иначе находился кто-то, кто спасал ситуацию. Находилось что-то, что давало силы жить дальше. И в этот момент Джессику затопило такое чудовищно огромное чувство благодарности ко всем, кто был с ней рядом. Она определённо не была одна. Определённо. Билли улыбнулась и продемонстрировала телефон, на котором высвечивался звонок от «Финик». Она отошла в сторону, чтобы поговорить с братом.       Задумавшись об этом и чему-то невесомо улыбаясь, она и не заметила сначала какое-то странное настроение среди студентов. Кто-то чему-то радовался, выкрикивая какие-то слова. Джесс медленным шагом прогуливалась среди обнимавшейся толпы, не особенно разглядывая людей. Мир, окружавший её был прекрасен, хоть его присыпали осколками разбитых чувств и полили коктейлем из разнообразных эмоций. Всё было хорошо. Всё.       — Джесс?       Её словно окатили ведром ледяной воды. Ночной кошмар, преследовавший её, вдруг обретал явные черты. Он определённо был здесь. Он посмел явиться сюда. Он решился назвать её имя. Хантер резко остановилась и выпрямила спину, будто проглотила кол. Тело снова окутало безнадёжностью и липким страхом. И где Айлиш, когда она так нужна?       — Джесс! Джессика! Постой! Пожалуйста!       Хриплый голос с умоляющими интонациями, который она когда-то любила слушать часами. Ник Купер явился в университет. Вот кого так радостно обнимали ребята, они же не знали произошедшего — видимо он всё-таки не растрепал о том, что разбил сердце, тело и душу своей бывшей девушки. Теперь он был здесь. Джессика медленно повернулась на голос, не до конца веря в происходящее. Но это был он — Ник, собственной персоной, с потухшим взглядом, всё такой же привлекательный, но опротивевший Джесс до безумия. Она равнодушно оглядела бывшего парня и криво улыбнулась. Брюнет собирался с мыслями.       — Чёрт, Джесс, я знаю, что ты меня ненавидишь и… — Хантер, как заворожённая двинулась вперёд и подошла вплотную. Посмотрела в грустные зеленовато-голубые глаза и ласково улыбнулась. По телу словно пробежала невидимая волна, которая и привела в действие нужный рычаг. Секунда — и Купер с неожиданно громким стоном схватился за нос и согнулся в три погибели. Не совсем осознавая что творит — может быть силы придавал адреналин — она размахнулась и смачно влепила ещё один удар. Замахнулась ещё раз и почувствовала, как кто-то обхватил её сзади. Напряжение чудесным образом ушло. Да как она это делает?       — Ещё вопросы?       Ник смерил девушку ошалевшим взглядом, не замечая впрочем волшебным образом появившуюся Айлиш рядом. Он ожидал подобную реакцию, но сломанный нос… И когда Хантер научилась так бить?       — Это было заслуженно, я понимаю, Джесс! Я клянусь, я не трону тебя и пальцем, я…       — Конечно не тронешь, учитывая, что ты на глазах всего кампуса, — холодно отозвалась Айлиш, обнимая ещё не до конца осознавшую реальность Джесс. — Не приближайся к ней!       — А ты ещё кто? — нагло поинтересовался Купер, впрочем уже с опаской поглядывая на уже абсолютно счастливую Хантер, которая катала на губах мечтательную улыбку. Однажды во сне она дотянулась до хрупкого носа парня и теперь воплотила это в реальности. Она жадно рассматривала кровь, которая хлынула из носа парня прямо на его одежду.       — Говори что хотел и проваливай, — лениво отозвалась Джесс. — Впрочем, мне тоже есть кое-что сказать тебе. Ты нарушил договор. Запись хранится, угадай где, — лицо парня побледнело, — так что было опрометчивым поступком являться сюда.       — Ты… говорила, что…       — Солгала. У тебя тоже получалось очень честно врать.       Ник нервно хохотнул, зачёсывая пальцами волосы. Эффект неожиданности, мать его. Хантер снова удивила.       — Я клянусь тебе, я приехал не для того, чтобы навредить тебе. Я всего лишь хотел… Ты можешь убрать своего цербера куда-нибудь подальше, чего она на меня так вылупилась? — Джесс обратила внимание на взгляд Билли и невольно поёжилась — он выражал такую концентрацию ненависти, что Хантер даже удивилась — не могла её мягкая и нежная Билли быть такой. Её… Как давно она стала так думать?       Айлиш перевела горящий злостью взгляд на Джесс. Та молча кивнула.       — Я буду рядом, окей?       — Окей.       Чмокнув Джессику в висок, она отошла в сторону, не сводя впрочем глаз с парня, который всё же смотрел на бывшую девушку, если не с желанием или любовью, то, по-крайней мере с тоской от того, что они более не вместе. Джесс скрестила руки на груди.       — Десять минут.       Она внезапно вспомнила, что может сама диктовать свои правила. Так всегда было и так всегда будет. Потому что она — Хантер. Охотник. Ничто этого не изменит.       — Это твоя девушка?       — Не твоё дело, Купер, — Хантер почувствовала острое раздражение. Сам того не желая, надавил на странную мозоль, о которой Джесс старалась не думать. Кто они с Билли друг другу? — Что-то ещё?       — Да. Я хотел… В общем, я хотел извиниться. Когда я… сделал это с тобой, — Ник поморщился, — я был не в себе, но это, конечно ещё более усугубляет вину… Отец тогда отправил меня в Лондон, где я в принципе и продолжал то же самое. Пил, курил, употреблял… Но однажды меня переклинило, я попал в переплёт и… Не буду рассказывать всю историю, но суть заключалась в том, что я осознал то, что сделал… Поэтому решился приехать сюда и попробовать попросить у тебя прощения, — Хантер усмехнулась.       — Засунь своё прощение себе в задницу, Купер. Ты сделал всё, чтобы я вдвойне возненавидела свою жизнь, поэтому даже при всём желании я не буду отпускать тебе твои грехи. Тем более, что этого желания нет.       Ник пнул камушек носком кроссовка, а потом снова поднял взгляд на Джессику.       — Я знал, что ты так отреагируешь. Ты ни капли не изменилась, Джесс. Но это и правильно, — грустно отозвался парень. — Я бы с удовольствием отмотал время назад и никогда в жизни бы не поступил так…       — Что было, то прошло, — холодно отозвалась девушка. — Главное, чтобы ты осознавал что именно и кому ты сделал. На моём месте могла бы быть другая, кто не смог бы дать тебе отпор, впрочем я тоже не дала… В любом случае, я не хочу тебя больше знать, видеть, слышать, не хочу. Довольно с меня всего этого пиздеца! — она резко развернулась, чтобы свалить от ебаного Ника куда подальше и затянуться сигареткой, но.       — Я знаю, про ситуацию на посвящении.       Джесс в очередной раз посмотрела в надломленный взгляд Ника, который теребил подол своей рубашки. Расплылась в улыбке.       — Я и не сомневалась. Интересно смотреть на плоды своих действий? Представляешь, как у меня поехала крыша из-за того, что ты натворил? Я стала убийцей, уууу.       — Я знаю, что это не ты. Это ещё одна причина, по которой я приехал. Против твоей семьи плетётся заговор, ударили по тебе, так как ты — самое слабое, не в обиду, звено!       Хантер практически вплотную подошла к бывшему парню и схватила его за воротник.       — И конечно ты об этом знаешь, потому что имеешь к этому отношение, так? — прохрипела Джессика. Глаза задёргались, но усилием воли, девушка сдержалась, чтобы ещё раз не треснуть Нику, теперь уже по башке.       — Нет, я не имею к этому отношения, но я подумал, что могу передать тебе кое-какие сведения. Это не искупит мою вину, но…       — Кто такая Ванесса?       Купер искренне удивился. Потом наморщил лоб, словно копаясь в воспоминаниях, но отрицательно покачал головой.       — Я не знаю, никого с таким именем, но… Джесс, речь не об этом! Они копают под твоих родителей! Эпштейн!       — Кто это?       — Я не знаю большего, но кажется, это что-то связано с его островом развлечений…       Джессика слышала когда-то эту фамилию, но знать не знала откуда и что она могла значить.       — С каким. Нахрен. Островом?! — раздельно произнесла девушка. Купер грустно ухмыльнулся.       — Я не могу утверждать, но… В общем поищи информацию по этому парню, возможно это связано с ним. Мне пора. Договор, который мои родители заключили с твоими гласит о том, что я не имею права к тебе приближаться, да и вообще… Впрочем, неважно. Я не желаю тебе зла, Джесс… Я тебя любил… Может и до сих… — девушка грубо прервала его.       — Не может. Спасибо за информацию, хоть когда-то ты не оказался бесполезным, — с этими словами она помчалась прочь от когда-то любимого человека, чтобы притянуть к себе ту, что заставляла её жить раз за разом, вытаскивала из глубины наружу. К Билли. К самой необычной девушке, которую она когда-то встречала.

***

      — Ты задумчивая ещё более, чем обычно.       Айлиш сбросила с себя толстовку, оставшись лишь в тонкой обтягивающей майке. Джессика потянулась за очередным поцелуем.       — Я всего лишь задумываюсь о том, как ты прекрасна, Билли О’Коннелл. Только и всего.       Джесс практически не лукавила. С каждым днём в ней росло необъяснимое чувство в груди к её сокурснице. Джессике казались смешными их дурацкие перепалки, теперь она уже считала себя полной идиоткой. С Билли можно было подурачиться, поговорить, помолчать и… довериться. Айлиш сейчас была очаровательна в полной мере и в груди Хантер ворочалось что-то, очень похожее на огромное тёплое чувство.       — Мне не понравилось, как Ник смотрел на тебя.       — Что ты имеешь ввиду?       Ещё одно короткое движение и брюнетка остаётся совершенно без одежды, демонстрируя маленькое тело, с выдающейся… душой. Джесс склоняет голову, мягко двигаясь взглядом по изгибам тела Айлиш. Она немного хмурится, а затем её выражение лица становится самым сладким в мире.       — Он смотрел на тебя так, словно хочет вернуть.       Хантер протягивает руку к манящему телу, вызывая стайку мурашек — Айлиш слегка поджимает живот, задерживая дыхание. Сыграть можно что угодно, эмоции могут быть абсолютно разными, но не здесь и сейчас. Сейчас всё слишком правильно.       — Тебя это заботит? Или заводит? Или ты ревнуешь?       Джесс, сидя на кровати, прижимается губами к тазобедренной косточке Билли, которая смотрит на неё сверху вниз. Мягко облизывает нежную кожу и выжидающе смотрит на девушку, которая должна дать ответ.       — Я не хочу, чтобы он смотрел так на тебя. И чтобы хоть кто-то так смотрел.       Билли строит из себя холодную и неприступную, что очень смешит Джессику. Айлиш сказала ей как-то раз, что Хантер никогда не видела себя со стороны, но и сама она даже не представляет как выглядит, когда тело пронзают тонкие вибрации. Джесс не сдерживается и смыкает зубы на мягкой коже и тут же жалеет — она моментально покрывается краснотой. Когда-то она услышала фразу о том, что синяки (в данном случае засосы, ну или укусы) — это маленький космос, но сейчас была в корне с ней несогласна. Потому что Билли сама являлась космосом — таинственным, сияющим и таким привлекательным.       — А чего ты хочешь?       Хантер намеренно тянет время. Ей нравится следить за малейшим изменением эмоций О’Коннелл, которая нервно выдыхает, чувствуя на себе горящий укус, который девушка жадно облизывает.       — Тебя.       «Я и так уже твоя», — проносится в голове девушки перед тем, как окончательно упасть в небо, которым являлись глаза О’Коннелл.

***

      Два горячих тела сплетались в своём бесконечном желании обладать. Две непонятые души сливались в одно, зная, что притянуты не просто сексом, а чем-то большим. Два сердца создавали самый причудливый и верный бит. Два голоса выводили самую прекрасную мелодию стонов. Две пары глаз смотрели друг на друга и видели в противоположной паре то, чего им обеим так не хватало.       — Я люблю тебя, — прозвучало совсем невесомо. Как ветер, шелестевший где-то снаружи. Как дождь, стучащий по крышам и подоконникам домов. Как первый луч солнца, щекочущий листву верхушек деревьев. Как самая последняя нота самой прекрасной песни о… любви?       Потому что не всегда о любви нужно кричать. Главное — чувствовать её.

***

      Билли мерно сопела рядом, пока Джессика плавала на просторах интернета, в поисках информации и с каждой секундой ей становилось страшнее ибо, если родители действительно замешаны в подобном кошмаре, то дело действительно очень и очень плохо. Ник был скотиной, это вполне было бы в его стиле — посеять смуту, но если всё действительно было так, то Джессике не оставалось ничего, кроме как ждать очередного удара. Потому что нет ничего страшнее загубленной невинной души, уж Джесс это точно знала. Нет ничего хуже неконтролируемого страха.       Ник… Джессика была счастлива, что стойко выдержала и пережила их встречу, ибо вспоминая те моменты, связанные с ним, которые доводили её до слёз, уже не так сильно трогали её. Купер был хреновым актёром, если быть честной. Она не хотела искать ему оправдание, но если он и правда действовал на голом альтруизме, то в таком случае, его бы стоило даже поблагодарить. Хантер улыбнулась, вспоминая ревностный взгляд О’Коннелл, которая очень обиженно заявила о том, что не желает, чтобы он так смотрел… Маленькая хрупкая Билли являлась целым ураганом, который заковывал в свои вихри и уносил прочь в волшебную страну, где жил Гудвин в изумрудном городе. Туда, где всё было прекрасно.       Билли пошевелилась и обняла девушку, в очередной раз вызывая шквал мурашек на тонкой белой коже. Девушка отложила телефон. Хоть проблемы и не любят ждать, но Хантер решила, что им тоже следует отдохнуть, а потому прижала Айлиш к себе и позволила себе опять выдохнуть. Потому что пока она рядом — никто не навредит ей.