Ascent

всё, довольно мучений. не выдержу больше. замолкни. не жалеешь речей своих желчных и скалишься волком, что не реплика — шпилька, обман и ловушка, уловка, хитрый карточный фокус. доколе мне это терпеть? осыпаешь остротками, колко взрезая детали, но глаза твои — кроткие, вовсе не волчьи. ристалищ не горел в них пожар, а сверкали живые кристаллы. и я чту их, как многие славят иконы, вертеп. об одном лишь мечтал я — держаться до финишной точки, но сражён наповал малодушной чредой многоточий. нет, постой... подожди, сей дурной монолог не окончен. недосказанность — лишь полумера, трусливое зло. сам хотел бы сбежать, но молю: не пойми же превратно — я тебя не люблю, но всегда убеждаюсь в обратном. пленник собственной лжи, я себе не признался когда-то. а тебе — признаюсь. да, наверное, хватит уж слов. ...я не знаю, что с нами не так или что мы такое, кто связал этот Гордиев узел жестокой рукою, только сам попирал я любовью святые законы; приговор себе вынесу и оглашу его сам. напоследок позволь мне одну небывалую дерзость — хоть бывал я озлоблен, и груб, и заносчив, и резок, но открыто твой взгляд не выдерживал, будучи трезвым. ...будь же сам к себе милостив, милый мой, не угасай.