Невеста Полоза

      Азирафаэль очнулся в просторной светлой комнате, заботливо уложенный кем-то на большую кровать.       В голове всплыли события прошлой ночи. Парня от ужаса прошиб холодный пот. Поднявшись рывком, в первую очередь он проверил наличие кинжала в складках одежды. Оружие оказалось на месте. Азирафаэль облегчённо выдохнул, оправил платье, «фату», направился к двери и дёрнул резную ручку.       «Заперта, вот чёрт!»       На подоконник спрыгнули белочки, которые, как выяснилось, умеют говорить.       — Свадьба, свадьба! Господин Змей больше не будет один! — пропищала одна.       — Бедная невеста, нелегко ей придётся, — запричитала вторая.       После огромного говорящего змея видеть таких белочек было конечно не так удивительно, но всё же непривычно, и потому Азирафаэль лишь смотрел на рыжих зверьков, не в силах ответить что-либо.       — Ох и не говори, милая…- зверёк причудливо сложил лапки, совсем как переживающий человек, а потом поднял взгляд на Азирафаэля, — Но если тебе понадобится наша помощь, обращайся!       На этой доброжелательной ноте зверьки махнули пушистыми хвостиками и спрыгнули на ближайшую к окну ель.       Спустя несколько минут, не дав «невесте» отойти от рыженьких гостей, в комнату залетела ворона, прокаркав, что уже пора идти, и тут же вылетела обратно.       Хмуро проводив странное создание взглядом, Азирафаэль шумно выдохнул. Через миг говорливая птица залетает с ничем непримечательной палочкой, просовывает её в скважину, и дверь открывается. Ворона с громким карканьем, больше похожим на довольный смех, чинно покидает комнату.       Азирафаэль выходя из комнаты в тёмный коридор, опасливо оглядывается. Свет едва ли доходил до тёмных закоулков коридора и лестниц, поэтому двигаться приходилось практически на ощупь.       Блуждая по дому, он встречает нескольких странных существ, не очень смахивающих на людей, но и не похожих на животных или растений. К примеру, за углом коридора он увидел пень во мху. Когда глаза немного привыкли к полумраку, он заметил, что ствол напоминал морщинистое нахмуренное лицо старца с закрытыми глазами. Подойдя немного ближе и пытаясь рассмотреть необычную корягу, он уже было потянулся рукой к ней, как вдруг «пень» со скрипом открыл глаза и издал звук отдаленно напоминающий кашель, которым обычно намекают на то, что вы переходите чьи-то личные границы. Резко отдёрнув руку, Азирафаэль извинился и быстро ретировался, желая скорее уйти от всех этих волшебных, странных созданий.       Завернув за другой угол, оглядываясь назад и совершенно не смотря вперед, он случайно врезается в рыжеволосого молодого человека, который, к счастью, ловит его и не даёт упасть. Из-за платка на лице он (конечно) плохо видит и даже не понимает, кто перед ним стоит.       Однако главная радость этого момента для Азирафаэля была в том, что это не пень с глазами и не говорящее животное.       Незнакомец улыбается и приветствует «гостью», на что «невеста» лепечет несвязные слова фальшивым высоким голосом от смущения и страха. Затем рыжеволосый молодец гладит его руку и говорит, что сейчас немного занят, но они обязательно вскоре встретятся. Оставив недоумевающего парня стоять посреди коридора, он ускользнул так же незаметно, как и появился.       Пройдя буквально пару шагов вперёд, Азирафаэль случайно заходит в довольно большое помещение, что, судя по шуму и запаху, оказывается местной кухней.       Здесь намного светлее и приятнее, чем в тёмных коридорах со всякими пнями. Довольно большую часть пространства занимает печка, за заслонкой которой весело потрескивает огонь. Рядом лежит аккуратно сложенная связка дров. По одной из стен развешаны пучки незнакомых ему трав и нанизанные на нить грибы.       У большого стола возятся какой-то маленький человечек и его. помощники? Где ему птица помогает, где еще какой зверь. Заметив Азирафаэля, он приветливо зовёт гостью.       — О-о, да ты верно невеста нашего хозяина, — старичок деловито отряхнул руки от муки и упер их в бока. -Проходи, присаживайся! Да не бойся, никто тебя тут не обидит.       — А кто вы? — стараясь вновь соответствовать голосу девушки, Азирафель забавно пытается повышать тон голоса.       — Хах, вот уж думал домового люди точно узнают. — густые брови его смешливо поползли вверх.       Старичок усаживает невесту за стол, угощает пирогом (на который Азирафаэль смотрит голодным зверем, но отказывается, потому как пришлось бы снять платок) и говорит, — Завидна роль невесты в этом доме, но все же сочувствую я тебе, как будущей жене нашего хозяина…       — Кто только в этом доме уже не посочувствовал моей судьбе. Смиренно благодарю, но не стоит, — эти однотипные фразы начинали вызывать у Азирафаэля раздражение. Домовой по-доброму улыбается в пышные усы, глядя на невесту:       — Знаешь, хозяин у нас не такой плохой, как может показаться. Да, поначалу ядовитый и вредный, так что на стену лезешь от его замашек, но в душе он неплохой. И не каждый может это разглядеть, — домовой хитро подмигнул ему.       В этот момент на кухню с громким смехом влетают девушки в венках, с длинными волосами и немного прозрачной кожей, отдающей синевой.* Они приветливо поздоровались с домовым и сказали, что Змий им приказал доставить невесту во двор, неподалеку от дома, ведь там скоро начнётся обряд.       Пожелав юной невесте удачи, домовой распрощался со всеми девами, шутливо пожурив напоследок их за то, что мешают ему готовить свадебный пир, на что они с заливистым смехом уходят, оставляя за собой маленький шлейф из полевых цветов.       Быстро преодолевая тёмные коридоры дома, девушки вели «невесту», при этом едва ли обращая на неё внимания и ведя какие-то свои разговоры.       Местом обряда была выбрана небольшая поляна у леса, щедро освещаемая еще теплым сентябрьским солнцем. У двух отдельно стоящих берёз, ветви которых были обвязаны цветными лентами, невесту уже кто-то ждал.       Когда девушки подводят Азирафаэля к жениху, то он в один момент забывает как ходить, потому что перед ним стоит тот же человек, которого он встретил сегодня в тёмном коридоре терема (разве, что более ряженый в честь праздника).       При ярком дневном свете удалось разглядеть мужчину получше даже в этом треклятом платке. Это и есть Змий? Этот очаровательный молодой человек, был огромной страшной змеёй, доведшей всё его семейство до смиренного ужаса? Это он так вежливо разговаривал с ним и не дал упасть, когда он едва не сшиб его?       Обряд проводило ещё одно существо похожее на дерево, хотя и не так сильно походил на старую корягу, как тот, которого Азирафаэль встретил в глубинах чужого дома. Однако подошел он к ним с явным скрипом, какой издают могучие старые деревья при сильном ветре.**       Рядом, в качестве свидетелей обряда всё ещё стояли те призрачные девушки с цветами в волосах, пытающиеся строить глазки жениху, а так же несколько зверей, и две полуптицы, полуженщины, сидящие на мощных ветвях древних деревьев, с вызовом смотрящие на любого из присутствующих.***       Во время чтения обрядных слов им обматывают руку широкой красной лентой с витьеватыми узорами. От прикосновения чужой кожи Азирафель даже вздрогнул, та была сейчас неожиданно холодной для обычного человека.       Из-за связанной руки вытащить сейчас кинжал не получится даже при большом желании.       Далее к ним подходит одна из девиц, подавая два кубка со знакомой рубинового цвета жидкостью, чтобы они «скрепили свой союз вином». Для этого им наконец-то развязывают руки.       После того, как они оба испили вина, в один момент из складок одежды Азирафаэлю удается аккуратно выудить кинжал, который ни в коем случае никто не должен заметить. Поэтому, не придумав ничего лучше, Ази подходит к своему уже «мужу» и неловко приобнимает его за талию одной рукой, затем другой, пряча кинжал в руках за его спину. Змий немного опешил от напора невесты и, самодовольно усмехнувшись, резко притянул Азирафаэля ближе и уже потянулся к платку.       — Думаю теперь можно снять платочек, милая, — бархатно протянул он.       Тонкие изящные пальцы взяли край ткани и нарочито медленно оттянули в сторону.       В этот момент у Азирафаэля вся жизнь перед глазами пронеслась. Он стоит и обнимает мужчину, который ещё день назад едва не довёл до полусмерти его сестру и ему было… неловко?       Его разрывает от множества эмоций: от стыда до мук совести. Ведь он уже занёс кинжал.       Никто не видит.       Идеальная возможность.       Такой больше не будет.       Но он не может.       Азирафаэль действительно не в силах убить кого-либо, даже несмотря на все произошедшее. Как бы то ни было, а этот Змий живое разумное существо, совсем как человек… и Азирафаэль не в праве решать жить ему или нет.       Наконец Змей убирает «защитный» платок с лица парня, и в этот же момент на землю звонко падает кинжал из ослабевших рук.       Лицо Змия забавно вытянулось от удивления. Не успев даже до конца поразиться своей новоиспеченной жене, а точнее мужу, он оглядывается и видит на земле кинжал. Змей смотрит на лицо, на кинжал, снова на лицо и не понимает, что происходит. Затем быстро накрывает лицо тем же платком и, взяв супруга на руки, от чего тот от неожиданности ойкнул, быстро уносит, бросая что-то вроде «семейные разборки». Ази, у алтаря решивший, что он труп, ближе к саду передумал так легко расставаться с жизнью и, немного придя в себя после всех эмоциональных потрясений, уже в саду начал буянить, да так, что уронил себя на землю вместе с мужем.       Тот после падения без формальностей навис над ним, даже не вставая с колен, сдёрнул платок вместе с головным убором и уставился на взъерошенного и красного Азирафаэля во все жёлтые (как оказалось) змеиные глаза. По немигающему взгляду невозможно было понять о чём он думает.       Про себя же Азирафаэль успел отметить, что глаза его хоть и выглядят немного пугающе, но чем-то завораживают да так, что невозможно отвести взгляд.       Он же уже просто сидел и смотрел на своего… «мужа»? Кинжала у него уже нет, а бежать… Да он даже до ближайшего дерева не добежит, чтобы его не догнали.       — Ты-ы-ы… — как-то неуверенно начал Змей.       — Да.       — А где… — лицо его выражало крайнюю степень непонимания и удивления. Если бы не ситуация в целом, это даже могло показаться Азирафаэлю очень смешным.       — Мою сестру ты больше никогда не найдешь. Я вызвался пойти вместо неё, чтобы она не попала к тебе, — кажется внезапно появившаяся искорка злости помогла Азирафаэлю разогнаться и, как он подумал, хоть перед смертью не выглядеть хуже запуганной мыши, — Можешь делать, что хочешь, моя сестра в безопасности, а мне уже…       — Подожди-подожди, ты что? — губы Змия тронула лёгкая улыбка.