Как мне жить без тебя?

– Вот, Тедди, это – корень валерианы. Его надо мелко нашинковать. Если нарезать грубо, зелье просто свернется. Я смотрю на две головы, склонившиеся над столешницей. Одна – черноволосая, с мелькающими кое-где серебряными прядями (ранняя седина – как напоминание о пережитом). Другая... Сейчас – ярко-бирюзовая: свидетельство о предельной сосредоточенности Тедди. За прошедшие четыре года я научился безошибочно угадывать душевное состояние крестника по цвету волос: черный – злость, бирюзовый – спокойствие, ярко-зеленый – радость, серый – усталость, синий – грусть. Я наблюдаю, как Северус учит Тедди азам зельеварения, и мое сердце наполняется теплом от того, что два этих самых близких мне человека так прекрасно ладят. *** Первые месяцы нашей совместной жизни я волновался, как Северус примет тот факт, что у меня на руках – маленький ребенок. Пусть формально и не мой, но бесконечно дорогой мне малыш, у которого, кроме Андромеды и меня, никого нет. Но с этим, как ни странно, не возникло никаких сложностей. – То, что ты стал таким ответственным крестным, достойно восхищения и уважения, – заявил Северус, – к тому же Тедди кажется мне очень неизбалованным и умным ребенком. В устах Снейпа не было, наверное, лучшей похвалы, чем эта. И я понял, что одной проблемой у нас стало меньше. Второй несомненной проблемой являлось возвращение Северуса в мир живых. Впрочем, и с этим мы справились довольно быстро, ведь за спиной Снейпа стоял сам Шеклболт. Одно его слово – и Рита Скитер на несколько месяцев прикусила свой острый язычок. Правда, надолго ее не хватило. Через полгода из-под ее пера вышел скандальный бестселлер «Северус Снейп: сволочь или святой?», который раскупался волшебниками как горячие пирожки. Однако радоваться баснословным гонорарам в одиночку бедняжке Рите так и не довелось. Личным распоряжением Министра магии ей пришлось уступить половину дохода непосредственному герою книги, сразу же пожертвовавшему всю сумму в фонд помощи вдовам и сиротам Второй магической войны. Северус зря рассчитывал, что теперь-то уж его наконец оставят в покое. Пару месяцев спустя ушлый Кингсли убедил его занять должность внештатного консультанта при Отделе тайн. Первое же разработанное Снейпом зелье вызвало настоящий фурор в магическом мире, а вырученных средств с избытком хватило на покупку лавки в Косом переулке с примыкавшей к ней прекрасно оборудованной лабораторией. Дом на берегу озера Комо мы единогласно решили не продавать. – Тедди будет полезен климат Италии, – заявил Северус. – Да и нам с тобой не помешает время от времени сбегать ото всех в свой собственный маленький уголок рая, – добавил он, когда у меня от такого немыслимого чадолюбия буквально отвисла челюсть. *** Насчет рая – это он попал в самую точку. После всего пережитого я и не представлял, как здорово очутиться в совершенно иной стране с ее неспешным ритмом жизни, потрясающе поэтичным, звучащим как музыка языком, удивительно вкусной едой, жарким солнцем и буйной, цветущей и зимой и летом растительностью. Но ничего этого я не оценил бы, не будь рядом Северуса. Только рядом с ним я могу наслаждаться красотой окружающей природы, вином, пиццей и мороженым – Мерлин, какое в Италии мороженое! Только рядом с ним, идя рука об руку по мощенным булыжником старинным улочкам, занимаясь любовью всю ночь напролет, засыпая и просыпаясь в одной постели, я в полной мере ощущаю себя по-настоящему счастливым. *** – Тедди, нам пора, прощайся с Гарри и Северусом! – Андромеда появляется так неслышно, что мы втроем вздрагиваем. – Пока, Гарри! – Тедди прижимается ко мне, позволяя поцеловать отливающую синим макушку – ему явно не хочется возвращаться домой. – Пока, Северус! – тот же ритуал прощания. Мы остаемся одни. – Устал? – обнимаю я его, вдыхая сводящий меня с ума горьковатый запах трав. – Смотря для чего! – усмехается Северус. Мы поднимаемся в спальню. Гасим свечи. Невзирая на то, что мы живем вместе уже четыре года, меня все еще потряхивает от волнения. Я хочу его каждой клеточкой своего тела и, получив желаемое, шепчу ему в самые губы: – Я люблю тебя, Северус Снейп!