Life As We Know It

Тэхён уже не радуется от еженедельных встреч с Богомом, как раньше. Теперь они скорее утомляют его, потому что его парень стал вести себя странно в плохом смысле этого слова. Тэхён не станет скрывать, что ему нравится секс, ему не стыдно. Некоторые считают секс важной составляющей, кто-то нет, но это по-настоящему одна из самых физически интимных вещей, которыми можно заняться с близким человеком, и у них с Богомом это было. С Богомом, который становился жутко сентиментальным после секса. Богомом, который занимался сексом, чтобы удовлетворить их обоих, а не рассматривал его, как какое-то соревнование, как сейчас. Омега немного расстроен и раздражён тем, что Богом думает, будто Тэхён не замечает, как изменилось его отношение с той игры в гляделки с Чонгуком на кухне. Альфы — собственники от природы, да, все об этом знают, но Богом начинает его душить. Только оказавшись рядом с Тэхёном, он помечает его своим запахом. Сразу после секса они обычно целовались, тихо разговаривали и засыпали в объятиях друг друга, но сейчас ему кажется, что Богом отправляет его домой чуть ли не сразу же, убедившись, что его запах покрывает каждый участок кожи Тэхёна. Тэхён не в курсе причины той ссоры на кухне между Чонгуком и Богомом, но судя по тому, как его парень отчаянно оставляет на нём свой запах, у него есть несколько догадок по этому поводу. И всё это просто выматывает. Конечно, Тэхёну приятно, что за ним ухаживают, когда альфа демонстрирует свою собственническую натуру, но не таким образом. Кажется, что Богом теперь встречается с ним не потому, что он ему нравится, а чтобы ткнуть Чонгука в этот факт носом, типа: «ха-ха, он мой, а не твой». Всё в их отношениях становится бесстрастным. Вымученным. Односторонним. Почему Богом вообще так заботится о Чонгуке? Чонгук ни разу не говорил что-либо, что могло указать на его симпатию, так почему же Богом ведёт себя, как какой-то помешанный на контроле придурок, думая, что это должно заводить омегу, но на самом деле производит обратный эффект? Тэхёну всё ещё нравится Богом, правда, потому что, когда альфа не занят избавлением от запаха Чонгука, он спокойный. Он всё тот же милый парень, в которого влюбился Тэхён, но в последнее время он видит его таким всё реже. Впервые он понял это, когда вернувшись домой скривился, осознавая, что весь насквозь пропах Богомом. Запах собственного парня не должен раздражать твоего волка. Не должен. Он не должен вызывать желание забраться в душ и смыть его, как можно скорее. Но именно так он и поступил. Тэхён молча давал альфе шансы, надеясь, что он успокоится и увидит, что Тэхён ему верен, искренне любит его, но это не подействовало, потому что он снова дома у Богома, который снова не даёт ему сделать вдоха. Они сидят в обнимку на диване и смотрят фильм, но Богом вдруг налетает на него и покрывает всё лицо поцелуями, и Тэхён вынужденно отвечает ему. Тогда Тэхён и замечает, что запах альфы усиливается, и далеко не из-за возбуждения. Он делает это намеренно, желая пометить омегу любым способом, чтобы он ушёл из дома альфы, насквозь пропахшим его запахом. Как обычно. Тэхён устал. Он спускал это ему с рук множество раз, и ему уже надоело. — Подожди… стой, стой, — омега прижимает ладонь к груди Богома, опираясь на локти, после того, как он, нахмурившись, оттолкнул альфу. — Что случилось, детка? — Богом опускается на пятки, сидя между ног омеги. — Зачем ты это делаешь? — спрашивает он обтекаемо, и когда Богом опускает на него озадаченный взгляд, закатывает глаза. Он садится по-нормальному, так что у его парня не остаётся другого выбора, кроме как слезть с него и сесть рядом. — Что делаю? Целую тебя? — спрашивает Богом со смешком, всё ещё имея наглость притворяться, что ничего не понимает. — Мне нельзя поцеловать своего парня? — Нет, если это превращается в часть сраного соревнования. Богом выглядит так, будто его поймали с поличным, но быстро снова надевает маску непонимания. Тэхён замечает, он всё прекрасно видит, и ему так больно от того, что его парень делает вид, что омега слишком глупый, чтобы понять. — Что ты имеешь в виду? Какое соревнование? Тэхён начал этот разговор, да, но если бы он знал, что старший продолжит притворяться идиотом со своими тупыми вопросами, то Тэхён бы не стал бы даже пытаться поговорить. — Знаешь, что? Забудь. Просто… отвези меня домой. Пожалуйста. От этой внезапной просьбы, Богом, кажется, удивился по-настоящему. — Что? Ты же только приехал, Тэ. — Ну, да, — пожимает он плечами и спускает ноги с дивана, чтобы встать. — Я устал. — это не совсем ложь, ведь он правда устал, но по причинам, о которых Богом притворяется, что не догадывается. — Отвези меня домой, пожалуйста. Богом какое-то время размышляет об этом, и Тэхён уже подумывает позвонить Чонгуку и попросить забрать его, но его парень поддаётся и коротко кивает. — Да, да. Я отвезу тебя. — Хорошо, спасибо, — шепчет Тэхён. Позже, уже стоя на парковке у дома омеги, Богом перехватывает его за запястье нежно, прося подождать. — Прости меня. Я просто… я очень не хочу тебя терять. Тэхён наконец замечает искренность в глазах альфы. Ему хочется спросить, неужели это было так сложно сказать, но он вздыхает и касается щеки Богома. — И ты не потеряешь, если ты просто… перестанешь делать то, что делаешь. Не знаю, что ты пытаешься доказать, но ты выматываешь меня. — Я понимаю, прости, — он поворачивает голову и прижимается губами к ладони Тэхёна. — До следующей недели? Я обещаю, что не буду… вести себя так. Почему-то кажется, что этого обещания недостаточно. Тэхён знает это чувство, которое так и кричит о том, что они отдаляются. — Ага, — говорит он. За эту неделю он посмотрит, сможет ли Богом сдержать своё обещание.— До следующей недели. — Хорошо. Звучит отлично. Не могу дождаться, — улыбается Богом и целует его на прощание. — Да, я тоже. Тэхён выходит из машины с неприятной тяжестью на душе.

🧸🍼

Обычно, среди них двоих, Тэхён всегда просыпается первым. Или они просыпаются вместе, потому что Джихён будит их плачем, пытаясь выбраться из кроватки. Сегодня, однако, Чонгук проснулся раньше. Тэхён понял это, когда вышел в коридор и заметил, что комната Чонгука пуста, а кровать заправлена. Он заходит в комнату Джихён, как раз застав момент её пробуждения, когда она разлепляет глаза и трёт их, зевая. Улыбаясь очаровательному сонному личику Джихён, Тэхён говорит: — Доброе утро, ангел. Ты хорошо спала? Джихён садится, сонно жмурясь, и тянет руки, чтобы её подняли. Тэхён слушается и дарит ей утренний поцелуй в щёку. Поскольку Джихён уже полтора года, они с Чонгуком думали о том, что ей пора купить кровать побольше, но Чимин сказал, что лучше подождать до двух лет. — Готова почистить зубы? — восторженно спрашивает он, покидая вместе с Джихён её спальню. Тэхён прекрасно знает, как она сгорает от любопытства, наблюдая, как он или Чонгук чистят зубы, и хочет сама взять в руки щётку. Как только он ступает в ванную, его тормозит шум воды и запотевшие от пара зеркала. — Бля, — шипит он, осознавая происходящее, закрывает глаза себе и Джихён для верности. — Прости, пожалуйста. Я даже не знал, что ты здесь. Я… я подожду снаружи, пока ты закончишь. Смех Чонгука, хриплый ото сна, разлетается по ванной комнате. — Всё в порядке, Тэ. Я ещё в душе. Если хочешь почистить зубы, вперёд. Приоткрыв с опаской один глаз, Тэхён понимает, что альфа прав. Он всё ещё моется за закрытой занавеской, так что драматизировать не было причины. — Ты уверен? — спрашивает он, медленно опуская руку от лица Джихён, которая отпихивает её, хныча. — Да, Тэхён, — Чонгук снова тихо смеётся. Тогда Тэхён сажает Джихён на мраморную тумбу рядом с раковиной. Он берет маленькую детскую щётку и выдавливает пасту размером с горошину, после чего сам начинает чистить ей зубы. Иногда она пытается сопротивляться, мотает головой из стороны в сторону, думая, что это игрушка, с которой ей нужно поиграть, но чаще всего она спокойно выдерживает процесс чистки, как сегодня, чему Тэхён очень рад. — Теперь дай мне почистить твой язык, скажи: «а-а-а», — Тэхён показывает ей, высовывая язык, и она копирует его. Закончив чистить, он промывает щётку и отдаёт её Джихён, как она и хотела. Он начинает чистить зубы себе, улыбаясь тому, как Джихён с любопытством указывает на щетинки, издавая звуки полного восхищения. Вода прекращает шуметь спустя пару минут, и Чонгук пугает омегу, внезапно проговорив: — Эй, можешь подать полотенце, пожалуйста? Оно около туалета. — Ага, секунду. — отзывается Тэхён, склоняясь над раковиной, чтобы прополоскать рот от пасты. Он хватает полотенце Чонгука с указанного места и передаёт младшему, который как раз высовывает руку из-за занавески и с благодарностью забирает его. Возвращаясь к раковине, Тэхён замечает, что зеркало совсем запотело, и протирает его рукой. Именно в тот момент, когда он поднимает глаза, занавеска открывается. Тэхён знал, что у Чонгука отличное тело. Может, он и не видел видел его, но он замечал крепкие бицепсы и то, как некоторые рубашки обтягивали его грудь. Чёрт, он знал, что Чонгук фанат спортзала, так что его пресс совершенно не должен был шокировать. Не должен. Но Тэхён не может оторвать взгляда. Полотенце, обёрнутое вокруг бёдер, открывает вид на множество татуировок, которые покрывают его грудь, переходят на шею и руки. Это, ну… горячо. Тэхён даже внутренне не может опровергнуть этот факт, потому что он знает, что соврёт, если скажет, что не запал на Чонгука в тот самый момент. И это неправильно, очень неправильно, потому что у него есть парень, и так свободно разглядывать Чонгука нельзя. Он прекрасно знает, что его подвисание не осталось незамеченным, потому что его щёки тут же покраснели, а зрачки заметно расширились, пожирая взглядом тело Чонгука. Легче не становится, когда альфа решает над ним поиздеваться. — Нравится то, что видишь, Ким? Тэхён уверен, что по красноте его лицо сейчас можно сравнить с помидором, и когда он смотрит на своё отражение в зеркале, то убеждается в этом. Типично. — Заткнись и иди оденься, — отзывается он, но его голос предательски дрожит. Ухмылка Чонгука от удовлетворения только расширяется. Но момент разрушает Джихён, тоже заинтересованная татуировками Чонгука, которая указывает на одну из них прямо под ключицей. Альфа смеётся, опуская на неё взгляд, словно забыл о её существовании. — Ты тоже хочешь татуировку, когда вырастешь? — он подходит ближе, чтобы Джихён могла ткнуть пальцем в ещё одну на его предплечье. Джихён хлопает в ладоши, вряд ли понимая, о чём её спросили, от чего оба смеются, и Тэхён заканчивает чистить зубы с колотящимся в груди сердцем.

🧸🍼

— Деткаааа, — ноет Сомин, и Мэттью заходит в комнату спустя меньше, чем три секунды. Сомин улыбается, а Тэхён давит смешок, осознавая, как легко она подмяла под себя мужа. — Хочу чипсы. — Ладно? — озадаченный Мэттью всё ещё держит в руках джойстик от приставки. Видимо, он играл, пока Сомин не позвала его. — Возьми на кухне, детка. — У нас их нет, — дуется она. Осознание приходит к Мэттью, и становится так забавно наблюдать, как тускнеет выражение его лица. — То есть мне нужно сбегать за ними в магазин? — Пожалуйста? — Сомин сплетает их пальцы и улыбается для закрепления. — Я буду любить тебя вечно. Мэттью в ответ закатывает глаза, но и Сомин, и Тэхён понимают, что это было сделано с любовью. — Хорошо, я схожу, — говорит он, будто мог отказаться. Они оба знают, как сильно он любит Сомин. — Как доиграю, хорошо? Сомин согласно хмыкает и притягивает его к себе для поцелуя. — Спасибо, люблю тебя. — И я тебя, — он целует её в лоб и уходит к себе, крича своим сокомандникам, что у него было важное дело. Они, скорее всего, орут на него, потому что он умер прямо в середине игры. — Какой у тебя срок? Два месяца? Три? — спрашивает Тэхён, глядя на её плоский живот. Он слегка выпирает, но по нему ещё не скажешь, что она беременна. — И ты уже гоняешь его? — Легче уже не будет, — говорит Сомин, взмахнув рукой. Тэхён уже это слышал. — Зависит от омеги, но вскоре начнутся перемены настроения, отёки, боль и, ах, я буду просто невыносимой по отношению к нему. Мне будет так стыдно. — Да, представляю, как тебе будет стыдно, если ты уже гонишь его в магазин за чипсами, почти сразу же после того, как он принёс тебе курицу. Сомин смеётся и пихает Тэхёна в плечо. — Мне стыдно! — защищается она, на что омега выгибает бровь. — Но ты также в курсе, какими становятся альфы, когда их муж или жена беременны. Если ты думал, что они тряслись над тобой раньше, то, когда ты носишь ребёнка, они вовсе переходят на какой-то сумасшедший Режим Альфы. Тэхён помнит, что Чимин рассказывал, как Юнги рычал на любого, кто приближался к ним, думая, что любой посторонний — это угроза для его пары. То же было у Гаён с Юнгуком. — Тебя это не беспокоит? — Не особо, это мило, но я знаю, что, когда у меня начнёт скакать настроение, я, вероятно, буду говорить, что он меня душит. — О, да вы прямо идеальная пара! — шутит Тэхён и заранее отклоняется, ожидая повторного удара в плечо, как только он закончит. — Потому что сейчас он считает, что ты его душишь. — Вот отродье, — фыркает она, скрестив руки обидчиво. — Но я обещаю, что перестану доставать его с завтрашнего дня. Мне просто лень, и я пользуюсь своим положением, — Тэхён на это усмехается. — Как дела у вас с Джихён? Я не видела эту сладкую булочку так давно. — У неё всё отлично, — улыбается Тэхён при упоминании Джихён. — Она уже научилась говорить «да» и «это», что звучит больше, как «то». — Правда? — оживляется Сомин, радуясь за Тэхёна и Джихён. — Так мило. Она уже сказала «папа» или хотя бы пыталась? — Нет, — отвечает Тэхён. Он, на самом деле, переживает об этом и не знает, как поведёт себя, когда это произойдёт. Будет ли он счастлив? Как сумасшедший. Будет ли он ошарашен и напуган? Да, определённо, потому что чем больше он думает, тем сильнее хочет, чтобы она назвала его «папа». — О, она скажет это в конце концов. Она-то скажет. Но вот Тэхён ещё не уверен, хочет он этого или нет. — Да, в конце концов. — А что Чонгук? Как он с ней справляется? — Хорошо. Она сейчас с ним навещает его маму, — отвечает он, вспоминая полдень, когда Чонгук пришёл с работы и сообщил, что хочет отвезти Джихён к своим мамам. Тэхён согласился и пришёл к Сомин, потому что ему было слишком скучно и одиноко дома. — О, Джихён вчера такую милоту сделала. — Что она сделала? — с любопытством спрашивает Сомин, поглядывая на дверь, из-за которой слышится, как Мэттью злобно ругается на приставку, ударяя кулаком по ближайшей поверхности. Судя по звуку, это стол. — Хёджин случайно оставила у нас дома красный лак для ногтей, а Джихён как-то его нашла и отдала Чонгуку, чтобы он накрасил ей ногти на ногах. Удивлённая Сомин даже рот приоткрывает. — Она серьёзно позволяет вам красить ей ногти? — Когда она в настроении, — признаёт Тэхён, потому что в последний раз, когда он пробовал, она не выдержала и начала хныкать, желая побегать. — Но Гук накрасил, и она не переставала хихикать и разглядывать свои ноги, демонстрируя нам цвет. — Какая прелесть, — голос Сомин смягчается, и в груди Тэхёна теплеет. — Как дела у вас с Гуком? Тэхён не замечает, как его собственная улыбка становится нежной, и как в глазах Сомин проскальзывает понимание, когда он отвечает: — У нас… всё хорошо? Да, эм, очень хорошо. Вау, никогда бы не подумал, что скажу такое про нас, — нервно смеётся он. У них с Чонгуком всё лучше, чем когда-либо было, и это очень радует Тэхёна. Не только потому, что это означает лучшую и более здоровую атмосферу для Джихён, но и потому, что им самим стало гораздо легче, когда они перестали тратить энергию на бессмысленные споры. Сомин смеётся вместе с ним, но её взгляд продолжает кричать о чём-то, во что он вникать не хочет. — Ну, я рада за вас. Вы втроём этого заслуживаете. — Ага, — бормочет Тэхён. — Я тоже.

🧸🍼

Всё началось с игры в прятки. Они для простоты не делились на команды. Просто Чонгук с Тэхёном бегали по всему дому и прятались от Джихён, которая преследовала их с громким заливистым смехом. Она находила их почти каждый раз, потому что они прятались на видных местах, не желая слишком усложнять для неё игру, но затем Тэхён решил поменять правила, не сказав об этом альфе, и забрался в шкаф, даже не догадываясь о том, что Чонгук также захочет там спрятаться. Поэтому, когда Чонгук открывает дверцу и видит Тэхёна внутри, он демонстративно выгибает бровь. — О? Жульничаем? — Кто бы говорил, — фыркает Тэхён, но вдруг слышит тихие приближающиеся шаги Джихён и пихает альфу в грудь, закрывая дверь. Он тянет ручку на себя, чтобы Чонгук не решил спалить его место Джихён. Поначалу это казалось хорошей идеей, потому что он выиграл, Джихён поймала Чонгука, чего он и добивался, но затем он услышал стук в дверь. Отчего-то Тэхён знал, что таким образом над ним насмехаются. — Почему ты всё ещё в шкафу, Тэхён? Джихён уже нашла меня. Однако Тэхён отметил тон, которым Чонгук это сказал. Он не дружелюбный, а испытывающий. Словно он хочет выманить омегу наружу, чтобы отомстить за то, что он сжульничал. Чонгук обожает соревноваться, они оба это знают, поэтому Тэхён знает, что как только выйдет из шкафа, ему конец. — Я тебе не доверяю. — Что такого я могу тебе сделать, а? — Отомстить? — И зачем мне мстить? — Потому что из-за меня ты попался, — Тэхён начинает потеть из-за духоты внутри шкафа, и из-за мокрых ладоней становится всё тяжелее удерживать ручку. — Но я не злюсь, — тянет Чонгук притворно сладким голосом. Тэхён на него не ведётся. — Правда, Джихён? Скажи ему сама, раз он мне не верит. Джихён прислоняется ухом к двери шкафа, зная, что Тэхён внутри, и начинает что-то бормотать. Тэхён улыбается. — Я доверяю Джихён, но не тебе. — Оу, ладно, — Чонгук, судя по удаляющемуся звуку его голоса, уходит. — Полагаю, ты можешь сидеть в шкафу весь день, если хочешь. Я буду наверху с Джихён. По коридору разлетается звук шагов, и Тэхён слышит, как открываются ворота безопасности и скрипят ступени, пока они поднимаются по лестнице, но всё ещё ждёт, сжимая ручку. Он знает этот старый трюк, когда ты притворяешься, что уходишь. Однако ему уже слишком невтерпёж, и он давно хочет в туалет, так что спустя пару минут прислушивания к абсолютной тишине, он медленно поворачивает ручку, тихо открывает дверь и выглядывает наружу через щёлочку. Он не видит никого. Даже Джихён. Рискуя, он приоткрывает дверь шире, но не видит и Чонгука. Он понимает, что всё ещё может быть на крючке, поэтому осторожно вылезает из шкафа и тихо прикрывает за собой дверцу. Выглядывая из гостиной из-за угла, он замечает, что ворота безопасности закрыты, а Чонгук не стоит на лестнице, чтобы поймать его, как он предполагал. — Потерял кого-то, Ким? Тэхён вздрагивает, резко поворачивая голову, и видит, как Чонгук надвигается на него из-за угла. Пискнув от страха, он разворачивается и отступает обратно в укрытие в виде шкафа, но Чонгук оказывается быстрее. Как только Тэхён касается ручки, Чонгук хватает его за талию и оттаскивает с хриплым смехом. — Стой! Нет! Чонгук! — смеётся Тэхён, пытаясь вырваться, но альфа явно сильнее, поэтому вскоре он уже стоит на коленях. — Стой… мне надо в туалет! — Да-да, хорошая отговорка, — издевается Чонгук, усаживаясь на его бёдра сверху и прижимая запястья к полу одной рукой. — Скажи мне, Тэ, ты боишься щекотки? Тэхён тут же невольно замирает. Он пытается выглядеть спокойным, но Чонгук замечает и усмехается. — Нет, — отвечает омега. — О, правда? — Чонгук на пробу проводит пальцами по животу Тэхёна, и этого достаточно, чтобы он тихо взвизгнул. — Бинго, — бормочет он и продолжает щекотать омегу, прижимая его к полу и не давая выбраться. Тэхён продолжает пищать и извиваться, когда Джихён прибегает на его крики с бутылочкой в руке, наблюдая за их вознёй и хихикая. — Джи-Джихён! Помоги мне! Сними с меня этого м-монстра, — умоляет он в промежутках между визгами и громким смехом. Он извивается под Чонгуком, но никак не может освободиться от железной хватки. Джихён бросает бутылочку, но вместо того, чтобы помочь Тэхёну, как он ожидал, она усаживается ему на грудь. Чонгуку теперь не так удобно атаковать Тэхёна, но последнему ещё тяжелее, потому что ему больше нельзя барахтаться и махать руками, чтобы случайно не задеть Джихён. — Прости, но Джихён, кажется, в команде Гукки. — Чон-Чонгук, пожалуйста. Я сейчас правда обоссусь, если ты не п-перестанешь! — Хм, что ты думаешь, Джихён? — Чонгук действительно перестаёт щекотать, но всё ещё прижимает его к полу, готовый атаковать вновь. — Отпустить его? Он достаточно настрадался за то, что предал меня? Джихён указывает на Тэхёна и лепечет. — Джихён, скажи «да», — улыбается Тэхён, пытаясь восстановить дыхание. Как он и говорил Сомин, она в последнее время часто говорит «да», так что он надеется, что она повторит это и сейчас. Но, ожидаемо, она этого не делает. — Хм, давай-ка ты поцелуешь ТэТэ, если думаешь, что с него достаточно? — Чонгук пробует иной подход, потому что они оба знают, что ждать от неё полноценного ответа придётся весь день. Джихён медлит, всё ещё сидя на животе Тэхёна, словно не может решить, но затем наклоняется и чмокает Тэхёна в кончик носа. Омега умилительно стонет, а Чонгук улыбается, наконец даруя ему свободу, отпускает его руки и слезает с бёдер. Тэхён приподнимает голову и раскрывает руки для объятий. — Ты спасла меня! Спасибо, ангел, я могу получить ещё один поцелуй? Джихён смеётся и пробегает мимо него, чтобы поднять свою бутылочку. Тэхён дуется и бормочет тихое: «предательница». Чонгук помогает ему подняться, и Тэхён благодарит его, но затем всё же с улыбкой пихает его в плечо. — А ты! Тебе повезло, что я не описался, — он шлёпает его по руке ещё раз для профилактики и разворачивается, чтобы все-таки добраться до ванной, но чувствует, как Чонгук хватает обе его руки сзади и держит за спиной. — Уверен, что хочешь снова начать, Ким? — Чонгук хрипло бормочет, притягивая его ближе, так что спина Тэхёна практически прижимается к груди альфы. — Потому что во второй раз я не буду таким милосердным. Тэхён прекрасно ощущает его горячее дыхание на своей шее, чувствует его запах, и ему хочется вздрогнуть, но зная, как близко находится Чонгук, эта реакция точно не останется незамеченной. Несмотря на то, что они всего лишь дурачатся, волк внутри Тэхёна отчаянно желает подчиниться по причинам, явно не связанным с играми, судя по тону чонгукова голоса. И Тэхён в тысячный раз напоминает себе, как это неправильно. Ему нельзя о таком даже думать. Нельзя. Проглотив образовавшийся ком в горле, Тэхён отрицательно качает головой. Он сейчас совсем не доверяет своему голосу, который точно надломится и даст понять, насколько сильно ему понравилось драться понарошку. Господи Иисусе, он сам себе не верит. К счастью, его спасает звонок в дверь, который удивляет Чонгука, и он отпускает его руки. — Я открою! — радостно кричит старший и несётся к двери, словно это не он умолял отпустить его в ванную недавно. В спешке открыв дверь, он с удивлением обнаруживает там Хосока, хотя последний и упоминал в прошлый раз, что его визиты будут неожиданными, так что Тэхён не понимает, почему так растерян сейчас. — Оу, — Хосок осматривает Тэхёна и заглядывает в дом, чтобы глянуть на стоящего рядом Чонгука. — Надеюсь, я не помешал ничему такому… Если Тэхён думал, что его щёки, должно быть, румяные, то теперь они на все сто процентов краснющие. — Нет, ох. Боже, нет. Мы просто, эм, играли. — Хорошо, — в голосе Хосока проскальзывает странная интонация. — Я зайду? — Да-да, простите, — Тэхён открывает дверь шире, пропуская в дом соцработника. Пока Хосок устраивается в гостиной с Чонгуком и Джихён, Тэхён отлучается в ванную. Он использует это время, чтобы постараться и привести мысли в порядок, потому что всё, что он ощущает, это запах Чонгука на себе, от которого голова идёт кругом. Это забавно, потому что Тэхён раньше на каждом углу кричал, как от запаха Чонгука его тянет блевать, но сейчас он может только убеждать себя в этом, потому что он так привык к этому запаху. Запаху амбры и сандалового дерева, окунуться в который он был бы совсем не против… и нет. Ополоснув лицо, он упирается ладонями в столешницу и мотает головой. Думай о Богоме. Он тебе нравится. О запахе твоего парня. А не Чонгука. Вытерев лицо полотенцем, он присоединяется к остальным в гостиной. В последний визит Хосока Джихён только ползала, поэтому он хвалит их успехи, наблюдая, как она носится по комнате и выкрикивает какие-то случайные слова, разборчивые или нет. Тэхён знает, что они с Чонгуком очень хорошо справляются в последнее время как со своими отношениями, так с воспитанием Джихён, но получить похвалу от кого-то малознакомого вдвойне приятно. — Знаете, вы оба кажетесь более уверенными в себе. Я также вижу вашу крепкую связь с Джихён, — говорит Хосок. В этот раз он больше наблюдает за ними, чем заполняет что-то в своей папке. От этого Тэхёну легче дышится. — Мы любим её, — говорит он с улыбкой в сторону Джихён, которая пытается залезть на диван. — И мы поняли, что единственный способ обеспечить ей комфортную среду — это поладить друг с другом. — И как хорошо вы теперь ладите? — интересуется Хосок, но судя по его улыбке и взгляду, им не обязательно что-то говорить. — Очень хорошо, — добавляет Чонгук, глядя на Тэхёна, и дыхание омеги сбивается от осознания того, как они быстро встречаются взглядами, а сердце начинает колотиться быстрее, когда взгляд младшего мгновенно смягчается. — Стоило перестать ссориться гораздо раньше, если честно. Тэхён прикусывает губу. — Согласен, — произносит он с уверенностью, но всё внутри него дрожит, потому что Чонгук не перестаёт пристально смотреть на него тем самым взглядом, от которого пальцы на ногах поджимаются. Воцаряется тишина, пока они смотрят друг на друга, которую нарушает Хосок: — Я всё же помешал чему-то, когда пришёл, да? После этого Тэхён разрывает затянувшийся зрительный контакт с Чонгуком и давится слюной, громко закашлявшись и напугав Джихён. — М-мы что? Нет-нет. Я не… вы не. У меня есть парень! — Ага, — Чонгук прочищает горло, и его щёки слегка краснеют, а татуировки не помогают скрыть румянец на шее. — Он встречается кое с кем. Не со мной. Очевидно. Эм, да, — альфа не смотрит на Тэхёна, и тот тоже старается смотреть куда угодно, но только не на него. — Но я чувствую напряжение, — подмечает Хосок. — Нет, нет напряжения, — отрицает Тэхён, качая головой, не желая, чтобы Хосок снова начал что-то записывать в свою сраную папку. — Никакого напряжения! Мы помирились ради Джихён, мы в порядке, вы же видели? — Я не про враждебное напряжение, — бормочет Хосок на грани слышимости. И, оу, он говорит про другое напряжение. — Вы, ребята, были моим лёгким делом, — признаётся он, вставая с дивана. — По пути сюда я выпил кофе, представляя, что это будет сродни мини-отпуску, — он зажимает папку под мышкой. — И только посмотрите, к чему я пришёл. — Ох, но мы не… — Вам двоим нужно разобраться в том, чего вы хотите, — Хосок делает пару шагов назад, а потом снова шагает вперёд, взмахнув руками. — У нас в планах ещё одна встреча, но перед ней я хочу, чтобы вы разобрались между собой. Либо вы решите сойтись, либо просто снять это напряжение, мне всё равно! — Хосок слегка повышает голос. — Просто разберитесь со своим дерьмом, ладно? Тэхён с Чонгуком только молча кивают, наблюдая, как Хосок сам покидает их дом с улыбкой. Оба всё ещё удивлены тем, что их соцработник вдруг начал кричать и ругаться. — Так. Эм. У нас всё круто, да? — спрашивает Чонгук, когда тишина начинает тяготить. Он опасливо косится на омегу, будто ожидая, что тот скажет «нет». — Да, — легко соглашается Тэхён, гордясь тем, что не запнулся. — У нас всё круто, — но он никак не может игнорировать тот факт, что Хосок был прав.