Истории о деде (и дедах)

      - А не слишком ли это было для розыгрыша? – спросил Игнат Атёмыч.       - Не, в самый раз, - усмехнулась баба Рая.       - Да тебе всякая забава в самый раз, - съязвил дед Назар.       - Не всякая, - с важным видом ответила баба Рая. – А только самая лучшая.       - Лёва, Янка, - позвал Николий, – вы знаете, где он хаваться может. Ступайте разыщите, да обратно приволоките.       - А чегось это мы сразу? – заёрзал на лавке дядя Лёва.       - А тогось, что вы, лентяи, своих за версту чуете.       - А разве дед Прохор лентяй? – удивилась Янка.       - А чего, он от немощи старческой что ли на перине днями лежит и охает? Видали, як он припустил-то? – засмеялся дед Бо.       - Да не лентяй он, охать-то ему не лень, - фыркнула Никола. - Он просто облуд*.       - В общем, - продолжил Николий, - берите Тымофэя на подмогу, как самого сильного, если брыкаться вдруг начнёт наш убегаша, и тащите обратно.       - И вообще мы не лентяи! - запоздало возмутилась Янка.       - А кто, пахари местные? - спросила Гуленька.       - Ну тебя, - отмахнулся дядя Лёва. - Идёмте, Янка, Тымофэй. Нечего с ними речи вести.       - Речи вести, а заговорил, аки птица красная, - съязвила Гуленька. - Ступайте уже, балаболы.       Направилась троица искать своего страдальца-старика. Искали долго, нашли в стоге сена, который общипывала коза Барашка. Оттуда Тымофэй выволок на удивление сильного деда Прохора. Но всё же ему с огромным Тымофэем было не совладать.       - А притворялся немощным, - возмутился дядя Лёва.       Дед Прохор ничего не сказал. Он надулся, аки индюк, и сложил руки на груди.       - Идёмте уже, - поёжилась Янка. – Холодрыга на дворе.       Тэмофей перекинул ойкнувшего деда Прохора через плечо и отправился в жарко натопленную хату, где горе-старика встретили ехидные смешки.       - Ну шо, попався, голубок? – подскочил старый дед и потрепал деда Прохора по взъерошенным волосам, в которых застряло немного сена.       - Сгинь, - буркнул дед Прохор и отвернулся.       Тэмофэй бережно опустил деда на пол, после чего тот было кинулся к выходу, но не тут-то было. Там стоял, улыбаясь, дядя Лёва.       - Ну не, дед, мне в ломоту тебя снова искать. Кто знает, мож ты в кушири какие нырнуть удумаешь, а нам с Янкой тебя потом аукать.       Янка энергично закивала головой, грея озябшие руки у печи.       В итоге дед Прохор неприлично выругнулся и бросился в свою комнату, а в след ему полетел тапок тёти Саши.       - Тут дети!       Дверь хлопнула, дед Нетет весь съёжился:       - А можно мне тут на лавке переночевать? А то всю ночь причитать будет.       - Можно, только я храплю, ничё? – поинтересовался старый дед.       - Ничё, всё лучше, чем это… - он кивнул в сторону комнаты.       Тымофэй, который в последнее время не ночевал в своей комнате, пожал плечами. Его сон был крепок и наступал мгновенно, стоило голове коснуться подушки, набитой гусиными перьями, но последние дни он спал в комнате деда Назара и деда Бо. Старики рассказывали ему о погибших в сгоревшем стоге сена родителях, уснувших там по неосторожности, когда Тымофэю шёл только четвёртый год. Под эти рассказы он и засыпал на перине, которая теперь была любовно расстелена на полу.       - Ну, расход! – дал команду старый дед и всё разбрелись по своим делам, пока не пришло время отхода ко сну.       Инка подсела к расположившемуся на широкой лавке деду Нетету.       - А тебе удобно? Может, со мной сегодня ляжешь?       Бедного деда аж мороз по коже пробрал.       - Не-не-не-не-не! – замотал головой старик так отчаянно, что его выкрашенные углём зубы громко застучали. – Сюда перинку, подушку и хорошо.       - А одеялко?       - А с одеялком тут жарковато, - свесился с печи весёлый старый дед.       Инка проигнорировала старика, но тот, по озорному блеску в глазах, что-то явно задумал. Денис с Кристинкой стояли неподалёку и наблюдали за этим.       - Мам, как думаешь, стоит Инку забрать? – шепнул Денис.       - Нет, не надо. Дед ей ничего плохого не сделает. Потешит себя, потешится над ней и всё. По-доброму, ты же знаешь.       - Знаю, но ей-то в обиду может быть. Ты же знаешь, какая она. Ей наши нравы не по нраву.       - Знаю, но ей уроком будет. Она хорошая, но избалованная. Город ей не даст того, что она получит здесь. В итоге ей понравится, вот увидишь. Всем нравится, - Кристинка мягко улыбнулась, вспоминая своё счастливое и немного сумбурное детство, проведённое в этих стенах.       - Слухай, красна дивчина, - вкрадчиво начал старый дед, - а не хочешь деду Нетету угодить?       Дед Нетет весь напрягся, думая над тем, не удрать ли ему лучше в комнату и послушать причитания деда Прохора. Инка демонстративно молчала.       - Ужо и поговорить нельзя, - хмыкнул старый дед. – А он пироги любит. По-быстрому.       Дед Нетет округлил глаза, но промолчал. Знал уже – перечить забавам старого деда – своему спокойствию дороже.       - Чего-чего? – оживилась Инка.       - А я тя научу, как по-быстрому пироги сварганить. То-то наш старик будет рад, - оживился старый дед. – Только учти, делать их надо быстро. Управишься?       - Да! Говори, старый хрыч, что мне делать! – Инка тут же вскочила.       - Да она же с роду не готовила. Ой что будет… - Денис закрыл лицо руками, понимая, в какую сторону клонит его озорник-дед.       - Ох и рассердится на деда баба Зоя, - засмеялась Кристинка. – Ну что, посмотрим? Лучше любого кино.       Денису хоть и страшно было смотреть на то, что будет, но всё же любопытство не давало покоя.       - Да.       - Ай-да на кухню! – старый дед ловко соскочил с печи и засеменил в царство бабы Зои. Инка, бросив многообещающий взгляд на деда Нетета, направилась следом.      Инка, бросив многообещающий взгляд на деда Нетета, направилась следом.       Деду Нетету оставалось лишь вздохнуть, кряхтя подняться с лавки и пойти следом, внутренне содрогаясь от ужаса.       - Что же будет-то?       Кристинка с Денисом проскользнули следом.       В кухне, царстве бабы Зои, царил свой особый уют. Огромный дубовый стол посередине, несколько табуретов, утварь на стенах, малая печь, камин, всякие засушенные травы и коренья, бочки, сундуки, шкафы, наполненные разной снедью, дверь в большой погреб, таящий в себе столько явств.       - Итак, берём муку! – стал командовать старый дед.       - Ох, что это наш древний удумал? – из-за бочки высунулось заспанное лицо дяди Лёвы. Он стащил немного кураги из бочки и жевал её, спрятавшись на месте преступления. Да так и уснул.       - Где? – Инка замотала головой.       - Ищи, - лукаво усмехнулся дед, усевшись на короб, приглашая деда Нетета присесть рядом.       - Он сидит как раз на коробе из-под муки, - шепнул матери Денис, прячась с ней за огромным шкафом с приправами.       Инка тут же заметалась по кухне, наводя там хаос: заглядывала во все кастрюли, ящики, шкафы, бочки, короба, чуть было не нашла затаившихся Кристинку с Денисом и дядю Лёву, но не обратила на них внимания. Наконец:       - Нашла! – торжеству девушки не было предела.       - Это крахмал, - дядя Лёва чуть не выругнулся.       - Отстаёшь, - захихикал старый дед. – А теперь нужен сахар, какао-порошок и… Мёд, во! А ещё вожжи.       - Да не вожжи, а дрожжи! – возмущённо пискнул дядя Лёва и тут же вжался в пол, но его никто не услыхал, хотя глаза старого деда как-то странно блеснули.       Шум и бардак, кое-где упавшая банка с лавровыми листьями, грохнувшийся табурет – всё это следовало за бешено метавшейся Инкой.       - Грецкие орехи.       Дядя Лёва каждый раз закатывал глаза, когда Инка находила…       - Гранат…!?       - И рассол, как же без него! – старый дед одобрительно кивал головой, почёсывая бороду, вспоминая рецепт.       - Рас…сол… - Инка заступорилась. - Рас… сол… Один раз соль, значит!       И девушка кинулась набирать в кастрюлю воды, схватила сахар, который она приняла за соль (а соль за сахар), и снова замерла.       - Так, а раз чего? Ложки? Кружки? Кастрюли?       - Пачки! – радостно подсказал старый дед.       Кристинка судорожно вздохнула, пытаясь не рассмеяться, Денис просто не мог на это смотреть.       И Инка высыпала всю пачку сахара прямо в воду.       - А что ещё должно быть в рассоле?       Дядя Лёва, которого с детства за шкварню таскали на кухню и вынуждали помогать готовить вечно болеющей бабе Зое, хоть он это и ненавидел, схватился за голову и от бессилия громко ляпнул:       - Чёрный перец…       - Какой-какой? – Инка завертела головой.       - Горошком, - донёсся слабый голос дяди Лёвы.       - А, и лавровый лист! – Инку осенило, и она радостно забегала по кухне.       Денис так и не понял связь между чёрным перцем и лавровым листом в голове своей подруги. Всё, что он мог сказать, было: «Я знал, что она никогда не готовила, и даже близко не подходила к кухонной плите, но… Чтобы она и такая дура?» Кристинка, тихонечко ухахатываясь и вытирая выступившие на глазах слёзы, лишь покачала головой.       Раздался звук разбитой банки – там была лимонная кислота. Инка, чтобы не наступить на осколки, подпрыгнула и толкнула стол, схватилась за верёвку, на которой висели листья берёзы, и сорвала их.       - О, лавровый лист! – радости раскрасневшейся от беготни Инки не было предела.       Выглянувший из-за бочки дядя Лёва мрачно произнёс:       - Берёзовые листья для чая.       Старый дед уж задыхался, у деда Нетета глаза вылезли из орбит, но он сидел смирно, не смея даже пикнуть.       - О, а вот и перец! – Инка схватила банку, особо не смотря на неё.       - Изюм, - голос дяди Лёвы уже не был слышен, правый глаз начал подрагивать.       - Что дальше? – от предвкушения девушка подпрыгивала на месте.       - Ну, нужно это всё смешать и запечь, - еле выдавил старый дед.       - Тебе чё, старик, плохо? – поинтересовалась Инка и тут же бросилась к кастрюле с «рассолом», запихала туда всё, что нашла, включая банку с изюмом и…       - А как запекать? – застыла Инка.       - Вон в той печи, - старый дед уже плакал.       Инка кинулась к печи, отодвинула заслонку, понеслась к кастрюле, схватила её, чуть не уронила от тяжести, и, расплескивая всё по полу, побежала, подскользнулась, зашвырнула кастрюлю прямо в печь, растянувшись на полу. Грохот был такой, что заглушил даже истошный визг старого деда, сползшего с короба и распластавшегося от неудержимого хохота на полу. Сбежались все.       - Баба Зоя, не смотри! – Дашенька тут же закрыла глаза бабе Зои.       - Да что… Что тут творится? – баба Зоя выглядела испуганной.       - Хаос… - почесал голову дед Илюша.       Инка поднялась с пола и всхлипнула.       - Да что… Что я сделала не так?       - Спешила, - выдохнул с ужасом дед Нетет. – Даже на минутку не остановилась, чтобы подумать.       Инка разревелась, начиная понимать, а старый дед не мог перестать смеяться.       Наконец из-за шкафа вылезла Кристинка и подошла к Инке.       - Что? Вы всё видели, да? Чего он смеётся-то? Ваш же дед, ответьте!       Кристинка погладила девочку по голове и, слегка посмеиваясь, сказала:       - Поспешишь – деда насмешишь.