Ai Shiteru.

      – Я так счастлив слышать это от тебя, Хината-кун. – Комаэда вовсе не врал. Ему действительно было приятно услышать приглашение Хаджиме провести с ним время, ведь все остальные то игнорировали счастливчика, то и вовсе избегали любого контакта с ним, что было неудивительно после произошедшего на суде. Жертвой оказался Бьякуя Тогами - Абсолютный наследник и единственный, кто решил встать на роль лидера, пытаясь не допустить ни одного убийства. Довольно иронично, не так ли? Убийцей же был Терутеру Ханамура - Абсолютный повар, которого Комаэда собственно и довёл до преступления, а после пытался убедить всех, что это именно он запятнанный, игнорируя остальные улики. Конечно же, после такого любой бы прекратил общение с сумасшедшим фанатиком надежды, но только не Хината. Честно, Нагито не знал, почему именно он до сих пор не отвернулся от него, но в одном он был уверен: скоро Хината начнёт его избегать, ненавидеть и затыкать, как и все остальные. Если честно, Хаджиме тоже понятия не имел, почему его так тянет к счастливчику. Вроде бы он просто не хотел верить в то, что такой улыбчивый и приятный парень, каким изначально казался Нагито, окажется таким, а вроде бы он и просто боялся оставить его без присмотра. Вдруг решится кого-то убить? Вдруг опять доведёт кого-то до убийства? А может Хината просто хотел узнать, в чём причина такого поведения парня? Скорее всего, всё и сразу.

***

      Некоторое время парни провели в библиотеке, читая книги и иногда общаясь на самые разные темы. Хоть и большую часть этого самого общения они провели в тишине, но и молчание не давало им какого-то напряжения, а даже наоборот, устраивало довольно уютную атмосферу, что было странно, смотря на то, с кем сейчас Хаджиме проводил время. В такие моменты он просто забывает о всех выходках знакомого, позволяя дружеской атмосфере поглотить его, и честно, Хината уверен, что с Комаэдой происходит тоже самое. Но это было не так. Нагито уже давно профессионально скрывает свои эмоции фальшивой улыбкой. Нет, не подумайте, что ему неприятно находиться с Хинатой; он просто с трудом отвлекается от негативных мыслей, что Хаджиме общается с ним лишь из жалости, так же притворяясь счастливым, как и он, что тот ненавидит его всем своим сердцем, как и многие на этом острове, что русоволосому тошно даже смотреть на него, что уж говорить о нахождении в одном помещении, где никого кроме них попросту нет. – Эй, ты вообще меня слушаешь? – Высокий мужской голос перебил мысли Комаэды, заставив вздрогнуть от неожиданности. Точно, он же что-то рассказывал, а Нагито как всегда всё пропустил, погрузившись в себя. –"Мусор, я просто мусор!" – Подумал беловолосый, посмотрев на Хаджиме. – "Как я мог прослушать то, что мне говорил Хината-кун?! Боже, как он до сих пор терпит такого отброса, как я? Такой символ надежды, как он, не должен общаться со мной, он заслуживает большего-" – Комаэда, всё хорошо? – Тот же голос с ноткой волнения перебил внутренний монолог Нагито, от чего парень, сидящий напротив, просто проморгал и неловко улыбнулся, переводя свой взгляд на правую руку, перед этим подняв её. – ... – Хината редко обращался к нему, обычно просто подходя к нему и начиная разговор, так что, услышав собственную фамилию, беловолосый немного удивился. – Прости, я просто задумался. – Промолчав пару секунд, Хаджиме решил, что на этом Комаэда закончил разговаривать, и как только парень открыл свой рот, второй резко поднял обе руки и широко улыбнулся, наконец посмотрев на собеседника. – Конечно, такой мусор как я не имеет права просить что-то подобное, но не мог бы ты повторить? – Хината нахмурился от его слов, собравшись сказать что-то на подобии "Какого хрена ты называешь себя мусором?" и "Почему это ты не имеешь права?", но решил просто пропустить это мимо ушей, и опять, как только он собрался повторить сказанное, его снова перебили. – Такой символ надежды, как ты, не должен общаться с таким отбросом, как я! Хината-кун, как ты ещё не ушёл из библиотеки? – Если ты продолжишь говорить, что ты отброс, мусор и подобную хрень, я уйду. И если ты не хотел проводить со мной время, то почему ты согласился? – Опять он не понял, что имел ввиду Комаэда под этими словами, из-за чего парень, сидящий напротив, немного нахмурился и посмотрел на книгу, которую он держал в своих руках. – Я не хотел сказать, что я не хочу проводить с тобой время, Хината-кун. – Он заговорил чуть ли не шёпотом, от чего Хаджиме пришлось немного пододвинуться к нему. – Я просто не понимаю, как ты меня терпишь, вот и всё. – А с чего это я должен тебя терпеть? – Русоволосый нахмурился и скрестил руки на груди, отпустив свою книгу. Кажется, это был “451 градус по фаренгейту”. – А ты забыл, что это я собирался убить кого-нибудь на празднике? – Он хихикнул, резко подняв свой взгляд на Хаджиме. Да уж, такие резкие перепады настроения были в духе Нагито. – Ты забыл, что из-за меня Бьякуя и Терутеру умерли? – Юноша тоже скрестил руки на груди, и он шумно выдохнул, смотря куда-то на пол. – Боже, Хината-кун, неужели ты готов простить мне это? – Парень улыбнулся, опять посмотрев на собеседника. – Или ты сейчас стараешься не думать об этом, чтобы меня избить до смерти, прямо здесь, прямо сейчас? Честно сказать, собеседник и вправду сейчас старался пропускать всё мимо ушей, потому что он, опять же, не хотел его избивать до полусмерти. – А ты так и стараешься вывести меня из себя, да? – Его голос стал грубым. Они так и посидели пару секунд, поглядев друг на друга, а после Хаджиме резко встал и закрыл книгу, взяв её в руки. – Увидимся. Как только парень направился к выходу, Нагито подорвался с места и схватил его за запястье, смотря на него со страхом в глазах, непонятно от чего. – Стой! Прошу, не уходи! – Чуть ли не крича сказал парень, от чего Хината повернулся к беловолосому и посмотрел на него с недоумением. – Я..Я перестану так говорить. Пожалуйста, не уходи. – Он резко убрал свои руки в карманы, отводя свой взгляд куда-то в пустоту. Ему стало неловко от настолько резкой и бурной реакции, чего и сам Нагито не ожидал. Просто он не хотел опять оставаться один, желая насладиться последними часами, когда хоть кто-то готов с ним поговорить, особенно когда этим кем-то является Хаджиме. – Эм.. – Хината нахмурился и подошёл к Комаэде, пытаясь заглянуть в его серые глаза, наполненными грустью и сожалением. – Окей?.. – Он неловко провёл рукой по волосам, всё ещё сверля взглядом знакомого, чтобы тот наконец на него посмотрел. – Я тебя не заставляю, Хината-кун. Прости за то, что я тебя остановил, я не должен был этого делать. – Да ладно тебе. Если бы я не хотел, то я бы просто ушёл. – Русоволосый тихо посмеялся, а после шумно вздохнул, показывая, что он дико устал. – Слушай, мне надоело сидеть. Пойдём на пляж? Глаза Нагито сверкнули, и как только он это услышал, парень наконец-то посмотрел на Хинату и тепло улыбнулся. – "Ты и вправду самый добрый человек, из всех, кого я встречал." – И правда, это так. Комаэда очень редко встречал добрых людей, либо вовсе не встречал, ибо их вовсе не помнил. Хаджиме, походу, первый человек из всех, который не против провести немного времени с юношей, хоть и тот понимал, что это лишь потому что его попросили, и никак иначе, но всё же, он согласился. Честно сказать, русоволосый и не хотел так много сидеть с Комаэдой, но как только он услышал буквально мольбу о том, чтобы тот не уходил, а после увидев этот огонёк в глазах, Хаджиме просто не мог отказать парню, да и сдержать глупую улыбку тоже. – Я не против. Спасибо. Кажется, они стали чуточку ближе.

***

      Прошло пару дней, и отношение Хинаты с Нагито снова ухудшились из-за того, что Хаджиме понял, насколько этому человеку плевать на чужие жизни. Во время второго суда, где жертвой был Абсолютный фотограф - Махиру Коизуми, а убийцей Абсолютная мечница - Пеко Пекояма, всем лишь оставалось смириться с тем, что Пеко оказалась телохранителем, а так же подругой детства Фуюхико Кузурю, и когда настало время казни, якудза вбежал в поле боя, пытаясь защитить мечницу, но как бы не так. Она случайно попала мечом в его глаз, после чего, накрыв его своим телом как живой щит, девушка приняла все удары кукол на себя, тем самым спасая его от смерти. Пока все плакали и кричали, чтобы Монокума спас Фуюхико от многочисленных ран, Комаэда лишь огорчился, что "Это должна была быть схватка двух надежд, но это превратилось во что-то столь ужасное". Господи, что вообще творится в голове этого человека, чтобы думать об этом именно сейчас?

***

      – Тебе будет очень скучно разговаривать с таким отбросом как я..Ты уверен, Хината-кун? – Не зная почему, Хаджиме всё же решил провести с ним своё драгоценное свободное время, во время которого он мог бы поспать, отдохнув от всего ужаса, произошедшего совсем недавно, или заняться чем-нибудь другим, более спокойным, чем общение с непредсказуемым Комаэдой. – Да, уверен. – Он решил опять проигнорировать то, что он называет себя отбросом. В принципе, ему и не нужно что-то на это отвечать, это не его дело, и вмешиваться он не хочет, так же, как и отрицать. У него не было повода. – Может, тогда прогуляемся по пляжу?... Как тогда... Если ты не против. – Нагито улыбнулся и немного отошёл от Хинаты, ожидая, пока тот направится к мосту, чтобы пойти за ним. Около десяти минут знакомые не проронили ни слова, не решившись нарушить стоявшую тишину, дожидаясь, когда хоть кто-то придумает, о чём поговорить. Это молчание не было таким тёплым и уютным, как тогда, когда они вдвоём сидели в библиотеке, мирно читая книги, разговаривая о самом разном, а скорее давящим, неловким и напряжённым. Конечно же, этого не могло не случится после того, что произошло пару дней назад. Комаэда шёл позади русоволосого, засунув руки в глубокие карманы и смотря себе под ноги, но после резко остановился и поднял свою голову на парня напротив, нахмурившись и дожидаясь, пока тот заметит его и посмотрит на него в ответ. Ждать пришлось недолго: Хаджиме сразу же остановился, услышав то, как звуки чужой ходьбы по песку остановились. – Почему ты всё ещё со мной общаешься, Хината-кун? – Резко сказал Комаэда, наконец разрушив их тишину. – Честно сказать... Я не знаю. – Недолго думая, ответил тот. – Просто за тебя волнуюсь. – Волнуешься, что я кого-нибудь убью? – Типа того. – Пожав плечами, Хаджиме на пару шагов подошёл к Нагито, смотря на него в ответ. – Кто тебя знает? Тем более, смотря на то, что тебе нету дела до чужих жизней, это вполне таки возможно. – Ах?.. – Шокированно и явно обиженно произнёс беловолосый. – Мне не "нету дела до чужих жизней" Хината-кун. С чего ты вообще это взял? – Тебе было не до Кузурю, когда он лишился глаза, вмешавшись в казнь Пекоямы, разве ты не помнишь? – Парень нахмурился, подойдя ещё ближе к Нагито на пару шагов. – Ты говорил лишь о том, что это якобы должна была быть "схватка двух надежд". – Это и есть схватка двух надежд! Надежда убийцы выжить и сбежать с острова, и надежда жертв остаться в живых! Это вовсе не значит, что мне плевать на чужие жизни, а даже наоборот: восхищаюсь тем, что они погибли, став ступенькой для новой, более сильной надежды! – Он поднял обе свои руки вверх, с воодушевлением смотря на Хаджиме, пока тот смотрел на него с недопониманием, а после, закатив свои глаза, пробурчал "Началось.." – Боже, меня что, настолько сложно понять? – Да, сложно. Очень сложно. – Хината уставши вздохнул и проводя рукой по волосам уставился на море: солнце уже садилось, и вскоре всё обрело ярко-оранжевый оттенок, красиво переливающийся с немного фиолетовыми облаками. Хотя бы пейзаж был успокаивающим, а особенно и звуки моря, которые так и снимали, хоть и немного, но лишнее напряжение во всём этом разговоре. – Так ты волнуешься только за то, что я кого-нибудь убью? А ты не думал, что этим кем-то будешь ты? Неразумно, Хината-кун. – Сероглазый улыбнулся, сложив руки на груди. – Что-то я сомневаюсь, что ты меня убьёшь. – Русоволосый шумно выдохнул. – Скорее я боюсь, что ты что-то сделаешь с собой, нежели со мной. – Ты за меня волнуешься? – Резко спросил тот, не меняясь в лице, хоть и внутри него появлялись непонятные, смешанные чувства. Неужели он и правда о нём волнуется? Да ладно, в это очень сложно поверить. Комаэде легче подумать, что он просто планирует его убийство. – Типа того. – Он немного помолчал, а после добавил, – Почему ты не можешь принять тот факт, что я просто хочу проводить с тобой время? Нагито посмеялся. И он смеялся очень долго, схватившись за живот, аж плача от того, что только что услышал. Хаджиме действительно настолько наивный, или он просто притворяется? Неужели ему и вправду неясно, почему все его избегают? – Потому что никто не хочет, Хината-кун. – Еле успокоившись и восстановив дыхание, начал Комаэда. – Разве ты не понимаешь, что опасно гулять с потенциальным убийцей? Разве ты не еле меня терпишь, Хината-кун? Почему ты это делаешь? – Комаэда резко встал прямо, подняв обе свои руки и широко улыбнувшись. – Ах, или ты хочешь меня убить? Мог бы просто попросить, Хината-кун! Я бы помог тебе! – Его глаза резко помутнели, и это означало, что парня нужно срочно чем-то отвлечь, пока тот не начал снова читать лекции о надежде. Тем временем Хаджиме уставши закрыл глаза, глубоко вздохнув. И вот почему его потянуло поговорить именно с ним? Нельзя было опять поговорить с Чиаки, спокойно пообсуждав игры? Честно, сейчас юноша лишь хотел вернуться обратно во времени, чтобы не предлагать этому сумасшедшему прогуляться. – Прекрати. – Шикнул он, посмотрев на Комаэду своими ярко-изумрудными глазами. – Я не собираюсь тебя убивать. Просто прекрати. – Но если ты решишься на это, просто скажи, и я теб- – Заткнись. – Беловолосого перебили, и честно, это слово будто бы дало ему пощёчину. Он послушно закрыл свой рот, горько улыбнувшись, и сероглазый опять опустил свой взгляд на ноги, засунув руки в карманы. Хаджиме понимал, что он его обидел, но ему сейчас было вовсе не до этого. – Ты так и будешь разговаривать, или мне уйти? Тот ничего не ответил, всё так же спокойно смотря куда-то вниз. Он не хотел ещё больше всё испортить, не хотел опять обижать русоволосого, и к тому же не хотел, чтобы он уходил. Они так и стояли минут пять, и Комаэда всё так же сверлил взглядом свои ботинки, а Хината его голову, и поняв, что на этом всё, зеленоглазый развернулся, перед этим сказав "Ясно." – "Опять я всё испортил..." – Нагито еле сдерживался, чтобы прямо здесь не утопиться. Это желание было настолько большим, что сероглазому буквально пришлось таскать собственную тушу в столовую. – "Ничтожество." Кажется, сегодня их отношения снова ухудшились.

***

      Сегодня Нагито опять не спится, от чего счастливчику безумно обидно. Вчера он с Хаджиме поссорился из-за собственной тупости, сегодня же его чуть не избили в столовой, а из-за чего он точно не помнит, хотя сейчас объяснение "Потому что я мусор" звучало для Комаэды довольно разумным и логичным. Он не может уснуть, потому что думает. Думает, кстати, обо всём и сразу: от того, насколько "повезло" погибшим, потому что они, как он уже говорил, "стали ступенькой для новой надежды" и о том, насколько он хотел бы сейчас стать жертвой для убийства, или сообщником, лишь ради того, чтобы умереть во имя надежды, до того, что он путается под ногами Абсолютных, да ещё и посмев испортить настроение Хинате, разозлить Акане, настолько надоесть всем, что аж Сода сегодня его заткнул, да и не один раз. – "Блять.." - Подумал беловолосый и решил в последний раз попытаться уснуть, но у него не вышло. Через минут десять парень встал, и, протерев глаза, натянул на себя длинный тёмно-зелёный плащ и направился к выходу из коттеджа, и как только он открыл дверь, юноша услышал скрип другой двери из соседнего домика. – "Кому-то тоже не спится?" И вправду, кому-то реально не спалось, и этим кем-то был Хаджиме. Русоволосый, так же протирая свои глаза, как и Нагито, направился в сторону бассейна, совсем не заметив, что прямо сзади него хвостиком идёт сероглазый, с детским интересом наблюдая, как тот садится на бортик, скрестив ноги и смотря прямо на ярко-голубую воду, красиво переливающуюся из-за ламп. Комаэда подошёл к нему поближе, ожидая, что сейчас на него обратят внимание, но этого не произошло: похоже, Хината погрузился в свои мысли настолько сильно, что отключился от всего мира. Теперь Нагито, пользуясь случаем, бесстыдно рассматривал приятеля, наблюдая за тем, как красиво на него падает свет от бассейна, а после заметив, что сейчас у него смешно торчали волосы, что белая облегающая рубашка сидела на нём безумно красиво, особенно при том, что обладатель расстегнул верхние пуговицы, а галстук на его шее был немного припущен, кажется, чтобы было легче дышать, и мятово-зелёные, чуть ли не светящиеся глаза, были настолько красивыми, что можно было смотреть на них часами. – "Боже, как же он красив." В целом, Комаэда часто ловил себя на мысли, что его привлекает Хината не только своей светящейся надеждой, но и характером, внешностью, да и в принципе всем, чем только можно. Он просто знал, что безнадёжно влюбился в человека, с которым он никогда не будет вместе. Но тут внезапно Хаджиме почувствовал на себе чей-то сверлящий взгляд, и повернувшись, он чуть ли не упал в воду от неожиданности. Уж кого он и ожидал увидеть, но не Комаэду. – Боже! Что ты здесь делаешь?! – Шокированно спросил юноша, облокачиваясь на собственные руки, чтобы не упасть. – Прости, я не хотел тебя пугать, Хината-кун. – Парень виновато посмотрел на приятеля, словив себя на мысли, что он, похоже, покраснел. – Нет, не извиняйся. – Хината отвёл свой взгляд обратно на воду. – Почему не спишь? – Да так... Просто. – Беловолосый улыбнулся, в то время, как его собеседник посмотрел на него с недопониманием, подняв свою правую бровь. – Я присяду? – Да, конечно. – Парень немного отодвинулся и похлопал на место рядом с собой, якобы говоря "Садись", что тот послушно сделал. Они так и посидели минут пять в, хоть и в приятной(по крайней мере для Нагито), но в тишине, и всё же, Комаэда решил её нарушить, полагая, что Хаджиме сейчас то ли неловко, то ли вообще не до него. – А.. – Как только парень начал разговаривать, на него сразу же посмотрели, после чего щёки беловолосого моментально покрылись лёгким розовым румянцем, чего не мог заметить собеседник. Честно, он понятия не имел, что его заставило так отреагировать на простой взгляд, да и задумываться об этом он как-то не стал. – А почему ты не спишь? – Да так... Просто. – Русоволосый усмехнулся, наблюдая за реакцией Нагито, который сразу же округлил свои глаза в удивлении, что только что за ним повторили. Это что, какое-то издевательство? – Хината-кун, не смешно. – Прости, прости. – Он провёл рукой по своим на вид колючим волосам, задумчиво смотря прямо на воду. – Я просто думаю. Кажется, будто бы в моей голове сейчас каша, в которой я никак не могу разобраться. – У меня так же. – Теперь и Комаэда задумчиво посмотрел на воду, погрузившись уже в собственные мысли и позволяя наконец-то себя рассмотреть с ног до головы. Он сидел поджав ноги к груди и положив голову на колени. На нём был всё тот же помятый плащ, всё те же брюки и ботинки, и только одно в нём изменилось: он выглядел безумно уставшим, намного больше, чем обычно. Тёмные мешки под глазами явно давали о себе знать, а уставшая улыбка, полуприкрытые глаза, лохматые белоснежные волосы и скулы добавляли этому образу безумную грусть и жалость, но что-то было в этом привлекательное, и Хаджиме не понимал, что именно. Да он даже не понимал, почему это после их, так сказать, "ссоры" они так быстро продолжили общение да и задумываться, в общем, он и не стал. – Хината-кун, можно я тебе задам вопрос? – Парень резко повернулся к приятелю, давая тому взглянуть в свои глубокие, чуть ли не стеклянные глаза, наполненными интересом и сонливостью. Русоволосый лишь кивнул, удивлённо смотря на собеседника. – Почему ты до сих пор со мной общаешься? Я же всегда тебе порчу настроение, и тем более, ты даже не собираешься меня топить, хоть и мог бы. Почему, Хината-кун? – Парень говорил шёпотом, но услышать его не составило труда, и Хаджиме ничего не оставалось, кроме как закатить глаза и думать: "Сколько можно?" – Боже, Комаэда, я не собираюсь тебя убивать. – Парень нахмурился, не отводя свой взгляд от серых глаз. – Я просто хочу с тобой общаться, вот и всё. С тобой всегда есть о чём поговорить. Прекрати уже думать, что никто не хочет с тобой проводить время. Тот лишь улыбнулся ещё шире, сонливо моргая и смотря в ответ в ярко-зелёные глаза Хаджиме. Честно, сейчас он выглядел, будто бы просто отключится, так и ничего не сказав, и отчасти это было правдой. Эта спокойная и на удивление дружеская атмосфера так и убаюкивала, отгоняя все плохие мысли из голов парней. – Ты такой добрый, Хината-кун... – Он медленно закрыл свои глаза, начиная тихо посапывать, и русоволосый сразу же понял, что он уснул. Сидя. Возле бассейна, куда запросто мог упасть. – Так, не спи. – Хаджиме неохотно потряс того за плечо, заставляя беловолосого жалобно что-то промычать и открыть глаза. – Хотя бы до коттеджа своего дойди. – Но увидев, что тот даже вставать не хочет, парень недовольно вздохнул, ведь понял, что ему придётся носить его на руках до домика, ведь спать на улице-то нельзя. Неохотно взяв Комаэду на руки, он с ужасом заметил, насколько парень был лёгким, а спящий в это же время прижался к Хинате, лишь заставляя того быстрым шагом искать коттедж Нагито, лишь бы наконец отпустить из рук парня, и Хаджиме, трудом заставив беловолосого достать ключи из брюк, открыл дверь и аккуратно положил того на кровать. Как только он направился к выходу, Комаэда лёгкой, почти неощутимой хваткой взял того за запястье, заставляя остановиться. – Пожалуйста, не уходи.. – Через сон проговорил беловолосый, сам того не осознавая, а Хинате же ничего не оставалось, кроме как и вправду остаться, сев рядом с счастливчиком, просто потому что уже не было сил идти до своего домика. Не прошло и пары минут, как Хаджиме сразу же провалился в сон, следом за Нагито.

***