Ядовитый

На платформе 9¾ с каждой секундой становилось всё более шумно. Ученики, возвращающиеся в школу, выискивали в толпе своих знакомых, дабы упасть им на уши с рассказами на тему «как классно я провел лето». Родители, провожающие своих отпрысков в школу, давали им последние наставления и просили регулярно им писать. Первокурсники (особенно маглорожденные) рассматривали все, за что только мог зацепиться их взгляд: величественный Хогвартс-экспресс, который должен был доставить их в «лучшую школу магии в Англии», и семьи других волшебников, похожие друг на друга так же, как снежинки. Все они хоть чем-то отличались друг от друга. Вот, например, неподалеку стоит семья из трех человек, в которых по манере держаться, в надменном взгляде и дорогой одежде без труда можно определить аристократическую семью, которая, пусть и похожа на другие подобные семьи аристократов, но если присмотреться к небольшим, не демонстрируемым так открыто другим людям мелочам, вроде тепла во взгляде матери и отца, небольшой искорки страха перед первой поездкой в школу в глазах сына, и вот уже вы можете отличить эту семью от другой аристократической семьи, где мать в первую очередь смотрит, чтобы одежда дочери не выглядела помято, а сама дочь с таким презрением во взгляде смотрит на окружающих, словно она единственный человек на платформе, а все остальные – лишь черви, по какому-то странному недоразумению, оказавшиеся с ней в одном месте. А вот на перрон из портала с маггловского вокзала буквально вылетает слегка полноватая рыжеволосая мамаша, тащащая за собой маленькую рыженькую девочку, спешащая к рыжеволосому же мужчине, который только что помог загрузить чемодан одного из сыновей в вагон. Подбежав к нему, она сразу же подняла крик, из которого даже людям, стоящим довольно далеко от этого семейства, стало понятно, что загадочный «он» почему-то не пришел и, возможно, потерялся. А миссис Уизли сейчас очень сильно паниковала. Дамблдор попросил её встретить «маленького забитого Гарри Поттера», который всю свою жизнь прожил со своими маггловскими родственниками и которого она просто напросто потеряла. Она искала его двадцать минут, пока её муж Артур помогал загружаться в поезд близнецам Фреду и Джорджу, которые сразу же направились в купе к Ли Джорану, посмотреть на огромного тарантула, третьему сыну Перси, который, сгрузив свои вещи в ближайшем свободном купе, принялся за исполнение своих обязанностей старосты, решив для начала совершить обход поезда, и Рону, по инструкции матери отправившемуся на поиски избранного, который в этом году должен был поступить в Хогвартс и за которым Рон должен был наблюдать. Оставалась надежда, что Гарри пришел раньше и, непонятно как попал на платформу, после чего сел на поезд. Но что если мальчик потерялся, так и не дойдя до поезда? Или один из Пожирателей смерти напал на него и лишил весь магический мир избранного, а семейство Уизли – их богатого чистокровного зятя с сейфом в банке, способного снять с их дочери и с них самих метку предателей крови? Поэтому паника миссис Уизли по поводу потери этого мальчика была вполне оправдана. Сам же Гарри преспокойно спал в одном из купе поезда под заглушающими и запирающими чарами, даже не догадываясь, сколько проблем он своей выходкой принес рыжему семейству последователей Дамблдора. Он и в правду пришел раньше аж на целый час для того, чтобы занять себе купе и спокойно поспать. Ради этого он даже сковырнул себя с кровати с утра, из-за чего пребывал в не самом лучшем настроении. Но, как он догадывался, если бы он пришел чуть позже, то, во-первых, ему бы пришлось проталкиваться через раздражающую толпу взрослых магов и их обожаемых отпрысков. И не факт, что в этом случае маги бы не пострадали от рук не отличающегося покладистым характером юного волшебника со знаниями и опытом взрослого мага с большим арсеналом проклятий разной степени смертельности. Нет, Гарри-Сайгусу в любом случае плевать на волшебников, мертвые они или живые. Но тот шум, который он поднимет своей выходкой, вероятно, вернет его к той жизни, в которой он только и делал, что скрывался от всего мира и при этом в погоне за местью уничтожал все, что могло быть связано или просто напоминало ему о смерти его наставника, и которая ему опротивела, тем более, что не факт, что именно предки этих людей убили Свартоса (тем более они и их семьи уже были убиты, последний убитый им маг-предатель детей не имел). А потому, воспользовавшись развитым им за эти шесть лет магическим восприятием (было бы странно, если бы скучающий Сайгус не попытался развеять свою скуку хотя бы тем, что попытался воссоздать те заклинания из его прошлого в этом теле и с этим магическим резервом), Поттер отыскал тот проход между платформами 9 и 10 на маггловском вокзале (магией фонило от портала знатно) час назад, пройдя через который, оказался на полупустой в тот момент платформе 9¾ и, найдя в уже стоящем около платформы поезде пустое купе, просто невербально взмахом руки запечатал, накинул отводящие внимание чары и, «вырубив весь звук» для этой комнаты, просто залез с ногами на сидение и мгновенно заснул. Эти чары не позволят никому и ничему потревожить его сон. Гарри следовало хорошенько отдохнуть: ему вновь придется использовать то самое заклинание, которое он использовал при общении с Хагридом, в школе, чтобы раньше времени не раскрыть себя. Он планировал знатно развлечься на магах за те годы скуки, которые ему пришлось провести в обществе своих родственничков со стороны матери. Кстати о родственничках, он их всё-таки расколдовал. Всё же те и так в середине недели выпали из жизни, из-за чего Вернону пришлось придумывать оправдания на работе, где он вряд ли мог сказать, что его племянник заколдовал его, и поэтому он не пришел на работу, хотя это действительно правда. Если бы Поттер так и оставил их спящими, соседи или коллеги Вернона Дурсля, или знакомые Петуньи Дурсль, или даже друзья Дадли могли что-то заподозрить и принести Поттеру множество проблем с тратой его сил и времени на стирание памяти большому количеству людей. Дурсли были невероятно счастливы, что этот ненормальный уедет от них в эту свою школу, и хотя бы на 9 месяцев из 12 они освободятся от гнета этого мальчишки с лицом невинного ребенка и душой дьявола (если у дьявола, вообще может быть душа). Поттер первый и единственный раз в жизни разделял их мнение, он также устал от их общества, ему требовалось хоть какое-то разнообразие. И этим самым разнообразием для него стало то самое приглашение в Школу Чародейства и Волшебства, которого он ждал с не меньшим нетерпением, чем остальные первокурсники. Правда, не для того, чтобы завести новых друзей (друзья? Для Черного Мага?! Серьёзно?!?!?!), обучиться волшебству (которому он обучался у своего наставника, а затем и самостоятельно около четырех десятков лет, без учета тех шести лет в этом времени, которые он потратил на повторение изученного. На самом деле, вряд ли в школе его смогут научить хоть чему-то полезному для него) или просто добавить в свою жизнь ярких красок (которые, вряд ли, смогут вернуться в жизнь Гарри Поттера без его наставника Свартоса). Для него все эти вещи не представляли особой ценности. В любом случае, до приезда в Хогвартс оставалось ещё куча времени, а читать учебники, единственные книги, которые были ему доступны, или искать себе собеседника среди других детей, находящихся в этом поезде, он считал не просто бессмысленным, но и глупым занятием. Поэтому, проснувшись после четырех часов сна и обнаружив за окном однотипный пейзаж равнины, Гарри продолжил начатую в доме его родственников игру «сделай из оскала детскую улыбку самостоятельно» и теперь раз за разом кастовал и снимал с себя заклятие, наблюдая в наколдованное зеркало, как меняется его выражение лица, как детская, до жути отвратительная для него улыбка растягивает его рот, делая его похожим на идиота, пусть и малолетнего. На самом деле это не выглядело столь неестественно, как он думал: любой невероятно каким образом зашедший в это время в его купе человек просто увидел бы довольно обычного маленького, пусть и худенького в больших очках (с обычными стеклами), мальчика с невинной улыбкой разглядывающего свое отражение (что выглядело, скажем прямо, слегка странно) в зависшем в воздухе зеркале. Правда, буквально через секунду улыбка сменилась отвратительным оскалом, а в глазах появилось отвращение и даже презрение к собственному отражению (на этот раз это выглядело просто жутко). И так продолжалось несколько раз, пока Гарри с треском проигрывал в этой придуманной игре. Проиграв непонятно кому (скорее всего зеркалу или заклинанию) раз двести, Гарри с удивлением обнаружил за окном кромешную тьму. Поезд начал торможение, и Поттеру пришлось срочно переодеваться в мантию, непонятно почему необходимую современным волшебникам в качестве школьной формы. В то время, когда жил Сайгус, волшебников просто сжигали на костре из-за чего обладающие магической силой, но не способные отбиться от преследователей из церкви ведьмы и колдуны, вынуждены были скрываться среди обычных людей и, естественно не часто носили мантии, которые могли бы привлечь внимание горожан и, особенно, служителей Бога. Хотя, возможно, в прошлом волшебники просто «спрятались» от людей (и «прячутся» до сих пор), а потому смогли себе позволить носить ту одежду, которая всегда считалась признаком волшебного дара. Как бы то ни было, продолжать и дальше думать об этом уже не было времени: поезд остановился, и Гарри, быстро открыв дверь, проскользнул в толпу выходящих из вагона учеников. *** День у Рона Уизли не задался с самого утра. Сначала он обнаружил, что его два старших брата близнеца опять подшутили над ним, намазав каким-то странным липким зельем его кровать, из-за чего Рон буквально прилип к ней. Нет, им, конечно, досталось за это от матери, но факт остается фактом: настроение было безнадежно испорчено. Дальше – больше. Его младшая сестра взяла одну из купленных ему книг и не вернула на место, просто напросто потеряв её где-то в доме. Каким-то чудом (с помощью Акцио в исполнении Молли Уизли) книга была найдена, и семья даже успела на поезд. Правда, выяснилось, что тот самый избранный, за которым Рон должен был следить, потерялся. Из-за этого Рону пришлось, вместо того чтобы спокойно посидеть в каком-то купе и познакомиться с самым известным мальчиком в волшебном мире, прочесывать весь поезд (по крайней мере ту её часть, где не было слизеринцев) в поисках потерявшегося героя. Которого Рон так кстати и не нашел, из-за чего к приезду на платформу в Хогсмид, деревню рядом с Хогвартсом, был зол как черт и с удовольствием придушил бы избранного, если бы тот появился на его глазах. Он, конечно, попытался отыскать его глазами среди первокурсников, но, к сожалению, эти попытки были столь же бесплодны, как и все остальные. А тут ещё и белобрысый Малфой пристал со своими комментариями, которому Уизли с удовольствием бы зарядил в глаз прямо на месте, если бы не его «приспешники» - Крэб и Гойл. Точнее, Рон попытался, но по понятным причинам, безуспешно. Громко хрустя ветками, попадающимися под ногами, Рон потопал вслед за великаном, который повел толпу первокурсников к лодкам. Вряд ли этот день мог стать ещё хуже… *** День Драко Малфоя начался прекрасно. Он специально лег вчера пораньше, а потому отлично выспался и встал с утра бодрым и отдохнувшим. С помощью домовых эльфов умылся, оделся и отправился в столовую на завтрак, где уже сидели его родители. Завтрак был прекрасен. И не потому, что эльфы приготовили его любимые блюда, а потому что его отец и мать позволили себе в этот день немного больше эмоции, чем любой другой ситуации, даже обняли его. Было видно, что они не хотят с ним расставаться, тем более на почти на четыре месяца, до рождественских каникул. А потому постарались максимально нагрузить его наставлениями, а также дать парочку последних советов. Драко слушал очень внимательно и наслаждался этими минутами семейного уюта. Ведь потом ему предстояло выйти в общество, где ему, Наследнику Малфоев, было бы неприлично просто так подойти к отцу или к матери и обнять их. Но ничто не длится вечно. Пора было отправляться на платформу, дабы не опоздать на поезд. Пройдя через камин (семьи истинных чистокровных волшебников считают ниже своего достоинства попадать на волшебную платформу через маггловский вокзал). Вновь попрощавшись с родителями (на этот раз чинно и благородно, как настоящий сын аристократа) Драко отправился вместе со своими друзьями Крэбом и Гойлом на поиски свободного купе. Долго искать не пришлось и вот они уже с удобством и комфортом устроились на сиденьях. Дальнейшее путешествие было довольно интересным. Все делились друг с другом впечатлениями и ожиданиями. Чуть позже к ним присоединились Панси Паркинсон и Дафна Гринграсс. Один раз заглянул в купе рыжий Уизли, накричал на них и пошел дальше, как понял из его воплей Драко, на поиски Гарри Поттера. Можно было, конечно, с ним поругаться, но Драко решил подождать до выхода из поезда, чтобы не гонятся за этим рыжим недоразумением, чтобы просто с ним поругаться. В любом случае, Рон не смог испортить настроения Драко. Более того, наследник Малфоев был даже рад этому своеобразному «визиту». Он и сам хотел познакомиться с избранным и, если получится, подружиться с ним. И, учитывая, что навязчивый Уизли не смог найти избранного, у Драко всё ещё есть шанс успеть первым, пока Уизли не промыл Поттеру мозги своим «слизеринцы – зло, гриффиндорцы - добро». Настроение поднялось ещё на несколько пунктов. А препирательство с Роном на выходе из поезда и его неудавшаяся попытка нападения на него с кулаками изрядно повеселили Драко. Вряд ли его настроение могло стать ещё лучше… *** Все было просто прекрасно. Дамблдор с утра встал в прекрасном настроении. Сегодня в школу должен был поступить тот самый символ или избранный, известный под именем Гарри Поттер. По словам Хагрида, мальчик вырос именно таким, каким Дамблдор и хотел его видеть. И именно сегодня он поступит в Хогвартс, где попадет под крылышко доброго и понимающего директора, который поможет мальчику не сбиться с пути и с честью исполнить свой будущий долг. Правда, к его огромному сожалению, распределяющую шляпу, артефакт основателей заколдовать не получилось, когда та отказалась отправить Поттера в любом случае на Гриффиндор. Ладно, это не столь важно. Семья Уизли, в частности Рон, который должен был стать первым другом героя в этом волшебном мире, были проинструктированы, а потому Гарри обязательно узнает о том, что на Слизерине учатся только хитрые и изворотливые злые волшебники, в то время как, на Гриффиндор поступают только смелые и отважные добрые волшебники. Правда, эта надежда стала потихоньку угасать, когда Молли по каминной сети рассказала директору, что она так и не смогла найти мальчика. Ладно, все же мальчик обязательно должен был приехать на поезде, а потому Рон обязательно его найдет, и все будет прекрасно. Директор был настроен оптимистично. Вряд ли его планы могли дать сбой…