О чем не стыдно вспоминать

— А- Сянь, поторопись на совет Старейшин!— попросила Яньли, когда сестры оказались в окружении знакомых домов.— Ты и так невежливо поступила, когда ушла от них. — Я никогда не была особо вежливой,— фыркнула Вэй Ин, лениво волоча ноги. — Но ты же девушка и должна соблюдать нормы приличия. Иначе никогда не найдёшь себе мужа. — А кто сказал, что он мне нужен?— нахмурилась брюнетка, стараясь не вспоминать ухмыляющегося Сюэ Яна, укравшего ее первый поцелуй. — Даже если не муж, то просто человек, который будет о тебе заботиться,— уступила Яньли, понимая, что если ее сестра отказалась принимать ее слова, то ничто ее не переубедит. Только обстоятельства. — Ну, если он будет заботиться обо мне добровольно, то должен привыкнуть к моему характеру,— и вновь в голове предстал образ Сюэ Яна, так подозрительно подходивший под описание. Шидзе вздохнула и мысленно посочувствовала братьям Лань, ведь ее сестра действительно ничего не смыслит в делах любовных, хоть и девушка. В отличии от неё, Яньли прекрасно видит всех подхалимов брюнетки, и это ее забавляет, ибо их достаточно много, чтобы наконец заметить. Но Вэй Ин предпочитает оставаться в блаженном неведении, прекрасно зная, что, рано или поздно, розовые очки придётся снять. И все равно это не могло не забавлять. — И все же зайди на собрание. Уверена, что с твоими знаниями ты им пригодишься,— покорно отступила шидзе и Усянь все же решилась вновь пойти на собрание. Ей было немного неловко идти туда после утреннего происшествия, но зато у неё хотя бы есть причина, по которой она опоздала. Поэтому укора в ее сторону должно быть меньше. Так уж получилось, что именно в тот момент, когда Вэй Ин решилась зайти, подул сильный ветер и, от ее несильного толчка, двери с громким хлопком растворились, что не входило в планы. Конечно, появляться эффектно- приятно, но не в данной ситуации. — Прошу простить меня за опоздание и шум,— почтительно склонила голову Усянь, учтиво смотря на Не Миндзюэ, который потерял дар речи. К слову неизвестно отчего- от удивления от ее нахальства или от ее красиво развевающихся волос. Несомненно Вэй Ин одна из самых красивейших девушек во всем Китае, ведь в ордене Цин Хэ Не девушки тоже не лыком шиты. — Вэй- Сюнь,— удивлённо воскликнул Не Хуайсан, но все его проигнорировали. — Глава клана Не, о темном железе можете не волноваться,— холодно сказала Усянь, прекрасно зная свои возможности и решив не обращать внимания, как же ужасно выглядит со стороны. В плане поведения, конечно. Беспардонно ввалилась на совет Старейшин и говорит нечто столь высокомерное. Ей самой от себя противно, ведь именно таких людей она всей душой ненавидела. Однако что она ещё могла сделать? Начать извиняться? Так она уже извинилась! Улыбнуться? Боюсь, это было бы не к месту. Рассмеяться? Ещё глупее! Так что девушка выбрала ещё самый нормальный вариант. — Что ты имеешь в виду?— ради приличия спросил Цзинь Цзысюань, не подавая виду, что уже знает или, по крайней мере, подозревает о плане брюнетки. — Что если у меня есть вещь, позволяющая подчинить темное железо?— уклончиво ответила Вэй Ин, под ещё более удивленные взгляды Старейшин. — Поясните свои слова,— попросил Лань Сичэнь. — Через месяц увидите,— ухмыльнулась девушка, так как не могла позволить узнать кому-то правду о темном железе в ней, ведь, несомненно, это начнут использовать. Да и попытаются разузнать, на что она способна с ним вместо золотого ядра. В общем- будут одни проблемы, а так она смогла и сохранить интрижку и скрыть данный факт, что в будущем сыграет ей на руку. «Сейчас бы красиво удалиться, взмахнув волосами- и тебя точно возненавидят» саркастично произнесла Тьма и Усянь была с ней полностью согласна. Все-таки, изначально, в ее планах было действительно уйти после этой фразы, но она не могла так просто бросить Цзян Чэна, ведь тогда ему ещё и объясняться за неё, а она все еще его правая рука и не может позволить себе так испортить и свою и его репутацию. Поэтому брюнетка осталась досиживать до конца это собрание, хотя уже было нечего обсуждать, так как она все пропустила. Зато Вэй Ин познала всю красоту вееров, ибо все время прикрывалась им, что помогло ей хоть как-то избежать надоевшего взгляда Цзинь Гуаньшаня. А вот Не Хуайсан действительно оценил, подойдя к ней после собрания и став нахваливать ее веер, пообещав позже сводить в его оранжерею вееров, на что девушка с улыбкой согласилась, ведь вееры действительно красивы, а теперь, с помощью новых возможностей, ещё и полезны. Однако побольше обсудить эту деталь им не дал взволнованный Лань Сичэнь. — Вэй Ин, можно тебя на минутку?— подошёл он к друзьям и брюнетка вынуждена была удалиться, под прожигающий взгляд Не Хуайсана. — Что-то случилось?— с ходу выкинул Хуань и девушка удивлённо подняла бровь, не понимая, с чего это вдруг такие вопросы. — Да нет, вроде. А с чего такое волнение? — Просто ты повела себя слегка... самоуверенно,— мягко сказал Лань Сичэнь, прекрасно зная, что это совершенно не в манере подруги. — А, ты про это,— с облегчением вздохнула Усянь, так как она думала, что он будет расспрашивать про утро. Видимо ей удалось временно избежать смерти. Осталось только также преодолеть гнев Цзян Чэна...— Да, согласна, звучало довольно самоуверенно, но, могу с уверенностью сказать, что у меня действительно есть гарантия на контроль темного железа. — Ну, ты фигни не скажешь... — Молодой господин Лань!— притворно ужаснулась Усянь.— Выбирайте слова помягче! Никогда не думала, что смогу увидеть матерящегося адепта Гусу Лань. К слову, это удивление было вполне натуральным. Ведь, хоть при ней Сичэнь и ведёт себя куда раскрепощение, но он никогда не позволял и слову матерному слететь с языка. Хуань рассмеялся с ее актерское игры. А вообще, это было единственное матерное слово, которое он знает. Дальше они недолго поговорили, как Усянь буквально снесли с ног, а она этого даже понять не успела, как и стоящий напротив Первый Нефрит. — Вэй Усянь!— яростно прорычал Цзян Чэн, намертво придавший бедную девушку к земле, чтобы та не сбежала. Вэй Ин испуганно пискнула и стала извиваться, как уж на сковородке, хотя понимала, что это бесполезно.— Что ты устроила сегодня утром? Откуда у тебя рана? Почему ты это скрывала? Сколько у тебя ещё ран? Куда ты ушла? Почему опоздала?.. — Хэй, хэй, хэй, успокойся, братец,— прервала его поток нескончаемых вопросов Усянь, обречённо вздыхая. Ну, она и так знала, что ей не избежать своей участи, хотя надежда всегда умирает последней.— Рана от меча и уже почти зажила. Волноваться не о чем. — Не о чем?! Да твоя рана выглядит просто ужасно!— импульсивно взмахнул руками глава ордена Цзян и Лань Сичэнь, до этого хотевший вмешаться, понял, что лучше оставить их вдвоём, поспешно откланявшись. — Ну так она уже зажила. — На девушке не должно быть таких шрамов, поэтому сейчас мы идём к лекарю. — Что ж вы все заладили со своими «девушка должна»,— недовольно пробурчала Усянь, но осталась проигнорированной. Цзян Чэн тащил ее за собой, пока она даже не думала сопротивляться. Даже с золотым ядром она уступала брату в физической силе, так чего ей шарахаться сейчас? Лучше потом юрко выбежать из под носа. Резко Вань Инь остановился и девушка врезалась в него. — Ты чего? Мы же вроде в медпункт шли? Уже пришли?— буркнула брюнетка, потирая лоб. — Не забрасывай путь меча,— внезапно подал голос Цзян Чэн и девушке пришлось перестать ныть.— Я не знаю, что вынудило тебя ступить на кривую дорожку, но... не забывай развивать золотое ядро. Сегодня при тебе даже не было Суйбянь. Почему? Ты же всегда любила похвастать своими умениями? — Суйбянь... сломался и я переместила его душу в другой боевой предмет, так что, фактически, он со мной. — И где же он теперь?— заинтересованно поинтересовался глава клана Цзян, обернувшись. — Секрет,— подмигнула Усянь, хотя позже всех удивить. Ну а вообще, этот боевой предмет оказался очень сильным и выматывающим, поэтому часто пользоваться им было чревато последствиями. — Любишь же ты говорить загадками,— вздохнул Цзян Чэн и они пошли дальше, мирно переговариваясь. Никому не хотелось ссориться даже ради шутки, ибо атмосфера была слишком расслабленной. Поэтому, наверно впервые на их памяти, они именно болтали, что было очень приятно. Наконец оба почувствовали то чувство, отличное от родственной любви и это не очень понравилось Усянь, ведь она считает, что любить можно только одного человека, а таковым был назначен Сюэ Ян, хотя без особой уверенности. Все-таки она хорошо разбирается только в чужих эмоциях.        Поэтому сейчас она никак не могла принять то, что у неё бешено колотилось сердце. Не просто принять мысль, что тебе нравится твой названный брат. Конечно, девушка и раньше подмечала, что Вань Инь очень красив, но сейчас эта красота в ее глазах могла даже победить красоту двух Нефритов.