О чем не стыдно вспоминать

       И Усянь резко дёрнулась, совершив какое-то смазанное движение, которое, каким-то чудесным образом, было незаметно для глаза людского. От этого движения головы тех четверых, переоценивших свои способности, неожиданно отлетели в стороны, а одну Вэй Ин специально бросила к ногам мигом позеленевшего Цзинь Гуаньшаня. — Не волнуйтесь, я обещала уничтожить только орден Ланьлин Цзинь. Остальные могут смотреть и наслаждаться кровопролитием, на которое, в принципе, и приходили,— и Усянь также быстро снесла голову Цзинь Гуаньшаню, лицо которого застыло в каком-то нелепом выражении страха и удивления, что отнюдь не приписывало тому красоты. Тьма, увидев смерть неугодного ей человечешки, отозвалась довольством и приливом сил для своей подруги, которой передалось ее наслаждение. Конечно, убивать Вэй Ин не любила, но этого гада прибить и не улыбаться было просто невозможно.        Тем временем адепты золотого клана наконец активизировались, доставая свои мечи и бросаясь на девушку в атаку. Та же, ко всеобщему удивлению, просто взяла и достала веер, встав в такую позу, будто бы просто обмахивается. — Сюэ Ян!— крикнула Усянь и в толпе бегущих к ней адептов неожиданно завертелся какой-то человек, перерезая глотки и конечности «своим сослуживцам». Это и был Сюэ Ян, сейчас довольно улыбающийся. Его жена устроила лучшее шоу, которое еще долго никто не забудет. Хотели казнь? Получите и распишитесь! И началась откровенная резня. Можно даже сказать, скотобойня, ведь адепты ордена Ланьлин Цзинь все же отказались сдаваться без боя, оголив мечи. Пусть и Сюэ Ян и Вэй Ин сильные противники, но даже им против обученной толпы будет нелегко. И многое это понимали. А вообще эти многие сейчас не видели в Усянь угрозы. Все же флейту, ее главное оружие, у неё отобрали, а меч они бы точно не пропустили. Поэтому за серьёзного противника принимали только неизвестного убийцу, улыбающегося во время убийства. Однако Вэй Ин, пусть и действительно осталась без своего основного оружия, но представляла серьезную угрозу, чем и занималась. Она ничуть не отставала от Сюэ Яна, работая со своим веером лучше профессионального мечника. — Когда ты успела сделать из веера смертоносное оружие?— со смешком спросил убийца, не отвлекаясь от своего занятия. — Ну не оставлять же верный Суйбянь пылиться?— вопросом на вопрос ответила Усянь, вновь махнув веером, отчего у неудачливого адепта золотого клана исчезла рука, а у другого такого же голова отделилась от тела. Сюэ Ян присвистнул. И бойня продолжилась. Лань Сичень, Лань Чжань и Цзян Чэн, хоть и понимали, что их доводы необоснованны, но не могли не забояться за брюнетку, поняв, что та сейчас безоружна. Естественно, они знают, что она и без него вполне опасна, но их волнения это не убавило. Поэтому они вступили в битву, став равнодушно резать людей отныне мертвого ордена Ланьлин Цзинь. Но случилось неожиданное. Пока резня продолжалась, откуда-то раздались звуки флейты, на мгновение остановившие сражение. — Это не я,— нахмурилась Вэй Ин, с легкостью узнав ее любимую Чэньцин, которая сейчас кем-то бессовестно использовалась. Хотя, стоит заметить, что, пусть неизвестный пользователь та ещё гадина, раз решил использовать духовное оружие против хозяйки, но играл он мастерски. Виден то ли опыт, то ли талант. Однако в игре все же были ошибки. Неизвестный пользователь явно хотел призвать лютых мертвецов и только что умерших адептов клана Цзинь и заставить тех сражаться дальше. И, в принципе, если он продолжит в том же духе, то у него получится. Но не стоит забывать про его ошибки в игре. Пусть они и мелкие, но очень значимые. Типа, сейчас, из-за этих ошибок, если призыватель и сможет таки призвать мертвецов и заставить выполнить его задание, то сам не выживет, ведь мертвецы накинутся и на него. Конечно, Вэй Ин пофиг, если этот грубиян умрет от своей же игры, но она не могла позволить мертвецам ожить. Если те оживут, у неё и Сюэ Яна могут возникнуть проблемы и, соответсвенно, ранения, чего бы не хотелось. Поэтому девушка была преисполнена решимости не дать неизвестному пользователю призвать мертвецов к жизни. Именно поэтому, глубоко вздохнув, Усянь запела какую-то мелодию с непонятными словами, явно не на известном людям языке. А вы думали, что она может контролировать Тьму только через флейту? Три раза ха-ха. Флейта была лишь прихотью самой Вэй Ин, так как она знала, что ее мать была одаренной флейтисткой. А так брюнетка вполне может использовать силы Тьмы лишь по своему хотению. Однако, возможно, вам все также непонятно, зачем тогда она запела, если может контролировать Тьму без лишнего звука. Дело же в том, что Усянь просто не знает где спрятался неизвестный пользователь и таким образом его выслеживает. Звук, как известно, может разноситься на гораздо более дальние расстояния, чем взгляд, слух, обоняние или тени. Поэтому девушка и запела, стараясь быть громче звуков флейты, что было отнюдь не легко, ведь неизвестный пользователь, если и не догадался о ее задумке, то просто не мог позволить звучанию флейты угаснуть. Однако его старания были бесполезны, ведь флейта, которую он бессовестно использует, всецело принадлежит Вэй Ин, а потому приказать той перестать выпускать Тьму было проще простого. Неожиданно для всех наступила звенящая тишина. Замолкла и флейта и прелестный голос девушки, который успел зачаровать невольных слушателей. — Нашла,— раздался тихий голос Вэй Ин, прозвучавший в этой тишине сродни грому. А также спусковому крючку. Какой-то адепт, подумав, что сейчас темная заклинательница наиболее уязвима, решился напасть на неё, но его попытки жестко пресек Лань Чжань, бывший ближе всего к девушке. Якобы хитрый адепт лишился головы, а бойня вспыхнула по-новому. Однако теперь адепты ордена Ланьлин Цзинь начали понимать, что им не выжить в этой скотобойне. А потому отступать, прогибаясь под стальные клинки наследников великих кланов. Вэй Ин, узнав месторасположение бессовестного человека, позволила Тьме самой с ним разобраться. — Так это был Мэн Яо,— произнесла брюнетка вслух, когда Тьма радостно сообщила ей о смерти глупого человечешки. В принципе, чего-то подобного Усянь и ожидала. Из всех остальных серых и глупых адептов клана Цзинь, Мэн Яо был самым мозговитым и хитрым. Но он также был чересчур труслив. Хотя, лучше сказать, благоразумен. Поэтому только у него могла возникнуть идея воспользоваться отнятым великим оружием против его же владельца. Численность врагов стремительно уменьшалась и в какой-то момент те начали уже стремительное отступление. Если конкретнее- бегство. Ранее гордые адепты ордена Ланьлин Цзинь сейчас панически убегали, поджав хвосты. Однако Вэй Ин не собиралась их отпускать, так как дала обещание, что вырежет весь клан. И все бы хорошо, но бывают люди, которые в панике становятся очень агрессивными, набираясь сил. И вот такого человека встретил немного расслабленный Цзинь Цзысюань, за что и поплатился, ведь чужой меч, ранее отчаянно махавший из стороны в сторону, ощутимо мазнул его по шее, откуда мигом хлынула кровь. Тем временем враг даже не заметил сделанного, устремившись за убегающими товарищами. Однако там их уже поджидал Сюэ Ян, став резать людей пачками. — Цзысюань!— вскрикнула Вэй Ин, первая заметив ранение оного. Парень же выронил меч из ослабевших рук, начав оседать на земле.— Лекарь. Нам срочно нужен лекарь! Рана не сильная- вылечить можно... — Вэй Ин,— прервал мельтешения подруги Цзысюань.— Позаботься о Лине. — Ты не умрешь, так что нечего меня просить о подобном!— решительно отозвалась Усянь, оторвав от ханьфу кусок ткани, чтобы в следующее же мгновение прижать его к шее друга. Это должно хотя бы ненадолго остановить кровь. — Я... все равно должен умереть, ведь отношусь к клану Цзинь,— невесело ухмыльнулся Цзинь Цзысюань, говоря настолько тихо, что Вэй Ин пришлось наклониться к нему, чтобы услышать его слова. — Не время шутить!— возмутилась девушка под хриплый смешок товарища, что усугубил его состояние, ведь кровь стала просачиваться через ткань.— Прекрати говорить. — Я ухожу к Яньли,— не послушался ее Цзысюань, нежно улыбнувшись.— Я передам ей привет от тебя. И его глаза стали медленно закрываться, отчего Усянь пробило на мурашки. — Да где чертов лекарь?!— злобно рыкнула она и ее слова прокатились по всему полю, оглушая наблюдающих за резней заклинателей. Брюнетка знала, что всегда, когда клан собирается куда-то, берет с собой хотя бы одного лекаря на всякий случай. Поэтому была уверена, что в рядах заклинателей точно найдётся лекарь, что поможет ей не дать Цзысюаню отправиться в мир иной. Вэнь Цин, которая мало что видела из толпы, услышав оглушающий рык возлюбленной, тут же бросилась к возвышению, став уже на нем искать Вэй Ин, которая нашлась, прижимая к себе окровавленного Цзысюаня. — Я здесь!— оповестила подругу о своём приходе Вэнь Цин, на что та, облегченно вздохнув, спросила, можно ли спасти ее друга. — Крови вытекло слишком много,— отрицательно покачала головой девушка, мягко отстраняя окровавленную руку Усянь от шеи уже покойника. — Значит... он мёртв? — Да. — Тогда я заберу его сына себе. И Вэй Ин, рвано развернувшись, присоединилась к резне остатков клана Цзинь, оставив Вэнь Цин в непонятках. Усянь же не могла не последовать предсмертной просьбе Цзинь Цзысюаня и Цзян Яньли, которые просили ее позаботиться об их ребёнке. Сюэ Ян, завидев свою возлюбленную теперь уже в плохом настроении, поняв, что пора заканчивать с этими отбросами. Вэй Ин сейчас нельзя злиться и выкладываться на полную в бою, ведь это может навредить их ребёнку. Честно говоря, убийца никогда не думал, что у него когда-то будет ребёнок. Да что там! Он не помышлял даже о возлюбленной! Раньше все, чего он хотел- это убивать мелочных и раздражающих людей, не знающих ни морали, ни милосердия. Поэтому Сюэ Ян мог лишь в мечтах представлять как он со своим спутником жизни убивает подобных людей. Кто же думал, что его мечты станут явью?! Такой прекрасной явью, что кажется, будто это лишь сон. И именно из-за этого чувства, убийца смог кое-как отойти от своей давнейшей обиды на бесчувственные мелкие кланы. Теперь важнейшим приоритетом в его жизни являлась защита его возлюбленной, которую он встретил после того, как вырезал мелкий клан. Иронично, не так ли? Да даже эти 8 с лишним месяцев Сюэ Ян вырезал чертовы мелкие кланы, но уже со своей возлюбленной, которую поклялся защищать. И с каждым убийством ему это нравилось все меньше и меньше. Теперь ему хотелось спокойной, наполненной любовью и радостью, жизни с Вэй Ин. Если та хочет усыновить ребёнка- пусть усыновляет. Хочет забрать ребёнка умершей сёстры? Да ради Бога! Почему Сюэ Ян вообще должен что-либо той запрещать? Конечно, ему не нравилось, что какие-то дети могут, хотя бы потенциально, разрушить его спокойствие и идиллию с Усянь, но желание забрать их изъявила его любовь. Так что, если он стать по-настоящему стать лучшим мужем, то почему бы не поддерживать Вэй Ин во всех ее начинаниях? Конечно адекватных... хотя тут смотря какое предложение. — Усянь,— мгновенно оказавшись рядом со своей возлюбленной, мягко проговорил Сюэ Ян, заглядывая в любимые глаза с такой любовью и нежностью, что у ранее преисполненной злобой Вэй Ин возникло желание поцеловать этого прекрасного мужчину. Без злости, бешенства, ярости и страсти. Просто ответить на его любовь своей.— Пойдём домой? А-Юань уже заждался. — Да... ты прав,— улыбнулась Усянь, чувствуя себя виноватой перед маленьким А-Юанем, которого так бессовестно бросила прямо за ужином. Наверно он там весь извёлся...— Только я говорила, что самолично вырежу орден Ланьлин Цзинь, а он ещё отчасти цел... — У тебя есть верные помощники в лице наследников Великих кланов,— выплюнул это предложение Сюэ Ян, так и не смогший позабыть, что, пусть Вэй Ин уже и его, но те парни вполне могут заявить на неё свои права. Будто она какая-то безвольная вещь... омерзительно. — Это да, но негоже мне взваливать на чужих мне людей свои обещания. И Усянь призвала лютых мертвецов. — Эти парни точно не подведут, да ещё и в обиде не останутся,— весело улыбнулась Вэй Ин, на что убийца ответил такой же улыбкой — Умница моя,— Сюэ Ян чмокнул девушку в лоб.— Но не перенапрягайся. — Пусть я и беременна, но силы не растеряла,— обижено нахмурилась Усянь, но это скорее была игра ежели натуральная обида. Она то уж точно знала, что этот парень никогда не станет ее недооценивать. — Уверен в этом,— серьезно кивнул головой убийца, но его губы предательских распылись в ухмылке.— Но забота о любимой лишней никогда не будет. И щеки Вэй Ин покраснели. — Отставить телячьи нежности! Награда за них тебе достанется дома,— хитренько улыбнулась девушка, но тут же вернула серьёзность.— А сейчас давай заберём маленького Цзинь Лина. Нет, теперь Сюэ Лина. Или Вэй Лина?.. — Ещё один ребёнок?— ему радоваться такой любви к детям или расстраиваться прибавлению?.. — Да. Шидзе попросила меня позаботиться о нем. — Теперь у нас будет три ребёнка... да мы многодетны! Никогда о таком и не мечтал! Усянь, ты делаешь мою жизнь больше похожей на мечту. — А-Ян... я не знаю что и сказать, но... — В нашей семье только я могу говорить глупые сентиментальные вещи! Так что цыц!— пресёк ее попытки нежничать Сюэ Ян, на что девушка рассмеялась, а убийца, услышав любимый смех, поднял ее на руки, уже так понеслись в башню Золотого Карпа, где должен находится осиротевший Цзинь Лин. Нет, Сюэ Лин. Или все же Вэй Лин... С того момента прошло уже достаточное количество лет. Вэй Ин стала самой известной темной заклинательницей и просто девушкой во всем Китае и во всей его истории, и теперь о ней слагали легенды. Тем временем сама Вэй Ин прекрасно зажила с Сюэ Яном и тремя детьми. Родилась у неё девочка, изъявившая стать лекарем. Ее назвали в честь великой Мадам Юй, которая, пусть и косвенно, но послужила причиной начала заинтересованности двух возлюбленных. Все же, если бы не ее желание передать кому-то свои всеобъятные знания о пытках, то, возможно, Сюэ Ян бы не заинтересовался безбашенной девице. Хотя фиг знаешь как предрешит судьба. Цзинь Лин, ставший таки Вэй Лин, стал сильным заклинателем, решившим путешествовать по миру и творить добро. Кстати, фамилию Сюэ эта семейка взять не смогла, так как Сюэ Яна уже успели где-то опубликовать как преступника и убийцу, а потому к его фамилии может было прикопаться. Вэй же фамилия весьма распространённая, поэтому проблем быть не должно. А-Юань же встретил некие проблемы в становлении заклинателем, а потому решил стать травником, уйдя учиться в орден Цзян, где Вэнь Цин и Вэнь Нин создали специальную группу для начинающих лекарей и травников. Кстати, из всей бывшей компании ухожено, Вэй Ин списывалась лишь с одним. Цзян Чэн, по какой-то причине, не отвечал на ее письма, поэтому вскоре девушка перестала ему писать. Лань Сичень же полностью погрузился в дела и работу ордена, даже не мочь толком поспать, а потому ни про какие письма и речи быть не может. Связь осталась только с Лань Чжанем, который не только отвечал на письма брюнетки, но и стал дядей для всех троих детей, с которыми был лично знаком. Он нередко приходил навещать семью Вэй, что вызывало острое негодование у Сюэ Яна, но вскоре и он свыкся, уходя во время его визитов на охоту. Все же Лань Чжань больше не пытался добиться любви Вэй Ин, решив, что ему достаточно лишь видеть ее счастливой, чтобы и самому оставаться довольным своей жизнью. Был смешной момент, когда Усянь резко захотела оградить Лань Чжань от своей семьи, но сейчас эту историю вспоминают со смехом. А дело в том, что маленькая Юй признал мужчину за свою первую любовь, о чем поделилась с понимающей матерью, которая неожиданно забеспокоилась и чуть ли не прекратила их общение. Сейчас Вэй Ин стыдится тех своих порывов, но тогда она подумала, что и Вэй Юй хочет ее оставить, уйдя к Лань Чжаню. А если та уйдёт к младшему брату главы ордена, то сама будет вынуждена вступить в орден, где будет окружена всяческими правилами и занудами! Такого и врагу не пожелаешь! Все-таки любовь к свободе маленькой Юй передалась от ее матери и та это понимала. Поэтому ее страх подобного был понятен и не смешон. Слава богу, Вэй Юй избавилась от своей влюбленности к Лань Чжаню, решив, что нужный ей человек все же не он. Да и понимала эта молодая дева, что он на неё даже не взглянет, если рядом будет ее прекрасная мама. Нет, она не ревновала, совсем нет! Она восхищалась его преданностью. Только и всего. Вот так и заканчивается история о храброй и благородной заклинательнице, решившей ступить на тёмный путь ради сохранения жизни близких и своей в том числе. Если когда-нибудь Вэй Ин вернётся во времени в самое начало своего пути, то ничего не изменит. Ни одной детали. Ведь ей абсолютно не о чем сожалеть. Ее жизнь стала мечтой на яву и единственное, чего она хочет, так это чтобы ее дети тоже смогли прожить чудесную жизнь без сожалений. Все же время не повернуть вспять, а сожаления о сделанном или не сделанном абсолютно бесполезны и лишь тратят нервы и молодость.