Хрустальная валькирия

Глава 14 Краста. Стоулстоун. Свет переполнял меня изнутри. Он шел наружу узкими лучиками концентрируясь в мозгу яркими видениями. Я будто смотрела фильм, находясь у руля этой машины, называющей себя Крастой. -Дай мне тоже порулить, – проквакала жаба, смешно переваливаясь среди наваленных розовых игрушек в небольшой комнатушке с шестью разноцветными дверями и огромным пультом управления, перед которым сидела я в кресле с подголовником. –я буду поворачивать налево, а ты рули направо. Розовый передничек смущенно выглядывал из под ее шестого подбородка. -А мы хотим кнопочки нажимать, – прошуршали тараканы с белыми шляпками на головах, смешно приподнимая их передней правой лапкой, поздоровавшись, и оккупировали всю панель управления мной. Мной ли? -Ты не сможешь рулить, нажимать на кнопочки и регулировать педали тормоза и газа – заявил дед Кат, вставая слева от жабы, уже залезшей ко мне в кресло, потеснившей меня, и вцепившейся рядом лапками в огромный руль. – А по газам я давать этой клуше не то что смогу, а считаю нужным. Эх, ты! Получи пинка для рывка! Дед нажал на непонятные педали. Картинка на экране изменилась, тело подчиняясь кукловоду взвилось ввысь в голубое полуденное небо, и расправило за спиной шесть хрустальных крыльев. –Хоть на что то перышки пригодятся…-проворчал дед Кат. -Ух ты-ы-ы, - завизжали обрадованные тараканы. Пораскрывали сложенные крылышки красного цвета, пошуршали ими несколько секунд и убрали обратно. -Я тют кнопоську назала, - маленькая девочка непонятно когда подползла к моей ноге и встав у кресла ручкой тыкнула в розоватую кнопку, с изображенными раскрытыми крыльями. Заслюнявленный передничек на ее груди изображал волшебного пони, с радужным рогом на лбу. -А она точно не станет расшвыриваться личностями? – печально спросила меня молоденькая девушка стоявшая справа, - а то Маман и Катюху выгнала, даже не поморщилась. -Да мы потеряли в тот момент половину бойцов, павших смертью храбрых среди вечных льдин. – задвинул речугу один из усатых тараканов, напряженно тыкавших всеми своими лапками кнопку с надписью – «ярость». –Оно вообще работает эта функция? На экране девушка упала вниз, ударив ладонью по брущатке мостовой, и вокруг нее понеслась волна света, снося все вокруг в пространстве. -Тут написано –откат три дня, - разочарованно произнес другой усатый, и сплюнул на непонятную кнопочку. Брезгливо подтер ею своей тараканьей задницей и унесся к другим увлеченным собратьям. -А ты только посмотри налево, – квакнула жаба – там же ёйный хахаль, за которым она побежала тогда… Ой, прошу прощения, это была не ты, а истеричка Катюха. -Личность номер два. –выдохнула я, завороженно наблюдая за происходящим на экране. -Ага, - жаба целиком забрала из моих рук руль и вырулила влево до упора, затем вправо, развернув непослушное тело, - сейчас золотишка найдем, запрячем и потом… -Ста-а-я-я-я-ять! - крикнул дед Кат. Изо рта у него выпала вонючая, не дымящаяся обслюнявленная папироса, с обкушенным кончиком. –А чё, сигар от вас же не доззези, а хошца , ах тить твою.. душу и в мать! Поймал он мой взгляд, врубил рычаг и затянул песню о березах, что шумят. -Любэ тут не подойдут, нынче пацаны не в теме. - деловито облизнулась жаба. И прикрикнула на тараканов, - ну что вы там? Разобрались куда надо дальше? А то стоим тут, как тополь на Плющихе. -Дык тут вообще не ясно. – пропищали тараканы, цепляя лапками все кнопки вокруг. – То ли деревья сажать, то ли дома восстанавливать надо. -Деревья, - деловито заявила жаба, - сейчас посадим, потом урожай соберем. Хорошая инвестиция в будущее еще никогда и никого не подводила. Сажайте все что есть.. И кого имеетсиии… Несколько взмахов и пассов руками и позади встали среди гари и пепла посеянные меллорны светлых эльфов. -Шишечки по осени соберем, - облизнулась жаба, - эй, со-личность номер четыре, ты вообще тут что, впервые? -А вы кто? – непонимающе уставилась я на весь творящийся зоопарк. – я не со-личность, я личность. -Ага, - жаба, подтерла слюну, которая у нее закапала от быстроты роста деревьев. – Денежки бы так наши росли, а то отрицательные дивиденты и проценты уже задолбали. Ты согласна, Со личность номер четыре? -Йе- е Ху! – закричал дед Кат, и как долбанет грязным совком, сворованным с личной котельной, по клавиатуре, и экран выдал непонятную надпись. -Да вот так всегда, – разочарованно протянула жаба, - опять эта пьянь разошлась и поиграться не дала. У-у, я тебя, – пригрозила раздувая шею жаба, и сползла со своей части кресла, уползла куда- то в угол комнаты. Её ворчание еще немного доносилось до моего слуха сквозь гомон споров устроенных тараканами. Глядя на нее, усатые трусливо поджали усики, а последовали за бурчащей напарницей. -Двоих потеряли за сутки. – прошептал раздувший щеки хомяк, яростно запихивающий что- то важное в себя поглубже. –Эдак мы скоро по миру пойдем. На экране стояла непонятная черная рябь, с устойчивой записью об найденной ошибке. -Ошибка от впечатлений, - прочитала я вслух, -проходит после небольшого обморока. Может перерасти в глубокий исцеляющий сон. Все вокруг казалось таким ненастоящий. Не моим. Никчемным и чуждым. И только эти мысли пришли на ум, как в тот же миг жаба стала мимимишным Жуликом, Тараканы стали Смешариками, а дед Кат внезапно растворился в воздухе. -Да ладно, - улыбнулась я, - и Смешарики впечатались в стены, замерли простыми изображениями на обоях комнаты, Жулик подобострастно подмигнул мне и повис люстрой на потолке, а хомяк, превратился в моего соседа по офису, Пашку-промокашку, громко заорал: -Бухнем сегодня? – деланно подмигнул левым глазом, затем правым, и как светофор заработал попеременно обеими, -ты же проставляешься? -Это какая- то шутка? –спросила опять пространство вокруг. И мое сознание искривилось, затрепетало, расширилось выталкивая остальных со личностей из головы легкими бабочками, разлетающимися вокруг. -Таракашечку хотя бы одного оставь, на разво-од. – орала вылетая из сознания жаба. А я проснулась. 14.2 Алисон ван Азтер. Маг воды. Стоустоун. Я уже ненавидел отца всеми фибрами души. О каких уроках он смеет говорить мне, своему единственному дитя, еще живому, и в полном рассудке. Не буду упоминать об моих братьях и сестрах олимпийских богов, а по факту жалких магах, с весьма мутным воспитанием, и через чур высоким самомнением. Но последний год жизни он превратил в ад. Запечатав магию, закрыв все возможности тактильного управления потоками, отец выказал себя ярым диктатором. Что собственно говоря было и неудивительно. Насколько я помнил, прочитав книгу Герои и мифы Древней Греции, именно таковым он и представлялся большинству живущих на планете Земля. А как именно он хотел, чтобы его превозносили? В чем можно оценить само время, какими словами мне будет позволено выказать свои чувства родному отцу-титану, если всё, совершаемое досели мной, титан воспринимает только как некий вызов ему, низводя в минимум все мои усилия для нахождения общего языка? Бормотание профессоров не давало сконцентрироваться, правильно расставить акценты в нужных местах, и сделать вполне логические выводы из наших отношений с отцом. Возможно, в его время взрослые мужчины не баловались горячительными напитками, и на валандались по русалкам, заливая горло очищенным перебродившим виноградным соком. А в мое время это уже не считается чем- то предосудительным, и все нотации сводятся к крепким аргументам: «Я вполне могу позволить себе это». Ну не потянуло же меня в черную магию, и на дно к светящимся рыбам не утащило, даже болезнь проклятых королей не подхватил, так что же? Вечно слушать стариков, и считаться с их мнением отставшего от развивающейся прогрессивной молодежи? Какая чушь. -Все молодые считают себя умными, - вплелся разговор Торилуса дэль Илиассуна с Кораханом ибн Парсисилем, - забывая о главном, что сопутствует старому поколению. -Мы разговариваем с вами об опыте и возможности обходить ошибки молодости? –заинтересованно уточнил некромант. -Ну а то, ведь выживший мальчик, это прошедший суровую школу отбора подросток, сумевший переступить через боль обмана друзей, и, горечь измен своей любимой юноша, и вывернувший вовремя руль мужик, с отменной реакцией, и обостренными всеми пятью чувствами. Тот, кто сможет принять правильное решение, не взирая на происходящее. -Вы верите коллега, что такие представители еще существуют? – некромант, повернувшись в профиль, краем глаза наблюдал за мной. -Ну мы же еще живы, - утвердительно кивнул ему Торилиус. -Но мы же находимся в рабстве самого неоднозначного существа на планете. – парировал ему эльф. -Ах, коллега, уж поверьте моему шестому чувству, это продлиться недолго. И они вернулись к прерванному разговору о взаимодействии синих кристаллов хрусталя на магические потоки во вселенной. От услышанного у меня сформировалась определенная картина мира. Которая просто требовала своей реализации, и самыми лучшими подопытными в данном временном отрезке были только эти шестеро чудаков. Закинуть их обратно в карман, и перейти на Солану не составило труда, а вот дальше пришлось потрудиться. Благо что время было вагон и маленькая тележка, пока проснуться мои маленькие красавицы –Тэя и Рэя. Слепить шесть тел из песка, спаять эти стеклянные нити в нужные пропорции, скоординировать потоки и направления, это вам не колыбельную напевать маленьким дочуркам, хотя признаюсь, последнее мне давалось с трудом. Просто не было ни голоса, ни слуха для исполнения песенок-сопелок. Усыпленные головы, были нанизаны и отданы во власть кремневых тел. И оставлены среди песчаных барханов неподалеку у оазиса. Мой дом возвышался неподалеку, надеюсь они поймут мой намек и уйдут создавать свое государство, раз так мечтают о втором раунде в их жизни. Если я окажусь прав. Вот вдруг я внезапно окажусь прав… Вздрогнув, представил, как иду по ледяному лабиринту и освобождаю заточенного в хаосе отца… Придется выполнить однажды данное обещание. -Самое страшное, это не чесать языком, а выполнять то, что желаешь. Так ли вы желаете новую жизнь на своих условиях, что уйдете, как только проснетесь, или вновь почешете языком и останетесь в оазисе? Шорох песка был мне ответом. 14.3 Алисон ван Азтер. Маг воды. Соулстоун Попасться так глупо, очень глупо, было нереально стыдно в первую очередь перед самим собой. Невообразимо неприятно, да и противоречит всем основам логики. Но я попался. Приятные мысли унесли меня в ожидаемое будущее, где шесть голубых стекляшек, с лапами как у осминогов, с головами ноющих профессоров-магов, умоляют о спасении и валяются у меня перед туфлями, вымаливая прощение, что я отдал на созидание рефлексам все мой телодвижение, и решение ежесекундных задач. И вот так на автопилоте заскочил в свой дом на Солане, переоделся в новую одежду мага, сотканную из солнечных лучей, и прикрыл блестящее великолепие серой накидкой из тени, что была в углу комнаты. Телепортнулся не в подвал, а на прежнее место у старого кладбища Стоулстоуна. Именно здесь я открывал прореху в ткани мира, и сюда возвращался прежде. Вот и теперь, замороченные мозги приняли решение идти сюда, руки выполнили необходимый ритуал, привычно поправили одеяния мага, под шикарным новым плащем серого цвета, и помогли пересечь черту на дороге к Стоулстоуне. Тело привычно приняло на себя личину старого мага. Зафиксировало результат и расправилось под обширной кожей, занимая лишние сантиметры поудобнее. Среди сладких мыслей об воющих магах, что лебезят передо мной, еще проскочила мысль о том, что неплохо бы малышкам купить пару яблок, и сделать им первый прикорм, но потом засомневался, ну не знаю я, точно ли демоницам можно давать яблоки? И снова все мои мечты заполнили стоны желающих убраться с Соланы магов. Аж эти голубые лапки, вздетые в небо перед моими глазами, они гипнотизировали меня, мешая думать стратегически… -Стоять! – рука Стражников Ворот, преградила мне дальнейший путь, - кто таков? -Два медяка, - рявкнул прямо в лицо душистым перегаром другой круглолицый, явно не нуждающийся мужик с копьем наперевес. В тот момент, погруженный полностью в свои мысли, я только краем разума отметил, странную пыль и запах гари шедшую от стражей. -Что, «два медяка», - стараясь не выныривать из приятных желаний, поинтересовался у второго, чье копье впилось в землю прямо перед моей ногой. Даже этот инцидент не заставил разум вынырнуть из мечты. –Разве магам вход в город не бесплатно? Тут вторая двойка подошедших любопытствующих стражей подошла к нам. И вгляделась в мое человеческое лицо. Что старшОй рявкнул вслух, осталось за гранями моего сознания, но результат был ошеломляющим. Две колодки почти одновременно легли на мою шею и ноги, на руках в единый миг стали поблескивать противомагические браслеты из кожи святой коровы, с заклепками и цепочками, извращающие произнесенные заклинания, проектируя их исполнение на произнесшего мага. Да я сам такие клепал сотнями по заказу короля. И вот сейчас одно из моих творений легло тяжестью на плечи, заставив поморщиться от неожиданного веса. И все равно разум не вынырнул из пучины мечты даже в этот критический момент. -Алисон ван Азтер? , - требовательно спросил старший стражник, буквально возникший перед моим носом. Только что их было четверо, а уже стоит минимум восемь. Откуда такое подкрепление? -А, Ага. –успел ответить ему, и в левую сторону лица прилетел хук кулаком. Точно поставленный удар снес в бок половину носа, рассек щеку, и лешил зрения почти вылетевшего глаза слева. -Да он издевается, - проблеял стражник с копьем, - просто так явиться в город, где половина домов сожжена из-за его деятельности. Каким глупцом нужно быть? -Он сумасшедший. – парировал ему словесно первый остановивший меня страж, с огромным еще не зажившим ожогом на всё лицо. – Или балбес. Кожа на его груди блестела потертостями, особенно в тех местах, где у геральдического сокола были нарисованы лапы и ветка торчащая изо рта. А прожженная в нескольких местах одежда выглядела откровенными лохмотьями, и как сразу я этого не заметил? -А, кхе, - входнул я воздух, после удара, и начал с силой дышать, утихомеривая боль, - ребят... -Что! – взвился третий стражник, и клянусь, хотел проткнуть коротеньким копьем, молниеносно крутанувшееся в воздухе передо моим лицом. Хорошо, что старший не спал, ловким ударом руки, он, подобно змее, отбил в воздухе копье в сторону. Раздвинув своих сослуживцев, величаво предложил мне: -Ну что же , Алисон ван Азтер, - в мое лицо полетела листовка с намалеванным карикатурно лицом и плащом, - добро пожаловать в наш город, и гори в аду! -Э-эй, - окликнул его второй стражник, ловко сплевывая мне на лицо, попал в заплывший левый глаз, -а с чего это ты решаешь, как казнить этого бородатого дедульку? У меня в пожарищах сгорела вся семья кроме старенького отца, свихнувшегося умом. -Магистрат еще открыт, - усмехнулся старший, - сейчас отведем этот кусок мяса, и выслушаем приговор. -Чтобы он ушел от наказания? – озверился первый стражник, -сразу к кату его! -И действительно, кат на работе. Насколько я знаю, он сейчас пытает последних из воровской гильдии, якобы подозревают их в утаивании этого, -еще один пинок полетел мне в правое бедро, -козла. -Потише, Яхиш, -первый страж одернул в сторону увлекшегося напарника, того что был с ожогом, - у меня тоже пострадала семья… -Ты хотя бы деток спас, - чуть не плача заявил второй. Запах вчерашней пьянки сводил с ума, но рука старшего стража Ворот легла на мою голову и буквально с силой сложила тело в четыре погибели. Реальность казалась неким плохо поставленным фильмом если бы не одно «но» – она от этого не прекращала быть реальностью. -Парни, - старший посовещался со стариком, стоящим чуть позади, -я тут подумал, а что мы действительно телимся? Вот смотрите, тут в листовке ясно написано: «Приговор вынесен преждевременно на все века магистратом. Пойманный должен быть закован в кандалы»… -Сделано! – радостно закричали парни, похлопывая друг друга по плечам, - дальше что там? Их панцири их дешевой бычьей кожи, гулко загудели в пронизывающем свете послеполуденного светила. -«И препровожден на колесование, четвертовании и посадки на кол. В любом случае тело предать сожжению, без разницы в какое именно время и место врага города найдут». -А давайте сыграем в камень-ножницы-бумагу, - предложил второй стражник, - ну не может этому идиоту вечно вести, неужели он и с Молохом договориться по- братски успел, лишь бы уйти от костра? -Дело говоришь, Яхиш, -мужики встали впятером в кружок, вытянули вперед крепкие левые руки и начали …играть. Подобного безобразия я не видел никогда. И именно это мгновение приготовил как шанс для побега. Приготовился бежать, подсобрал силы. Рука старшего убралась с моей головы, он сделал шаг в сторону играющих. Но попытка провалилась сразу, даже не начавшись. Выпустил из логического планирования веревку, что была привязана к колодке, сидевшей на шее у меня. -Смотри за этим змеем, - старший натянул к своей ноге и низко опустил веревку, навязанную на шейную колодку к ноге Яхиша. –Придави ногой, падаль, и не отпускай, пока мы не решим его судьбу. Тяжелая нога легла частью на шею, часть на заплывшую сторону лица. Впившиеся деревянные пластины колодки лишили меня оставшейся возможности шевельнуть верхней частью тела. Не то что говорить, вдохнуть было очень сложно. -Только пошевелись, - раздался шепот стражника сверху, - и крики сгорающих заживо моих братьев и сестер тебе покажутся звуками райских гурий. Я еще увижу как твои тоненькое синенькие ножки подрагивают высоко- высоко вися в воздухе, сладко изгибаясь переломанными костями от боли, пока кол медленно входит в твое тело, под тяжестью жира. Как выпираются твои кишки наружу, и свисают синеватыми змеями, опоясывая весь в подтеках крови белый обструганный кол. И поверь, маг, я лично выберу потолще древко… -Камень- ножницы- бумага, – раздавалось где- то невообразимое решение судьбы, там наверху, - э нет, парни, так дело не пойдет, второй раз разношерст, давайте уж к какому- нибудь разрешению придем, а то народ начинает скапливаться… -Да на кол его! – слышался отчаянный вопль потерявших все погорельцев. –на кол! -Ну еще разок! – старшой начал отсчитывать камень –ножницы-бумага, и довольно хмыкнул, – вот так бы сразу – ножницы у всех пятерых. -Ну на кол, так на кол! -А разве это не усекновение головы? – спросил кто то из толпы, но его одернули, зашикав, -Ты еще предложи его безболезненно умертвить прирезав. Нет! Пусть мучается подлюка… Чья- то сильная рука подняла меня в воздух, другая схватила за левую ногу и эти двое потащили в город. Одежда порвалась, клочками свисала по обе стороны подметая грязную мостовую. Из последних сил, я пытался посмотреть, что же произошло с Стоулстоуном. Слева обзора не было, глаз уже совсем заплыл, и ничего не видел. Справа, за воротам, царила непонятная чернота. «Сейчас.»- решился я. –«Как только встанут на миг, я дернусь, вырвусь, и рвану в пепеулок, скроюсь между домов». Но переулка не было, как и домов. Сплошная стеклянная масса, спеченная из камней, пыли и песка с пеплом, гуляющим на ее поверхности. -Что это? – прошептал в ужасе глядя на ровный столовый вид вокруг. Разбитые запекшиеся губы плохо слушались, но тащащие меня стражники услышали в общем гаме вокруг, чуть слышимый вопрос. -А это то, что ты наделал, недоумок, когда решил украсть истинную пару у демона. Голос стража припечатал мою совесть клеймом. Та затрепетала остатками крылышек, и смиренно сложила их, готовая принять свою участь… -К кату? – услышал над головой голос старшего. -К нему, родимому… Еще удалось между разговором увидеть летящий камень, направленный твердой рукой, эдакий подарок от вездесущих мальчишек, и висок взорвался болью. А затем пришла спасительная темнота. А пропустил-то совсем немного. Не видел, как мое тело протащили почти через весь город к ристалищу, как кат осматривал мое лицо, и не желал сажать на кол невиновного, и как стражи клялись ему своими сгоревшими родственниками, что именно это «оборванное тело» - великий маг Алисон ван Азтер. Не застал, как и Яхиш, задумчиво выбирал кол. Среди десятка наваленных и заостренных, он выбрал самое толстое бревнышко, с тупым концом, и запретил кату «довести до ума» орудие пыток. Даже когда в меня впихивали острие кола пропустил, только непроизвольно подрыгал ногами, которые, впрочем, до бедра завязали на колу, сыромятными мокрыми полосками кожи, чтобы на солнечном свету, высыхая они приносили мне еще больше мучения. И кат старательно «наводил красоту» чтобы тело скользило славно по древку, старательно навязывая узлы на ремнях. Очнулся в тот момент, когда столб начали вставить на место. Именно от боли сознание взорвалось и выпустило меня наружу. -Смотри, – донесся до разума вскрик десятков людей наблюдающих за казнью мерзавца ( меня!) –Это не человек! -Не может быть, все темные исчезли, как этот тут мог оказаться? -переспросил заинтересованный мужской голос. -А хрен его знает, –ответил ему женский. – сейчас мы змея на солнышке зажарим и скушаем потом. Говорят, его чешуйки помогают избавиться от десяти самых страшных болезней. -А сердце и почки алхимики выкупят по золотому за каждый, - ворчливо прошамкала старуха с жадностью смотря на меня. Именно ее взгляд приковал моё внимание, когда едва смог открыть правый глаз, еще не затянувшийся от побоев, весь в кровавой массе, сочащийся лимфой. -Кровь! – заверещала бабища в красном сарафане, с косой навыпуск, – она стала голубой! –Это нежить! -Ой, тебе лишь бы поорать, – одернули бабищу вокруг стоящие зрители. – смотри лучше, как танцует на колу умирающая змея. Я наконец смог вздохнуть и под воплями стоящих вокруг понял, какую допустил ошибку. Кол пронзал мое тело, и я все ниже под собственной тяжестью спускался по нему вниз, к земле. -Сейчас ка-ак хвостом вдарит. - заорали мальчишки. Что- то тугое и чужое входило в мое тело, медленно, шаг за шагом, миллиметр за миллиметром. Отключенная сознанием боль, чтобы разум не сошел с ума, внезапно нахлынула на меня волной сметая преграды, и я за кричал, заверещал, почти подпрыгнул на колу, почувствовал, как он движется внутри меня с еще большей силой, и изогнувшись всей грудью вперед, позволил ему выйти из грудины наружу. -Да эта тварь решила сбежать – заорали несколько человек, - посадите его на другой колышек, и желательно с сучками. -Побольше сучков! – заверещала бабища.- И кору не обдирайте! Ее вопль поддержали остальные. А я медленно съезжал вниз по колу, переживая каждое мгновение, как личную маленькую смерть. Открытые глаза на откинутой голове давно смотрели на небо, как вдруг волна пыли донеслась до моего правого глаза, все еще немного видящего округу с зеваками. Я пододвинул голову вправо и увидел, как с небес падает девушка с шестью хрустальными крыльями, раскрытыми на всю длину и ширину. С том месте куда опускались ее ноги, волна воздуха выдула всех стоявших и глазевших на казнь по обе стороны от… валькирии. Я еще увидел, как ее закатившиеся глаза из одних белков, слепо разглядывают меня, а затем она в послеполуденном свете солнца выткала из его лучей себе меч, и в едином порыве разрубила кол, на котором находилось страдающее тело. Падая на землю с колом внутри себя, я рассмотрел огромные растущие меллорны, что огромными тучами вставали позади пришедшей. Но принял их за галлюцинации умирающего разума. А потом и разум не выдержал, щелчком отключил мое сознание. И только губы продолжали шептать, едва шевелясь от налипшей пыли и жаркого солнечного света все медленнее и медленнее: -Успела. Успе…