Улыбайся со мной в унисон

Кажется, этот момент ничто не могло испортить. Особенно, ненавистный звонок, который словно привёл в чувство обоих. Но расставаться Арсений Сергеевич и Антон не планировали. Они лишь отстранились друг от друга, услышав звонок, и улыбнулись. – Арсений Сергеевич, кажется, вы прогуляли свой урок. – Антон, кажется, ты сейчас получишь «два», – в тон Антону сказал Арс. – Нечего учителям указывать. Не дорос ещё. – Судя по тому, что мы сейчас сделали, я очень даже дорос, – потянулся Шастун за поцелуем. Арсений с улыбкой принял его, надевая рубашку, так как через десять минут у него должен был начаться урок. – Тебе ещё восемнадцати нет, – напомнил Арсений. – Это всё равно не меняет факта, что мы только что переспали, – Шаст спрыгнул с парты и встал рядом с физиком, одеваясь. – Знаешь, а я предлагаю это отпраздновать. И то, что мы помирились, безусловно, – он на секунду задумался. – Слушай, а может, побухаем? Начнём с водки, потом переберёмся на пиво, потом на шампанское, а потом в восемь утра на уроки пойдём, давай? – Секунду… – Арс остановил словесный поток Антона. – Я только что сказал, что тебе ещё нет восемнадцати. Слишком многого хочешь, мальчик мой. – Я вас хочу, Арсений Сергеевич, – он схватил физика за рубашку и рывком притянул к себе. Они бы могли целоваться ещё долго, но Арсений напомнил о том, что скоро начнётся урок. Но когда прозвенел звонок, вышли из кабинета они только через десять минут.

***

Их накрыла словно новая волна чувств. Антон верил Арсению. Верил, что он бросил Александру, и она больше не появиться в их жизни. А тем временем дни летели слишком быстро. Пролетел день рождения Антона. Больше Арсений не упоминал о возрасте своего парня. Правда, иногда говорил, что тот младше его и не должен ему перечить. Антон успевал обидеться лишь на секунду, потому что Попов, увидев обиженное лицо Шаста, сразу целовал его. Когда пришёл май, Антон стал упорнее готовиться к экзаменам. Арсений хотел находиться рядом и даже жалел, что Шастун не сдавал физику. Но Антон успевал и уделять внимание своему парню. И своим друзьям, которые были в шоке, когда узнали, что после того, как Арс покинул кабинет физики, они очень страстно помирились. Яся, даже обидевшаяся, когда Антон нагрубил ей, мгновенно забыла о своей обиде и стала выспрашивать подробности. Началась подготовка и к последнему звонку. Антону даже не верилось, что этот день настанет так скоро. Арсений был рядом и весьма не хотел, чтобы Шастун покидал школу. Но время нещадно. Антон часто пропадал в объятиях Арсения. Это, кажется, было лучшим местом на Земле. Антон лишь хотел остаться там навсегда, забыв все невзгоды и проблемы. Но оставаться не получалось в силу скорых перемен в жизни. Когда прошёл последний звонок, ситуация стала более напряжённой. Шаст волновался перед экзаменами. Хотелось лишь забыть это всё и нормально отдохнуть. Также пропадал в обществе лучших друзей, которые, хоть и тоже были завалены подготовкой, находили друг для друга время. Экзамен шёл за экзаменом. Антон совсем, кажется, перестал видеться с Арсом. Лишь иногда они встречались и могли отдохнуть в обществе друг друга. Но Антон так сильно уставал, что сил хватало лишь на минимум объятий и поцелуев. В начале июня Виктория Александровна сказала Антону, что они будут переезжать. Точнее, спросила, не против ли он переехать к Марку. Шастун, безусловно, согласился, так как видел в этом мужчине идеальную пару для матери. Да и тем более, ему скоро самому переезжать, так что надолго он их не стеснит. Антон и Арсений договорились отпраздновать окончание экзаменов, проведя день вместе. День, когда с самого утра всё пошло не так. День, когда вместо обещанного синоптиками солнца был лишь дождь. День, когда Антон встал с плохим настроением. День, когда он сдавал последний экзамен. Но, на удивление, экзамен прошёл хорошо. Но Антона это сильно не обрадовало. Выйдя из школы, стал звонить Арсению. Он должен был приехать, забрать его и увезти туда, где им обоим было бы хорошо. Однако физик трубки, по странной причине, не брал. Простояв под крышей школы ещё какое-то время и ожидая звонка, Антон, ещё более разозлённый, ступил под дождь и пошёл к Арсению. По пути он напечатал сообщение, но всё также не получил ответа. Странное предчувствие вдруг охватило юношу. Но, тем не менее, он уже стоял у двери физика и звонил в дверь. Она открылась спустя пару секунд. Арсений Сергеевич был слегка помят. – Привет, – сказал Антон. – Привет, – сказал в ответ Попов. – Мы же договорились встретиться… Я тебе звонил, но ты не ответил. – О, Тош, прости, – приложил руку ко лбу Арсений. – У меня сегодня голова разболелась, и что-то вообще забылось. Антон приподнял бровь, не совсем веря Арсу. Он поднёс руку к виску мужчины и провёл тыльной стороной ладони. Посмотрел в голубые глаза, вспоминая всё то, что было. Измены… Они могли повториться. Можно ли считать, что физик изменился? Может быть, но в данный момент что-то скребло на душе. Антон поднял взгляд, когда услышал знакомый голос, который надеялся никогда не услышать. Отдёрнув руку, Шастун хотел провалиться сквозь землю. Он вновь поверил этому мужчине, поступил глупо и наивно. Александра лишь позвала Арсения. Тот ничего не ответил, смотря в глаза Антону. – Ты выбрал её, да? Хотя, что я спрашиваю. Всё и так ведь понятно, – сказал Шаст, качая головой из стороны в сторону. – Я же тебе поверил, а ты вновь растоптал моё сердце. Зачем ты играл мной, а? – Антон, давай не будем об этом говорить. – Не будем? Ты мне изменяешь за моей спиной. И это было всегда с нашего примирения? Наверняка. Можешь не отвечать. – Прости, – слегка равнодушно ответил Арсений. – Да идите вы, Арсений Сергеевич, с вашими извинениями куда подальше. Можете радоваться. Пройдет полмесяца, и мы больше никогда не увидимся. Юноша развернулся на пятках и быстро покинул общество до боли любимого учителя. Арсений даже не побежал за ним. Шаст обвинял себя в том, что смог вновь поверить Попову. Наступил на одни и те же грабли. Так глупо и наивно. Выйдя из подъезда, увидел выходящего из машины Сергея Вячеславовича. Чёрт, как же вовремя. – Антон, – улыбнулся он, – Ты же теперь здесь не живёшь. А, знаю, к Арсению ходил. – Ходил, – кивнул Шастун. – Но лучше бы меня там не было. Он быстро развернулся и пошёл по тротуару. Однако Лазарев успел его остановить, взяв за руку и развернув к себе. – Что случилось? – спросил, нахмурившись, Сергей Вячеславович. – Думаю, вас это не касается. – А я думаю, что касается. Что он опять натворил? – Антон молчал, поэтому учитель развел руки в стороны. – Иди сюда. Антон в недоумении поднял бровь. Сомневался. Но Сергей Вячеславович ждать не стал, поэтому сам притянул к себе Антона, фыркнув. Шаст не сдержался и стал рассказывать. – Он вновь выбрал её. А я вновь повёлся на его красивые слова. И него… Красивого… Чертовски красивого. Мужчина стиснул зубы и вздохнул. Его друг снова всем врал, утаивал встречи с Александрой. Злость начала бушевать внутри него, но он сдержался и сказал: – Я Арса знаю давно. Он не любит её. Это лишь иллюзия, которая ходит за ним словно тень. – Я понимаю, вы его друг, но не стоит оправдывать этого кретина. – Я его не оправдываю, Антон, – вздохнул Сергей Вячеславович. – Я лишь пытаюсь сделать так, чтобы ты его отпустил, наконец. Ты же видишь, что он сам ещё не может определиться. Заблудился и не знает, как найти выход. Молчание. Антон поднял голову и отошёл от Лазарева. Кивнув и услышав его, опустил взгляд. – Останешься или уедешь? – Хотел остаться ради Арса, но теперь хочу лишь уехать отсюда. Думаю, в Москву. – Это будет лучше для вас обоих. Юноша вновь кивнул и, развернувшись, покинул Сергея Вячеславовича. Тот проводил его взглядом и, сжав кулаки, зашёл в подъезд. Через минуту стоял уже у двери Арсения и ждал, когда тот откроет дверь. Лишь когда дверь открылась, Сергей замахнулся и ударил своего друга. Арсений, отшатнувшись, прислонил руку к носу и почувствовал, как хлынула кровь. Хотел возмутиться, но не успел. – Какой же ты ублюдок, Арс, – произнёс Сергей и в ту же секунду удалился.

***

До выпускного Антон не видел Арсения. После неприятного расставания пошёл к друзьям и выпил вина, любезно преподнесённого Ясей. Рассказал всё то, что было на душе. А Серёжа с Ярославой лишь сожалели ему, что этому солнечному мальчику досталась такая жестокая любовь. Сами-то они были счастливы всегда с начала отношений с Юлей и Егором. Лишь Антон страдал. Если бы всё так было легко, разлюбил бы и забыл этого чертовски красивого физика, но сердце никак не могло его отпустить. А на выпускной, естественно, явился Арсений Сергеевич. Не мог не явиться. Учитель же всё-таки. Пару раз пересекались взглядами. Было скверно. Особенно Антону. Который лишь хотел подойти ближе и сказать, как сильно любит. Но не мог. Не достоин этот человек таких унижений перед ним. Однако после торжественной части Шастун решил выйти подышать свежим воздухом. Услышал позади себя шаги и обернулся. Арсений Сергеевич. – Что вам надо? – грубо спросил Антон, собираясь убежать. Но стоял на месте и не двигался. Словно прирос. – Хотел лишь поставить точку. – Вы уже давно поставили. Оставьте меня в покое. – Всё, что было между нами, ошибка. Прости, что делал тебе больно, – Арсений хотел провести ладонью по лицу Антона, но сдержался, смотря куда-то в сторону, где ветер игрался в листве берёзы. – Вы просто не достойны моих извинений. И можете радоваться. Мы больше никогда не увидимся. Я уезжаю из Питера, – Шаст смерил его быстрым и полным разочарования взглядом и ушёл, скрывшись за дверью школы. Арсений Сергеевич так и остался стоять на крыльце, пока к нему не подошёл Сергей Вячеславович. – Поговорил? – спросил он. – Попытался, – Арсений поднял голову. Сергей глянул на него и увидел на переносице ещё не зажившую ранку от его удара. Заслужил. – Его стоило отпустить, Арс. Ты постоянно срываешься. Не можешь увидеть в Антоне того человека, который тебя действительно любит настоящей и чистой любовью. Таких людей в твоей жизни не было. Особенно она не входила в их число. Но ты же меня никогда не слышал. Повзрослей уже, Арсений. Начни видеть в людях любовь к тебе. Лазарев уже пошёл в школу, но Арс, повернувшись, сказал: – Я люблю его, Серёг. Правда, люблю. Друг остановился и, чуть подумав, ответил: – Ты это понял слишком поздно, – и оставил Арсения одного. Антон же вернулся к друзьям. А, точнее, к Серёже, который сидел за столом и ел. Обычное состояние Матвиенко. Он сел рядом и схватил со стола стакан с соком, мгновенно осушив его. – Братан, это мой, – возмутился Серёжа. – Нальёшь ещё, – ответил Шаст. – Что у тебя за вид? С Арсом, что ли, виделся? – хотел пошутить Серёжа, но понял, что сболтнул лишнего, но тем самым попал в самое яблочко. – Так, и что? Что случилось? – Ну это точка, однозначно, – попытался остаться равнодушным Антон. – Это он так сказал? – Да, пришёл поговорить, чтобы, наконец, поставить точку в отношениях. – Пиздец, – Серёжа наполнил свой стакан соком и выпил его залпом. Тут к ним подбежала Яся и, взволнованная, села рядом с ними. Она тоже, налив себе в стакан сока, осушила его. – У тебя что случилось? – спросил Антон, наблюдая за состоянием подруги. Та заправила за ухо выбившуюся из причёски прядь. Она вдохнула воздуха и выпалила: – Только это секрет, ок? – Яся огляделась и стала говорить чуть тише. – Сейчас видела Иру и Оксану вместе. Они целовались и, судя по всему, ещё с начала года вместе. Серёжа хохотнул и выпил сока ещё стакан. Антон приподнял брови. – Вот к чему приводит любовь к Арсению, – произнёс он, вспоминая, как первого сентября Яся рассказывала, что Оксана и Ира какое-то время любили Арса. – Вау, ты шутишь, это хороший показатель, – улыбнулась Ярослава и приобняла Антона. Так пролетел выпускной вечер, а за ним и все дни до того, как Антон покинул горячо любимый Петербург и уехал учиться в Москву. Подальше от горячо любимого физика.