Даже мертвое сердце способно любить

      Тёмная, словно смоль, чернота, царственно раскинула свои руки перед закрытыми глазами Вики. Боль связывала её, будто в кокон, казалось, эти мучения не добивали, а наоборот развлекали её. Девушка, словно в бреду, хохотала, хватаясь за края то ли своей, то ли чужой одежды. Так казалось, на самом же деле это происходило в её голове, а тело, обмякшее и бесчувственное, лежало на руках ангела.       Полуразбитое сознание, отозвалось, ощущения на секунду став эфемерными. Девушка, еле сдерживала болезненные крики и пыталась выплеснуть их в смех, но все же, изредка, также, как в своих мыслях, незаметно для самой себя, хватала края одежды молодого парня. Приятная, мягкая, словно плюш, но немного шершавая, как язык кошки, ткань, она напоминала девушке о ком-то, кто-то знакомый носил такую одежду. Это было не просто знакомым, будто родным. Сумев, чуть приоткрыть глаза, застеленные пеленой, сквозь неё, увидела молодого крылатого, что был очень высоким, буквально, безмерно высоким. Молодой ангел, с чистейшими, бездонными, серыми глазами, словно грозовое небо. Его волосы, были самой редкой, изысканной платиной на фоне тёмного неба. Резкие черты лица, вывели девушку из приятного беспамятства. Мышцы живота, заныли от напряжения и безмерной боли, которая, волной расходилась по всему телу, заставили Непризнанную согнуться, и с последними силами, потными, скользящими ладонями, схватиться за шею ангелка, вцепиться в неё ногтями, оставляя на ней, до этого гладкой, аккуратной и чистой, краснеющие царапины. Присутствовало такое ощущение, будто, молодому человеку, было плевать на её движение. Он слегка скривился и на лице заходили желваки.       Вики не могла понять где находится, картинки менялись одна за другой. Перед очами мелькнула скала, из-за которой девушка, вчера, с яростью, душевной тоской и болью вылетела, готовая убить всех. Вспомнила как стояла там, и смотрела как убивали единственную родную душу здесь. Стояла, смотрела и ничего не сделала. Ей нужно было вмешаться, помешать им, не дать его убить, хотя бы попытаться помочь Адмирону сбежать. Не сделала, не помогла. Сейчас здесь она, а должен быть он. Если бы не её мать, он Винчесто бы дышал сейчас, жил и мог летать. Теперь он мёртв, и это полностью вина будущей демоницы и Ребекки. Тело затвердело, Уокер напряглась, не давая себе плакать. Она виновата, и пора это признать. Мёртвым не нужны твои слезы. Они их не слышат. Кулачок с силой сжался на куске одежды. Почувствовав волнение, ангел прижал девушку сильнее, будто желая помочь ей. Он присел и оторвавшись от земли, взмахнул своими мощными, светло-серыми пушистыми крыльями и оказался в воздухе. Холодный ветерок обвивал тела, щекоча перышки, обтягивая юную девушку, заставляя её кожу покрываться мурашками.       Две небольшие точки еле виднелись в небе и лавировали между крышами небесных зданий. Чёрная, изящная фигура, оказалась в поле зрения, мутном и тёмном. Послышался стук и, через пару секунд, протяжный скрип. В миг, холод сменился теплом, с ужасно сильным, приятным запахом глифта.

***

      Высокая, словно колонны, стойка кровати, гладким деревом отражала лунные блики. Мятая постель была занята. Светло-голубое, будто небеса, постельное белье, было гладким словно шёлк, самый изящный и вычурный. Молодой демон лежал на постели и его рубашка, такая же шёлковая, только чёрная подобно земной золе, сливалась с кроватью. Люцифер изредка возмущался и переворачивался со спины набок, чтобы взглянуть в чужие глаза, а после, вновь ложился в какую-то, особенно для него, удобную позу. Крылья были расправлены и все тело, лёжа на краю, позволяло им свисать с постели. Тишина и размеренное и блаженное спокойствие, резко сменились напряжением. В окно постучали, и Люций, резко подорвавшийся, метнулся к окну выглядывая в него. Высокий парень, очень знакомый и одновременно неизвестный. Повернув ручку окна, он впустил двоих вместе с ледяным воздухом, который создал в комнате некое показание адекватности. Избитое, еле живое тело, Люцифер забрал к себе на руки и, на секунду, прижав девушку к себе сильнее, переложил её на чуть мятую, теплую кровать на которой только что, лежал сам. - Что вы с ней сделали. - Тихий голос напоминал устрашающий рёв животного. Сын Сатаны наклонился над Вики и смотрел на неё с сожалением и сочувствием. - Ости, что ты с ней сделала?!. - Заткнись, она все слышит, не называй моего имени. - Дьяволица понесла палец к губам и с лютой яростью зашипела. - Вон, к ангелочку обращайся. Она не должна знать, что я помогала, понятно вам?! - Казалось, возмущений полной дьяволицы никто не слышал, на лицах всех присутствующих, так и читалось презрение. Ей будто было плевать. Все кивнули, только Мими, немного задержала свой взгляд на глазах Ости, будто пытаясь что-то выяснить. - Мы услышали толчок с земли, и до этого видели её. Ос... - Демонесса с громким, хлестким шлепком ударила его по руке и Бонт, незаметно поправился. - Она заставила меня пойти и проверить. Я не думал, что все будет настолько серьёзно. Мы нашли её на земле уже такой и принесли сюда. Честно говоря я удивлен, потому что, Шепфа говорил, что его меньшие отпрыски не могут сделать это с бессмертными. Только бессмертные могут калечить бессмертных... Настолько сильно. - Все с удивлением подняли головы от еле дышащего тела, устремляя каждую пару глаз на чистейшего ангела. Даже он сейчас нервничал. - Ты... Не ври. - Мими раздраженно, с претензией вклинилась в разговор бессмертных и сверкнула кроваво-красными, острыми глазками в сторону единственного ангела в этой комнате. Светлость его ауры, настолько, очищала присутствие группы демонов, будто обоих сторон было поровну. Белые, с некоторой серостью крылья, слегка дрогнули от волнения их хозяина. - Я хочу тебе верить, но мы знакомы всего ничего. С чего я должна слушать твои лживые речи? С чего я должна тебе верить?! - Голос дочери демона богатства сорвался на крик, и глаза, заалели еще сильнее. - Слушай, успокойся, я чувствую, что он говорит правду. Это же Бонт, Мими, ты чего. - Рыжеволосый демон тихонько коснулся бархатной кожи на плече, и вполсилы потянул девушку на себя. Чуть, почти незаметно, приобняв темноволосую, Ади тыкнул пальцем в воздухе, указывая на Ости и сказал. - В ней, я бы ещё немного сомневался, но никак не в Бонте.       Обе демонессы, немного высокомерно и демонстративно закатили глаза. - Может мы перестанем орать и разберёмся, что с ней делать? - Люцифер, обернулся и с непонятными чувствами разглядывал своих друзей. Его глаза, полные ярости где-то внутри, и холодные снаружи, блуждали по их лицам и в голове возникало непонимание, злость.       Вики стала неразборчиво бормотать. Всё обернулись и затаили дыхание, в то время как Люций и Мими, упав перед ней, держали девушку за руку. Это было весьма проблематично, если они не хотели принести ей неприятные ощущения. На кистях рук, уже стали проявлять глубокие, фиолетово-синие, словно цветы, синяки. Непризнанная широко раскрыла свои глаза и сквозь мутную, практически не просматриваемую пелену, стала разглядывать существ. Спокойствие накатило волной, все знакомые лица были рядом, но её напрягало, что возле неё все носятся, пытаются что-то сделать, а Вики просто лежит. Попытавшись подняться, она пала в беспамятный сон...

***

      Крик разрезал ночную тишину. Хватаясь за горло и лицо, Вики приподнялась на локтях, смотря в потолок. Горло неприятно саднило. Выпитый ранее алкоголь обжег горло, и сейчас, при пробуждении, её голос рвал связки. Ладони беспорядочно плутали по простыням, изредка сжимая их. Сонная голова выглянула из под одеяла, а за ней и осторожный взгляд дьявольских, полузакрытых глазок. Мими вопросительно оглядела подругу, и чуть потянувшись, осторожно переползла на соседнюю кровать. Дочь Мамона приобняла подругу, и коснувшись руки Вики, демоница будто спросила что произошло. - Мне... Приснился сон.. . - В комнате затихло, казалось, что девушки даже не дышали, а затаив дыхание смотрели друг на друга. Мими сжала ладонь крылатой. - Я знаю, что сны не снятся просто так. Я знаю, но... Я без понятия, что мне с этим делать. - Нужно идти к тому, кто знает и разбирается во всех странных вещах. Иди к Геральду. - Мими с огромной серьёзностью в глазах, наблюдала за Непризнанной. Она как-то поникла, узнав о том, что с этим разбирается именно этот учитель. - Вики, это ненормально, что тебе снятся такие сны, и то, что они снятся вообще. - Я к нему не пойду. - Девушка коснулась своих волос, будто искала в них поддержку. Крылья, чувствуя раздражение своей хозяйки раскрылись и вновь вернулись на место. - Ты должна! - Коготки Мими впились в запястье будущей демоницы.       Вики понимала, что пытаться припираться с подругой бесполезно, и она от своего не отступит, безмолвно, скрипя зубами согласилась, хоть и пойдёт совершенно не туда. Накинув халат, Непризнанная вышла из комнаты и направилась к комнатам учителей. Тёмные коридоры как и днем ранее, такие же горящие факела, освещающие лишь небольшие отрезки. Девушку била крупная дрожь и пытаясь её сдерживать, она скрепила руки в замок и прикрылась мощными крыльями. Поворот за поворотом, Вики обходила двери стороной, пока не подошла к одной из них и попыталась по энергии понять кто там находится.       Белый клубок загорелся в разуме Непризнанной и та, незамедлительно постучала. За дверью, по прежнему молчание. Ещё стук и за плотным деревом, что-то зашуршало. Женщина открыла дверь, когда Вики уже собралась уходить. Удивлённый взгляд Мисселины прошёлся по молодой ученице. Девушка хотела начать свою речь, но ангел оплела тонкое запястье будущей демоницы, своей ледяной ладонью. Тонкие, изящные пальцы крепко впились в руку Уокер - младшей. Крылатая учительница прикрыла дверь и вопросительно уставилась на Вики. - Мисселина мне... Мне приснился сон. И не просто сон, он... Очень странный, не такой как те, что были раньше. - Её руки задрожали. В первый раз, за несколько часов, девушка позволила себе опустить маску рутинного безразличия. - О чем ты, милая? Какой сон? - Мне... Я должна была. Мими хотела чтобы я пошла к Геральду, но я... Не хотела беспокоить посреди ночи. Что мне делать? Мне страшно. Прогремели слова, которые она не хотела слышать. - Тебе необходимо сходить к Геральду, как бы ты не хотела ему помешать, нужно прямо сейчас. - Ангелок коснулась руки, нежно, степенно, успокаивающе. - Нет! Я не пойду. Я... Не могу! Нельзя. Я не... - Девушка начала кричать, вырываться из уже крепкой хватки. - Дорогая, отдохни. Подожди чуть-чуть, сейчас я сделаю чай. - Поцеловав молодую девушку в лоб, Мисселина подскочила и зашуршала пакетиками. Под руками ангела жидкость в кружке задымилась и крылатая, насыпав ещё что-то, протянула бокал ученице. - Вот выпей, он успокаивает.       Вики коснулась горячего хрусталя и поднесла его к губам, отпивая немного чая. Кипяток, будто лава, растекался внутри, впитывался внутрь. Жидкость действовала на девушку расслабляюще, мозг будто отключился, позволяя отдохнуть. Фигура женщины стала постепенно размываться перед глазами. Слабость взяла верх и Вики, невольно, наклонилась, почти падая. Учитель подхватила её, и уложила на постель. - Прости милая, так нужно. - Крылатая женщина погладила ученицу по голове, как мама - любимого ребёнка, и накинула на себя мантию. Белая, шелковистая ткань, грузом прикрыла пернатые конечности, и их хозяйка, почти прыжком выскочила за дверь.

***

      Тёмное пространство со всех сторон, неожиданно, из тёплой истомы, вытолкнуло тело на небольшие кварталы улиц. Слабо освещенные тротуары пустовали. Людей не было. Девушка мелькала, проходя мимо разного размера домов. Они, громадой нависали над Вики. Её ноги осторожно перебирают землю ступая все дальше. Кирпичные, внешние кладки зданий, наводили на мысли о фасаде человека. Ведь, чем красивее лицо, тем, чаще всего, хуже сам человек. По одной из сторон улицы, стоит здание, уже хорошо знакомое Вики, это детский центр. Почему-то, он как-то по особенному выделяется, словно все фонари в этот момент обратили свой свет на детский сад. Тонкая и изящная, слегка дрожащая рука коснулась ворот. Ледяная, кованая сталь со скрипом сдвинулась с места. Противный и длинный, характерный звук заставил нервно поежиться. Негромкий шелест травы, нарушил подозрительно полную тишину. Обувь намокла от росы на зелёных листочках. Что-то небольшое лежит в кустах возле крыльца. Девушка подходит ближе, и сев на корточки, видит мохнатую шерсть. Это собака, и эта собака не дышит. Отойдя от бездыханного тела, подобрав руки под друг друга, демоница уверено шагает по ступеням. Пальчики аккуратно пролетают над перилами, буквально в миллиметре от железа. Холод все равно ощущается. Ладонь выбрасывается вперёд, и поток ледяного воздуха открывает дверь.       Девушка поднимает руку и сжимает её в кулак. Ветер исчезает. Сначала глаза ничего не видят, несколько раз проморгавшись, её зрение привыкает к темноте. Осторожные, медленные, размеренные движения достигают большой двери. Она, белая, деревянная, отворяется и резкий свет слепит глаза. Задержав взгляд на какой-то мелкой детали, Вики привыкает и присматривается. Молодой мужчина стоит перед плитой, спиной ко входу. Сгорбившаяся спина, кое-где оголена. Футболка на ней порвана. Слизь и... Кровь... Напрягает, пугает. Его голова поворачивается и через плечо смотрит на пришедшую девушку. Он растягивается в улыбке обнажая свои гнилые, жёлто-красные зубы, с кусками плоти застрявшими между эмалью. Сквозь весь этот ужас, Непризнанная вдруг понимает, что это Майк, тот самый, судьбу которого она решила, сейчас здесь. Руки мужчины, прогнившие насквозь, с гангреной. Разражаясь противным смехом, он отворачивается к кастрюле и продолжает мешать жижу. Вики прижав ладонь к груди, другой рукой толкает дверь позади себя и вылетает в коридор, захлопывая дерево. Негнущиеся ноги движутся и подводят Непризнанную к комнате с двумя высокими стеклянными дверьми. Створки открываются и девушка погружается в, казалось, беспробудную тьму. Синева за окном, постепенно стала светом для героини своего сна. Детские кроватки были полны. Дети спали укрывшись своими одеялками. Должны были спать, но привычного сопения не было. Девушка подошла к одной из постелей и повисла над ребёнком. Золотистые волосы девочки распластались по подушке, а её ручка лежала возле лица. Малышка была неподвижна. Она была мертва. Вики сдерживая рыдания упала на колени. Ладонь поднеслась к губам. Прижимая её как можно сильнее, Уокер пыталась не кричать, но почему нет? Сейчас, она одна. Никто её не видит, не слышит, почему она не может дать себе свободу даже во сне? Опустив ладонь на пол, кладя его на ковёр, мягкий и плюшевый, она вновь посмотрела на девочку. Днем, эта малышка прыгала на улице играя со своими друзьями, а сейчас, из-за решения Вики, девочка не дышит. Никто не дышал, ничего не было слышно, кроме всхлипов крылатой.       Превозмогая ненависть к себе и вырывающуюся истерику, Уокер-младшая встала и двинулась мимо кроватей. Каждый ребёнок, все до единого, все не дышат, и все из-за неё. Подбегая к окну, она молит об одном, чтобы её выпустили из этого мучительного видения. Закрывая глаза, девушка касается стекла и пальцем, выводит на нем какие-то узоры. Внезапно, что-то холодное и мокрое касается лодыжки молодой демоницы. Она замирает, не движется, даже не дышит. Второе, такое же, касается другой ноги, чуть выше, Вики чувствует как по ноге от этого, что-то стекает. Голова медленно поворачивается и крылатая видит как пару секунд назад мёртвые дети, держат девушку за ноги. Их становится все больше, они подползают и подползают, ближе и ближе. С каждым разом их все больше и вот, они уже повалили Вики на пол. Неожиданно для Непризнанной, один из детей бьёт её, и за ним, Уокер начинают бить все малыши. Эти удары, сильные для их возраста, безумные, и слишком ощущаемые. Тело заболело, заныло, словно прося остановиться. Девушка смотрит на них, их руки, маленькие ладошки, сложенные в кулачки, в крови и слизи. Один из детей подползает к её лицу и открывая рот, готовится укусить. Это было последним, что Вики вспомнит.

***

      Мисселина бежит по коридору в другое крыло. Стоило тоненькой ручке толкнуть дверь, как перед ней оказывается пропасть. Не раздумывая ни секунды, она прыгает туда и через пару секунд приземляется в аду. Тихие шаги в ночной атмосфере, одновременно еле слышны, но также, громко бьют по ушам, а возможно, это кулак ангелочка, стучащий по двери, долго и настойчиво. Дверь с некоторым рвением распахивается, разреза воздух и добавляя в диапазон звуков, железный скрип; одетый по пояс Геральд выглядывает из дверного проёма и раздражённо смотрит на старую подругу. - Геральд, случилось то, чего мы боялись, сны - правда. Я усыпила её, она спит в моей комнате. - Женщина коснулась своего плаща, нервно поправляя его. - Мисселина... Кто она?.. - Мужчина сонно провел ладонью по лицу. Внутри все сжалось, кажется, он знал кто, эта ученица. Учитель сложил руки на груди и облокотился на дверную раму, изредка зевая. - Уокер. Вики Уокер. - Руки крылатой сплелись в замок и она нервно затопала уже ногой. Крылья под мантией раздражённо шевельнулись. - Пойдём быстрее, её не хватит на долгий сон       Геральд, на пару секунд заскочивший в комнату, выбежал натягивая водолазку. Чёрная ткань плотно села на недавно голую и холодную кожу. Пара друзей взлетела вверх и немедленно, с опаской, двинулиськ комнате ангела. Мужчина распахнул дверь за пару секунд до того, как девушка, в прежде спокойном состоянии, истошно закричала не в силах открыть глаза и пробудиться от такого глубокого, и сильного сна. Учитель подбежал к девушке и захлопнув за собой дверь, силой ветра, выгнал Мисселину многозначительным взглядом. Будто винил её, за то, что та усыпила Вики. Мужчина коснулся одной руки Непризнанной, а своей ладонью коснулся лба прижимая к постели, заставляя пробудиться. Уокер подрывается, отталкивает учителя от себя, охватывает тело руками и забивается в угол кровати. Её лицо, будто, она была зверьком, которого сильно напугали. Геральд протянул к ней руку, медленно, как к испугавшейся лани и заговорил. - Расскажи мне, что за сон ты видишь?.. - Мужчина, с темными, еще мокрыми волосами, в которых до сих пор находились капельки, возможно, до прихода ангела, он купался, сидел на корточках, слегка согнув ноги. Он слегка, чуть интимно касался голого участка кожи на запястье ученицы, отчего, по ней пошли мурашки, заставляя кожу становится подобно гусиной. Так Геральд пытался успокоить Вики, останавливая ее дрожь.       Взгляд ребенка на пугающий его предмет, так сейчас Вики смотрела на протянутую учителем ладонью. Только туда, в эту секунду могла смотреть Непризнанная, боясь шевелиться. Ее пугало окружение в комнате, вся мебель, даже воздух, пугал шум ветра на улице, пугало неожиданно появившееся, разливающееся по телу тепло. Девушка оцепенела без возможности двинуться. Мозг сковал всю возможность движения и она сидела как кукла. Веки, спустя несколько мгновений устало прикрылись. Девушка хотела спокойного, расслабляющего сна, но у неё не было на это возможности. Крылатая смотрит на руку и немного ерзая ягодицами по постели, виновато поднимает взгляд на Геральда. Мужчина незамедлительно, с некоторым пониманием убирает ладонь, но продолжает, словно бур, одаривать девушку грозным взглядом. - Я вижу свое задание на земле. - Девушка нервно сглатывает. Её руки трясутся, ладони потные и кажется, дай ей сейчас что-нибудь, оно выскользнет и со звоном упадёт наземь. Геральд почему-то смотрит исподлобья, удивлённо, раздумывая о словах. - И это... Не просто задание, это продолжение. Это последствия моего выбора. - Что конкретно... Я знаю, что ваши задания сегодня, должны были быть не сложными. - Я должна была решить кто умрёт. Либо мать моего сегодняшнего подопечного, которая смертельно больна, либо дети. Я выбрала детей, потому что тот, кто попадает под выбор, особенно если их много, все равно не уйдут от судьбы. Закон равновесия. И я убила их, только чужими руками. И теперь... Теперь... - Вики снизила голос и теперь шёпотом, словно безумная, с улыбкой, посмотрев на мужчину, продолжила. - Теперь я вижу их смерть, и... Они хотят забрать меня с собой. - Геральд смотрел на Вики не отрываясь и если кто-то залез бы ему в голову, быть может ужаснулся от его мыслей, но, похоже, учитель к этому привык, и внешне ему было все равно, даже волнения он не выдавал. - Послушай, ты все сделала правильно. Однако, я должен, предупредить, что все Непризнанные, которые впоследствии хотят стать демонами проходят через это. Если, конечно, не решают идти лёгким путем. Тогда, они не могут добиться уважения в глазах других, рождённых демонов. - Он протянул руку, и убрал прядь волос с её лица. - Послушай Вики, таких демонов, прошедших через это, очень мало. Очень мало, слышишь? Дело в том, что ты, когда-то, винила себя за это. Я могу посоветовать зелье равнодушия. Ты сможешь пить его перед отправкой на землю и тогда, тебе не будет настолько плохо. - В ответ Непризнанная неразборчиво забормотала. Колени её задрожали, и она подняла глаза пару минут назад, полные слез и боли, а сейчас, равнодушные, с некоторым блеском. - Нет. - Более чётко и спокойно сказала ученица. - Если мне это дано, значит я должна это пере... Пре... Прочувствовать. Все до капли. - Чуть запинаясь, в какой-то мере веря в свои слова, девушка сжала кулаки и посмотрела, на теперь, довольного, и слегка удивлённого Геральда. Возможно не всем, но было известно, что учитель не любит слабых. Пусть сейчас девушка и показывает силу воли, ей страшно и больно, и без этого она унижалась перед ним, пришёл момент когда нужно либо уйти, либо остаться. И остаться будет значит не просто другом. Его рука тянется к её лицу и он медленно встаёт. Фигура мужчины мостится рядом с Вики, и та, от неожиданности замерла.       Демон присел на мягкую постель, повертел руками и притянул Непризнанную к себе. Его ладонь коснулась головы и прошлась сверху вниз. Он гладил её по голове, пока Уокер не перестала дрожать. Геральд впустил пятерню в её волосы и, не свойственно себе, девушка уснула, да ещё и в присутствии другого человека. Учитель не спешил уходить, он все также прижимал ее к себе, поглаживая по затылку. Её волосы путались в его пальцах, и он, аккуратно высвобождая их, продолжал гладить её. Не зная спит она или нет, крылатый решил сказать: - Ты все сделала правильно, там на земле. Это заслуживает уважения. Не каждый демон смог бы так поступить.       Непризнанная тихонько засопела, и тогда, мужчина слегка наклонился над девушкой, так, как с заботой, родители смотрят на любимого, родного спящего ребёнка. Но это был не родительский интерес, в чем Геральд пытался себя все же переубедить. Губами, он коснулся её макушки, и сместив юное тело с себя, положил на кровать, прикрыл мягким, плюшевым одеялом. Последний взгляд упал на её спокойное, не обрамленное страхом лицо, и мужчина, с ухмылкой на лице скрылся из комнаты. Для нее, учитель значит нечто большее, так примет ли он это?