Две полоски - это жопа...?

Чонгук сидит за столом, бездумно помешивая остывший чай. За окном льёт, как из ведра, прохожие на улице галдят, перекрикивая шум дождя. Слышно, как машины проезжают по лужам, разбрызгивая воду во все стороны. Чонгук глядит в окно и думает. Думает о том, какой он кретин. Думает, что нахрен не понимает, что происходит. А ещё пытается понять, что за хуйню творит Тэхён. Чон совсем запутался. Сначала омега его бросает, а теперь выясняется… На кухню входит сонный Хосок, останавливаясь в дверях, уставившись на подвисшего брата. — Ты чего? — Мать Тэ звонила, — тихо проговаривает Гук, всё так же продолжая дребезжать ложкой по кружке. — Оу… — Тянет старший, — что говорит? — Говорит, чтобы я поменьше работал, а то «Тэхён~и сильно скучает»… — Чего, блять? — Альфа застывает с занесенной над чайником рукой. — Ага. Оказывается, что у него отпуск, а я завален работой по горло, разве что не ночую в офисе, — Чонгук переводит взгляд на брата, горько улыбаясь. — Я что-то сейчас не понял… — Хосок садится напротив, зажимая в руках чашку с кофе. — Ты думаешь, я что-либо понимаю? — Погоди, получается, он не рассказал родителям? — Получается, — младший альфа делает глоток и, скривившись, отодвигает холодный напиток. — Вот это новость… — Хосок закусывает губу, о чем-то задумавшись, — слушай, так это же хорошо! — М? — Ну… хорошо, что не рассказал. Может, есть шанс, что он перебесится, да и вернётся. — Прозвучало скорее как утверждение, а не вопрос. — Хо, если бы я знал, от чего он бесится, то проблем бы вообще не было. Но то, что происходит сейчас, вызывает у меня диссонанс. Сначала он меня бросает без объяснения причин, затем блокирует везде, где только можно, съезжает с нашей квартиры, берет работу на дом. Но при этом не говорит родителям, что мы расстались. — Ты, кстати, тоже не торопишься обрадовать отца и папу. — Они меня убьют, — вздыхает Чонгук, — ты прекрасно знаешь, как они любят Тэ. Тем более, я всё-таки собираюсь его вернуть. — Ну так может и он тоже? — Да я вообще не понимаю, что творится у него в голове! — Альфа взрывается, — какого хуя он устроил? А главное — зачем?! Если это новый способ меня вывести, то тебе не кажется, что он какой-то дерьмовый? Он ведь всегда меня ревновал, и поначалу это даже льстило, но сейчас-то что произошло? Знаешь, последние месяцы он вёл себя странно, вис на мне, как коала, шагу ступить без него не давал, ластился, словно котёнок. Да в такие моменты мы сексом занимались чаще, чем ели! Я думал, что без яиц останусь, честное слово. А потом его вдруг клинило, и он устраивал сцены на пустом месте. Мог плакать, кричать, пару раз даже посуду бил. Но даже после этого засыпал только на мне. Знаешь, иногда мне казалось, что он мурчит. А тут — на тебе. Съебись, Чонгук~и, не мозоль глаза. — Слушай, может он у тебя беременный? — Что? — Чонгук опешил, — нет, хён. Мы же решили, что заведём детей только когда будет собственное жильё. Так что мы за этим следили. — Ну, тогда я даже не знаю. Омежьи заскоки? Гормональный сбой, все дела? — Чёрт… — младший распахнул глаза, — у него же течка должна была быть пару недель назад, — он схватился за голову, — бедный мой, как же он один справился?! — Знаешь, братец, я бы сейчас больше переживал за твой гон. — Блять!.. — Вот-вот. Кстати, когда? Брюнет взглянул на висящий на стене календарь и задумался. — Блять… — повторил он, — через пару дней… Теперь пришла очередь Хосока ругаться. Он достал телефон и начал что-то набирать на дисплее. Мобильный пару раз пискнул и старший, удовлетворенно кивнув своим мыслям, повернулся к брату. — Хрен с тобой, золотая рыбка. Тебе очень повезло, что у твоего хёна хорошие друзья, способные приютить его на пару дней. Так что бери отгулы, а я завтра уеду и запру тебя. — А запирать-то меня зачем? — Чтобы не вздумал в таком состоянии рвануть искать своего благоверного. Наворотишь дел, потом не расхлебаем. Ты ведь знаешь, где он? — Естественно. У своего пусанского гнома, где же ему ещё быть. — Почему ты так не любишь этого парнишку? По рассказам Тэ, он очень даже хороший малый. И альфа у него есть, значит не гулящий, и твоего мелкого по сомнительным местам не таскает. Так в чём твоя проблема? Чонгук насупился и стал пыхтеть, как рассерженный еж. Потому что — правда… Если задуматься, то Чимин не был плохим парнем. Хорошо учился, по барам и клубам не таскался, занимался в танцевальной студии. Подрабатывал во время учебы, всегда мило улыбался (всем, кроме Чона), был общительным. А когда Тэхён познакомил его со своим хёном из Тэгу, так вообще стал плюшевым мальчиком-зайчиком. Преданным щеночком заглядывал в глаза своему альфе, разве что хвостом не вилял. Да и Тэ он никогда не настраивал против Гука. Да, огрызался. Да, давил косяка на него. Но всё равно продолжал таскаться за младшим, недовольно поджимая губы при виде Чона. Вот же мелкий прилипала! Но забавный, тут не поспоришь. — Не знаю, просто бесит… — Чонгук состроил недовольную рожицу, — хотя парень у него нормальный. Юнги-хён — мужик хороший, Тэ в своё время много о нём рассказывал… — Что? Юнги? Мин Юнги? У него еще своя студия в центре? — Старший встрепенулся. — Ты его знаешь? — Вроде того. Пару раз работали с ним. Ну ничего себе, как мир тесен! — Да уж… — Слушай, Мин правда хороший мужик, может тебе хоть с ним поговорить? Чон закусил губу, что-то обдумывая. — Это, конечно, вариант. Только я не знаю, где он работает. Домой к ним я пока соваться не хочу, там его ночная фурия меня загрызёт. — Ну, это не проблема. Я всё устрою. *** Тэхён сладко потянулся, раскинувшись звездой на кровати. Погода была отвратительная, со вчерашнего вечера лило, как из ведра без дна. Омега встал с постели и пошлёпал босыми ногами в ванну. Сегодня волнительный день. В обед за ним заедут хёны и они поедут на первый осмотр. Было немного страшно, но при этом где-то в районе груди щекотало радостное предвкушение. Сегодня он впервые увидит своего малыша! Их с Гуки малыша… Почему-то Тэ не мог перестать думать о нём. Не мог перестать проговаривать про себя наш малыш. Конечно, он был их, ведь дети рождаются от большой любви. Тэхён верил в это. Парень твёрдо решил, что расскажет альфе о беременности. Пусть тот знает, что кроме боли от предательства, оставил после себя и самое ценное, что есть в мире — маленькую жизнь под сердцем омеги. Ким уже представлял себе, как выглядит их малыш: маленький, пухлощекий альфочка, с густыми, чёрными как ночь волосами и большими, по-оленьи распахнутыми глазами. Ему хотелось думать, что их сын будет похож на Чонгука. Эта мысль заставляла трепетать что-то в животе. Засунув в рот зубную щетку, он тут же отбросил ее и кинулся к унитазу. Паста отдавала чем-то кислым, так что желудок моментально скрутило и весь вчерашний ужин вышел обратно. Зато ополаскиватель для рта со вкусом хвои оказался довольно приятным, если не сказать вкусным. Почему омега раньше этого не замечал? Закончив утренние процедуры, Тэхён отправился на кухню в поисках чего-нибудь вкусного. Опустевший желудок требовал еды, да побольше. Выбор пал на сосиски и горчицу. Вообще блондин горчицу не особо жалует, но сейчас что-то захотелось. Налив стакан молока и разогрев сосиски, Тэхён сел на подоконник, принимаясь за завтрак. По окну били хлёсткие капли, соревнуясь друг с другом, кто быстрее достигнет нижней рамы. Редкие прохожие бежали по своим делам, прикрываясь зонтами от непогоды. Парню вдруг стало грустно. В такие дни они с Чонгуком часто устраивали марафон кино, кутаясь в один плед на двоих и нежно целуясь. Старший шептал ему на ушко милые глупости, зарывшись в светлые волосы, крепко-крепко обнимал и осыпал невесомыми поцелуями лицо и шею. Тэхён отодвинул от себя тарелку с недоеденными сосисками. Аппетит пропал. На душе стало так тоскливо, что захотелось плакать. Он слез с подоконника и пошлёпал в свою комнату. Зарывшись с головой в одеяло и достав из-под подушки чонов носок, омега тихо заскулил. Размазывая по щекам горячие слёзы, Ким думал о том, как им раньше было хорошо. Как они любили друг друга. Как мечтали, планировали совместное будущее. Свою квартиру, свадьбу, детей. Омега вспоминал-вспоминал-вспоминал. От этого становилось так горько, что на стены лезть хотелось. А еще Тэхён устал врать родителям. Весь месяц, созваниваясь с мамой, он нагло врал, что у них всё хорошо. А приехать они не могут из-за работы Гука. О ребёнке он пока даже не заикался. Тэхён боится. Так боится, что аж зубы сводит. Почему-то он думает, что пока мама с папой ничего не знают, всё может наладиться. Только чему налаживаться? У Чона теперь другая жизнь, другая омега. Она, наверное, красивая. Почему-то Ким представляет её брюнеткой. Миниатюрной, с длинными волосами и небольшой грудью. Зато с широкими бедрами. Нет, она определённо очень красивая, Чонгук не мог бы уйти к серой мышке. Такая у него уже была. Точнее был. Тэхён такой глупый. Кима разбудило нежное поглаживание по волосам. Он открыл глаза и увидел перед собой обеспокоенное лицо Чимина. — Милый, ты плакал? — Старший провел маленькой ладошкой по щеке друга. — Кажется, да… — хриплым ото сна голосом ответил Тэхëн, — мне сон плохой приснился. Маленький лжец. Пак наклонился и поцеловал его в припухшую после сна щечку. — Не грусти, это всего лишь сон, — парень улыбнулся, — ой, у тебя под щекой носок… Тэ встрепенулся, схватил носок и быстро спрятал его под подушку, на что Чимин лишь сузил глаза, но ничего не сказал. — Собирайся, — омега встал с кровати и направился к двери, — доктор Ли ждет нас через час. *** В коридоре клиники было тихо, компания из трёх человек сидела на мягком диванчике у окна, ожидая, когда их вызовут. Чимин нервничал и постоянно ёрзал по кожаной поверхности, издавая при этом неприятный скрип. — Мини, успокойся. Мы же уже обсуждали, что это не страшно, — Юнги ободряюще поглаживал бедро омеги. — Я посмотрел бы на тебя, зная, что скоро в твой зад засунут какую-то непонятную хуйню! — прошипел тот в ответ, стрельнув в парня недовольным взглядом. Тэхён как-то странно булькнул, отвернувшись, его плечи слегка дёрнулись. Он прикрыл рот ладонью, прикусывая палец. — Детка, — Альфа начал улыбаться, пытаясь удержать смех, — никакую хуйню в тебя пихать не будут, это, вроде как, моя прерогатива… В этот момент Ким не выдержал и начал ржать в голос. Его и самого немного потряхивало, но с этими хëнами даже не понервничаешь нормально. Чимин округлил глаза, пытаясь переварить полученную информацию, а когда до него дошло, то лупанул Мина по плечу и с криком «Да пошли вы оба!», умчался в неизвестном направлении. — Ну и куда он? — Тэ всё ещё похрюкивал, облокотившись на спинку дивана, — его вызовут в любую минуту. — Не беспокойся, сейчас перебесится и вернётся. Как будто ты Чимина не знаешь… — Юнги веселила реакция его парня. Правильно, ему-то не будут ничего в зад засовывать. И слава богу. — Вон, смотри, уже топает назад. Из-за угла показался насупившийся омега. Усевшись на свое место, он демонстративно отвернулся от бесячего альфы, но с той стороны его встретила не менее бесячая да ещё и смеющаяся физиономия друга. Пак надулся ещё больше. Юнги притянул парня к себе. На все попытки вырваться Мин лишь коротко цыкнул и, перехватив омежьи запястья, прижался крепче, умостив подбородок на тёмную макушку. — Да ладно тебе, малыш. Не сердись, я же люблю тебя. — Ой, завались… — Пак Чимин! — Из кабинета вышла медсестра, оглядывая коридор. Чимин испуганно подскочил и сделал шаг вперед. Юнги встал следом, беря его за руку и аккуратно подтолкнул в сторону открытой двери. — Прошу, проходите. Доктор Ли готов Вас принять. В кабинете врача было очень светло из-за приоткрытых жалюзи. Доктор Ли приветливо улыбнулся, приглашая присесть. Пак, сглотнув, застыл перед столом гинеколога, боясь даже вздохнуть. Но тёплая рука альфы, что нежно поглаживала его пальцы, не давала позорно сбежать из этого страшного места. Чимин, наконец переборов себя, сел на стул для посетителей и поднял глаза на доктора. — Добрый день, на что жалуетесь? — пробасил эскулап, открывая карточку нового пациента. Пак открыл рот, но звуков почему-то не было. Он так и сидел, вылупившись на бету, словно у того выросли рога. — Он беременный, — встрял Юнги, понимая, что от его парня как от собеседника сейчас мало толку. — К-кажется… — проблеял Чимин, начиная покрываться красными пятнами. — Что ж, — гинеколог поднялся со своего места, направляясь к умывальнику, — раз кажется, тогда раздевайтесь и проходите за ширму. Я вас осмотрю, — он указал в другой конец кабинета. Омега на негнущихся ногах проследовал в указанном направлении. Его буквально качало от страха. Трясущимися руками он стянул с себя штаны, а затем и нижнее белье. Кожа на оголенных участках покрылась мурашками. Чимин с опаской забрался на кресло и прикрыл самое дорогое руками. При виде подошедшего врача парень дёрнулся, и, кажется, даже заскулил. — Ну что вы, Чимин-щи, расслабьтесь, — бета натянул перчатки с громким шлепком, на что омега еще сильнее побледнел, порываясь встать, — лежите-лежите, вы впервые на осмотре? — Чимин кивнул, — хорошо, не бойтесь, больно я вам не сделаю. Смотрите, — он взял со столика продолговатый предмет и, сняв упаковку, поднёс его к глазам Пака, — это зеркало, оно поможет мне рассмотреть шейку матки и взять мазок, — доктор Ли аккуратно намазал кончик предмета смазкой и поднес его к сфинктеру, — а сейчас сделайте пожалуйста глубокий вдох и расслабьте стенки, иначе будет неприятно. Чимин зажмурил глаза и глубоко вдохнул. В этот же момент он почувствовал, как что-то холодное проскользнуло в его анус, из-за чего парень немного вздрогнул и, наконец, выдохнув, открыл глаза. — Вот и всё, — бета склонился над пахом, — сейчас не зажимайтесь, мне нужно слегка приоткрыть зеркало, чтобы посмотреть, — омега почувствовал лёгкое давление, ощущения были странными, но безболезненными, — ну что ж, я могу вас поздравить, шейка мягкая и покрасневшая… — И что это значит? — Подал напряженный голос Юнги, стоящий по ту сторону ширмы. — Это значит, что господин Пак находится в положении, — врач улыбнулся моментально расслабившемуся Чимину, — сейчас я возьму мазок и вы сможете одеться и лечь на кушетку. Надо сделать УЗИ для определения точного срока. Одевшись, омега лёг на указанное место и, задрав футболку, стал ждать, пока доктор что-то запишет в его карточку и вымоет руки. Юнги, присев на стул возле кушетки, начал поглаживать своего парня по голени. Альфа сам ужасно нервничал, но не хотел этого показывать Чимину. Кто-то же должен сохранять спокойствие. А на проявление эмоций у них будет время. Вагон времени. К пациенту подошёл врач и, выдавив на живот немного специального геля, приложил к животу прибор. На экране компьютера появились какие-то пятна, меняющие форму по мере движения трансдьюсера по животу. — Так, — снова начал бета, — плодное яйцо есть, желточный мешок на месте, беременность соответствует 6-8 неделям, — мужчина пощелкал какие-то кнопки на панели перед собой и повернул экран к Чимину. Юнги тут же наклонился ниже, чтобы лучше видеть картинку, — посмотрите, вот эта точка и есть ваш малыш, — Пак, затаив дыхание, смотрел на маленькую чёрную точку посреди монитора. Неужели это и есть их ребёнок? Такой крошечный. У парня защипало в глазах. — А теперь давайте послушаем сердечко. Нажав еще пару кнопок, гинеколог снова стал водить аппаратом по плоскому животу. Неожиданно до ушей молодой пары донесся тихий стук из колонок. Звук был странным, слегка приглушённым, было похоже, словно лист металла очень быстро сгибали и разгибали обратно. Мин ошарашенно смотрел на Чимина, по щекам которого бежали слезы, он улыбался глядя на монитор. — Господин Ли, — хрипло произнес Юн, — а можно сделать снимок? — Конечно, я сейчас всё распечатаю, они вам ещё могут понадобиться для дальнейшего наблюдения. Пара сидела напротив врача, пока тот делал записи в карте. Юнги нежно обнимал любимого, который улыбался и словно светился изнутри. У альфы самого сердце заходилось от трепета и осознания, что они скоро станут родителями. Одно дело видеть тесты, совсем другое наблюдать крошечную точку на экране монитора и слышать биение сердца. Если бы Юнги не был альфой, то давно рыдал бы от счастья. — Я сейчас задам вам пару вопросов, — прервал тишину доктор, — это стандартная процедура при первом посещении, — Чимин коротко кивнул, — беременность желанная? — Кивок, — запланированная? — Нет. — Хорошо… Вредные привычки? — Нет. — Хронические заболевания? — Нет. — А у ближайших родственников? У отца? — бета взглянул на альфу. «Только если хронический недотрах» — пронеслось в голове Чимина, но он лишь отрицательно помотал головой. — Последняя течка? — В начале октября. — Отлично. Пожалуй, это всё. Сейчас я назначу вам витамины и выпишу направление на анализы. Придёте ко мне через 3 недели. Если что-то начнёт беспокоить, то можете подойти без записи. — Спасибо, до свидания, — пара поклонилась и вышла из кабинета. *** Тэхён сидел на диване, разглядывая людей в коридоре. Омега чувствовал себя некомфортно, смотря на то, как другие омеги ждут прием вместе со своими половинками. В груди ныло от щемящего чувства тоски, ведь Юнги тоже пошёл туда вместе с Чимином, а вот Тэ был один. Совсем. Никому не нужный, брошенный, с грузом на душе и новой жизнью под сердцем. Захотелось плакать. Или кричать. А лучше врезать кому-нибудь. Кому-нибудь конкретному, если быть точным. Но неожиданно дверь открылась и из кабинета вышли его хёны. Тэ сразу бросился к Чимину, светящемся как новогодняя ель. — Ну что?.. — Тэ, смотри, это наш малыш, — прошептал Чимин, протягивая другу какой-то листок, — ты только посмотри, какой он крошечный, Тэ… Тэхён взглянул на УЗИ и затем перевёл взгляд на старших. Те выглядели такими счастливыми, что у омеги снова защемило сердце. Ему было так больно за себя, и одновременно так радостно за друзей, что глаза наполнились предательскими слезами. — Ким Тэхён! — всё та же медсестра вышла из-за двери, — проходите, доктор Ли ждет вас. Тэхён, повернувшийся на голос, оцепенел и вцепился в руку Юнги. — Хёоооон, пойдем со мной, пожалуйста? — он с надеждой заглянул в глаза старшего. Альфа недоумённо посмотрел в ответ, как бы говоря «Ты нормальный?», но, поймав полный страха и отчаяния взгляд, лишь тяжело вздохнул и кивнул. — Чимин~а, ты не… — Идите, я не против, — старший омега ободряюще улыбнулся другу и плюхнулся на сидение, возвращая всё своё внимание листочку с УЗИ. Когда друзья вошли в кабинет, до этого улыбающийся врач окинул их недоумевающим взглядом, остановив его на альфе. Вот это да, он первый раз сталкивается с таким. Один альфа и два омеги. Прочистив горло, доктор Ли обратился к Тэхёну. — Добрый день, что вас беспокоит? Тот молчал, словно воды в рот набрав. Ему бы ответить, но разбушевавшиеся нервы не давали проронить и слова. — Он беременный… — проговорил Юнги, охуевая от абсурдности сложившейся ситуации. Бета напротив, кажется, охуевал не меньше. Один Тэхён витал где-то в прострации и охуевал совершенно по иному поводу. — На кресло, — крякнул врач, указывая на ширму и отводя взгляд от парочки. Омега кивнул, кажется, на автомате, и продолжил пялиться в одну точку. Юнги аккуратно потянул его за руку и стал подталкивать в нужном направлении. Подойдя к креслу, альфа немного встряхнул Кима, на что тот моргнул и наконец сфокусировал взгляд на хëне. — ТэТэ, снимай штаны и забирайся на кресло, сейчас подойдет доктор, а я буду ждать за ширмой, — мужчина слегка улыбнулся и отошёл, чтобы не смущать омегу. Но из-за загородки не доносилось ни одного звука, — Тэхён? — Снова тишина, — Тэ, если ты сейчас же не разденешься, то я сделаю это сам! — Альфа уже начал немного сердиться. Но, о чудо! Сбоку послышалось шебуршание и скрип гинекологического кресла. Мин выдохнул. А ведь это только начало. После осмотра омега лёг на кушетку в ожидании ультразвуковой диагностики. — Хён, — прошептал младший, — посиди со мной? — Юнги без промедления занял уже знакомый стул и по инерции стал поглаживать ногу младшего, чтобы успокоить. Доктор Ли сел в кресло перед монитором и приложил трансдьюсер к слегка округлившемуся животу, который отчетливо выделялся, когда юноша лежал на спине. — Что ж, у вас достаточно большой срок, господин Ким, 11-13 недель. Почему раньше не приходили на прием? — Я не знал… — прошелестел Тэ. — Ясно… Вот, можете посмотреть, — бета развернул экран к омеге, — вот голова, вот ручки… Давайте посчитаем пальчики… Тааак… 10! Все на месте, — он улыбнулся, — вот это позвоночник… А вот сердечко, вы видите, Тэхён-щи? Оно подсвечено, вооот… — Тэхён завороженно следил за происходящим на экране. Его ребёнок такой… такой… большой. Там уже целый человек! Голова, ручки-ножки, пальчики… Настоящий человечек. Он думал, что увидит то же самое, что и Чимин: маленькую точку посреди тёмной картинки. А тут целый сформировавшийся человечище! Юнги со своего места издал сдавленный вздох. К такому его не готовили. Да как к такому вообще можно подготовиться? От осознания, что внутри его друга находится уже такой большой ребёнок, альфу пробрало до мурашек. Он, кажется, даже носик его разглядеть умудрился. — Пол я вам пока сказать не смогу, плод слишком маленький… *Ну нифига себе, маленький* — пронеслось в голове Мина. А в голове ТэТэ ничего не пронеслось, потому что его тараканы, кажется, сами выпали в осадок... или и вовсе вымерли. Там не разберешь. — Всё, сейчас я распечатаю вам снимок с УЗИ и задам пару вопросов. Можете пока подниматься, — врач стёр остатки геля с чужого живота и направился к своему столу. Тэхён пододвинул свой стул ближе к альфе и привалился к его боку. Младшего мелко потряхивало от переизбытка эмоций. Юнги положил руку ему на плечо и прижал к себе сильнее, чтобы немного успокоить. Доктор Ли задавал вопросы, параллельно записывая что-то в карточку, иногда искоса поглядывая на пару перед собой. — А когда можно будет узнать пол? — спросил Тэ откуда-то из подмышки Юнги. — В принципе, на следующем приеме, я думаю, будет уже понятно. А запах проявится со дня на день. На вашем сроке уже пора. Так что жду вас через три недели, Тэхён-щи. До свидания. Доктор задумчиво провел взглядом чудны́х пациентов. Занятно. Один альфа и два беременных омеги. М-да… Высокие отношения…