Две полоски - это жопа...?

В больнице царил характерный запах дезинфицирующих средств и медикаментов, медицинский персонал сновал туда-сюда вперемешку с больными, создавая шум и небольшую толкучку. Чонгук пробрался к посту медсестры, за которым сидела миловидная омега, болтающая о чём-то с коллегой. — Добрый день, мне нужно знать, в какую палату определили Ким Тэхёна, — Чон осторожно перевел дыхание, нервно постукивая пальцами по стойке. Медсестра окинула недовольным взглядом посетителя, который так невовремя прервал их диалог с подругой, но, оценив статного альфу, тут же кокетливо улыбнулась и захлопала ресницами. Мужчина явно пришёлся ей по вкусу. — А вы ему кем приходитесь? — она застенчиво улыбнулась, щёлкая по клавишам компьютера в поисках нужного имени. — Я его альфа, — сквозь зубы процедил Гук. Ему сейчас было не до чужого кокетства, хотелось скорее узнать, что с Тэ. Девушка, недовольно поджав губы, каркнула: «205-я, второй этаж», и отвернулась к подруге, потеряв к нему всякий интерес. Чонгук рванул по коридору к лестнице, мысленно проклиная всех и вся. И эту медсестру-омегу, что так долго рылась в своём компьютере, параллельно пытаясь строить глазки, и Мин старый-кусок-дерьма Юнги, который нагло оттолкнул его от машины скорой, юркнув внутрь и захлопнув перед носом младшего дверь (чтоб его в аду собаки драли во все отверстия), так что Гуку пришлось вызывать такси и на всех парусах мчаться в больницу. Хорошо, хоть успел спросить у фельдшера, куда повезут ТэТэ. Поднявшись на второй этаж, он начал искать нужную палату, но, завидев тёмную макушку Юнги, бросился в его сторону. — Как он? — запыхавшийся Чонгук встал напротив старшего. — Я надеялся, что тебя в дороге понос проберёт и тебя увезут в инфекционку, — цыкнул альфа, недовольно сверля младшего взглядом, — ты какого члена сюда припёрся? Я разве не сказал тебе пиздовать нахер, и к Тэ не приближаться? — Если честно, то твои угрозы мне до одного места. Я здесь из-за Тэхёна, а ты можешь тявкать в другом углу, — Чонгук сжал челюсть. Кажется, он погорячился, когда назвал Мина нормальным мужиком. — Сука, да я тебя одним пальцем по стене размажу! — Юнги отлип от стены, у которой стоял, и, подобравшись, двинулся на Чона. В воздухе начал распространяться запах скандала. Ну, или мордобоя. — Ты у меня… — Юнги! — По коридору бежал взъерошенный Чимин. Подбежав к своему альфе, он схватил его за грудки, — где он?! Что с ним?! Как ребенок?! — Малыш, успокойся… От услышанного Чонгук впал в ступор. Ребёнок? Какой ребёнок? Видимо, последнюю фразу он произнес вслух, потому что Чимин резко обернулся и в шоке уставился на Чона. — Ты?.. — Пак открывал и закрывал рот, не в силах сформулировать что-то конкретное. После звонка Юнги омега, сломя голову, бросился в больницу. Он так испугался, что не заметил стоявшего рядом Чонгука, — ты что тут забыл, жалкая ты пародия на человека?! Да я тебя… — Омега набросился с кулаками на пребывающего в прострации альфу. — Чимин, не смей! — Мин бросился оттаскивать разъярённого парня от Гука. Тот был нестабилен эмоционально, так что альфа не знал, чего от него можно ожидать. Да и Чимин всё-таки беременный, так что ему лишний стресс был ой как некстати. Ситуация и так была критическая, — Сядь! — Он рявкнул на брыкающегося омегу, подталкивая его к сиденью. — Тэхён беременный? — Как-то ошалело произнес Чонгук, смотря в стену. — А что, так вдруг интересно стало? — Прошипел Чимин вертясь на стуле, в попытке придумать, как бы зарядить этому козлу, да посильнее. — От кого? «Хрусь» Кулак Юнги прилетел аккурат в переносицу младшего. — Ты охуел, жертва бесплатной медицины?! — Мин затряс поврежденной рукой, пытаясь унять боль. Чонгук же, схватившись за нос и тихонько поскуливая, отшатнултся к противоположной стене, заливая рукав толстовки кровью, — К моему глубокому сожалению, он беременный от тебя, пришибленный! Младший альфа вскинул голову, с надеждой смотря в чужие глаза. Не шутит ли? Да нет, вроде не шутит. Смотрит серьёзно, со злостью и отвращением. Точно не врёт. Да и какой смысл ему врать, если они со своим карликовым омегой всем сердцем его ненавидят? Скорее сказали бы, что ребёнок не его. Значит, правда. Чон отлипает от стены и движется в сторону палаты, где должен лежать Тэхён. Но не успевает он сделать и пары шагов, как его за ворот оттаскивают в сторону, и почти швыряют на скамейку. — Ты еблан? Куда собрался? — Юнги одёргивает руку и зло смотрит в глаза, — с твоим еблетом только в травмпункт, а не в палату к Тэ. Свали в туман, у него и без тебя сейчас проблем хватает. — Я должен с ним поговорить, — протестует Гук в попытке снова встать, но тяжелая рука толкает его на место, — Отъебись! Там мой Тэхён… — Ну ты и мразь, — почти восхищённо шепчет Чимин, — а пока ты трахал какую-то суку, ты тоже говорил, что он твой? — Ты больной? — альфа поворачивается к омеге с искренним удивлением на лице, — никого я не трахал, что ты несёшь? — Да что ты? — Чимин наигранно смеётся, — Идиотов из нас не делай только, Тэ все слышал. Что, — Пак с презрением смотрит на мужчину, — сучка дала от ворот поворот и ты побитым щенком решил приползти обратно к доброму и любящему Тэхён~и? Так вот не выйдет, сука! Я тебя к нему и на километр не подпущу. Ни к нему, ни к его ребёнку, ты понял? Чонгук вскакивает с места, сжимая кулаки, глаза тёмные, почти чёрные, смотрят на Чимина с такой ненавистью, что если бы взглядом можно было убивать, то от Чимина бы мокрого места не осталось. А тот доволен, он наконец поставил на место этого гадёныша. — Тронешь его, и я сотру тебя в порошок, — Юнги встаёт перед взбешенным младшим, закрывая собой нарывающегося Чимина. — Тогда скажи своему карманному чихуаху… «Хрусь» Юнги шипит от боли в костяшках, в то время как Чон оседает, пачкая кровью не только толстовку, но и пол под собой. — Что здесь происходит?! — Из палаты выходит врач, — что вы тут устроили? Я сейчас позову охрану и вас выставят вон! Это больница, в конце концов, — он подходит к сидящему на полу парню, —вы в порядке? Я вызову полицию… — Не нужно полицию, — Чонгук поднимается, опираясь на протянутую руку и пытаясь вытереть кровь чистым краем толстовки, — скажите лучше, как он? — Господин Ким в норме, — доктор недовольно поджимает губы, окидывая взглядом троицу, — у него пара легких ушибов и небольшая травма локтевого сустава… — А ребёнок? — подает голос Чимин. — С плодом тоже всё в порядке. Молодой человек удачно сгруппировался при падении, от чего весь удар пришелся на руку. Компания облегченно выдохнула. Главное, что с Тэ и ребёнком все хорошо, с остальным они разберутся позже. — А можно к нему? — Нет, пока что господин Ким отдыхает, он получил большой стресс. Да и в вашем состоянии, — он ощупывает нос Чонгука, — я бы Вас к нему в любом случае не пустил. Идёмте, — доктор разворачивается и двигается в сторону выхода из отделения, — все вы. Я осмотрю ваши повреждения, а после мы обсудим посещение господина Кима. *** В коридоре повисла напряженная тишина. Чимин прижался к своему альфе, пока тот гладил его по спине забинтованной рукой. Чонгук сидел чуть в стороне, пытаясь привести мысли в порядок. Тэхён ждет ребёнка. Их ребёнка. Его омега носит под сердцем плод их любви. Почему он тогда ушёл? Испугался, что Гук будет не рад? Или что заставит сделать аборт, или ещё что-то в этом роде? Но ведь они это уже проходили, и если бы Тэ ещё тогда оказался в положении, то Чонгук никогда в жизни даже не заикнулся бы о подобном. Да, было бы трудно, но они бы справились! Почему он всё это время молчал? Чего добивался той клоунадой с родителями? А ещё Чимин несёт какую-то чушь про измену. Что вообще за бред? Что такого мог, по его словам, услышать Тэ? Чон в жизни бы не посмел изменить своему омеге, это просто в голове не укладывается. — Эй, — подал голос Пак, — может всё-таки расскажешь, какого черта пришёл? — А ты будешь меня слушать? — Чонгук тяжело вздохнул, голова гудела, так что ни продолжать ругаться, ни выяснять отношения не хотелось вовсе, — пришел спросить, почему всё-таки мой парень меня бросил. Пак фыркнул. — Ответ на этот вопрос мы все и так прекрасно знаем, потому что ты проблядь и неблагодарная свинья. Давай что-нибудь поинтереснее. — Я реально не понимаю, что ты несешь, — альфа потер переносицу и зашипел от боли, — откуда у тебя такая извращённая фантазия? Чимин выпрямился и серьёзно посмотрел в глаза Чону. — Хочешь сказать, это не ты разговаривал по телефону со своей любовницей, и в красках рассказывал ей как Тэхён тебя достал, и ты хочешь от него уйти? — он скептически поднял бровь. — Ты болен, Пак, — Чон рассмеялся, — я бы никогда в жизни не сказал такого про Тэ, я люблю его. — Хочешь сказать, что он соврал? — Я ничего не хочу сказать, но то, что говоришь ты — полная ху… Стоп! — альфа резко повернулся в сторону парочки, — что ты там сказал? Он меня достал и я хочу его бросить? — Чимин кивнул, а Гук стал бегать взглядом по стене, за головой омеги, пытаясь вспомнить все события того злополучного утра, когда Тэхён сбежал от него. Кажется, ему звонила аджума с работы, они обсуждали злосчастный проект по постройке нового концертного зала в Сеуле. Чонгук угробил столько сил и времени на него, что при одном упоминании у парня начинает дергаться глаз. Так что же такого он сказал, что Тэхён воспринял всё на свой счёт? Они разговаривали, аджума тогда сказала, что заказчикам в очередной раз не понравилась какая-то часть проекта, и пообещала помочь ему, т.к. опыта у неё было больше, да и помогать младшим она любила. А потом Чонгук стал жаловаться ей, как он устал от всего и хочет в отпуск… Блять! «…ты не представляешь, как я уже хочу его бросить…» — вспомнил альфа свои же слова. Чёрт. Похоже Тэ услышал его и принял всё на свой счёт. Глупый, глупый мальчик. Как он мог подумать, что Чонгук хочет его бросить? Альфа вскочил на ноги и стал мерить шагами коридор, шепча что-то вроде: «глупый» и «как он мог так подумать». — Чон… Мужчина продолжал ходить кругами, заламывая пальцы и нашёптывая себе под нос одно и то же. — Эй, Чон… — Чонгук! — в третий раз окликнул его Мин, повышая голос, на что младший обернулся, рассеянно смотря на альфу, — сядь и не мельтеши, от тебя уже в глазах рябит. Чон послушно сел, продолжая что-то обдумывать. — Хён, — от такого обращения Юнги дернулся, — я клянусь, что никогда в жизни даже не думал об измене! Я говорил о работе, о чёртовом проекте чёртового концертного зала! Я даже не думал, что Тэхён мог принять этот разговор на свой счёт. Я говорил с аджумой. Черт возьми, да ей 50 в этом году стукнуло, мы вместе с Тэ ходили к ней на юбилей. Да я бы никогда… Ни за что… — голос его стал стихать. Юнги с Чимином переглянулись. Младший альфа выглядел таким разбитым и несчастным, что не поверить его словам было сложно. — То есть, — Пак нагнулся ближе, — ты говорил о своей работе? — Гук кивнул. — Я могу доказать, — он опять вскочил на ноги, — я могу запросить распечатку всех своих звонков, попросить записи видеокамер в офисе, там видно как… — Да сядь ты на жопу ровно! — взвыл Юнги, — у меня морская болезнь начинается от твоей беготни. Альфа плюхнулся обратно, обхватив голову руками, и как-то совсем скис. — Послушай, если ты не врёшь… — Я клянусь! — Да блять, сядь, иначе я привяжу тебя к этой блядской скамейке собственным ремнём! Достал скакать… — Мин закатил глаза, — повторяю, если ты не врёшь… Заткнись! — рявкнул альфа, когда Чон было открыл рот, — я сейчас въебу тебе в третий раз и ты ляжешь в соседнюю с Тэ палату, усёк? — младший захлопнул рот и вновь кивнул, — ещё раз, для тупых. Если ты говоришь правду, то ты сейчас же валишь домой, переодеваешься, отмываешь свой улыбальник от остатков крови, покупаешь самый огромный и дорогой веник, который только есть в Сеуле, и идёшь объясняться с мелким. И не дай Бог, ты доведёшь его снова. Я придушу тебя, понял?! — опять кивок, — а теперь вали! Чтоб приехал чистый-шелковистый, я тебя таким отпизженным бомжом к нему не подпущу. Шуруй! Чон подорвался с места и через секунду скрылся за поворотом на лестницу. — Юнги~я, — протянул Чимин, — ты правда думаешь, что он не врёт? — Малыш, ты видел его рожу? Да он эмоции свои сдерживать вообще не умеет, у него же на лбу все написано. — Значит, Тэ… — Ага. Мелкий тоже своё ещё получит, пусть только от шока отойдёт, я ему всыплю! Это же надо такое учудить! Знаешь, как это называется? — Слышу звон, да не знаю где он? — Долбоебизм, Чимин~а, это называется — долбоебизм. *** Оставшаяся, наконец, вдвоём пара тихонько переговаривалась, когда из палаты вышел врач, а за ним немного бледный Тэхён. Парни подскочили, тут же заключая младшего в объятия. — Детка, — Чимин крепко прижал друга к себе, — как ты себя чувствуешь? — Уже лучше. Доктор Чан сказал, что серьёзных повреждений нет, и с малышом всё в порядке, так что я могу ехать домой, — он посмотрел на врача, тот кивнул и, попрощавшись, ушёл. — Это замечательно, — Пак радостно улыбнулся, — дома и стены лечат, поехали скорее. Когда Тэхён уже сел в подъехавшее такси, Чимин потянул Юнги за руку и, отойдя чуть в сторону, спросил: — Что насчёт Чонгука? — Никогда не думал, что скажу это, но придётся звать его к нам, — Юнги ухмыльнулся, — пусть разберутся с той кашей, которую они заварили. А то я устал видеть постную мордашку Тэ, вечно нюхающего злосчастный чонгучий носок, думая, что его никто не видит. Это вообще нормально, нюхать чужие носки? — Чимин рассмеялся, ударяя альфу кулачком в плечо. — Глупый ты, это чонов носок. Тэ нужен его запах. Я, между прочим, тоже таскаю твои футболки. Ты думаешь, это от большой любви к мрачной расцветке твоего гардероба? Мне не идёт чёрный, запомни это, наконец, — он чмокнул Юнги в губы, — так что забудь про несчастный носок и напиши этому недоразумению, чтобы ехал сразу к нам, — альфа возвращает поцелуй и открывает омеге дверь на заднее сиденье, сам же садится рядом с водителем и достает мобильный. Кому: Альфач мелкого Тэ выписали, так что Чимин благосклонно зовёт тебя к нам домой. Обещал тебя не травить сразу, хочет вначале посмотреть на твои мучения От кого: Альфач мелкого Спасибо, хён Кому: Альфач мелкого Что, даже не скажешь ничего по этому поводу? От кого: Альфач мелкого Я не в том положении Кому: Альфач мелкого Сечёшь фишку Дома Тэхён наконец-то смог расслабиться. Переживания прошедшего дня смыла горячая вода, а чистая одежда подарила ощущение уюта и комфорта. Омега рассматривал себя в зеркале, проводя рукой по слегка округлившемуся животу, который было хорошо видно под облегающей футболкой. Неожиданно раздался звонок в дверь. Тэ удивленно обернулся, намереваясь пойти посмотреть, кто пришел, когда в его комнату забежал взволнованный Чимин. — К нам гости? — поднял брови блондин. — Да, Юнги пошел открывать… — парень замялся, — давай посидим у тебя немного, ты сегодня столько натерпелся… как твоя рука? — он указал на фиксатор. — Болит немного, но в целом нормально. Чим, что-то случилось? Ты какой-то нервный. — Нет, все нормально, я просто волновался за тебя. Сам понимаешь, гормоны и всё такое. Иди сюда, — Чимин расставил руки для объятий, а Тэхён не смог себе отказать в бесплатных обнимашках. Юнги открыл дверь, впуская Чонгука с огромным букетом розовых пионов. — Ого, а ты действительно подготовился, правда, одет как на похороны, — старший осклабился, забирая букет, чтобы Чонгук смог снять пальто и ботинки. — Юнги-хён, давай не будем о моём внешнем виде? Тем более, Тэ любит, когда я ношу чёрное, — он забрал букет и проследовал за хозяином на кухню. — Пионы? — Мин проигнорировал слова младшего, доставая вазу под цветы, — почему не розы или лилии? — Тэхён обожает розовые пионы. — Ладно, лишь бы малой был счастлив. Правда рожа твоя, — альфа скривился, глядя на разбитый нос под пластырем и наливающуюся под глазами синеву, — но согласись, ты получил за дело. В следующий раз не будешь задавать тупых вопросов. — Где Тэхён? — пропустил колкость Чонгук, ставя цветы в вазу и выкладывая на стол маленькую коробочку. — Он с Чимином в комнате. Мы ему не говорили, что ты приедешь, чтобы не нервировать раньше времени. Не забывай, что он уверен в том, что ты подлый изменщик. — Юнги кинул на красную коробочку, — Предложение? Фу, как банально. — Нет, кое-что более ценное. Позовёшь, или мне… — Чимин~а! — Прокричал Юн, наливая чашку какао для Тэ. Послышался хлопок двери и приближающиеся шаги. — А почему у нас так пахнет мускатным орехом? Что пр… — Тэхён застыл в дверях, в удивлении распахивая глаза. Чон, стоящий напротив, пожирал омегу взглядом — за эти два месяца он впервые видит его так близко и чувствует его запах, — Ч…Ч-Чонгук… — шепчет Тэ, — Хёооон, — он переводит взгляд сначала на Юнги, затем на Чимина, который переминается с ноги на ногу за его спиной, — что здесь происходит? — Вам нужно поговорить, Тэхён~а, — Мин берёт омегу за плечи, мягко усаживает за стол и ставит перед ним чашку с тёплым какао, — будь котиком, выслушай всё, что тебе скажет Чонгук. Затем перевари полученную информацию, можешь даже слегка всплакнуть. Только не сильно, помни, в твоём положении тебе нельзя перенапрягаться, понял? — блондин ошалело кивнул, не сводя взгляда со своего бывшего альфы, — умница. А потом приходи ко мне за пиздюлями, я буду ждать тебя, — он чмокнул парня в макушку и, наконец, отошёл. — Х-хорошо… Стоп. Что? — у Тэ лицо вытянулось от шока, — з-за какими п-пиздюлями? — За обычными, Тэхён~а. Теми, которые дети от родителей по жопе получают. Но ты не переживай, сначала приятная часть. Смотри, вон, какой тебе веник твой ненаглядный приволок, небось все магазины разорил, пока такую громадину собрал. Не бережёшь ты малый бизнес, Чон… — Так, всё! Пойдем, — Чимин схватил своего суженого за руку и потащил прочь из кухни, — ядом будешь плеваться потом, дай им разобраться во всём, наконец. Когда дверь закрылась, оставляя пару наедине, Ким судорожно вздохнул и поднял взгляд на альфу. Тот так и стоял с другой стороны стола, жадно рассматривая любимое лицо. Как же он скучал! Как долго он не прикасался к своему мальчику. А тот испуганным зверьком смотрит на него и не может проронить и слова. Чонгук обходит стол и присаживается на корточки у ног омеги. — Тэхён~а… — шепчет он, беря за тонкое запястье, — малыш, посмотри на меня, — блондин медленно опускает взгляд и замирает. Столько любви и нежности в глазах напротив, столько грусти и тепла, что Тэхён, кажется, перестаёт дышать, — я люблю тебя, Тэхён~а, — он целует запястье, от чего младший слегка вздрагивает, — я никогда и мысли не допускал, чтобы изменить тебе. Ты просто всё не так понял. Я бы под страхом смерти не сказал, что устал от тебя, ты же мое всё, ты моя жизнь и мой воздух, — старший прижимает к своей щеке тёплую ладошку, вдыхая родной запах, — я люблю тебя, Тэхён~а, я так тебя люблю, — сверху раздаётся сдавленный всхлип, — пожалуйста, не плачь, лучик… — Н-но… я же… я же с-слышал как ты… — Глупый, мой глупый маленький мальчик. Как ты мог подумать, что я говорю о тебе? — он стирает большими пальцами слёзы со щёк омеги, — я жаловался аджуме на рабочий проект. Помнишь, я занимался разработками по сеульскому комплексу? — Тэ кивнул, — из-за него я постоянно засиживался на работе, потому что заказчик всё время был чем-то недоволен. А госпожа Пак позвонила мне, чтобы сказать, что возникли очередные трудности, вот я и пожаловался ей. Я ведь правда подумывал отказаться от него, но в итоге мы справились, и меня даже повысили, — брюнет улыбнулся краешком губ, — ты такой красивый… И как тебе только могло прийти в голову, что я в здравом уме смогу от тебя отказаться? — Т-ты правда м-меня всё ещё л-любишь? — прошептал Ким, растирая покрасневшие от слёз щёки. — Я никогда не переставал тебя любить, запомни это, пожалуйста, — серьёзно произнес Чонгук. — Да поцелуй его уже, придурок! — раздался приглушённый голос из-за двери. — Юнги, блять! — следом прошипел Чимин, после чего послышались шаркающие звуки и удаляющийся бубнёж. — Перед тем, как я тебя поцелую… — Гук приподнялся и, взяв что-то со стола, вложил предмет в руки омеги, — Я хотел подождать до твоего дня рождения, но понял, что ждать больше нет смысла. Тем более, — он приложил свою ладонь к маленькому округлившемуся животику, — нас скоро станет трое, ведь так? — Тэхён часто-часто закивал, глотая слёзы, — тогда открой её. Омега трясущимися пальцами открыл коробочку и в шоке уставился на содержимое, не до конца понимая, правда ли то, что он там видит. — Гук~и… — Это ключ от нашей новой квартиры. От нашей собственной квартиры, где мы будем жить втроём — ты, я и наш мал… хмф… — конец фразы потонул в поцелуе. Тэхён цеплялся за плечи Чонгука, продолжая плакать, придавая поцелую солоноватый привкус. Ну и пусть, зато родные губы сладкие. Поцелуй сладкий. Чонгук сладкий, такой горячий, родной и пахнет вкусно. А ещё, он любит Тэхёна. Глупого, ненормального омегу, который посмел усомниться… Но он всё равно его любит, а Тэхён без него жить не может.