Две полоски - это жопа...?

— Что-то совсем тихо стало, — прошептал альфа, прикладывая ухо к двери. — Юнги, перестань подслушивать, это некультурно! Идём, — Чимин попытался оттащить своего парня, но попробуй сдвинуть эту тушку. — Минни, там наш стол, за которым мы едим, и не дай бог они там… — Юнги~я! — Пак аж ногой топнул, — не неси чепухи, куда им… За дверью послышалась тихая возня и подозрительные причмокивания. — Малыш, они точно трахаются, — как-то обиженно произнёс Юнги, — Эй, вы там, кролики озабоченные! Я понимаю, что вам теперь пофиг, и забеременеть сильнее у вас не получится, но не смейте осквернять мою кухню! Чон, поскудник, я вышвырну тебя вон из моего дома! В ответ послышались тихие смешки. — Хёоон, заходи. Ничего мы тут не оскверняем. Мин открыл дверь и окинул пристальным взглядом помещение. Вроде всё в порядке. Стол цел, мелкие одеты, веник в вазе, а нервные клетки Юнги в норме. Тэхён все так же сидел на стуле, тогда как Чонгук сидел перед ним на корточках, прижав голову к его животу. Омега аккуратно перебирал волосы своего парня, а на лице Гука играла лёгкая улыбка. — Чон, прекрати скалиться, — проворчал Юнги, включая чайник, — в совокупе с твоей побитой рожей выглядит отвратительно. — Кстати, — Тэ аккуратно провёл пальцем по пластырю на переносице, — а что с твоим лицом, Гук~и? — Это у него производственная травма, Тэхён~а, — младший перевёл удивлённый взгляд на Мина, — он производил своим ртом тупые звуки, выдаваемые за слова, за что и получил в нос. Только сейчас Тэ заметил забинтованную руку своего хёна. От осознания, на его лице сначала проступило удивление, а затем злость. — Юнги-хён, ты что, его ударил? — Два раза, — обиженно булькнуло снизу. — Хён! — Ким яростно смотрел на старшего альфу, сжимая кулаки. — Говнюк ты мелкий, Чон. Знаешь же, что за дело получил. — Знаю, хён, — Чонгук тяжело вздохнул и наконец поднявшись, сел на стул рядом с Тэ, — Малыш, прости, — он заправил прядку волос за ушко омеги, — я действительно сморозил глупость и получил по заслугам. — А перед Чимином извиниться не хочешь? — Юнги приподнял бровь. — За что? — хором спросили младшие.Тэхён скептически посмотрел на своего альфу, пытаясь понять, что тот ещё успел натворить. — Ты сравнил его с собакой… — Пф, — возмутился Чонгук, — он первый полез с кулаками! И, если бы не ты, хён, я бы ему ответил… — Чонгук! — вскинулся Тэ, — что ты такое говоришь?! Он же беременный, его нельзя бить! — Чего?.. — Альфа ошарашенно посмотрел на Чимина, — ты… т-тоже? Чимин, стоявший до этого молча, почему-то покраснел и отвёл взгляд. Он еще никому не рассказывал, что ждёт ребенка, знали только Тэ и Юнги, так что Чон своим вопросом заставил его немного смутиться. Он лишь коротко кивнул, закусив губу. Чонгук открывал и закрывал рот, обдумывая что сказать. Альфе стало стыдно, что он и правда мог его ударить, ведь Пак сам нарывался. Да, он омега. Но в первую очередь он — парень. Парень, который первый кинулся на него с кулаками, и Чон мог спокойно ответить ему тем же, особенно, с учётом их отношений. Чимин не был типичным мальчиком-цветочком, как тот же Тэхён. Несомненно, Пак по-своему изящен, очарователен, да и что греха таить, красив. Но у него достаточно крепкое телосложение, рельефные руки и подкаченные бёдра. Если бы Чимин был повыше и чуть шире в плечах, то вполне мог бы сойти за альфу. Пока лицом не повернётся, разве что. На мордашку он был сущий ангел. Там статус «омега» был пропечатан в каждой чёрточке: красивый разрез глаз, аккуратный носик, пухлые щёки и пухлые губы. Правда, характер у парня был отнюдь не омежий. Если Ким был капризный, слегка инфантильный и чуточку стервозный, что вписывалось в рамки «стандартного» омеги, то Чимин же был дерзким, и без лишних слов мог полезть в драку, если обстоятельста вынуждали. А уж на язык был и вовсе настоящей язвой. За словом в карман не лез, это точно. Но в любом случае, Чонгук чуть не облажался по-крупному. Он бы себе никогда не простил, если бы ударил беременного омегу. — Чимин, — он подошел к Паку, — ты извини меня, пожалуйста… я не знал… ты… айщ, — мужчина запустил руку в волосы, превращая их в гнездо, — ты знаешь… ты за всё меня извини, за ругань постоянную, за то, что гадости тебе говорил. За всё, в общем. Я сам не знаю, почему так к тебе относился. Наверное, ревновал Тэ… Не знаю. Я правда вёл себя как дебил, хоть я и старше немного. Ты, вообще-то, нормальный парень… — альфа замялся, — в общем, прости меня… и это… Поздравляю тебя с беременностью, это очень круто, — он неловко улыбнулся. А Чимин стоял с раскрытым ртом и выпученными глазами. Сказать, что он был в шоке — ничего не сказать. Эта их вражда длилась с самого знакомства. Обоюдная ненависть и вечные подъёбки сопровождали каждую их встречу. С чего всё началось, они и сами сказать не могут, просто не понравились друг другу, и всё тут. А сейчас Чонгук искренне попросил у омеги прощения, ещё и поздравил с беременностью. Кажется, сегодня пойдёт снег. — Ты… кхм… — Чимин не знал, куда деть глаза, — Ты меня тоже извини… И смотри у меня, ТэТэ больше не обижай, а то мы снова вернемся туда, откуда начали. — Не буду, — Чон улыбнулся, протягивая омеге руку, — Мир? — Мир, — Пак пожал протянутую ладонь, поймав благодарный и счастливый взгляд Тэхëна. — А что в коробке-то, Гук? — Юнги кивнул на вещицу в руках омеги. — Гук~и купил нам квартиру, — счастливо ответил Тэ. Мин присвистнул, а Чимин как-то даже уважительно посмотрел на младшего альфу, — кстати, ты не сказал в каком она районе. Далеко отсюда? Чонгук вернулся к Тэхёну, и, усадив его к себе на колени, сказал: — Это должен был быть еще один сюрприз, но я думаю, стоит сказать сейчас, — он оставил легкий поцелуй за ушком, — она в квартале отсюда… — Чего?! — Ким оторопел. Чимин с Юнги недоуменно переглянулись, — Ты не шутишь? Альфа отрицательно помотал головой, удобнее устраивая Омегу на своих бëдрах. — Чон, ты серьёзно купил квартиру рядом с нами? — Юнги сел напротив парочки, делая глоток кофе. — Угу. Я же знаю, как Тэ любит этот район. Тем более, вы рядом, и ему не придется таскаться к вам через весь город, как раньше. Я долго думал, где выбрать квартиру, в итоге прошлой осенью мне попалось объявление о новом жилом комплексе неподалеку, вот я и решил… — Стоп, подожди, — Старший потер переносицу, — то есть, ты хочешь сказать, что целенаправленно купил тут жильё? Рядом с нами? При наличии наших тёплых, — он изобразил кавычки, — отношений? Зная, что в таком случае, Минни просто пропишется у вас? — Ну а что мне оставалось? — Гук пожал плечами, — мне так спокойней. Я всегда буду знать, что Тэхён в 10-ти минутах от дома и не потащится в ночь через весь город. А в связи с последними событиями, — альфа нежно провёл пальцами по животу омеги, — они смогут спокойно гулять вместе в парке неподалёку. Да и подстраховать друг друга, если что. Так что… — Чооон… — зачарованно произнёс Чимин, — почему ты скрывал классного парня за маской конченного дебила все эти годы? — Чимин~а! — Тэхён повернул голову к альфе, чтобы чмокнуть в губы, — Не говори так! — он сконцентрировал серьёзный взгляд на друге, — Гук~и всегда был хорошим, просто вы не поладили в начале, — Чонгук улыбнулся, оставляя мягкий поцелуй на щеке. — Ну хорошо, — Мин обречённо вздохнул, понимая ЧТО он сейчас хочет сказать. Это всё гормоны Чимина. Юнги тут точно не при чём, — А сейчас-то вы куда? В вашей квартире уже можно жить? — Младший альфа отрицательно помотал головой. Юнги мысленно перекрестился, уповая на то, что в следующей жизни ему это зачтется, — Хорошо, — повторил ещё раз, — тогда, я думаю, что вы можете пожить у нас? — слегка неуверенный поворот головы в сторону Пака, — По крайней мере, пока ты не купишь кровать и не отделаешь комнату, чтобы Тэхён мог спокойно туда переехать. Три пары глаз уставились на старшего альфу. — Вообще-то… я-яя — Чонгук от волнения даже заикаться начал, — я хотел попросить, чтобы Тэ ещё недельку побыл у вас, а я пока вернусь к брату… Просто… — он вконец стушевался. — Чонгук~и? — Ким вопросительно приподнял бровь, мол «че за хуйня, родимый?» — Айщ, — Гук тряхнул головой. Ведёт себя как подросток, ей богу. Кого смущаться-то? — Детка, — он погладил любимого по щеке, — у меня гон со дня на день, я уже даже с работы отпросился, а Хосок к друзьям уехал. Я не могу тебя сейчас забрать, потерпи ещё немного, ладно? — Я не понимаю, — Тэхён нахмурил брови, — если у тебя гон, то почему я не могу поехать с тобой? — Малыш, ты же в положении… — И что? По-твоему, за два месяца воздержания я не соскучился по сексу? На одном вибраторе далеко не уедешь, знаешь ли. Я… Ой! — Тэхён закрыл рот ладонью, испуганно глядя в сторону своих хëнов. — Я сделаю вид, что ничего не слышал, — проворчал Юнги, оборачиваясь к холодильнику. Пора было разогревать ужин. Да, ужин. Нужно кормить беременных омежек. Они должны плотно кушать и хорошо спать. А у Тэхёна есть вибратор… Блять! Чимин лишь тихонько прыснул, отводя взгляд к окну. — В общем, — немного тише продолжил Тэ, — Я поеду с тобой. — Лучик, — Чонгук взял его за руку, — я не уверен, что это хорошая идея. Вдруг мы навредим малышу? Ты же прекрасно знаешь, как это все происходит. — А что тебе сказал врач насчет полового воздержания? — вклинился Чимин, — нам он посоветовал воздержаться, хотя бы до ровных 8-ми недель. — Мне доктор Ли ничего не говорил, даже вопросов по этому поводу не задавал, — Тэхён растерянно посмотрел на друга. — Юн~и, — Чимин тяжело вздохнул, — звони Сокджин-хёну… *** Открыв дверь в квартиру, Чонгук отошёл, пропуская Тэхёна вперед, а затем вошёл сам, включая свет в прихожей. Лампочка слегка замигала, предупреждая хозяев о своей скорой кончине. Альфа помог Тэ снять куртку и наклонился, чтобы развязать кроссовки. — Гу, я и сам пока могу справиться, — игриво возмутился омега, однако действиям мужчины не противился. Чон поставил обувь на полку и разогнувшись поймал губы омеги своими, оставляя легкий поцелуй. — Я знаю, просто я не хочу, чтобы ты перенапрягался. Идем, — старший подхватил сумку и направился в спальню, которую он занимал, живя у брата, — Юнги-хён прав, нам нужно обязательно заказать кровать и съехать к себе, потому что здесь ужасный матрас и отвратительная слышимость. — Почему Хосок-хён не переедет в другую квартиру? — Тэхён сел на кровать, наблюдая за своим альфой, пока тот раскладывал его вещи по полкам. — Кто его знает, — брюнет вздохнул, — говорит, что так экономнее, да и к работе близко. Но я считаю, что место действительно отвратительное, — он закрыл шкаф и плюхнулся рядом с любимым, перетягивая его на себя, — Боже, Тэ, я так скучал по тебе, — альфа зарылся носом в светлые волосы, вдыхая родной аромат, — больше я тебя никуда не отпущу… — Прости, — прошептал Ким, утыкаясь носом в шею любимого, — я такой глупый. Чонгук меняет их положение, нависая сверху и смотрит в шоколадные глаза. — Я люблю тебя. — Я тоже тебя люблю, — он касается чужих губ, руками обхватывая за шею. Старший разрывает поцелуй, спускаясь чуть ниже, и задирает свитшот омеги, оголяя животик. Он невесомо касается пальцами нежной кожи, вызывая мурашки, а затем целует чуть ниже пупка. Тэ тихонько вздыхает, зарываясь своими длинными пальчиками в волосы альфы. Чонгук плавится под нежными прикосновениями и аккуратно кладет голову на округлившийся живот. — А ты уже знаешь, кто там? — совсем тихо произносит Гук, словно боится кого-то разбудить. — Еще нет, — так же тихо отвечает Тэхён, — но доктор Ли сказал, что на следующем приёме можно будет увидеть. Чонгук трётся носом в районе пупка, пытаясь услышать новый аромат. — И пока что не пахнет, — он немного обиженно выпячивает нижнюю губу, продолжая свои действия. — Доктор Ли говорит, что запах появится со дня на день, так как срок довольно большой. — А сколько уже? — Чонгук отрывается от своего занятия, поднимая взгляд. — Около 12-ти недель, — Тэхён не может скрыть улыбку, глядя на своего мужчину. Он ведь тоже скучал. — Это… — Брюнет заламывает брови, что-то обдумывая, — это получается почти 3 месяца, да? — Тэхён кивает, — Так это выходит, мы не в течку с тобой… — Выходит — да, — омега улыбается и тянет любимого на себя для нового поцелуя. Пара лежит на кровати, нежась в объятиях друг друга. Шевелиться совсем не хочется, хотя уже поздно и нужно бы принять душ перед сном, но омега так хорошо устроился на груди альфы, что тревожить его сейчас просто грех. Чонгук одной рукой нежно поглаживает его бок, а второй рисует узоры на спине. Так хорошо. С Тэхёном всегда хорошо. Этот мальчик влюбляет в себя всё больше. Хотя, казалось бы, куда больше? Оказывается — есть куда. У старшего сердце заходится каждый раз, когда он опускает взгляд на родное лицо, вот-вот остановится. Его мальчик такой красивый. Пушистые ресницы, ровный нос с родинкой на самом кончике, россыпь едва заметных веснушек, немного капризный изгиб малиновых губ. А самое обворожительное то, что заставляет Чона каждый раз умирать — это его неповторимая квадратная улыбка. Когда омега улыбается, к его ногам хочется бросить весь мир. Ну как можно променять такое сокровище на кого-то другого? Альфа уже сорвал джек-пот, а больше ему никто не нужен. — Гук~а, — нарушил тишину бархатный голос, — я хочу кушать. — Малыш снова голодный? — Чонгук подтягивает его повыше, целуя в розовую щеку. — Это не я, это ребенок хочет. Альфа не может без улыбки смотреть на эти надутые губы и наморщенный носик. Так что, оставив ещё один поцелуй на сладких губах, он поплёлся на кухню, чтобы приготовить что-нибудь вкусное для своих малышей. Боже, подумать только, они скоро станут родителями! *** Открыв глаза, Чонгук понимает, что что-то не так. Ему жарко и очень душно, внизу живота стягивается напряжение, а в штанах стоит на двенадцать. В воздухе витает терпкий запах муската, перебивая легкие нотки цитруса, что исходят от спящего рядом омеги. Тэхён сладко посапывает, лежа на боку. Он подложил под живот подушку и как обычно сбросил с себя одеяло, его попа слегка оттопырена, а тонкая ткань спальных шорт так сильно обтягивает её, что заставляет член альфы дёрнуться. Гук касается обнажённого бедра пальцами, пододвигаясь вплотную, и проводит по гладкой коже, ощущая, как под его пальцами проступают мурашки. Тэ начинает ворочаться, неосознанно потираясь об изнывающее возбуждение старшего, от чего тот шипит сквозь зубы. Собрав последние силы в кулак, чтобы не наброситься на такое манящее тело, Чонгук начинает покрывать шею и плечи омеги настойчивыми поцелуями, попутно оглаживая его пах и внутреннюю сторону бедра. Он знает, как возбудить своего мальчика. Знает, и беззастенчиво пользуется этим. Ким тихонько стонет и наконец открывает глаза, пытаясь сфокусировать взгляд на лице альфы. — Гук~и, что ты… — Договорить ему не дают мягкие губы и проворный язык, что по-хозяйски врывается в его рот. Тэхён чувствует возбуждение своего парня и терпкий запах мускатного ореха, так что вывод напрашивается сам собой — у Чона начался гон. Густой аромат щекочет ноздри, а крепкие руки, что так собственнически исследуют его тело, просто сводят с ума. Возбуждается омега на раз-два, обмякая в объятиях и позволяя альфе насладиться такой желанной близостью. Гук разрывает поцелуй, немного меняя их положение, и нависает сверху. Мажет губами по шее, переходя на ключицы. Сладкий. Стащив с Тэ футболку, он водит губами по груди, всасывая плоть, чтобы оставить алые отметины на медовой коже. Размашисто лижет сосок, тут же втягивая его и слегка царапая зубами. Тэхён издает первый негромкий стон наслаждения. Определенно, альфа знает все нужные точки на теле младшего, а с учетом их перерыва, ласка ощущается в несколько раз острее. Крепкая рука проскальзывает под кромку шортиков, сжимая сочную ягодицу, вызывая сдавленный стон. — Гу, подожди… — Детка, я сейчас не в том состоянии, чтобы ждать, — он слегка двигает бедрами, имитируя толчки, — я говорил, что тебе нужно остаться у Мина… не уверен, что смогу остановиться… — Да нет же, — Тэхён задыхается от накатывающего возбуждения. Ему давно не было так хорошо, — ляг на спину… Ох… Я хочу тебе отсосать… Чонгук замирает и смотрит на омегу удивлённым и, что довольно странно в данной ситуации, весьма осознанным взглядом. — Малыш… может не стоит сейчас, ты все-таки беременный, я не дума… — Милый, — Ким с серьезным выражением лица смотрит на брюнета, — не еби мне мозг, пожалуйста. Твоя задача на ближайшие пару дней — это секс. Со мной. А сейчас я хочу твой член вот здесь, — он тычет указательным пальцем на свои губы, а затем демонстративно берет его в рот и втягивает щёки. У альфы мгновенно срывает стоп-кран, и он, глухо прорычав, откидывается на кровати, стаскивая с себя пижамные штаны. Тэхён устраивается между его ног и проводит языком по своей ладошке, чтобы прикосновение не вызывало дискомфорт. Он обхватывает возбужденную плоть и на пробу делает пару поступательных движений. От чужого прикосновения к своему члену Чон стонет и откидывается на подушки. Как же он соскучился по ласке! Тэ еще пару раз двигает рукой, размазывая смазку и обводя большим пальцем крупную головку. Рот наполняется слюной. Омега размыкает губы и насаживается до середины, обводя языком каждую выступающую венку, от чего сверху раздается протяжный стон. Удовлетворённо хмыкнув, блондин чуть ускоряется, насаживаясь сильнее. Слух ласкают протяжные стоны, а по подбородку стекает слюна вперемешку с предэякулятом. Чонгук обхватывает голову Тэ руками и сам начинает аккуратно двигаться, заполняя собой чужой горячий рот, понимая, что не продержится долго, но и от такого удовольствия отказаться не может. Еще пара движений, и старший слегка отталкивает от себя блондинистую макушку, но Ким крепко хватается за его бедра и насаживается глубже, не прекращая работать языком. Гук громко стонет, выгибаясь в спине и обильно кончает омеге в горло. Тэ отстраняется, сыто облизываясь, и улыбается. Вкусно. Чон ещё минуту лежит, пытаясь выровнять дыхание, а после валит Тэхёна на спину, вовлекая в глубокий поцелуй. Альфа отрывается от покрасневших губ, попутно стягивая с младшего мешающие шорты. Открывшаяся его взору картинка заставляет подавиться слюной, а член снова налиться кровью. Он хватает парня за бёдра, переворачивая и помогая встать на колени. Подложив под него подушку, чтобы давление на живот было минимальным, брюнет подтягивает к себе аппетитную задницу и несильно шлёпает. Тэхён прогибается чуть сильнее и стонет, утыкаясь лицом в подушку. Нравится. Чонгук знает, что ему нравится, когда его шлёпают. Маленький бесстыдник. Шлёпнув ещё раз, старший разводит половинки, присасываясь к истекающей природной смазкой дырочке. Проводит языком по ложбинке, невесомо очерчивает колечко, рисуя узоры, и, наконец проталкивает его внутрь, начиная вылизывать, издавая при этом пошлые хлюпающие звуки. Ким хрипит, подаваясь бёдрами назад, пытаясь насадиться сильнее. В паху всё горит, член изнывает и требует внимания, но омега держится, оттягивая удовольствие. Чонгук добавляет сразу два пальца, разводя их, и проталкивает язык глубже, насколько это возможно. Тэхёна мелко потряхивает. — Г-Гук~а… ох… Я…ооооох… н-не могу б-больше… мф… п-пожалуйста… Альфу не надо долго просить, ведь он и сам уже просто сходит с ума от возбуждения, так что даже яйца от напряжения сводит. В последний раз мазнув языком, он выпрямляется и сразу входит до конца, замирая. Тэ вскрикивает, пачкая подушку семенем, его трясёт от переизбытка чувств и сильного оргазма. — Малыш, ты как? — Чонгук наклонятся к покрасневшему ушку, обхватывая мочку губами. Он сам готов снова кончить лишь от ощущения того, как упругие стеночки сжимаются вокруг его члена. Ким что-то неразборчиво мычит в ответ и качает бедрами, призывая начать двигаться. Старший послушно толкается бёдрами, сразу набирая быстрый темп, заставляя кровать под ними жалобно заскрипеть. Кажется, Хосок-хёну все же придется переехать, потому что после такого соседи точно спасибо не скажут. Омега срывает голос, чувствуя как член снова и снова попадает по простате. Простыни под ним насквозь пропитаны потом, спермой и смазкой, заставляя их неприятно липнуть к телу. Толчки становятся хаотичными, знаменуя о скорой разрядке. — Детка, — старший полностью ложится сверху, удерживая свой вес на локтях, но не прекращая движения, — ты же примешь мой узел, да? Я так давно об этом мечтал… Примешь же, Тэхён~а… — Д-дааааа! — вскрикивает младший, когда его накрывает новая волна оргазма. Чонгук рычит, делая ещё пару движений, и изливается внутрь, чувствуя, как набухает узел. Он перекатывается на спину, утягивая за собой обмякшего Тэхёна и, подтягивается к изголовью, принимая сидячее положение. Руки сразу ложатся на маленький животик, поглаживая его. — Все хорошо, тебе не было больно? — он взволнованно шепчет, целуя любимого в плечо. — Мне было очень хорошо, Гук~а, — Ким поворачивает голову, находя чужие губы своими, — я люблю тебя. — Я тоже люблю тебя, Лучик…