Выжить, выжить и ещё раз выжить

      За всё время Инк уже успел привыкнуть к жизни в прохладном подвале. Ну, как это, в прохладном… Скелетик холода и не чувствовал совсем, спальное место он занял недалеко от печки, рядом со всеми остальными. Сейчас он сидел на своем развёрнутом спальном мешке, постоянно поглядывая в сторону темнокостного скелета, что до сих пор лежал без сознания, весь в бинтах. Художник из изменений в его положении мог заметить лишь лёгкую дрожь и дёрганье век, которые так и норовили распахнуться.       Инки достал из своей небольшой сумки блокнотик, у которого почти все листы были затерты, а некоторые и вовсе порваны или совсем вырваны. Схватив рядом лежащий кусочек угля, что источал уже достаточно слабое тепло, скелет принялся с его помощью рисовать Ошибоку, аккуратно выводя каждую линию, каждый штришок. Кажется, в эту работу он вложил всю свою душу, даже частично будто гордясь своим произведением где-то внутри.       Спустя пару минут — а может полчаса, Инк за временем совсем не следил — Эррор всётаки очнулся и даже осторожно приподнялся на локтях, и сразу же стиснул зубы, почувствовав боль, пульсирующую по всему телу и зажмурил глазницы, тихо проскулив. К Ошибке тут же подбежал Дрим, падая рядом со скелетом на колени и стискивая того в объятиях.       — Б-боже, Эррор!.. Ты не представляешь, как сильно ты напугал меня, идиот! — по голосу можно было понять, что мечтательный скелетик вот-вот расплачется. Золотой принялся расцеловывать все лицо Дестроя, не в силах сдерживать своего счастья.       — Хах, Дрим, ты как всегда… — издал слабый смешок темнокостный, приобнимая Мечту в ответ и даря тому лёгкий поцелуй в губы, тоже не менее радуясь этому моменту долгожданной встречи.       Инки наблюдал за всем этим с лёгкой улыбкой, откладывая уголёк, а блокнот убирая в свою сумку. Он, конечно, помнил, что в книгах на тематику апокалипсис часто вставляют любовную линию, и вот сейчас Инк подтвердил свои догадки о том, что даже в таких страшных ситуациях любовь все же может продолжать жить. Вы дерётесь бок о бок, защищаете друг друга, проводите много времени вместе, шутите глупые шутки и просто дурачитесь в несерьёзные моменты… Наверное, что-то подобное Инк и мог называть любовью.       Влюбленные голубки, что уже многое, вероятно, прошли вместе, никак не могли нарадоваться этому прекрасному моменту, продолжая сидеть в обнимку и тихо что-то шептать друг другу. Кажется, этим двоим было абсолютно наплевать на то, что помимо них есть здесь и другие монстры, которые в данный момент с широкими улыбками наблюдали за воссоединением пары, а у них были только они сами.       — Давай я сменю тебе бинты, Оши. — с теплой и нежной улыбкой на устах проговорил Мечтатель, аккуратно укладывая Эррор на спину и стягивая с того сначала плед, а потом и свою теплую парку, открывая вид на угольные косточки своего возлюбленного. Глюче невольно поежился от пронзающего холода, но ничего не сказал. Лишь промолчал, позволяя Дриму делать свое дело.       Скелет с золотыми зрачками со всей своей нежностью аккуратно прошёлся ладонью по рёбрам Ошибки, а после осторожно снял бинты, смачивая вату спиртом и протирая раны темнокостного, после чего тот тихо зашипел, стискивая зубы.       — Ш-ш-ш, сейчас все будет хорошо, потерпи, мой дорогой… — тихо прошептал Мечта, постоянно как-то по-своему, ласково называя и периодически целуя Эррора в скулы, в лоб, в ключицы, чтобы хоть немного приуменьшить острую боль от дезинфицирующего процесса.       Закончив с обработкой самых серьёзных ран, Дрим вновь наложил чистые бинты, не забывая подарить Ошибке очередной поцелуй в губы, поглаживая его по голове.       — Моя ты умничка, Эрри… — лишь вполголоса, очень тихо произнес Мечта, надевая на Глюка пушистый бордовый свитер, взятый им из коробки с вещами, что находилась в углу подвала, а после вознамерился вновь облачить Глюка в свою парку, но намерения Сна остановила рука с разного цвета фалангами тонких и длинных пальцев. Эррор принял сидячее положение, набрасывая на плечи Дрима его же молочно-желтую, уже слегка потрепанную временем, парку.       — Тебе сейчас это будет нужнее, обо мне заботишься, а сам дрожишь от холода, как осиновый лист на ветру. — строго, но с лёгкой ноткой нежности произнёс Ошибка, целуя светлого скелетика в нос.       Чего этим обоим монстрам не занимать, так это беспокойства друг о друге. Один из этих двоих может прочитать другому целую лекцию о том, почему стоит сделать именно так, а тот другой может тут же упрекнуть первого в его рассеянности в слежении за собой самим. Инк был почти уверен, что это может затянуться ещё на несколько часов, но, на удивление, эти двое, кажется, давно нашли общий язык и легко понимали друг друга и молча принимали чужие слова и решения. Дрими просунул свои руки в рукава парки, а на плечи Эррора накинул тот же теплый плед, вновь сковывая Ошибочку в объятиях.       Инки лишь тихо хохотнул, умиляясь этому моменту и даже не подозревая, что скоро на их укрытие совершат жестокое нападение исподтишка. Инки просто наслаждался моментом, греясь у печки.