Рестарт

      Космическая станция клана Шляппок       12 мая 2018 год       Время 04:58       «Умоляю, не убивайте меня! У меня дети!»       «Мама?.. Мама!»       «Прошу, прекратите! НЕТ!»       Эти голоса проносились в голове у Реджинальда, который всю ночь просто лежал в своей кровати и тупо глядел в потолок широко распахнутыми очами. Глаза мужчины были красными от недостатка сна.       Да, вы не ослышались. Копперботтом не спал вот уже который день. Его долгое время мучил один и тот же сон. Нет, сном это сложно назвать… Кошмар — вот наиболее подходящее определение. А кошмар был одним и тем же: в его руках пистолет, перед ним толпа мирных людей, молящих о пощаде, только вот Реджи вместо того, чтобы опустить оружие, стреляет в них: и женщин, и стариков, и даже детей, что тут уж говорить об мужчинах, пытающихся защитить себя и других.       Все эти люди… Те жертвы, которых перебил их клан… Они могли бы остаться живы! Но нет…       Генри Стикмин… Да, усач действительно посчитал его хорошим лидером. К тому же, так и было, после его получения должности лидера дела в клане Шляппок пошли в гору, особенно после строения космической станции. Заработок повысился, как и количество членов банды и всё такое прочее. Перечислять новые достижения банды долго, потому не хочется на этом зацикливаться.       Только вот в последнее время к ним начали присоединяться испуганные, отчаявшиеся люди, загнанные ими же в угол.       Не по кодексу… Совсем не по кодексу…       Может, клан Шляппок и состоял из бандитов и ворюг, у них был свой очень простой кодекс чести, по сути состоящий из всего-то одного правила, а именно: не убей мирных. Деньги деньгами, а убивать мирных жителей не в их стиле. Было…       Да, они порой похищали жителей, но определенно не просто так, не ради забавы, хоть это и звучит, как оправдание. На то были причины. Пример тому служит мужчина по имени Дейв Панпа. Во время ограбления уже и так пострадавшего из-за того же Стикмина музея этот тип схватил свой пистолет и пристрелил одного из членов клана, за что его и схватили, заперев в некой тюремной камере на корабле. К слову, Дейвом был убит один из лучших членов Шляппок, чьё имя долго товарищи будут поминать.       Что? Ну не просто же так они его взяли в заложники, правда? Да и Реджинальд планировал выпустить уже его, так как Панпа был для них бесполезен, и использовать его негде было, а присоединиться к ним он явно не захотел бы. Однако, Генри изменил все планы. Теперь он решал судьбу охранника. И он решил поступить с ним иначе.       Реджинальд был полностью убеждён в том, что у Стикмина нет понятия о чести. Как такой, как он, может вообще что-либо об этом знать?! Ладно, ограбления всегда были в стиле шляпников, но мирные люди ещё заслуживают жить! Особенно дети… Даже их бывший ворюга приказывает уничтожать, если они случайно попались им в заложники или встали на пути. Потому, время от времени, когда Стикмин доверял руководство Копперботтому, отлучаясь на время, второй незаметно отпускал несчастных людей на свободу. К сожалению, это усачу удавалось далеко не всегда, и обычно заложники становились жертвами спустя некоторое время.       Из-за этого совесть не давала покоя бывшему лидеру, мучительно терзая его на протяжении долгого времени.       Атомная бомба… Да зачем она им?! Она испепелит не только всё живое, но и все деньги в банках и магазинах. Им не к чему её использовать! Почему ради страшного ядерного оружия Генри приказал пытать того бедного пилота? Реджинальд никак не мог понять.       Наверное, именно поэтому Копперботтом не сразу нажал тогда на нужный рычаг. Он просто не видел смысла во всём этом, а парня жалко было. Только как попрёшь против лидера?       Сам не заметив того, бывший лидер закрыл уши руками, хотя в комнате стояла гробовая тишина. Должно быть, он вспоминал истошные вопли страдальца и не только. Нет, это было уже невыносимо. Реджинальду нужны были ответы на все его вопросы, срочно, здесь и сейчас, несмотря на такую рань. Тем не менее у мужчины было чувство, что его прикончат на месте, стоит ему разбудить наверняка спящего лидера клана.       Но ему было всё равно. Да и к тому же, возможно, Генри тоже уже не спит, ибо Стикмин обычно просыпается рано, очень рано. Однажды, кто-то из шляпников говорил, что их король уже в пять часов утра с важным видом бродит по космической станции.       Скинув с себя одеяло, Копперботтом быстро встал с кровати и включил свет, а после, поспешно одеваясь, направился к двери.       В коридоре никого не было. Неудивительно, все ведь сейчас находились в царстве сновидений. Хотя, может, кого-то так же мучила бессонница, как и Копперботтома, однако, точно нельзя было сказать. Комната лидера была недалеко, стоит всего-то завернуть за угол и пройти дальше. Реджинальд старался идти как можно тише, дабы никого не разбудить случайно, а то потом будет крайне неловко объяснять, почему в такую рань мужчина, как слон, топает по коридорам космической станции.       Забавно, но слоны передвигаются вообще-то тихо. Кто вообще придумал эту фразу «топает, как слон», имея в виду шумных людей? Тут нужно подобрать какое-нибудь другое животное. Говорят, ёжики очень громко топают, так, наверное, они больше подходят? «Топает, как ёжик». Звучит даже мило и не так обидно, как про слона.       Вполне можно объяснить то, почему люди решили, что слоны громко топают. Эти животные сами по себе очень большие, а как мы привыкли считать — если существо огромное, то от его шагов содрогается земля. Вспомните любой фильм про каких-нибудь гигантов.       — Не спишь? — вдруг раздался голос сзади.       Правая Рука… Или Райтхэнд, как его Реджинальд обычно называл.       — А, доброе утро, Райтхэнд, — сказал Копперботтом, обернувшись и увидев своего напарника, телохранителя и в это же время товарища.       Спросите, почему же Правая Рука тоже не спит? А всё очень просто. Из-за его на половину механического строения сон ковбою попусту не нужен. Ему, разве что, необходимо тщательно смазывать механические части тела и заряжаться время от времени. Вот и всё.       — Снова бессонница? — спросил киборг, подойдя к Реджинальду ближе.       — Ага… Надоело это, честно говоря…       Копперботтом тяжело вздохнул, а после продолжил:       — Я тут собираюсь лидера Стикмина навестить. Поговорить с ним надо.       — В такую рань? — удивился сначала Райт, — а, впрочем… Он сам тоже всегда очень рано просыпается.       — Вот именно. Поэтому я не стану терять времени попусту. — нахмурился Реджи, — мне вообще стоило сделать это раньше…       — Переживаешь за людей? — спросил киборг после недолгой паузы.       Копперботтом опустил взгляд:       — Да… Совесть гложет, покоя не даёт. Мы всегда были ворюгами, но не убийцами, понимаешь, Райтхэнд? А все эти жертвы: дети, старики… Нет, я так не могу больше. Не могу больше молчать!       — Понимаю. Ещё как понимаю. — ответил Правая Рука и, немного помолчав, добавил — мне самому вся эта резня не по душе. Мы уже не деньги зарабатываем, а человеческие трупы.       — Или ещё хуже. — подхватил Реджи.       — Слушай, — продолжил Райт. — Я на всякий случай пойду с тобой и прикрою. У меня дурное предчувствие. Порой мне кажется, что нашему королю скоро и мирных будет мало.       Копперботтом кивнул и направился туда куда изначально хотел пойти. Киборг направился вслед за ним.       Интересно… Из этого разговора что-нибудь выйдет позже?

***

      Генри действительно уже давно не спал. Уже будучи одетым в свою привычную форму лидер клана Шляппок молча глядел в иллюминатор, наслаждаясь видом космоса, который таил в себе множество неразгаданных тайн и загадок. Эх, вот бы заселить все его просторы, но это ведь невозможно, верно?       Стикмин перевёл взгляд на Элли, мирно спящую в их с Генри общей кровати. Вот уже сколько времени он с ней в отношениях и ни разу не пожалел, что спас её тогда. Сильная, боевая… Такова Элли Роуз. Мало того, что она очень полезна, так ещё и сама по себе безумно прекрасна внешне и преданная своему лидеру и по совместительству парню.       Вы всё правильно поняли. Искра не погасла.       Тем не менее, Генри беспокоил тогдашний с ней разговор.       «Тот парень мне кажется знакомым».       Она сказала это, может, не очень уверенно, но откуда у неё вообще возникли эти мысли? Вероятно, спутала его с кем-то… Ведь так?       Стикмин уже собрался выйти из комнаты и направиться по своим делам, как тут в дверь настойчиво постучали. Элли перевернулась на другой бок, явно обеспокоенная внезапно раздавшимся шумом. Генри тоже был недоволен. Подойдя к порогу, он отворил дверь.       — Д-доброе утро, Генри. — запинаясь, произнёс Реджинальд.       Усач немного волновался, ведь судя по недовольному, сердитому взгляду лидера, Копперботтом пришёл очень не вовремя.       — Прошу прощения за беспокойство, я бы хотел с тобой поговорить. — сказал Реджи уже более уверенно, будто бы вспомнив, чего он хотел, хотя он и не забывал.       Немного поглядев на него, Генри вздохнул и зашёл в коридор, закрыв дверь за собой.       — Желательно где-нибудь в другом месте, где нас не услышат. — добавил Реджинальд и поспешил пройти дальше, пропустив вперёд себя лидера.       — …Так и чём ты хотел поговорить? — спросил Генри у Реджинальда, когда они вошли в роскошную столовую, где каждый день по расписанию членам клана Шляппок подавали вкусные и сытные блюда на завтрак, обед и ужин.       — Итак, с чего бы мне начать… — тихо сказал Копперботтом, отведя взгляд.       — Если это не что-нибудь важное, то я вернусь обратно к себе.       — Нет, нет! Разговор важный, Генри. Очень важный.       Бывший лидер посмотрел прямо в глаза Стикмину, и его нервная улыбка исчезла с его лица:       — Как долго ты собираешься продолжать это?       — Что ты имеешь в виду? — спросил Генри.       «Что ты имеешь в виду». Этот вопрос вывел Реджинальда из себя, и усач еле сдерживался, чтобы не надавать тумаков лидеру. Неужели этого кретина действительно ничего не беспокоит?       Копперботтом нахмурился:       — Всё, что ты творишь — ненормально, Генри! — воскликнул Реджи, — мы всегда были ворюгами, преступниками, но никак не убийцами!       Стикмин промолчал на сей раз, решив дослушать неугомонного идиота, который тем временем стиснул зубы от злости, желая всё высказать жестокому королю всеми известного преступного клана.       — Ладно, ограбления, деньги — это всегда было по нашей части, по части клана Шляппок! Однако, мы никогда не лишали жизней невинных людей! Особенно детей, стариков, женщин… Как они провинились, что они обязаны умереть?!       Реджинальд сам не заметил, как перешёл на крики. Впрочем, он может орать и громче. В данной ситуации Копперботтом ещё сдерживал по крайней мере десять процентов из ста своего пыла.       — Я уже давно интересовался твоими мотивами, Генри… Но у меня не хватало смелости спросить, — продолжил усач уже спокойным тоном. — Я не вижу смысла во всем этом! Не вижу смысла в проливании чужой крови. А атомная бомба… Зачем нам она?! Как она поможет нам… Ну… Разбогатеть? Она помимо всего живого и деньги все испепелит, или ты не подумал об этом?       Копперботтом немного помолчал, всё так не сводя взгляда с лидера клана.       — Впрочем, это уже не важно, мне плевать на всё! Я знаю лишь одно… Это настоящее безумие, лидер Стикмин. Шляппки никогда не доходили до подобного, понимаешь? Прежде это ни разу не было в нашем стиле! У нас есть свой кодекс чести, Генри, и ты его нарушил и не раз! Ты бесчестный, чокнутый маньяк, который пытал и калечил людей ради забавы! Везде есть свой предел, и до твоего появления мы — шляпники, его соблюдали!       Тут Генри резко шагнул в сторону Реджинальда, чем заставил того замолчать. Несколько секунд лидер молча сверлил взглядом, говорившим о его слегка нездоровом состоянии его психики, Копперботтома, который, в свою очередь, опасался худшего со стороны Стикмина. Да, Реджи понял, что ему стоило быть немного вежливее с лидером, ведь сейчас теперь он не знал, чего ждать от короля.       Стоит добавить, что Генри почувствовал страх бывшего лидера. Это придало больше уверенности и чувства власти безумцу.       Правой руке определённо не нравилась эта накаляющаяся обстановка. Райтхэнд был настороже, приготовившись к любому исходу.       — Позволь кое-что уточнить, — наконец, заговорил он. — Вспомни, кто пощадил тебя тогда, на корабле?       — Ты… — промямлил Реджинальд.       — Кто улучшил положение клана?       Стикмин подошёл к Копперботтому ещё на пару шагов ближе.       — Ты…       — Кто помог запустить космическую станцию на орбиту? А, Реджинальд?       — Ты…       Генри стоял уже вплотную к бывшему лидеру и смотрел ему прямо в очи, заставляя того похолодеть от страха от одного только взгляда нынешнего лидера. Садизм, кровожадность — это всё, что читалось в глазах нынешнего лидера за последнее время. И это навевало на Копперботтома сильнейший ужас.       — Кто сделал за пару месяцев то, что не мог сделать ты за столько лет? Кто предоставил больше пользы клану Шляппок? Благодаря кому сейчас мы на самой вершине?       Реджи опустил взгляд. На смену страху пришла тоска, причиной которой стали воспоминания прошлого и осознание того, что Генри прав. Действительно, за последние годы в роли лидера, Копперботтом особо не занимался продвижением клана Шляппок. Одно и то же было каждый раз, никакого прогресса. Хотя, космическая станция, наверное, могло бы быть исключением, если бы Генри не стал новым лидером, ибо Реджинальд взаправду ещё тогда планировал построить её и вознести на орбиту, что впоследствии сделал сам Стикмин.       Однако, бесполезно думать о том, чего не произошло.       — Что же, вижу по твоему взгляду, что ты и сам всё прекрасно понимаешь. — усмехнулся Генри и грубо схватил мужчину за воротник, этим заставив того вновь посмотреть на короля уголовников, — так что знай своё место, Копперботтом, иначе твоё положение может стать не из лучших. Тебе ещё очень повезло, что я не вышвырнул тебя отсюда за ненадобностью.       Зрачки лидера сузились.       — Или ты… Решил пойти против меня? — медленно проговорил он жутким тоном.       — Ну что ты, что ты, Генри! Нет, конечно нет! — протараторил взволнованный Реджинальд, нервно улыбнувшись.       — …       Стикмин уже расслабил руку и отвернул голову в сторону, этим показывая, что он успокоился и теперь отпускает Копперботтома, но не тут-то было. В эту же секунду он резко сжимает свободную ладонь в кулак и со всей силы бьёт мужчину прямо в живот, от чего пострадавший согнулся.       Стикмин оттолкнул его:       — Не валяй дурака, Копперботтом! По твоему взгляду всё видно! — воскликнул он. — Ты уже давно перестал считать меня настоящим лидером. Как печально, однако… а ведь тогда, на ракете, ты говорил совершенно иные слова. Передумал, хах?       Генри отвернулся, спрятав руки за спину и продолжил:       — Тем не менее, ты хороший член клана Шляппок, и потому я сохраню тебе всё, что ты имеешь на данный момент. Но тебе лучше не стоять на моём пути, ибо я могу и передумать.       Правая Рука был в бешенстве. Всё это время он держал себя в руках, дабы не натворить дел… До момента, когда Стикмин поднял руку на его друга.       — Не нравится своё имя? Хм… Что же… В таком случае отныне твоё имя Райтхэнд, Мистер Правая Рука. Да, знаю, я не слишком парился по поводу твоего нового имени. Придумал всего-то за несколько секунд.       — Ничего, это звучит намного лучше, чем раньше.       — Тебе… Понравилось?       — А то как же? Говорю же: это лучше, чем моё старое имя.       — Мхе-хе-хе! Похоже, я хорош в придумывании новых имён!       Да, очень хорош… Хорош…       Воспоминания пролетели перед Райтом в мгновение ока, перед тем, как он трансформировал свою механическую руку в лазерную пушку.       — Райтхэнд, стой! — закричал Реджинальд, попытавшись остановить разъярённого друга.       Не успел Генри обернуться, как он вдруг перестал чувствовать нижнюю часть своего тела…       Правая Рука повернулся к товарищу.       — Ты в порядке, Реджинальд?       Перепуганный Копперботтом встал с пола, в ужасе глядя на труп Стикмина.       — Райт, что ты… Зачем?.. То есть… Тебе не стоило этого делать!       — Я знаю…       Копперботтом взглянул на своего товарища. Ничего, кроме безразличия, не читалось на лице полукиборга.