Я тебя называла просто "эй"

Бывают дни или вернее обрывки дней, которые мы полностью посвящаяем друг другу. Наглухо закрываемся от мира, прячем телефоны, убираем все средства электронной связи и проживаем это время друг для друга. Опустевший дом. Прислуга, помощники кто разъехался, кто разошёлся по своим жилищам, с чётким указанием не нарушать границы нашего убежища до пяти утра. Мы одни. Я лукаво смотрю на Антона, мысленно проворачиваю в голове план за планом наших удовольствий. Он за руку тащит меня на кухню, пальцем прижимает сначала к моим губам потом к своим, давая понять, что нужно помолчать. Интригует: -Возьми свой платочек, самый  любимый, из тех, что ты так часто носишь последнее время-шепчет он мне прямо в ухо. Я молча принесла шёлковый платок. Он аккуратно повязал мне его на глаза. Я провалилась в темноту. Я не люблю неизвестность, она меня пугает. Я нервничаю, начинаю покусывать губы, мять, перебирая, пальцы рук. Слух и так превосходный сейчас срабатывает вдвойне - за себя и тех двух, то не могут сейчас посмотреть, что происходит. Слышу звук двигающейся мебели. Стою, как вкопанная. Боязно. Чувствую Антон подошёл ко мне, чувствую его дыхание возле моей шеи, мурашки наперегонки разбегаются волнами от шеи до кончиков пальцев. Начинает снимать с меня футболку, затем штаны и я остаюсь в одних трусах. Мне не уютно. Раздетая-словно беззащитная, посреди комнаты с витражными окнами. Вдруг, кто-то из охраны решит пройти по периметру. -Не бойся, девочка моя. Постарайся довериться мне. Я знаю, это для тебя сложно. Но я тебя прошу верь мне. Убирает волосы с шеи. Его язык мягко касается моей мочки, посасывает её, чуть оттягивает губами, переходит к шее, целует. Я наклоняю голову, облегчают ему доступ к шее и ключицам. Он ложит мои руки себе на плечи и подхватывает меня под ягодицы, усаживает к себе на торс. Несёт. Ощущаю попой гладкую и холодную поверхность стола. Пытаюсь лечь на спину. -Не сейчас, милая. Помогает мне встать на столе на ноги. Вот теперь реально страшно. Я боюсь высоты, боюсь неизвестности и у меня подгибаются коленки. Антон, гладит меня по бедрам, низу живота. Он там явно любуется мною. Мне от этой мысли становиться чуть теплей и спокойнее, но только на самую малость. Кончики его пальцев гуляют по коже, перебирают каждый сантиметр моих ног. Я слышу, как он оттягивает резинку моих плавок, двумя руками, медленно стягивая их к стопам. Меня это заводит, но мозг не даёт расслабиться и выстукивает монотонное -будь на чеку. Он тоненькой струйкой дует мне в промежность, волоски шевелятся. ... Я регулярно пользуюсь услугами бикини дизайнера и у меня там аккуратная стрижка. Обязательное условие, которое заучил мой мастер - это небольшая площадь, что б ненароком что-то не выглянуло во время моих трюков на сцене и средняя длина. Так нравиться мне и Антону, что б было куда запустить пальцы. ... Целует меня в живот, ноги, подбирается языком к моему самому интимному месту. Чувствую, как твёрдым кончиком языка пробирает я сквозь волоски к клитору. У меня начинает бурлит кровь. Приятное возбуждение накатывает волнами. -Дорогая, повернись ко мне спиной и встань ближе к краю стола. ... Ой, мамочки, я ж боюсь. Даже под косынкой сильно зажмуриваю глаза. ... -А теперь соберись с силами и падай навзнич, падай на спину. Ни о чем не думай, доверься, я не позволю тебе упасть на пол. Соберись с духом и просто упади, я подхвачу. Верь. ... Шок, негодование, взрыв, эмоции на грани истерики. Как можно так довериться кому-то, так бесприкословно. Я много раз проделывала этот трюк с падением назад с высоты сначала на репетициях потом на концертах. Там по другому. Там открытые глаза. Там ребята с моей подтанцовки, которые работают со мной в этом трюке - умелые профессионалы и я им плачу кучу денег, что б они хорошо выполняли свою работу.Там первые репетиции вообще были со страховочными тросами, что б я привыкла падать и во мне было больше уверенности. А тут... пустой дом, он искуситель и я с завязанными глазами. Там перед каждым падением ребята дают мне знак-обхватывают мой правый голеностоп-, затем мы мысленно отсчитываем три такта и все, я могу падать на руки двум моим Fridom-мальчикам. Я контролирую визуально. На репетициях тоже было страшно. И мы "чистили" моё падение сотнями проб. А тут я должна сама решиться, когда я буду готова, а не он. Я выдохнула и полетела.... Я переступила через недоверие, я решилась... Падала не так картинно, как на концертах, а камнем и долго, очень долго. Я успела сто раз наругать себя и обвинить за участие в такой авантюре, успела сто раз разувериться в нем и себе, сто раз просчитать последствия. Он мягко подхватил меня, я почувствовала, как он обволакивает меня своими объятьями, сильные руки держали уверенно. Слышу, что он присаживается со мной на руках на пол. И стягивает с моих глаз уже не нужную косынку. Я лежала у него на коленях с запрокинутой головой и не торопилась открывать глаза. Я привыкала к новым ощущениям. Он тоже замер. В пустой огромной комнате на полу сидели-лежали два полуголых взрослых человека, которые только что оба прошли ещё один важный жизненный урок. Сердца монотонно и глухо стучали в огромной, вмиг опустевшей комнате. Сейчас и  здесь зародилось их совместное "МЫ"