my dear nightmare

Субин бежал в сторону тёмного леса. Кровь стыла в жилах, ноги тонули в сугробах, а сердце вот вот выпрыгнет из груди. Он бежал не оглядываясь, ища глазами помощь и молясь не свернуть себе шею из-за какой-нибудь коряги. На секунду обернувшись через плечо, там в темноте, взгляд зацепился за размытое большое пятно, которое бежало за пуффендуйцем. Силуэт напоминал пса гибрида с мощными лапами и красными бешеными глазами. Тяжёлое дыхание чудовища врезалось в спину, заставляя Субина ускорить бег. Попав в тёмный лес, парень бежал куда глаза глядят. Он редко бывал в этих местах, поскольку им запрещали ходить сюда одним. И теперь пуффендуец понимает почему: громадные стволы деревьев тянулись к небу, и если даже захочешь, не увидишь их макушки; кривые ветки, похожие на руки потерявшихся душ, что хлестали лицо парня, оставляя небольшие царапины на щеках. Большие сугробы не вселяли дух новогоднего праздника, а напоминали зыбучие пески, которые вот вот утянут под снег. Бежать бежать Субин настолько погрузился в свои мысли, что, не заметив корягу, которая торчала из-под снега, споткнулся и упал на холодную землю. Простонав от резкой боли, которая отдалась в правой руке, парень попытался встать, но от изнеможения рухнул обратно. Замерев, пуффендуец прислушался. К большому удивлению никакого дыхания пса и тяжёлого топота лап не было слышно. Глухая тишина. С облегчением выдохнув, Субин уткнулся лбом в холодную землю, хваятая ртом воздух. В уголоках глаз начали собираться слёзы, а нижняя губа предательски задергалась. Страх — самое неприятное чувство, что может испытывать человек. Оно лишает рассудка, искажает сознание так, что любой задрожит в припадке. Синеволосый пытался отгородить себя от этого чувства. Он как мантру шептал "Всё будет хорошо", не замечая, что страх уже пробрался в потаённые уголки души. И сейчас лежа, уткнувшись лбом в холодную землю, Субин плакал. Впиваясь короткими ногтями в снег, со скрипом сжимая ладонь в кулак. Внезапно изо рта вырвался скулеж, молящий о помощи. Парень был одним большим сгустком боли и страха. Его плач разносился по всему тёмному лесу, а дрожащее одинокое тело покрывалось тонким слоем пушистого снега. — Почему…почему ты не пришёл… — Субин ударил кулаком в землю и ещё сильнее зажмурился, из-за чего слёзы полились с новой силы. В горле неприятно саднило от нехватки кислорода, а где-то под ребром разливалось вязкое чёрное чувство одиночества. Хотелось разорвать грудную клетку и выскребать руками эту горечь, которая не даёт покоя. Парень свыкался с мыслью что его оставили, бросили на обочине судьбы, но что-то заставляло его верить, что это не конец. Тогда почему так больно и одиноко? Стоит ли вообще бороться и жить дальше? Эти вопросы крутились в голове пуффендуйца и чтобы избавиться от них, парень стал биться лбом о землю. — Почему… — беспомощно проскулил Субин и шмыгнул замерзшим носом. В лесу было тихо, лишь редкий хруст веток, с которых сыпался снег, давал понять парню, что он ещё жив. Снегопад усилился и пуффендуец решил, что пора двигаться дальше. Сделав ещё одну попытку чтобы встать, внезапно что-то тяжёлое ударило в спину и повалило парня обратно на землю. Щекой прижатым к земле, Субину удалось краем глаза увидеть, что его толкнуло. И лучше бы он не видел этого. Лучше бы не пытался встать. Синеволосый увидел большого, чёрного, мохнатого пса с жёсткой шерстью. Чудовище смотрело на парня своими красными глазами и пуффендуец мог поклясться, что видел на дне зрачков свой труп. Жалкий, никому не нужный труп. Желтые зубы пса скалились, из пасти шла пена, а острые когти больших лап разорвали чёрную мантию. Субину страшно, он не хочет умирать. Парень пытался скинуть с себя животное, но оно ещё сильнее впилось в спину когтями, раздирая кожу до кровавых отметин, из-за чего парень выгнулся и болезненно закричал. Это конец Пуффендуец дрожал от боли. Он чувствовал, как белая рубашка неприятно липла к телу, а из раны на спине сгустками шла кровь, которая постепенно создавала красную лужу на продрогшей земле. Субин не мог поверить, что так всё закончится. Он отказывался верить. А что если именно такой исход будет верным? — Почему… Ён…джун… Не успев договорить фразу, парень истошно закричал, раздирая горло и выплевывая кровь на белый снег. Чудовище рвёт тело пуффендуйца на куски, превращая его в одно кровавое месиво. Это конец На секунду что-то тяжелое ухнуло в груди и пуффендуец с болью разлепил мокрые от пота глаза. Осмотревшись он понял, что находится в своей комнате в Хогвартсе. Выдохнув с облегчением, Субин провел рукой по лицу и привстал с кровати. Все соседи ещё спали, а из больших окон прорывались первые лучи зимнего солнца. Комнаты пуффендуйцев были выполнены в жёлтых и чёрных цветах. Деревянная, окрашенная в медовый оттенок, мебель и большая круглая дверь, которая ведёт в общую гостиную. В каждой комнате есть растительность, от обычного кактуса до танцующих цветов, которые приветливо машут студентам. Гостиная Пуффендуя сама по себе имеет низкий потолок, создавая ощущение, что вы находитесь в норе барсука. Субин никогда не жалел, что попал на этот факультет. Он не такой героический, как гриффиндорцы, не такой хладнокровный, как слизеринцы и не такой мудрый, как когтевранцы. Как говорила мадам Стебель «на Пуффендуе учатся те, кто способен познать покой и умиротворение жизни». Отчасти это правда, а отчасти и ложь. Кому как, а Субину без разницы, что говорят о его факультете. Если распределяющая шляпа определила его на пуффендуй — значит такова судьба. Посмотрев в окно, парень невольно улыбнулся. Чёрное озеро, покрытое коркой льда, блестело от солнца, которое только поднималось из-за горизонта. Из трубы избушки лесника «валил дым», а небольшой снегопад осыпал землю пушистым покровом. Скользнув взглядом по тёмному лесу, который был окутан утренним туманом, в груди пуффендуйца всё сжалось. Он понимает, что это всего лишь кошмар, но почему он был таким реалистичным? Спина ныла и Субин вспомнил, как во сне чудовище раздирало его кожу и плоть. — Бред какой-то,  — буркнул парень и повернул голову в сторону соседней кровати, поскольку оттуда доносились чьи-то недовольные кряхтения. Полы желтой шторки резко открылись и перед Субином предстал его друг Кай. Тот, как сонный птенец, с гнездом из кучерявых коричневых волос на голове, сонно смотрел вперёд. Потянувшись и широко зевнув, парень потёр кулаками глаза, пытаясь их разлепить. Убрав руки от лица, Кай посмотрел в сторону Субина. — Ты куда вскочил в такую рань? До общего сбора ещё час, — Кай натянул пуховое одеяло себе на голову и впился недовольным взглядом в друга. — Мне приснился сон, — Субин повёл плечом и уткнулся взглядом на свои руки,  которые до сих пор дрожали. — И… — Да ладно, прикинь, мне тоже. Но ты своими шорохами всё благополучно прервал. — Прости, но это был не просто сон. Это был кошмар. — Оу, — Кай приблизился к краю своей кровати, — Тогда прощаю. — Придурок,  — лёгкий смешок слетел с губ пуффендуйца. — Нет бы пожалеть, меня вообще то убили. — Я тебе искренне сочувствую, — положа руку на сердце, парень посмотрел на друга с притворным сожалением. — Не нужно мне не твоё сочувствие,  — Субин кинул в друга пуховую подушку, но тот успел её поймать. — Ладно ладно,  — Кай почесал «гнездо» на голове и с задумчивым взглядом посмотрел на лучшего друга,  — А если серьёзно, то почему тебя убили? — Сам не знаю,  — парень, подмяв под себя подушку, которую благополучно вернул брюнет, развернулся корпусом к другу,  — За мной бежала собака. Но знаешь, это не просто какая-то дворняжка. Это был гибрид между обычной собакой и оборотнем. Я убежал в тёмный лес и там она меня разорвала. И ещё, — Субин сделал глубокий вдох, — я вроде бы кого-то звал. Спрашивал, почему тот не пришёл. Но я совершенно не помню кого именно звал. Кай поджал губы и с задумчивым видом смотрел на деревянный паркет. После небольшой паузы тот сказал: — Знаешь, обычно сны, где фигурирует большая собака, которая не просто гонится за тобой, но и разрывает твою плоть — сулит к неприятностям и… — Да подожди ты своим толкованием снов, — Субин возмущённо посмотрел на друга, — Мне кажется это был не простой сон. Уж больно реалистичный. — Верю верю, но ты же знаешь, что в нашем мире вещие сны не редкость. — Знаю, именно это меня и пугает,  — пуффендуец бросил взгляд на тёмный лес, — Я не хочу умирать, тем более от какой-то собаки. — Успокойся,  это был просто обычный кошмар, который может присниться абсолютно каждому, — Кай обернулся за спину, поскольку соседи по комнате потихоньку начали просыпаться. — Надеюсь ты прав, — Субин положил подушку обратно и встал с кровати, чтобы начать собираться. Время к общему сбору приближалось и парни, уже одевшись, направились в большой зал на завтрак. Они и так в последнее время очень часто опаздывают, несмотря на то, что гостиница Пуффендуя находилась рядом с кухней. И всё равно это очень не нравилось их старосте Джису, которая всегда возмущённо смотрела на парней. Да, она ничего не говорила, но один её взгляд и уже поджилки трясутся. И сейчас, чтобы не нарваться, парни решили прийти вовремя. В предверии Рождества, домовые эльфы, под четким руководством Филча, начинали потихоньку украшать большой зал. Десятки маленьких работников с помощью заклинания Левитации наряжали ёлки, которые стояли по две вдоль стен и одну главную за столом преподавателей. По залу раздавался писклявый голос профессора Флитвика, который также помогал домовым эльфам украшать большое помещение шарами,  гирляндами, еловыми ветками и большими носками для рождественских конфет. С заколдованного потолка сыпал снег, при этом, с помощью специальных чар, таял по мере приближения к студентам. Сев за общий стол факультета, Кай сразу же положил в свою тарелку три блина и полил их клубничным сиропом. Субину же кусок в горло не лез. Он нехотя жевал бутерброд с сыром и запивал чаем. Синеволосый волей не волей, но думал об утреннем сне. Субин не мог отделаться от навязчивой мысли, что это может быть видением. И вообще, какому нормальному человеку такое может приснится? Перед глазами всплыл тёмный лес, чудовище с красными глазами. Эти образы мелькали перед Субином и каждый раз того передёргивало от неприятных воспоминаний. — Хорош думать, — Кай дал лёгкий подзатыльник другу и сунул тому вафлю в рот. — А если бы я сейчас поперхнулся, — пуффендуец откусил кусок вафли и посмотрел на довольного собой друга. — Откачал бы, — брюнет поставил перед синеволосым тарелку с блинами. — На вот, поешь лучше. Субин в ответ лишь благодарно кивнул и толкнул плечом друга, получая ответный толчок. Они с Каем познакомились ещё на первом курсе. Так получилось, что на занятии по зельеваренью их поставили в пару. Кай ещё тогда признался, что готовить зелья он не умеет от слова совсем, поэтому всю готовку Субин взял на себя, хотя сам ничего не понимал. Брюнет помогал чем мог и чем не мог. В итоге благодаря их слаженной работе, они получили по «Удовлетворительно». После этого ребята начали общаться. В Хогвартсе у Субина никого из близких нет, поэтому в первые месяцы учёбы Кай стал его спасением и лучшим другом по совместительству. Из-за разных характеров поначалу не было и дня без ругани и драк. Но на удивление это только сплотило и укрепило их дружбу, которая длится уже третий год. Закончив с завтраком, Субин и Кай двинулись в направлении кабинета Истории Магии. По пути в другое крыло, брюнет чуть ли не висел на плече друга. — Мы изучаем эту скукоту уже третий год, — Кай помахал кому-то из толпы, но продолжал висеть на синеволосом. — И вообще, неужели мистеру Бинсу не смогли найти замену? — Видимо не смогли, — Субин невольно повёл плечами, — наверное по мнению Дамболдора, он лучший в этом предмете. — Лучший, но скучный. Филч и то интереснее рассказывал бы. На жалобы друга Субин лишь усмехнулся. Из-за того, что наступила зима, в коридорах замка становилось всё холоднее и холоднее.  Студенты ходили в длинных тёмных мантиях и укутывались в тёплые шарфы с расцветкой своего факультета. В некоторых местах замка, таких как совятня, коридоры и лестницы Хогвартса, Астрономическая башня, не спасли даже согревающие чары. Единственные места, где студенты могли понежиться в тепле — это гостиницы факультетов, большой зал и кабинеты. И когда профессор Бинс впустил замёрзших пуффендуйцев и когтевранцев в свой кабинет, по помещению раздалось довольное мычание студентов. Сев на четвертую парту третьего ряда и достав учебник, перо с чернилами и пергамент, Субин принялся развязывать свой шарф. — Если он опять будет рассказывать очередные истории из своей жизни, я объявлю бойкот, — Кай со звуком положил пергамент и, скомкав шарф и убрав в сумку, в ожидании уставился на призрака преподавателя, который листал странички учебника. — Успокойся, иногда он действительно говорит очень интересные вещи, — синеволосый аккуратно сложил свой шарф и, проведя рукой по шерстяной ткани, убрал в сумку. — А я и не спорю, но когда это длится третий год, то эти истории уже поперёк горла стоят, — брюнет резко посмотрел на друга глазами полными возмущения, — Видимо только ты понимаешь его. — Мне это нужно для СОВ и ЖАБА. — Я тебя умоляю, нас СОВ ждёт только через два года, а ЖАБА так вообще через четыре, — Кай поднял указательный палец и ткнул в щёку друга. — И вообще, что ты паришься, ты один из лучших на нашем потоке. Уж кому кому, а тебе точно не нужно переживать из-за экзаменов. — Ага, — Субин стрельнул в друга хитрым взглядом и ухмыльнулся, — А вот кому точно нужно переживать, так это тебе, балда-а. — Эй эй эй, я хоть и дурак, но не бестолочь — это разные понятия, — брюнет горделиво задрал нос и уставился на синеволосого. С губ Субина сорвался легкий смешок, который он тут же подавил, так как профессор Бинс начал занятие. Спустя двадцать минуть урока, половина студентов, разморённых от тепла, клевали носом и уже не слушали монотонную речь преподавателя. Кай, оперевшись щекой об руку, кимарил спустя пятнадцать минут от начала занятия.  Субин на это лишь недовольно покачал головой и продолжил писать конспект. Ему многие говорят фразу «Не на тот факультет ты попал». Возможно это и так, но кого сейчас это должно волновать. Субина? Нет, его то точно всё устраивает. Почему-то сложился стереотип, что на Пуффендуе учатся лишь болваны и тупицы. Но это далеко не так. Многие студенты Пуффендуя получали за итоговые экзамены высокие баллы, а также после выпуска добились широкой известности. В их число входят: Ньют Саламандр, Горган Стамп, Нимфадора Тонкс, Сильванус Кеттелберн, декан факультета Помона Стебель и многие другие. В основном над пуффендуйцами смеются и насмехаются студенты факультета Слизерин. Оно и понятно — самые чистые в своём роде не будут общаться с кем-то, кто в их глазах выглядит жалко. Сколько студентов пуффендуя лежало в больничном крыле из-за очередной «шутки», не сумеет сосчитать даже мадам Помфри. Но это не значит, что никто не давал отпор. Давали, только толку то, если перед тобой стоит человек превосходящий по крови. Субин считал Слизерин омерзительным факультетом, на котором учатся заносчивые студенты. При этом, он никогда за свои четырнадцать лет не опускался до того, чтобы кого-то оскорблять. Зачем? Какое удовольствие он получит, если скажет какому то слизеринцу гадкое слово? И зачем вообще пытаться, если в ответ ты получишь не только оскорбление, но и пинки по рёбрам? Синеволосый отогнал ненужные мысли и погрузился в лекцию профессора Бинса об истории формирования Северных Краёв Шотландии.

***

— Нет, всё равно не понимаю. Субин закатил глаза и стал заново объяснять Каю и их другу гриффиндорцу Бомгю про свойства паффопода. — Давайте так, паффопод — это растение, которое с виду кажется безобидным, — синеволосый поднял указательный палец, — но на деле это не так. Если его уронить, бобы цветка могут прорасти из земли и потом от них очень сильно начинаешь чихать. — Что, прям все чихают? — Бомгю покосился на фиолетовый цветок, который стоял в деревянном горшке на парте. — Ну, не все, — синеволосый открыл учебник на нужной странице и показал картинку,  — тут написано, что от них чихают только тролли-охранники. Но мне почему-то кажется, что и на других существ она так же может влиять. — Вот так бы сразу объяснил, а то начал тут заумными терминами говорить, «паффопод это растение с розовыми стручками, который выработает синдром чиха», — Кай возмущённо всплеснул руками и, посмотрев на друга, начал через каждое своё слово трясти рукой перед его лицом, — Нужно. Быть. Проще. — Да понял я, понял, — Субин проследил взглядом, как Бомгю передаёт горшок с цветком профессору Стебель и принимает листья мандрагоры. — Уважаемые студенты, послушайте меня сейчас очень внимательно, — звонкий голос профессора окутал всю теплицу. Увидев, что третьекурсники сфокусировли своё внимание на ней, мадам Стебель продолжила, — Сейчас я вам выдала листья мандрагоры. Сегодня у вас будет практическое занятие, где вашим заданием будет изучить лечебные свойства корня и приготовить снадобье. При этом все свои действия вы записываете в рабочую тетрадь, которую в конце занятия сдадите вместе со снадобьем. Всю инструкцию по практической работе вы найдёте на странице 25. Желаю удачи. — Почему опять зелья,  мы же не у Снегга, — проныл Бомгю, лениво листая страницы учебника. — Мне кажется скоро все преподаватели будут как Снегг, — буркнул Кай. — Вот мы дождёмся, скоро на трансфигурацию будем приходить и Макгонагалл нам будет давать задния из разряда «приготовьте зелье, чтобы превратить чашку в крысу», — парень попытался сымитировать голос преподавателя, тем самым вызывая у друзей смех. — Прекрати, нужно сосредоточиться, — Бомгю стукнул товарища и попытался сфокусировать свое внимание на инструкции к практической. — Вот, умная мысль, — Субин ткнул кудрявую макушку друга в учебник. Все оставшиеся часы друзья внимательно выполняли задание. Кай на пару с Бомгю чуть не сожгли листья растения, из-за чего Субину пришлось всё переделывать. — Вот если бы нужно было вырастить какой-нибудь цветок, то мы бы получили отлично, — бурчал Кай, делая записи в тетрадь,— В этом я спец. —  Да знаю я, знаю,  — Субин мешал в котелке снадобье, параллельно сверяясь с записями в учебнике. — Ты ещё с первого курса говорил мне, что приготовление зелья это не твоё. — Да, но тут то не зельеваренье, — Кай передал Бомгю мешок со специями, — тут наша любимая травология. Какого чёрта… — Мистер Хюнин, прошу не выражаться в моей теплице! — профессор Стебель из ниоткуда появилась рядом с Каем, из-за чего тот рефлекторно дёрнулся и черкнул чернилами в тетради. — Прошу прощения, — брюнет встал с места и виновато опустил глаза. Помона Стебель легко кивнула и похлопала третьекурсника по плечу. Профессор внимательно осмотрела рабочее место и двинулась к другому столу. Тяжело выдохнув, Кай плюхнулся обратно на стул и продолжил делать записи. Субин покачал головой и продолжил мешать снадобье, давая указания Бомгю, который отмерял воду. По окончании занятий компания друзей получили по «Превосходно» и двинулись из теплиц в замок.  На улице была сильная метель, поэтому Субин сильнее укутался в жёлто-чёрный шарф и поёжился. Он любит зиму, но иногда синеволосому хочется, чтобы поскорее наступила весна. При входе в замок Бомгю помахал друзьям и ушёл на прорицание. — Надо было тоже записаться на прорицание, — буркнул Субин. — Да ну, что там делать, гадать по чаинкам можно научиться и в домашних условиях, — Кай, взяв под руку друга, направился в сторону кабинета по магловедению. — Дурак ты, там не только по чаинкам гадают, — синеволосый пихнул друга локтём в бок. — Ой да всё равно, зато мы, если попадём в мир маглов, сможем там спокойно жить. — Хм…ну тут ты прав.

***

После занятий по магловедению, ребята отправились в большой зал на обед. Когда они зашли в помещение, то к этому времени уже все столы были накрыты и забиты разными блюдами. Наконец отыскав свободные места, Субин и Кай синхронно поморщились, когда увидели основное блюдо. — Это что, суп брокколи и Стилтон? — синеволосый отодвинул супницу подальше от себя. — Да, видимо сегодня эльфы решили нас голодом морить, — сказал одногруппник Субина и Кая, Докём. — Не бухтите, очень даже вкусный суп, — для демонстрации своих слов, одногруппница Бона съела ложку супа и в удовольствии промычала. — Я лучше съем запечённый картофель, — пробубнил Субин и подвинул к себе тарелку с блюдом. — Гурманы вы фиговы, — буркнула Бона, прожёвывая  кусок брокколя. В большом зале во время обеда всегда был гул и отовсюду доносился смех студентов. Помахав Бомгю, Кай продолжил есть курицу и параллельно обсуждать с Субином предстоящий квиддич, который должен состояться на следующей неделе в четверг. — Если будет метель, то матч отменят. — А я говорю, что не отменят,  — упрямо утверждал Кай, тыкая вилкой в сторону друга. — Зимой погода непредсказуемая, откуда ты можешь знать, что в следующий четверг не будет метели? — синеволосый стукнул вилку Кая своей, вызывая неприятный лязг. — Ё-маё ну ты и зануда, — брюнет обратился к Докёму, — вот скажи, если в четверг будет метель, матч отменят? — Откуда мне знать, — блондин непроизвольно повёл плечами, — но скорее всего нет, в прошлом году же не отметили. — Вот, а я тебя что говорил, — брюнет с наигранным высокомерием посмотрел на друга, — никто не будет отменять матч из-за какой-то метели. — Всё равно в правилах игры прописано, что если погода неблагоприятна для игры, то её отменят в любом случае, — Субин проигнорировал недовольный вздох друга и посмотрел на наручные часы, которые показывали половину второго. — Твою ж...Кай, мы опаздываем на зельеваренье! — Чего?! — посмотрев на большие часы, брюнет вздрогнул и стал быстро собираться. Субин залпом допил свой тыквенный сок и, схватив сумку, чуть не споткнулся об скамейку, когда впопыхах перешагивал через неё. — Быстрее! Снегг нас уничтожит, если мы опоздаем! Субин, как ошпаренный выбежал из большого зала. За ним дожевывая кусок курицы, бежал Кай. Друзья как-то не заметили, что время обеда давно прошло и пора бы возвращаться к занятиям.  И сейчас парни сломя голову бежали по коридорам замка в направлении подземелья. Свернув вправо, Субин чуть не сбил с ног группу студенток Гриффиндора. Впопыхах бросив извинения, парень побежал за Каем, который каким-то образом успел его обогнать. Свернув ещё два раза налево и поднявшись по лестнице, парни оказались на территории факультета Слизерин. Синеволосый легко маневрировал между студентам, но когда он снова завернул за угол, то случайно задел плечом какого-то старшекурсника. Субин замедлился, чтобы извинится, но когда обернулся — замер на месте. На него смотрели два чёрных глаза, с кошачьим прищуром. Во взгляде слизеринца нет ни толики теплоты, которая волнами плескалась в синеволосом. Сплошной холод и апатия. Субину показалось, что парень смотрит сквозь него и это вызывало неприятные чувства. Лицо неизвестного было как камень —  безразличным ко всему, что происходит. Чернявые волосы, бледный тон лица, как у аристократов, прямая осанка и стеклянные глаза — смотря на этого человека можно сразу понять, что тот учится на факультете Слизерин. — Прости, — Субин легко кивнул и развернулся в сторону спуска в подземелье, продолжая чувствовать взгляд незнакомца. — Ёнджун! Мать твою, сколько тебя можно ждать. Субин резко остановился. В голове всплыли воспоминания из сна. ...Субин не мог верить, что так всё закончится. Он отказывался верить. А что если именно такой исход будет верным? — Почему… Ён…джун… Не успев договорить фразу, парень истошно закричал, раздирая горло и выплевывая кровь на белый снег… Пуффендуец обернулся. Сердце Субина бешено колотилось об стенки грудной клетки. Синеволосый чуть не завыл, когда осознал, что слизеринец уже уходил в противоположную сторону от него. Пуффендуец хотел позвать, но в горле встал ком, не давая проронить и слова. Субин словно завороженный наблюдал, как полы чёрной мантии слизеринца колыхались от шага, а холодный ветер, который дул из щелей стен коридора, трепал чернявые волосы. Синеволосый смотрел на силуэт парня и где-то на подсознании надеялся, что тот обернётся. Он хотел, чтобы тот обернулся. Но зачем? Субин не знал ответа на этот вопрос. Признаться он и не хотел на него отвечать. Но слизеринец не обернулся. Звук его шагов, словно сквозь воду, доносился до пуффендуйца, а безразличие, которое тот оставил после себя, как льдинки впивались в невинное сердце парня. Слизеринец скрылся за поворотом, пропадая с поля зрения синеволосого. — Ёнджун,  — прошептал Субин в никуда, продолжая стоять в пустом, холодном коридоре факультета Слизерин.