Отныне, мы семья. (1 том)

Прошло два месяца с тех пор, как Флэш попал в дом к Спикеру. Начался июль. Жизнь текла в спокойном ритме. Отдых, жара, редкие, но завораживающие грозы. Флэшу нравилась тихая и размеренная жизнь. Занятия с Даниэлем с каждым разом все усложнялись, но похвала Диктора и чувство гордости за самого себя не давали устать от учебы слишком быстро. Помимо занятий с Даниэлем, Том тоже прикладывал руку к расширению кругозора мальчика. Он читал ему книги, рассказывал о своем опыте, учил простым вещам, таким как уборка дома или как правильно выбирать продукты для приготовления еды. Флэш схватывал на лету. Блондину казалось, что времени на обучение у него не так много: скоро Флэш вырастет, и запоминать информацию в привычном темпе будет сложнее. А так, пока есть «детское» восприятие, можно многое сделать и научить. К тому же, Тому нравилось, что его слушают и пытаются ему подражать. Особенно это приятно, зная, что никаких смертей в конце обучения не будет, как было пару лет назад. Вот и сегодня ничто не могло нарушить покоя в доме Спикера, ведь настала суббота — день, когда дом готовился к новой неделе. Том загружал стирку, протирал пыль и составлял расписание на несколько дней вперёд, а Флэш убирался в своей комнате и мыл полы в доме. Каждый занимался своими обязанностями. Уборка длилась недолго, всего три часа. Всем хотелось поскорее закончить, ведь погода обещала быть хорошей весь день, а проводить сутки в четырех стенах не хотелось. Вынеся мусор во двор, клон решился попроситься погулять с Томасом.</p> — Сэр, сегодня такая хорошая погода! Можно мы сходим куда-нибудь? В парк или просто походим по улицам города, если вы не против, конечно, — сказал Флэш, смотря в окно. — А? Ну… — Том призадумался. У него точно были сегодня дела, а именно: готовка ужина, починка дронов, создание документов для клона и, наконец, просто побыть в одиночестве. Последний пункт был самым важным для блондина: он ощущал, как ему стало душно от чего-то морально. Но он все списывал на свою занятость и бесконечное внимание от клона, который, как хвостик, следовал за ним везде, конечно, если не был занят уроками. Однако Том решил согласиться. Он давно просто так не гулял, особенно с кем-то близким. Прогулка могла расширить кругозор клона: он почти не бывает за пределами двора, а ведь однажды он пойдет в школу! Сборы не заняли много времени: пятнадцать минут, и вот оба стояли у калитки. Том был одет в белую футболку, шорты и панамку. На плече висела сумка с холодной водой, парой снеков, ключами, кошельком, наушниками и телефоном. Флэш же надел голубую футболку, синие шорты и черную кепку, которые нашел в шкафу. За плечами висел рюкзак. — Что в рюкзаке? — спросил Том, смотря на рюкзак. — Там бутылка воды, салфетки, блокнот, аптечка, карандаши, — с улыбкой на лице сказал Флэш. — У меня уже многое есть, но если хочешь таскать, то твое право. В любом случае, куда мы пойдем? В городе есть небольшой парк, а также несколько полей. Куда ты хочешь? — Я? Ну, я не знаю. Куда хотите вы? — Нет, Одиннадцатый. Я спрашиваю именно тебя, поэтому ответить должен ты. И на будущее: если я спрашиваю тебя о чём-то, будь добр, ответь. Меня раздражает, когда кто-то перекладывает ответственность на другого! Ты меня понял? — Том почувствовал, что перешёл на крик. Немного замерев, Том выдохнул, осознав, что звучал слишком грубо для такой мелкой ситуации. Из-за приказного тона он бы и сам не понял, что это совет, а не упрёк. Взгляд учёного вернулся на клона. Флэш почти не дышал. Глаза мальчика стали красными, а губы предательски задрожали. Том опять перегнул палку и напугал ребёнка. Этот измученный взгляд он узнает из тысячи. — Ой, прости меня, Одиннадцатый. Я не хотел тебя пугать. Просто я хочу, чтобы ты умел выражать своё мнение, а не прятаться за спиной у кого-то, понимаешь? Куда ты хочешь пойти? — Том говорил ласково и тихо, наклонившись к клону. — Никуда. Никуда не хочу идти, — с дрожащим голосом сказал Флэш, вытирая слёзы с щёк. — Почему? Ты ведь так этого хотел! Погода такая хорошая! Птицы поют, ветер не сильный. Пойдём, Одиннадцатый, — продолжал уговоры Томас. — Настроение пропало. К тому же мне нужно сделать домашнюю работу по чистописанию, а то мистер Греть будет зол, — с этими словами Флэш развернулся и пошёл в дом. Том ещё десять минут стоял на улице и анализировал ситуацию. Он никак не мог понять, почему Флэш так себя повёл. Это не было на него похоже. Что за детские капризы! Томас пришёл к мысли, что между «сражайся или беги» Флэш выбрал второе. Когда блондин зашёл в дом, он обнаружил, что вещи Флэша валялись на полу в прихожей, а содержимое рюкзака было разбросано по всей кухне. Собрав вещи, Том решил поговорить с Одиннадцатым. Поднимаясь по лестнице, он репетировал в голове свою речь и цели, по которым он идёт к клону. Подойдя к двери и постучав в неё, Том не услышал никакой реакции. Том хотел уже было войти без второго стука, но дверь была заперта. — Одиннадцатый, открой дверь. Нам нужно поговорить. Не заставляй меня прибегать к экстренным мерам, — но ответа не последовало. Такая наглость сбила с толку. Том явно не ожидал такой ребячьей провокации. Ни ответа, ни чего. Обычное молчание. Том не привык терпеть подобные выходки. Раздражение росло, как и сила, с которой учёный дергал ручку двери. — Либо вы сейчас же открываете дверь, молодой клон, либо я сам её открою своим ключом. Но если второй вариант произойдёт, то я, во-первых, буду крайне тобой разочарован, а во-вторых, у тебя будут большие неприятности, Одиннадцатый! Ты будешь наказан! Крайне серьёзно, — Том окончательно перешёл на крик, но ответа не последовало. Гнев взял над учёным... Никто не мог так им манипулировать! Ни друзья, ни семья, ни, особенно, клон. Если кто-то хочет проблем, он их получит. — А, значит, так, да? Что ж, я тебя предупреждал, Одиннадцатый. — С этими словами Том направился в свою комнату и стал искать связку ключей от каждой комнаты дома. Спустя десять минут ключи были найдены, но как только Томас вставил их в замочную скважину, дверь открылась. На пороге стоял заплаканный Флэш, который еле держался от страха. Его сердце колотилось как бешеное, глаза хаотично смотрели на Тома. Клон боялся лишний раз моргнуть. Флэшу казалось, что воздуха стало в несколько раз меньше. Он не знал, что ожидать от учёного. Так они простояли друг напротив друга несколько минут в полной тишине. — И долго мы будем тут стоять? Может, позволишь войти? — с ноткой сарказма произнес разгневанный блондин. — Д-да, конечно, сэр, — опустив глаза, сказал Флэш, отходя в сторону, чтобы Том мог войти. Учёный незамедлительно вошёл в комнату клона и оглядел её. По всей комнате валялись листы бумаги, карандаши, выделители и книги. Беспорядок разозлил больше обычного. Разум помутнел, кровь кипела. Раздражение, которое копилось столько времени, вышло наружу. Где-то на последних задвижках здравого смысла учёный понимал, что совершает ошибку и ему нужно успокоиться, но сил молчать больше не было. С этой секунды он больше не контролировал себя, снова. — Что всё это значит, Одиннадцатый? Ты решил мне дом превратить в свалку? Я не позволю тебе этого сделать! Ты хоть знаешь, каких трудов мне стоит этот дом, который ты захламляешь? Ты хоть представляешь, сколько усилий я трачу каждый день, чтобы этот дом был в порядке? Я тебе рабыня из Аура? Я что, каждый день должен следить за порядком в доме? Я думал, что ты будешь мне хоть немного помогать, но нет. Смотри в глаза, когда с тобой разговаривают, Одиннадцатый. Твоё поведение сегодня просто возмутительно! Я не ожидал от тебя такого. Сначала ты перечеркиваешь все мои планы, а потом говоришь, что ничего не хочешь и устраиваешь погром в доме. Или ты хочешь снова отправиться в приют? Может, там тебе вправят мозги, а? Я жду объяснений, Одиннадцатый. Отвечай! — Голос Тома был крайне оглушительным. От накала ярости Том замахнулся на клона, но перед самым ударом на мгновение пришёл в себя. — П-простите, простите, простите меня, пожалуйста! Мне очень жаль, что я разочаровал вас, сэр! Я буду стараться лучше! Только, пожалуйста, не отдавайте меня снова в приют! Я буду хорошим мальчиком, я всегда буду убираться, готовить вам, помогать в лаборатории, только, пожалуйста, не бросайте меня! Я никогда больше вас не расстрою, пожалуйста, простите меня! Я больше никогда не буду мешать вам, сэр! Пожалуйста... — у клона началась истерика. Он кричал эти слова так громко, как мог, жестикулируя и смотря прямо в глаза блондина, хоть из-за слез силуэт для него был размытым. Закрыв лицо руками, Флэш упал на колени перед Томасом и согнулся. Последние слова врезались в голову ученого. Что он говорит? Какой приют, какое перевоспитание? Это не имело смысла. Жестокие слова ради жестокости. В комнате повисла тишина. Подступила тошнота. Дышать стало противно. Голова гудела, а осознание вышесказанного убивало с каждой секундой. И вроде бы, обычно в таких ситуациях нужно извиниться, обнять, попросить прощения, но Том стоял как вкопанный. Он не мог произнести и слова. Разгневанный разум все продолжал плевать желчью на бедного ребенка. — Если ты действительно раскаиваешься в содеянном, то уберись в комнате. Через час проверю. И не дай бог я замечу хоть одну вещь не на своем месте. — С этими словами, как последний трус, Томас развернулся и пошел к двери. Спустившись вниз по лестнице и проходя на кухню, Том резко остановился у зеркала. На мгновение ему показалось, что в отражении не он, а кто-то другой. Он увидел в отражении Диктора — жестокое, безжалостное существо, которому все равно на смерти других, чье единственное развлечение — причинение боли другим. Том подошёл ближе к зеркалу и стал рассматривать себя. Он заметил, что руки его были сжаты в кулаки, дыхание было тяжёлым, а лицо полно отвращения. Том выдохнул и пошел заваривать себе чай. Пока чайник вскипал, Том снова погрузился в раздумья. Ему было стыдно за самого себя. Он предполагал, почему клон себя так ведет: почему он разбросал вещи, почему нагрубил ему, почему заплакал при малейшем повышении голоса. Все поддается объяснению, но слишком поздно. Единственное, Том не понимал, почему он так себя повел. Как ни крути, Флэш был ребенком с базовыми знаниями о мире ниже среднего. Он наверняка не понимает, как нужно выражать свои желания и эмоции. Он не понимает, что мир не заканчивается на одном лишь Томе. А он обошелся с ним так несправедливо, так грубо и жестоко, доведя до слез и истерики. Как теперь ему смотреть в глаза? Как снова заставить его улыбаться? Как заставить снова поверить? Том выдохнул и пошел заваривать себе чай. Пока чайник вскипал, Том снова погрузился в раздумья. Ему было стыдно за самого себя. Он предполагал, почему клон себя так ведёт: почему он разбросал вещи, почему нагрубил ему, почему заплакал при малейшем повышении голоса. Все поддается обеснению, но слишком поздно. Единственное, Том не понимал, почему он так себя повел. Как ни крути, Флэш был ребенком с ниже средним уровнем базовых знаний о мире. Он наверняка не понимает, как нужно выражать свои желания и эмоции. Он не понимает, что мир не заканчивается на одном лишь Томе. А он обошелся с ним так несправедливо, так грубо и жестоко, доведя до слез и истерики. Как теперь ему смотреть в глаза? Как снова заставить его улыбаться? Как заставить снова поверить, что с ним клону не страшны опасности и он всегда сможет защитить его? Том не знал ответов на эти вопросы. Через два часа Том решил проверить Флэша и заодно извиниться за случившееся, но, зайдя в комнату, Том обнаружил, что клон уже спит, хоть на часах было только полшестого вечера. Поправив одеяло и выключив свет, Том закрыл дверь. Он обязательно извинится завтра. Оставшийся день Том старался отдать себя делу: документы, дом, хобби. Всё, лишь бы не думать о ссоре. Он всё ждал, как дверь на втором этаже отворится, клон спустится, и ученый принесет свои извинения, убеждая того, что никакого приюта никогда не будет. Что всё, что наговорил Том, было полным бредом, не более. Но Одиннадцатый не вставал. Ближе к десяти часам вечера раздался звонок телефона. Том сначала не понял, кто ему звонит, но, взяв трубку, он всё понял. Это был Роберт Смит. — Алло? Том, это Роберт. Надеюсь, что я не сильно отвлекаю тебя. — Роберт? Зачем звонишь? Что тебе нужно? — раздраженно спросил Томас, желая бросить трубку. — Что ж, буду крайне честен. Нам нужна твоя помощь. Как ты знаешь, лаборатории BobSoc расположены по всему миру, и каждая отвечает за свой отдел науки. Так вот, в штате N расположен один очень важный BobSoc. Если ты помнишь, то там мы создавали различных мутантов из элементов таблицы Менделеева. — Переходи к делу, Роберт, а то я сброшу звонок. — Да. Есть один экспонат под номером 1202, который обладает сильной мутацией на основе золота. Так вот, нам нужно, чтобы ты приехал в эту лабораторию и провел некоторые эксперименты. Какие, скажу на месте. — Что? Этот штат находится на другом конце страны! Чтобы туда добраться, потребуется выделить целый день! — раздраженно сказал Том. — Я знаю, Том. Я сам не в восторге. Но ты нужен науке. Пожалуйста, выручи нас разочек. — А что мне за это будет? — Блин, какой же ты зануда, Том. Если ты поможешь мне, в будущем я помогу тебе. Договорились? — Арх. Ты безнадежен, как всегда. Хорошо. Договорились. Завтра выезжаю. — Спасибо, Томми! Ты лучший! — Не называй меня так, Роб… — но шатен положил трубку раньше, чем Том успел договорить свою фразу. Выдохнув и поняв, что даже завтра он не сможет принести свои извинения клону Томас начал готовится ко сну и дальнейшему путешествию…