Запах дюшеса

POV Дэна Прошло четыре дня. Четыре! Эрл словно исчез с лица земли. Его нигде не было. Я ждал его в кондитерской, я постоянно звонил в редакцию, дежурил у его дома. Ничего! Словно такого человека просто не существовало. Я боялся, что с ним что-то произошло. Инстинкты зашкаливали, мешая трезво рассуждать, я становился неуправляемым, выдержка была на пределе. Вечером я снова пошел к дому малыша, но на этот раз с твердым намерением увидеть его и серьезно поговорить. - Эрл! Открой, пожалуйста, дверь! Мне просто нужно убедиться, что у тебя все в порядке. – Я издевался над дверным звонком. - Эрл! – Я старался не думать, как звучит мой голос на пустой лестничной клетке. Наверное, это больше смахивало на рык. Хоть бы не испугать в конец моего омежку! Соседняя дверь с ужасным скрипом открылась, явив мне любопытную мордашку дедули-омеги. Несколько секунд меня сверлили рентгеновским взглядом, а после театральным жестом предложили зайти в квартиру. Через две чашки кофе я знал все: Эрл живет у папы, потому что поссорился со своим ухажером (и откуда только такие сведения? Очевидно, соседи - особая каста населения с развитыми экстрасенсорными способностями), ужасно страдает (тут мне захотелось покончить с собой) и не хочет никого видеть. Я постарался, максимально сдерживая свои эмоции, выяснить адрес. Старик, лукаво улыбаясь, отдал мне бумажку, и ткнул пальцем в настенные часы. Было почти двенадцать часов ночи, и идти к омежке было не разумно. Следующим утром все решится. Чуть свет я буквально влетел в кондитерскую, на ходу отдавая распоряжения. Мне не терпелось увидеть малыша, но врываться в чужую квартиру как дикарь я не собирался. Нужно было взять с собой что-нибудь вкусненькое и постараться успокоиться. И тут мне в нос ударил запах, от которого моментально снесло крышу. Этот запах я не спутал бы ни с чем. Пахло сладким дюшесом, пахло моим малышом. Он был здесь. Я начал метаться между прилавками, пытаясь найти Эрла и налетая на сотрудников. На свою беду, мне на пути попался Бен. -……… и этот «ходячий тортик» умчался, как ошалелый. – Бен что-то говорил, но я услышал только конец фразы. В голове моментально всплыл давний разговор и обидное прозвище, которым наградили Эрла. - Где он? – кажется, я схватил Бена за грудки.- Я спрашиваю, где он? Где омега? - У-ушел. Минуту н-назад. Я отшвырнул от себя бету и бросился вон из магазинчика. За угол поворачивала фигурка в знакомой светленькой курточке. - Эрл! – Фигурка дрогнула, малыш обернулся, по мне теплой волной пробежали фиалковые глаза. В миг все мои инстинкты утихли, сердце успокоилось, за спиной тихо зашелестели невидимые крылья чистой любви. Только вот взлететь не получилось: Эрл угловато повернулся на пятках и шагнул за угол. Не понимая, что происходит, я поспешно преодолел расстояние, разделявшее нас ранее, но омежка не собирался останавливаться, он набирал скорость, пытаясь убежать от меня. Я замер на долю секунды. Что происходит? Догнать и перегнать мое дюшесное чудо не составило труда. Малыш налетел на меня и, наверное, упал бы от неожиданного столкновения с препятствием, если бы я не ухватил его за предплечья железной хваткой. Он забился, попытался вырваться, но, осознав бесполезность этих действий, утих и поднял на меня глаза, которые уже застилали слезы. - Эрл! Малыш! Что происходит? Ты не ходишь на работу, не ночуешь дома, у тебя отключен телефон. Я чем-то обидел тебя? Ты так поспешно сбежал тогда, что я не успел извиниться. Малыш, ну же, посмотри на меня. – Эрл плакал, тихо всхлипывая и смотря куда-то на свои ботинки. – Маленький мой, скажи мне, что происходит. Я хочу услышать твой голос. Эрл чуть слышно шмыгнул носом и уткнулся мне в грудь. - Ну же, - я несильно встряхнул омежку. Паренёк посмотрел на меня и вдруг резко отстранился, вырвался из моих рук и, набрав в грудь воздуха, быстро и зло затараторил. - Дэн, ты ничего не понимаешь! Ты! Ты такой! Ты просто не можешь этого понять! – Эрл сорвался на крик. Его сумбурная речь лилась, словно на исходе сил. В глазах стояли непролитые слезы. – Ты такой красивый, ты сильный, успешный альфа! А посмотри на меня: я же полное ничтожество, я толстый, я ужасный, во мне нет ничего красивого, я противен сам себе. - Эрл, ты совсем не такой! - Нет, подожди, не перебивай меня! Я должен сказать: я недостоин тебя, я - никто, понимаешь. Когда ты там, на пляже, обнял меня, мне показалось, что в моей жизни не случится уже ничего прекраснее. Оставь мне, пожалуйста, эти воспоминания и дай уйти. Не нужно мне ничего говорить и доказывать. Просто посмотри! – Малыш ткнул дрожащим пальцем в стекло соседней витрины. – Посмотри! Я – урод. Толстый урод, неспособный привлечь даже бету. Эрл продолжал что-то страстно говорить, а мне хотелось рассмеяться от облегчения. Ничего серьезного (по моим меркам) не происходило, а вот омега, похоже, так не считал. Слова в данной ситуации, конечно, многое бы значили, но я всегда отдавал предпочтение действиям, поэтому аккуратно наклонился к пареньку и нежно поцеловал его в лоб. Омега замер, а я, воспользовавшись минутным затишьем, стал медленно покрывать его разгоряченное личико невесомыми поцелуями. Крепко обхватив талию малыша руками, я не давал ему ни малейшего шанса вырваться, тихо шептал нежные словечки и оставлял на бархатной коже следы своего дыхания. - Ты самый красивый омега, который мне когда-либо встречался, - шептал я. - Малыш, как жаль, что ты не видишь себя со стороны. Твоя нежность и ранимость – вот те качества, которые пленили меня. Мне куда важнее быть обладателем идеальной души, чем идеального тела. И если ты мне подаришь такую душу, я до конца своих дней буду рядом. Я буду защищать тебя, и любить так сильно, как только смогу. Эрл стоял, не шевелясь, и смотрел невидящим взглядом сквозь меня. - Мой. – Неслышно выдохнул я, накрывая его губы своими. Как долго я ждал этого момента, как сильно хотелось его запомнить навсегда, но мысли исчезли, осталось только желание никогда не прерывать этот поцелуй. Я ласкал его губы, не углубляя поцелуя до тех пор, пока легкие не начали гореть от нехватки воздуха, тогда я слегка отстранился и глубоко вдохнул. Эрл стоял не дыша, глаза были закрыты, его руки, которые упирались мне в грудь, внезапно ослабели, он пошатнулся, и я поспешил прижать малыша к себе еще ближе. Аметистовые глаза распахнулись. В них светилась такая запредельная нежность, что я вновь приник к губам омежки, на этот раз, давая выход всей страсти, которая терзала меня изнутри. Я проник в его ротик, захватывая язык в танец исполненный страсти, то едва касаясь, то углубляя поцелуй, то аккуратно проводя языком по ряду зубов. Тихий стон, сорвавшийся с губ малыша, грозил мне полным помешательством. Внезапно стало тяжело дышать, воздух вокруг меня заколебался и стал тягучим как желе. Все больше и больше сводя с ума, пространство заполнял невыносимо прекрасный аромат дюшеса. Эрл дернулся, вырвался из объятий и, нелепо мельтеша руками, запричитал: -Нет, только не это. Течка. Этого не может быть. Ведь должна только через неделю… Не долго думая, я подхватил малыша на руки и решительно понес его в направлении своего дома. Кожа омежки горела, обжигая меня теплом даже сквозь одежду, сам он тихо стонал и все сильнее прижимался ко мне. Пожалуй, сегодня я все-таки сойду с ума!