Танцовщица и графиня.

Адель сидела в карете, что направлялась к главной площади, а служанка сидела напротив своей госпожи, которая была всегда к ней добра. Сама юная леди смотрела на людей и дома, что были по ее мнению крошечными. Вскоре Адель со своей служанкой вышли из кареты, медленно начиная идти по площади, но внимание юной леди привлекли уличные артисты, что являлись цыганами. Взгляд голубых глаз привлекла танцовщица, чье платье напоминало утреннюю зарю, а движение девушки были изящными, но не смотря на это довольно решительными. В черных глазах цыганки горел огонь веселья, щеки девушки раскраснелись от танца, а на ее губах застыла улыбка лисицы, которая сразу заставило сердце юной леди затрепетать от танца и заставить вспомнить образ Нику, но Адель отогнала его. Танцовщица смеялась, а ее браслеты звенели, разнося по улице звон колокольчиков. Адель зачаровано наблюдала за танцем Лалы не в силах отвести свой взгляд, ведь эти горящие глаза, движения, эмоции, все это манило ее к цыганке. Но вдруг танец закончился и юная леди огорченно вздохнула, медленно подходя к цыганам. Служанка пошла за своей госпожой, недоверчиво смотря на артистов. Адель подошла к танцовщице, тихо произнося. -Агат, дай этим уличным артистам их оплату за прекрасные трюки и танцы. Агат удивленно посмотрела на юную леди, прошептав. -Но госпожа, они же цыгане! Да еще кочевые! Девушка нахмурила свои брови, жестоко сказав своей служанке. -Агат, дай этим уличным артистам деньги, или ты знаешь, как твоей госпоже поступать лучше? Глаза Адель выражали холод, а служанка вздрогнула под этим взглядом и не хотя подошла к артистам, отдавая танцовщице пару золотых монет, а после уходя со своей госпожой. Лала смотрела вслед двум девушкам, прижимая к себе монеты, а ее щеки покраснели от смущения, что сейчас она испытывала. Нику подошел к своей сестре, смотря туда, куда смотрела его сестра со вздохом произнося. -Лала, это дочь графа. Ты же знаешь, не смотри им вслед, иначе тебя ждет... -Я знаю, Нику. Ты это мне говоришь не в первый раз. Пойдем купим хлеба. Лала взяла своего брата под руку, побежав с ним на рыночную площадь. Юноша возмущенно смотрел на свою сестру, что была довольно весела, фыркнув. -А вдруг наши вещи своруют... -Пшал,-перебила его цыганка, улыбаясь,- не беспокойся. Кто может украсть то, что принадлежит ворам? Только безумец! Лала рассмеялась, подбегая к торговцу, что расхваливал свои товары, но как только он заметил цыган его лицо искривилось от отвращения. Голос торговца был грубым и он не особо скрывал свое пренебрежение к бродячим артистам. -Что вам надо? Для бродяг и воров я ничего не продаю! Уходите отсюда! Нику молча потянул свою сестру подальше от будущего конфликта, но цыганская кровь показала себя и юная танцовщица довольно громко и возмущенно произнесла. -Да у такого человека, как ты, только и купят еду для своего скота! Даже скот не будет есть эту еду! Да ты, бенг рогэнса*... Нику быстро остановил свою сестру, смотря на торговца и тихо говоря. -Я прошу прощения за свою сестру, она немного не в себе... -Идите отсюда! Нику повел свою сестру подальше и произнес, вздыхая. -Лала, сколько мне еще раз повторять, чтобы ты не создавала конфликтов? Нас могут выгнать из этой империи в любой момент или сделать что-нибудь похуже! Девушка фыркнула и топнула ногой. -Пшал*, ты же знаешь, что нас и так могут выгнать в любой момент и им не нужна причина для этого! Эти ганджо* каждый раз смотрят на нас с отвращением и высокомерием, хоть мы такие же как они... Нику мотнул головой и обнял свою сестру. -Знаю, знаю, пхрэн*, но что поделать? Пойдем соберем наши вещи и отправимся в табор. Лала кивнула головой, шмыгнув носом. Она была благодарна своему брату, ведь если бы не он, девушка могла бы найти приключения на свою голову. И вот двое цыган направились обратно, говоря на своем родном языке и улыбаясь.