Немного глупостей

      Арно гурманом назвать можно было с натягом, пусть у него и были некоторые фамильные предпочтения. Но любая еда меркла и бледнела на фоне той, которой угощала Валентина Мэллит. Она, может, и не догадывалась, что у соседа появился нахлебник, но, серьезно, за ее стряпню можно было умереть. Арно жевал очередной шедевр кулинарного искусства, кажется, Тин назвал это клафути, с уверенностью, что будущий партнер этой девушки будет человеком удивительно счастливым, потому что вкусная еда – это, черт возьми, важная составляющая счастья, пусть и не определяющая.       — Это очень вкусно, — с набитым ртом в который раз резюмировал Савиньяк. — Я готов целовать руки этой Мэллит.       Сидящий напротив Валентин смотрел как-то слишком умилительно.       — Я рад, что тебе нравится.       — А тебе?       — Мне тоже нравится, — в подтверждение своих слов Валентин отравил кусочек в рот.       — Она ж учится? На кого?       Придд задумчиво свел брови, видимо, вспоминая, и ответил через пару мгновений:       — Что-то связанное с историей, не помню, как направление называется, не в нашем универе.       — Человечество потеряло от того, что она – не повар-кондитер, но, дело, конечно, ее, — Арно покачал головой, съел еще кусочек и продолжил: — Я съел уже столько ее стряпни, но ни разу не видел! И вообще, это как-то неблагодарно, что ли.       — Я тоже об этом думал, — Валентин отпил чай, — о том, что ее нужно как-то отблагодарить, а не о том, что ты ее не видел.       — Я мог бы оскорбиться. Но не буду. Ты что-то предлагаешь?       — Нет. Не знаю. У меня нет идей.       Арно призадумался. О Мэллит складывалось впечатление как о человеке в первую очередь душевном. И что-то вроде букета цветов ей вряд ли понравится на самом деле. Тоже угостить ее, купить сладости? О, нет, узнай мать его мысли сейчас, назвала бы их вульгарными.       — Давай тоже что-нибудь ей приготовим?       Валентин слегка подавился чаем.       — Но мы же не умеем.       — Во-первых, мы не будем делать что-то сложное, — Арно уже искал в интернете подробный рецепт простой шарлотки, — во-вторых, зато это будет от всей души. У тебя есть миксер?       Сбитый с толку Придд лишь кивнул.       — Отлично, — Арно, на мгновение отрывавшийся от экрана телефона, снова вернул к нему взгляд. — Так, ну эта байда с белым хлебом и ликером выглядит, право, роскошно, но делать мы ее, конечно же, не будем. Та-ак, нужны яблоки, мука, яйца, сахар и разрыхлитель. Что есть, чего нет?       — Все есть, кроме яблок и разрыхлителя.       — Хорошо! Допиваем чай и идем в магазин.       Арно пылал энтузиазмом.

***

      Валентин бы соврал, если бы сказал, что уверен в этой затее на все сто, но не заразиться воодушевлением Арно было невозможно.       Сейчас он наблюдал за Савиньяком, придирчиво выбирающим приличные яблоки среди преобладающего большинства вялых в ближайшем супермаркете. Разрыхлитель они искали на стеллажах минут пятнадцать, с яблоками дело грозило затянуться где-то на столько же, но у Валентина и в мыслях не было жаловаться.       — Думаю, этого нам хватит, — Арно, взвесив яблоки, подошел, взял парня под руку и повел к кассе.       Расплатившись и упаковав продукты, они пошли домой, благо, нужно было просто пройти через два двора, и дома парни были уже минут через пять.       За подготовкой дело не стало: миксер отыскался в рекордные сроки, подходящие миски были выужены на стол и среди обилия маловостребованной утвари была отобрана подходящая по большинству параметров и не имеющая альтернатив форма для запекания.       Арно сам занялся тестом, а Валентину нужно было нарезать яблоки и просеять муку. Придд краем глаза наблюдал, как Арно сосредоточенно взбивал сначала только яйца, после начав медленно добавлять сахар. Слегка наклонив чашку, тот вглядывался в месиво с очаровательной сосредоточенностью. Которая не помешала бы Валентину, работающему с ножом и чуть не цапнувшему себе пальцы, ибо нужно меньше смотреть на Арно.       Тесто стало похоже на густое сгущенное молоко, когда следовало уже добавлять муку.       — Миксером было бы проще, но там в рецепте написано, что муку нужно вмешивать, значит, будем вмешивать, — Арно чинно сменил миксер на большую пластиковую ложку, — займешься формой?       Валентин кивнул и полез в один из нижних шкафчиков за маслом, и только он открыл дверцу, как услышал чих и разочарованное «твою ма-ать». Резко вскинув голову, он ударился головой о столешницу, но это все меркло и бледнело на фоне открывшейся картины. Все лицо, волосы и футболка Арно были в муке, как и окружение. Валентин не удержался и прыснул.       — Я знал, что это случится. Яйца с сахаром не подвели, но мука… Муке нельзя было доверять.       Видимо, эксцесс настроя Арно не сбил, а только раззадорил, потому что тот усмехнулся до того широко…       … и швырнул в Валентина горсть муки, комично рассмеявшись как злодей из мультфильма.       Значит, война.       Придд провел рукой по столешнице, собирая немного муки, и запустил пальцы парню в волосы, усугубляя и так прискорбное их состояние. Арно, такого поворота событий не ожидавший, замер, ошалело глядя на руку перед своим лицом, и только через несколько секунд спустя пришел в себя. С вскриком «Э-эй!» он почти повторил маневр Валентина, только руки, уже измазанные в муке, протянул к лицу, а не к волосам. Началось нелепое противостояние, в результате которого больше муки рассыпалось вокруг, чем попадало на парней. Арно пошел в контрнаступление, предварительно макнув руку в пачку, но неожиданно полетел вниз, поскользнувшись на рассыпанной по полу муке. Нелепо замахав руками, он ухватился за Валентина и потянул его за собой. Савиньяк упал на спину, за малым не ударившись головой о ножку стола, Придд упал сверху, расставив руки по обе стороны от Арно. Стало тихо. В воздухе витала мука, которая в свете солнца выглядела пылью. Лицо Савиньяка было белым, будто в театральном гриме, отчего и так темные глаза казались почти черными, хотя, возможно, этому способствовали расширенные зрачки. Валентин перенес вес с кисти левой руки на предплечье, опускаясь и почти ложась на Арно, и поцеловал его, то ли объявляя себя победителем, то ли капитулируя. Ощущение муки на губах и ее привкус были странными, удерживать себя в кривом подобии планки и целоваться становилось труднее с каждой секундой, но это было слишком хорошо, чтобы прерываться. Арно, видимо, заметив, что Валентин от напряжения начал немного трястись, положил руку ему на затылок и потянул вниз, вынуждая лечь на себя сверху. Стало легче, но Придд все равно старался сместить вес на руки, насколько мог. Валентин отстранился где-то через минуту.       — Нужно все это убрать теперь…       — И доделать шарлотку.       — И доделать шарлотку.       Вставать не хотелось, но пришлось. Невесомо коснувшись губ Арно напоследок, Валентин поднялся. Арно залеживаться на полу не стал и последовал его примеру.       — Где веник и швабра? — Савиньяк с переменным успехом пытался вытряхнуть муку из волос.       — В шкафу рядом с ванной.       — Хорошо. Закончишь с выпечкой?       — Ага.

***

      Шарлотка была готова, выглядела подозрительно симпатично и даже не подгорела.       — Может, она еще сырая? — Скептично спросил Арно.       В то, что они с первого раза правильно всё сделали, верилось с трудом.       — Но ты же тыкал шпажкой, она сухая осталась, значит – готово, — Валентин звучал уверенно, но выглядел все равно сомневающимся.       Убедиться можно было лишь опытным путем, но резать не хотелось, ибо вид она тогда свой потеряет. Сахарная пудра была немного похожа на муку, и это заставило Арно улыбнуться.       — Твоя правда. Осталось презентовать. И либо мы молодцы, либо отравим человека.       — Тоже резать не хочешь?       — Ага. Пригласишь эту свою Мэллит?       — Сейчас ей напишу, посмотрим, что скажет.       Арно занял ставшее уже излюбленным место и откинулся на спинку стула. Процесс готовки был сам по себе ничего, но вот внеплановая уборка оказалась немного изматывающей.       — Она ответила. Говорит, дома, спустится минут через десять.       — Поставим чайник?       Савиньяк хотел было уже подняться, но Спрут уже был у плиты и начал шаманить, поэтому он окончательно расслабился, прикрыв глаза. Было хорошо вот так вот сидеть на кухне, где витал запах выпечки, и слушать, как его парень ходит рядом и немного гремит посудой. Один из тех моментов, ради которых хочется жить. Чайник как раз закипел, а Валентин расставил посуду и приборы, когда раздалась трель дверного звонка. Арно распахнул глаза, и через несколько мгновений в кухню вошел Придд и миловидная рыжая девушка. Увидев Арно, она немного распахнула и так большие глаза, которые при дневном свете казались какими-то медными. Тин не предупредил, что не один? Вряд ли. Тут было что-то другое.       — Мэллит, это Арно, мой молодой человек, — представил Валентин. — Арно, это Мэллит.       Арно встал, как и подобает мужчине.       — Я счастлива нашей встрече, — девушка кивнула и улыбнулась, а потом немного замялась и все же продолжила: — Вы очень похожи на кое-кого, с кем я знакома.       Ну вот, теперь понятно, откуда удивление.       — Я тоже рад знакомству. Пожалуйста, на ты, — Савиньяк отодвинул стул, приглашая Мэллит за стол, а потом, когда она села, вернулся на свое место, — скорее всего, это кто-то из моих братьев. Ли или Эмиль.       — Лионель, — подтвердила девушка.       Арно думал пошутить про не лучший выбор, но не стал, ибо отчего-то был уверен, что Мэллит знает, какой Ли на самом деле, а он, хоть и кажется мудилой, на самом деле не плохой человек. Поэтому просто сказал:       — Здорово! Не зря говорят, что мир тесен.       — Как-то дра… Лионель рассказывал о братьях и называл их имена, а Валентин говорил о своем Арно, но Мэллит, кхм, я никогда не могла подумать, что речь идет об одном и том же человеке! Хотя сейчас это ясно как день, а рассказы были похожи.       У нее была довольно занятная манера речи, но Тин рассказывал, что у нее нелегкая судьба, и родилась она в какой-то секте, чудом и случайностью ее оттуда вытянули, а после ее удочерила семья какого-то генерала. Мэллит сидела, сложив ладошки в замок у груди, отчего казалась еще меньше. Интересно, где братец мог познакомиться с такой девушкой? Впрочем, у нее он спрашивать не будет. А у Ли и подавно, пусть и по иным причинам.       — Чай черный, зеленый или травяной? Такой же, как ты пила в прошлый раз, — спросил Валентин.       — Если можно, то травяной.       Придд улыбнулся и, бросив мягкое «конечно, можно», принялся разливать чай. Мэллит, наконец, позволила себе расслабиться и опустила руки.       — Вообще, — сказал Арно, — я хочу, чтобы ты знала, что я чертовски люблю твою еду.       — Спасибо. Я счастлива, когда моя еда приносит радость.       — Мы бы хотели тоже тебя угостить, — подошел Валентин и расставил исходящие паром кружки. — Гарантировать, что эта шарлотка принесет радость, я, конечно, не могу, но мы старались.       — Вы сделали ее сами? — Ее лицо приобрело удивительно восторженное выражение.       — Ну, да, — ответил Арно и потупил взгляд.       Он и не думал, что это настолько ее впечатлит. Тем горше будет разочарование, когда она попробует этот шедевр кулинарного искусства. Валентин чинно отрезал кусочек и положил его Мэллит. Пока девушка отламывала вилкой шарлотку, несла ко рту и жевала, Арно казалось, что каким-то образом сейчас решается его судьба.       — Вы угадали тот миг, когда тесту уже хватило обжигающего тепла и должно было его вынимать, — резюмировала Мэллит, кротко улыбнулась и продолжила: — получилось вкусно, ведь с едой, в которую вложены души, мы вкушаем любовь.       Странное тепло, растекшееся по груди, Арно списал на только что отпитый горячий чай.