«— Возьми свои слова обратно или я возьму тебя.»

      Гарри сидел в выручай-комнате, сверля взглядом Малфоя, недовольно что-то пишущего на пергаменте. За эти несколько часов, что они проводят вместе, светловолосый выел все его нервные клетки чайной ложечкой, медленно, мучительно. И все из-за кого? Из-за самого Драко, решившего, что послать волшебного журавлика с каким-то очередным подколом во время зельеварения со Снейпом было хорошей идеей. Тот игрушку перехватил, посмотрел строго и одним взмахом палочки уничтожил. А в наказание заставил подготовить совместный проект по одной из тем, которую никто, конечно, не слушал. Поразительно.       — Хватит пялиться, это некрасиво. Лучше пошевелил бы своими извилинами и поискал нужную информацию, Поттер, — презрительно бросил Малфой, записывая некоторые важные моменты самостоятельно. Почерк у него лучше Поттеровского уж точно. Не хочется получить выговор за то, что профессор не сможет разобрать ни слова.       — Заткнись, Малфой, — уже привычно ответил Гарри, но взгляд все же оторвал, перемещая его в книгу и правда пытаясь там что-то найти. Нет, он не был глупцом, но сейчас в его мыслях места для уроков не было совсем, поэтому этот чертов проект давался трудно и, казалось, они просидят тут еще вечность.       Драко проследил за тем, что он читает (ну или делает вид, что читает) и раздраженно выдохнул. — Поттер, ты совсем мозгами тронулся? Мы эту тему прошли месяц назад. Хватит тормозить, хуже Уизли, серьёзно, — с нескрываемой неприязнью прозвучали эти слова, заставляя темноволосого закатить глаза и пролистать учебник дальше.       Драко бесил до кончиков ушей. Он был капризным, наглым, вечно недовольным и раздражительным. По крайней мере с ним. По крайней мере сегодня. Но Поттер ничего не мог поделать. Он пытался терпеть первый час, это даже получалось. Игнорировать он не мог по понятным причинам, но и придумывать что-то язвительное в ответ не хотелось. Нервы не железные. Фантазия тоже.       — Если тебя что-то не устраивает, делай все сам и отвали от меня. В конце концов, это из-за тебя мы тут, — сквозь зубы процедил Гарри, захлопывая учебник и вставая с места. Ему точно нужен отдых от этого всего. Хотя бы десять минут.       — Ого, твоё крошечное подобие мозга додумалось, что меня что-то не устраивает, — громче, чем хотелось бы, вырвалось из уст слизеринца. Он тоже отложил свой пергамент, встал с кресла и потянулся, разминая кисти рук. Поттер повернулся к нему, провел взглядом от пяток до головы и вздохнул. Малфой заткнулся, это что-то новенькое. Он принялся изучать его. Просто из-за того, что делать больше было нечего. Худой, высокий, бесячий.             Красивый.       Гарри аж дернулся от этого. Но отрицать не стал. Драко был привлекательным. Кожа бледная, волосы всегда чистые и приятно пахнущие, а глаза… Такие… За такие и убить не жалко, если честно. Если отбросить всю стервозность волшебника, он был идеальным. Если бы красота и эстетика были человеком, они бы выглядели именно так, Гарри уверен. Но стоило Драко опять открыть рот, все спокойствие ушло далеко и надолго.       — О Мерлин, Поттер, ну я же просил взять не этот учебник. В нем информации меньше чем в твоей шрамоголовой башке. Какой ты тупой, Поттер, — Драко закатил глаза, ослабляя свой галстук и вздрогнул, стоило только повернуть голову в сторону гриффиндорца, что вмиг оказался в паре сантиметров от него.       — Как же ты достал, ты в курсе? Возьми свои слова обратно, — Гарри злился, изо всех сил стараясь держать себя в руках, смотря на Малфоя, кажется, почти буквально испепеляющим взглядом. — Возьми свои чертовы слова обратно или я возьму тебя, Драко Люциус Малфой, — Поттер хмурится, пока не осознавая, что только что ляпнул и искренне не понимая на миг растерянного взгляда блондина, который осознал смысл фразы слишком хорошо.       — Да ты хоть думаешь, что говоришь?! А… У тебя нечем, — хотел было разрядить обстановку Малфой, потянувшись кулаком ко лбу Гарри дабы несильно постучать, дать подзатыльника или что угодно, но ладонь перехватили. Поттер перехватил, сжал сильно, уводя за худощавую спину. Второй рукой резко сжав горло Драко так, что тот воздухом подавился от такой наглости, но вырываться даже для приличия не стал. Стало интересно, что тот будет делать дальше. — Поттер, если ты оставишь мне синяки, я не оставлю тебя в живых, — последнее, что успел буркнуть Драко, перед тем, как на его губы накинулся Гарри, проникая в приоткрытый рот языком, целуя настойчиво и грубо, делая еще один шаг в сторону слизеринца. Затем еще и еще, пока всем телом не вжимает его в стену, просто лишая любой возможности препятствовать себе.       Гарри показалось, что это был единственный способ заткнуть парня и он не прогадал, разорвав поцелуй Драко не издал ни звука, лишь сжал ладонь на рубашке темноволосого, нахмурился и отвернулся. Поттер сжал шею сильнее, заставляя смотреть на себя, а не куда-то в пол. Снова коснулся губами чужих, но уже не так грубо, по началу мягко сминая их своими, а после, почувствовав неуверенный ответ, углубляя. Такой молчаливый Драко нравился больше… Ну, он по крайней мере бесил меньше уж точно.       На этот раз отстранился первым Малфой. Он усмехнулся, повел рукой выше, к шее Поттера, затем по плечу, по предплечью и, наконец, ладони, сжимающей его собственную. Раз он осмелился начать эту игру, пусть идет до конца. Драко от него не отстанет ведь. Добьется своего. Это у него в крови. Он надавливает рукой на ладонь Поттера, будто просит, чтобы тот сжал сильнее, и, получив свое, едва слышно хрипло стонет, нажимая сильнее.       — Извращенец, — бросает Гарри, надавливая сильнее и самодовольно улыбаясь тому, как изящно выгнулась спина Малфоя, а дыхание участилось. Он потянул его на себя, а после пихнул на диван, стоящий чуть дальше, чем хотелось бы, нависая сверху.       — Заткнись, Поттер, — тяжело дыша бросает слизеринец. Ему нельзя так себя вести и тем более хотеть того, чтобы шатен продолжил. А он хочет. Желание отдается головокружением и слабым дрожанием коленок. Особенно когда чертов Поттер так близко, целует горячо, кусает, спускаясь ниже. Особенно когда сжимает его шею, перекрывая доступ к воздуху. Да так, что перед глазами мелькают фейерверки, а стоны сами срываются с уст. Почему Поттер делает это все… Вот так вот мучительно сладко?!       Гарри усмехается, щекочет дыханием шею Малфоя, кусает сильно, оставляя после себя след и слыша тихое ругательство. Почему-то Драко казалось, что это менее болезненное занятие. Руки скользят по всему тощему телу светловолосого, забираются под рубашку, оглаживают спину, оставляя красноватые следы от ногтей.       — Ну же, покажи как ты, выгибаешь спинку, Драко, — склонившись к чужому горячему уху шепчет Гарри, вызывая сто тысяч мурашек по всему телу у обоих парней. А Драко слушается. Послушно выгибается, подставляется под ласки и почти что скулит, когда не получает достаточно. — Хах, какой ты покорный.       Поттер нащупывает ширинку на брюках Малфоя, ловко расстегивая ее и приспуская ненужную сейчас вещь. Сам же коротко целует его в уголок губ и спускается ниже, оглаживая вставший член сквозь тонкую ткань белья. Драко нравится удушье и, кажется, сам Поттер. Это льстит. Почему-то он чувствует, что может продолжать и что блондин сам хочет этого. Если подумать, ненавидя он Гарри и не желая заниматься всем этим, давно бы оттолкнул. Кинул в него Ступефаем и смылся. Но Драко даже не пискнул о том, чтобы они прекратили.       Гриффиндорец проводит по животу к паху, подцепляя белье и спуская его вместе с брюками, поглядывая на Малфоя, сжимающего в руке маленькую подушку и откидывая голову назад. И Гарри определенно нравится вид с этого ракурса. Он ухмыляется, приближаясь к головке и горячо выдыхая, заставляя парня под собой дернуться. Касается языком головки, обводя ее по контуру и чувствует, как тело Малфоя невольно поддается вперед.       — Поттер, я ненавижу тебя, — на выдохе шепчет Драко, нащупывая второй рукой мягкие темные волосы и зарываясь в них пальцами. Гарри улыбается, наконец взяв головку в рот полностью, то и дело наблюдая за реакцией. И, черт возьми, он все в мире отдал бы за то, чтобы видеть это выражение лица как можно чаще. Драко напрягается еще сильнее, слабо сжимая волосы рукой и заставляя Поттера взять глубже, чувствуя просто несусветное желание. Он дышит рвано, захлебываясь в эмоциях и чувствах.       Во рту Гарри жарко и тесно, он будто специально делает все медленно, дожидаясь непонятно чего. Наверное, до белой горячки довести хочет. Это же Поттер.       Поттер, который берет глубже, втягивает щеки и невольно подбирает такой сладкий ритм, двигаясь то неспешно, мягко, то начиная наращивать скорость, резко, почти на пике останавливаясь.       И Драко просто реветь от этого хочется. Он двигает бедрами навстречу, давится своим же стоном, кусает губы до красноватых подтеков и чувствует, что сейчас не выдержит. Его накатывает волна слишком горячего удовольствия резко, но времени, дабы поднять голову Поттера к своему лицу хватает. Не хочется пачкать его смазливую мордашку. Малфой кончает, чувствуя легкие покалывания в кончиках пальцев и теплые поцелуи на шее. Сжимает Поттера в своих объятиях и отрубается за считанные минуты, тяжело дыша. А Гарри остается только наложить очищающее заклинание на них обоих и ввалиться рядом, довольно улыбаясь.       Проект они доделают позже.       Или нет.