Дух Рассвета

 —Блин, Яхико, не жадничай! Дай и остальным почитать! — Ну реально, брат! Ученик Джирайи уже пожалел, что рассказал про их с Нагато находку. Вообще братцы не ожидали увидеть в романе сенсея столько… любовной эстетики, но сюжет и развитие героев захватывали не хуже, чем те самые прославленные эротические сцены. Эту книгу Яхико и Нагато купили в складчину в тайне от Конан, и дёрнуло же рыжего выдать про чтиво Кьюске… Вся комунна внезапно полюбила читать и теперь за несчастной книжкой стояла целая очередь из десяти парней, каждый из которых дёргал Яхико, чтобы тот читал быстрее. — Ну бля, ребят! Я клянусь, что завтра после переговоров отдам, честное слово! Мне одна часть осталась. — И парень утёр кровь из-под носа. — Предлагаю, когда выйдет экранизация, пойти на неё и записать всё! — Засверкал идеей Кьюске. — Я только за! И отослать Джирайе-сенсею копию, как автору! — Теперь уже загорелся Нагато. — А пойдём с Конан? — Эта тема табуирована, забыли? — И Дайбуцу, предвидя негодования Лидера, потушил керосиновые лампы. — И вообще, давайте спать. — Да, он прав. Завтра важный день. — Покрасневший Яхико накрылся одеялом и отложил книгу под подушку. — Но ты помни, что обещал отдать «Приди, приди, рай» завтра. — Напомнил Кьюске. — Обещаю, отдам. Единственное, что в тот день отдал Яхико — это жизнь.

***

      Нет ничего в мире, к чему бы человек не смог приспособиться, а уж призрак — тем более. Это только по первости Яхико возмущался, выл зверем и пытался достучаться всеми возможными и невозможными способами до своих друзей, которые ослеплённые тьмой и горем, пошли за лжеМадарой и превратили Акацуки в самую настоящую преступную группировку. Что ж… всё поменялось: организация стала бандой, домик парней — мастерской кукольника-психопата, в которой обычно и обитал призрак лидера. Сасори, будучи живой куклой, не ощущал присутствия потусторонних сил и даже не подозревал о существовании соседа. Но и к этому Яхико привык. Ужасно было то, что бывший напарник нынешнего владельца комнаты проводил какие-то эксперименты по призыву мертвецов. После него на полу остались странные фуины, вечно затягивающие Яхико в это помещение, иногда в самые неловкие моменты. О том, что у Сасори мягко говоря странные любовные предпочтения, призрак узнал совершенно случайно, когда в очередной раз его затянуло в злополучный фуин. Вот тогда-то рыжий и углядел романтическую сцену между Акасуной и светловолосым напарником, напоминающим призраку девушку. Если бы Яхико увидел всё это десять лет назад, то обязательно бы сгорел со стыда, но по сравнению с тем пиздецом, который натворили его названные брат с сестрой, отношения двух нукенинов были просто цветочками.       Однако самой главной проблемой Яхико было вовсе не перестроенная организация, поехавшие крышей друзья или всё тот же злосчастный фуин и чокнутые соседи, а самое обыкновенное и гнетущие одиночество. Конечно, кроме него, из призраков была ещё малышка Рин, с которой много чего объединяло, но к сожалению, её душа была прикована невидимой цепью к Обито. Он же совершенно не собирался отпускать от себя умершую подругу. Лишь редкими ночами, когда Учиха всё-таки засыпал, Рин приходила к Яхико и разговаривала с ним обо всём, но в основном о чём-то хорошем, оставленном ещё при жизни. Они оба уже смирились с тем, что ничего не могут сделать и отдались течению времени, которое обязательно рано или поздно остановится, а до тех пор они будут существовать, как есть. Иногда бывший лидер жалел, что духи не могут спать как люди, ведь было бы очень здорово закрыть глаза и утонуть в тёмном небытие…       Но всё же существование парня после смерти не ограничивалось только лишь нахождением в прострации. Духи ведь тоже умеют развлекаться, да ещё как! Например разбить пару склянок Скорпиона и спасти неудачливого шиноби, попавшегося в его деревянные клешни. Ну чем не веселье?! А самое главное, что самому Яхико за это совершенно ничего не будет! Правда, пару раз за него досталось Дейдаре… Ну это нормально. Блондину даже полезно. Если к Сасори рыжий относился спокойно, даже с пониманием — они оба были сиротами, взрощенными войной, то Дейдара сильно раздражал духа. Яхико не мог никак его понять, как можно оставить всех и всё ради ВЗРЫВОВ??? КАК МОЖНО СЧИТАТЬ ВЗРЫВЫ ИСКУССТВОМ? Отношений подрывника и кукольника, призрак тем более не понимал. При жизни ему нравилась только Конан, а сейчас он вообще не испытывал биологических влечений и потребностей, разве что привязанность всё к той же подруге детства и одновременно первой любви. Но в основном духу было всё равно. Пусть хоть всю камасутру перепробуют! И всё же спутать по утру в гнездо волосы блондина или аккуратненько перевернуть его во сне на пол, были излюбленными проказами Яхико, ведь не смотря ни на что, душа у него осталась шестнадцатилетнего парнишки. И всё это так бы и продолжалось до скончания живых членов Акацуки, если бы не один примечательный случай, изменивший всё.

***

      Дейдаре было скучно. Сасори уже который день работал над своим новым телом, и не выходил из своей запертой мастерской. Дейдара весь этот дождливый день куковал во второй комнате, уничтожая время созданием своих глиняных бомб: как классических птиц и насекомых, так и новых в виде скорпионов. Но вдохновение закончилось, а вот дождь даже и не думал прекращать барабанные дроби по стёклам.        Яхико просто смотрел на дождь из-за стекла, иногда просовывая через него руку, просто ради забавы, чтобы ощутить, как сквозь материю души стремительно пролетают слёзы Амэ. Фигурки Дейдары для Яхико были просто опасными игрушками, так же как и куклы Сасори, хотя конечно, зверушки подрывника выглядели намного симпатичнее, чем творения Акасуны. Внезапно Дейдара встал, открыл шкаф, и оттуда на него посыпалась груда старых пыльных книг, карт и документов. Вокруг старого шкафа взвился столб пыли, заставив блондина закашляться — Тут вообще убирались, м? — Отмахиваясь от пыли произнес он. — Убирались… двадцать лет тому назад. — Неслышимо для всего живого сказал Яхико. Ему стало настолько скучно, что он стал отвечать на риторические вопросы Дейдары. Ну хоть какой-то социум.  — М-да уж, дали нам с но данной домик с кучей ненужного хлама… Сколько лет тут не убирались? — Дейдара сел на пол, начиная разбирать завалы из бумаг. — Нормальный дом! Сам попробуй найти лучше, а потом говори! И вообще… это вовсе не рухлядь! — Яхико подлетел к разбирающему груды макулатуры подрывнику и стал смотреть книги, которые тот протирал.  — Не верится, что я занимаюсь подобным… — Дейдара взял с пола книгу в оранжевом переплете и повертел ее в руках. — Уборка бы не помешала, да. — Да что ты говоришь! Открытие века прям, не иначе! Дейдара чихнул и потянулся за очередной книгой. Обложка на ней гласила: «Народные песни Аме».        — Это кто из Акацуки такой музыкальный? — Пробубнил про себя он и ушёл мыслями в мир своих собственных фантазий, в которых Хидан играл матерные частушки Амэ на гитаре, принося в конце несчастный инструмент в жертву. — Это наше! Конан нам покупала… Я помню как мы все вместе пели их у костра! И вовсе они не матные! Почти все… — Самоучитель игры на гитаре? Серьёзно? — А это уже Кьюске. Он всегда аккомпанеировал нам… Внезапно внимание творца привлекла одна книга, которую он совсем недавно видел. Обложка гласила: «Приди, приди рай» и большой красной буквой был выделен рейтинг R.      — Нет, — улыбнулся Дейдара. — Нет-нет, такое я читать не буду, ага — Произнес он, протерев ее и отложил куда-то в сторону. — Ты что?! Это же самая крутая книга всех времён и народов шиноби! А ещё художником себя называешь! Ценитель искусства, блин. Спустя время уборка была закончена и все книги, карты и схемы занимали свое законное место в шкафу, выставленные в аккуратный ряд. Но одна так и осталась лежать в сторонке — та самая, в оранжевой обложке. — «Приди, приди рай» значит, — Вздохнул парень, подняв книгу с пола. — Ну, думаю, ничего страшного не произойдет, если я посмотрю… одним глазком. — ЭЙ! ЭЙ! Убирайся сколько хочешь, но не читай! Только не эту книгу! Там может что-то личное! Это не для твоих глаз! Купи себе свою и читай! Да куда...! ПОЛОЖИ НА МЕСТО, ТЕБЕ ЯПОНСКИМ ЯЗЫКОМ ГОВОРЯТ!!! Но Дейдара конечно же не слышал Яхико и начал читать. Блондин поёжился, ощутив могильный холод, который шёл от Яхико. Он осмотрел помещение на наличие сквозняков и, убедившись в том, что ветру неоткуда дуть, снова приступил к чтению. Казалось бы, чего Яхико взбеленился? Ну книга и книга. Ну взяли. Ну что такого? Но призраки, не имея тела, существуют лишь за счёт духовной энергии, а значит их чувства легче задеть, чем у простого смертного. «Приди, приди, рай» Джирайи стала важной вещицей для Яхико — это была память о последнем прекрасном дне, о самом сенсее, о юношеских мечтах и удовольствии, возникших при её чтении. Это было произведение про шиноби, умеющих любить душой и телом. И в конце концов эта книга стала последним незаконченным делом Яхико. К тому же бывший лидер Акацуки всегда был за мир и за жизнь, и то, что вытворял подрывник ему абсолютно не нравилось. Но дело состояло не столько в блондине, сколько в самой вещи. Это было последнее, что осталось от Яхико на бренной Земле. Его волю предали, организацию перестроили, а новые плащи с красными облаками стали символом созданной уже лжеМадарой группировки Акацуки… Но эта потрёпанная книжонка, которую он не успел дочитать при жизни, учащая быть хорошим шиноби и одновременно уметь любить, стала последней собственной вещью Яхико. Тем временем Дейдара продолжал читать. — Дейдара! Оставь её, пожалуйста! Ради Мудреца Шести Путей прошу!… А, собственно, зачем я это говорю… Будто это что-то изменит… — Призрак скрестил руки на груди и отвёл взгляд — НО КНИГА-ТО ВСЁ РАВНО ОСТАЛАСЬ НАШЕЙ С НАГАТО! А точнее… лишь моей… ДА НУ ТЕБЯ! — Яхико плюнул на всё и сев (да, у призраков есть ноги) рядом с подрывником, тоже стал читать старый добрый роман сенсея о миссиях, приключениях, о войне и мире и, конечно же, любви. Дейдара поёжился — его окутал холод, а к спине будто лёд приложили. На самом деле, это был не лёд, а локоть Яхико, прошедший сквозь его спину. Последний лишь вздрогнул и закутался в плед, даже не отрываясь от своего чтива.

***

      Дейдара сидел в глубоком трансе. После прочитанного, в его голове всё перестраивалось, а некоторые сцены вбились глубоко в память, потому, что были попросту…незабываемыми. Яхико завалился на другой конец дивана и скучающе наблюдал за блондином, и если бы призраки могли зевать, то он бы непременно это сделал. — Да, ладно тебе удивляться! Вы с Сасори по ночам и не такие кульбиты выделываете. Хах! Даже Джирайе-сенсею не пришло бы в голову то, что вы вытворяете… Извращуги. Дейдара ошарашенно обернулся в сторону рыжеволосого и протёр глаза. На секунду, ему показалось, что там лежит их лидер, только какой-то странный. — Неужели ты наконец нашёл себе какое-то занятие? — Образовавшуюся тишину разорвал голос Сасори. — Я читал… — Ответил Дейдара, всё время смотря в одну точку. — Хм… — Акасуна взял в руки несчастную книжку — Эту дрянь? —  ЭТО ШЕДЕВР ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ! в один голос произнесли Дейдара и Яхико. В ответ Сасори лишь фыркнул и вновь ушёл в мастерскую. — Походу, у меня уже глюки… — Подумал вслух Дейдара. — Это произведение меня слишком впечатлило. Нужно спать, да. — Блондин лёг и накрылся пледом, положив книгу под подушку. По ногам и спине снова прошёлся ледяной воздух — Чего так холодно? Бррр… Завтра же залеплю все окна глиной, да…

***

      Глубокой ночью Дейдара проснулся от того, что кто-то упорно пытался вытащить его подушку. — Надо же было её так засунуть… будто есть от кого прятать! Что-то твёрдое выскальзывало из-под растрёпанной головы блондина. Блондин протёр глаза и… — Лидер? — Спросил спросонья Дейдара и тут же чухнулся, что к ним зашёл САМ ПЕЙН. Но пригляделся и понял, что здесь было что-то не так: глава был бледнее обычного, в глазах не было кругов, а на лице пирсингов. Парень стоял немного склонив голову и удивлённо смотрел на Дейдару. — Прошу, отдай эту книгу. Она очень важна для меня. Подрывник достал книгу, и почти передал её, пока не понял, что сквозь лидера видна комната, а от его кожи исходит странное свечение… — Бля.