Беглый Дракон

POV Люси "Люди под наркозом погружаются в крепкий сон. При этом происходит расслабление мышц скелета, и пациент теряет контроль над рефлексами. Такое торможение нервной системы приводит к потере памяти. Как только она очнется, начнет ощущать первые болевые осязания, обычно бывают небольшими, поэтому легко снимаются приемом обезболивающих медикаментов. Есть даже вероятность того, что они ей не понадобятся". Кто здесь? Почему я могу мыслить. Все такое черное... А как можно описать этот цвет? Нужно закрыть глаза, заткнуть уши, задержать дыхание. А потом влюбиться. Подарить каждый дюйм своего тела. Каждый стук своего сердца. А теперь представить, что они ушли. Нужно зайти в свою комнату. Это помещение — твой мозг. Продолжать идти, пока не достигну самого темного угла и, опираясь спиной, сползти вниз по стене. Свернуться в позу эмбриона, утереть слезы и положить голову на колени, вспомнить каждый день, когда чувствовал себя одиноким. Открыть глаза. Посмотреть за пределы неба, за пределы звезд, за пределы всего, что видели на карте, пока зрение не затуманиться, фокус выравнивается, и смотришь на что-то, чего даже наверное и не существует. Встать на край обрыва и слушать эхо от маленьких движений, которые производит тело. Эта вибрация — доказательство жизни в пропасти. И после всего этого потерять привязанность к своим чувствам и исчезнуть в небытие. Какой цвет ты видишь? Я дышу, я слышу, я начинаю видеть. Но почему?! Что происходит. Начинается паника, страшная, удушающая. Я начинаю ощущать как к моему лицу приложили что-то мягкое и с сильным, резким запахом. Мне становится дурно, я морщусь, пытаясь избавиться от этого вонючего предмета. Я начинаю медленно открывать глаза. Вначале огромная чувствительность к свету и нечеткое зрение, что мне приходится немного поморгать. Резко накатывает ощущение беспомощности и небольшого страха. ,Но оно тут же исчезает лишь только я замечаю над собой лица моих друзей. Они радостно мне улыбаются, а на глазах слезы счастья. - Люси...- меня начинают расцеловывать, а я даже слова не могу сказать - горло пересохло. Начинаю кашлять, и мгновенно к моим губам прикладывают стакан с водой. Осторожно глотаю, чтобы не захлебнуться, впервые ощущая такую вкусную и сладкую воду.Вдоволь напившись сладкой воды, я начинаю ощущать прилив сил. Мне становится хорошо, поэтому я начинаю широко улыбаться. Здесь все: Мастер Шифу и Мастер Макаров, Сирида и Зета, Лифти и Шифти, моя любимая волчица. Но почему у меня такое ощущение, что кого-то не хватает. Я снова обвожу всех взглядом, замечая, что глаза их красные, словно от слез. - Почему я жива,- грубо спрашиваю я. Что они от меня скрывают? - Люси, ты главное не беспокойся...- пытается коснуться меня Сирида в знак утешения. Я отодвигаюсь от нее, дабы желая получить ответ. Они все начинают нервничать. Я не понимаю. Резко хватаюсь за свою грудь, ощупываю на наличие ран или пореза,но там ощущается лишь аккуратный шов - там, где должно быть мое сердце. В голове происходит анализ, начинаю размышлять, где я провалилась или допустила ошибку. А потом в голове невольно возникает заклинание по "замене жизни". - Кто посмел? Кто отдал за меня жизнь?! Я вас просила?- меня одолевает ярость, хочется разнести все здесь вокруг. - Люси, этот человек сам сделал свой выбор. Он хотел, чтобы ты жила... - Кто хотел?! Я умерла, все! Никто больше не должен был пострадать из-за меня, никто, слышите!!! - Люсьена... - А вы,- указывая на мастера Макарова,- почему вы здесь. Зачем? Я больше не хвостатая, я... Вдруг меня озаряет. Мастер Макаров всегда присутствует, если кто-то из его "детишек" пострадал. Это... - Где Нацу? - молчание. Некоторые даже глаза свои отводят.- Где, черт возьми, Драгнил?! - Не кричи, - заходит в палату Полюшка, вытирая о тряпку свои кровавые руки. - Тебе вообще сейчас ни в какую нельзя нервничать. Ты перенесла очень важную операцию, плюс твое положение. - Какое к черту положение?! Что вы от меня скрываете?! Какая операция! Почему я не умерла! Нацу... Я поняла. Я все поняла. Его нет, его нет рядом ни сегодня, ни завтра, никогда. Он умер. - Его больше нет. Он у мер, да? Не молчите!!! - Он отдал за тебя свою жизнь,- говорит мастер Шифу.- Он отдал тебе свое сердце. - Я не верю...Я не хочу,- меня накрывает паника, я шарю руками по своему лицу и ощущаю как сильно печет моя левая рука. Я поднимаю ее на уровень своих глаз и вижу покрытую язвами, омертвевшую и обуглившуюся кожу. Она до сих пор горит, словно моя рука находилась в объятиях пламени. О нет... - Нацу...- я начинаю плакать. Нет, я рыдаю. Я кричу.- Нацу!!! Неееет!!!- я начинаю бить себя руками. Кто-то пытается схватить меня, но я отбиваюсь. Что-то падает, разбивается и все это под музыку из моих криков и стонов. Что-то касается моего плеча, и я чувствую как холодная жидкость поступает мне в кровь. Я отталкиваю человека, с силой выдирая шприц, но не могу его выбросить, потому что начинаю терять сознание. Я снова погружаюсь в тьму, надеюсь навсегда... ***** - У многих людей после операции возникает чувство безнадежности и отчаяния. Это совершенно нормально, Шифу. - Я знаю, но как долго она пробудит в этом состоянии, Полюшка? - Это зависит только от нее. Но она должна бороться, а мы должны помочь ей с этим. К черту вас. Я всех отогнала, всех до одного, хотя и чувствую присутствие каждого за дверью палаты. Я больше не хочу так жить. Я не могу быть наедине со своими мыслями, наедине с собой, не слышать больше мерзкий рассуждений, звучащий в голове. Как трудно быть наедине с собой,как тяжело во всём себе признаться,и после этого собою оставаться. Реальность с каждой секундой становится все дальше и дальше. И с каждым шагом мой разум приходит в беспорядок, загрязняется и разбрасывает мысли в кучу. Я искренне боюсь остаться с собой наедине. "Депрессия не может пройти за один день, и никто не должен ожидать преодолеть ее симптомы в одночасье. Тем не менее, есть много маленьких шагов, которые можно предпринять, чтобы улучшить состояние. Мы должны вместе ей помочь преодолеть это" ****** Со мной стали чаще занимать физической активностью, то есть мы просто стали гулять. Много гулять. "Регулярные физические упражнения помогают организму восстанавливать силы и поднять моральный дух человека." Ага, конечно. Поможет мне это все. Я замечаю как все восстановилось в прежнее состояние, даже лучше стало. Неужели это сделала моя магия? Неужели это все с моей помощью? - Да, это все благодаря тебе, милая,- говорит мне Сирида. Я поворачиваюсь к ней, и вот она - живая. Я начинаю плакать, протягивая к ней свои худые руки. Сирида аккуратно меня обнимает, в то время как я чуть ли не душу ее. Она поглаживает меня по спине, говоря всякие успокаивающие фразы, от которых так тепло на душе. Боже, помоги мне справиться. ****** - Ты молодец, Люсьена. Ты хорошо справляешься, мы все тобой гордимся,- проговаривает Зета, когда я нахожусь на осмотре. Полюшка уехала, так что теперь функция "лекарь" перенеслась на будущего папашу. Он вкалывает мне какой-то препарат, после дает выпить несколько отваров, а затем зовет Шифти, чтобы он помог мне дойти до моей комнаты. Я улыбаюсь Зете, на что он целует меня в лоб, а после я медленными шажками, придерживаясь за Шифти, иду с ним до моей комнаты. - Знаешь, скоро такая опека меня доведет до самоубийства. - Признайся, тебе это нравится. - Да, но я не люблю чувствовать себя слабой. - А какой здравомыслящий человек любит? Мы доходим до комнаты, а после он "передает" меня Лифти. Этот парень теперь все время вокруг меня вьется. То это сделает, то другое, ласковые слова всегда говорит, засыпает со мной, охраняя мой сон. Мы перемещаемся на мою кровать,точнее он подхватывает меня на руки и аккуратно укладывает на мягкую мебель. Лифти бережно касается моего тела, снимает с меня одежду, если халат считается одеждой, начинает массировать кожу. Мне приятны его касания, словно я нахожусь в некой эйфории, ох если бы можно было...Но вдруг он останавливается, с ужасом смотрит на меня. Я чуть приподнимаюсь и вижу как бинты пропитались алой кровью, черт. - Лежи, лежи!- укладывает вновь меня парень, мешкаясь и нервничая. Он подскакивает с кровати, быстро на ходу бормоча: - Я скоро приду! Не смей вставать! Я за бинтами, сейчас! И дверь за ним захлопывается. Я медленно развязываю старые бинты, разматываю их и вижу - кровянистые пузырьки воздуха начинают пениться и лопаться, некоторые швы отошли, показывая маленькие участки мяса. Я провожу своей ладонью по ране, шепча заклинание, и появляется золотое сияние, которое помогает зажить моей ране. Чуть покалывает, но это не так страшно. Я убираю руку, теперь моя грудь в порядке, хоть и окровавлена. Я приподнимаюсь с кровати, ощущая в своем теле слабость, но дохожу до стола, чтобы взять мокрую тряпочку и вытереть грязь с тела. Я беру белое полотенце в свои ладони и макаю ее в ведро с водой. Телу немного неприятно, когда я касаюсь его холодной тканью, но потерпеть можно. Став более и менее чистой, я вновь окунаю тряпку в ведро, чтобы промыть ее. Но тут я краем глаза замечаю золотое поблескивание. Я поворачиваю голову в сторону и вижу свои ключи. Боже мой! А я и совсем о них забыла! Я бросаюсь к своим духам, сжимая их ключи в своем кулаке, обнимая. Но все равно вижу что-то странное на моем столе. Белый конверт. Я опускаю ключи на стол и беру в руки этот странный конвертик с подписью "Люси". Я сажусь на кровать, не отрывая взгляд от этой вещицы. Я медленно дрожащими руками открываю его и достаю немного пожелтевший клочок бумаги. Я разворачиваю его и начинаю читать:

дорогая Люси,

Любимая, пишу тебе письмо, пока у нас затишье. Не знаю как скоро ты его обнаружишь, но думаю что немного времени пройдет. Ты, наверное, удивлена почему ты жива. Что ж, да, это я отдал тебе свою жизнь. Знаешь, вначале был таким храбрым, смелым, а потом вдруг испугался, страх просачивался в каждую клеточку моего тела, но я поборол его, не сбежал. Я не жду от тебя слов благодарности, я ведь знаю, как ты не хотела, чтобы другие из-за тебя страдали. Но верь мне, это полностью мое желание. Знаешь, находясь в ожидании, я осознал весь смысл этой жизни. Я так хочу жить! Хочу вдыхать нарциссы на поляне, где вместе были мы. Хочу касаться колосьев и ощущать щекотку от ветра. Хочу вновь ощутить адреналин и все веселье драк. Эх! Надеюсь, жизнь я прожил не зря, но ведь я не должен об этом думать в свои 20 лет. Многие говорили, что война постепенно выветривает из души человеческую нежность. Оказывается подобные утверждения — сущая ерунда. Наоборот, мои чувства окрепли, углубились, превратились в нечто святое, неотъемлемо от внутреннего мира души моей. Я верил в наше будущее. Оно светлое, молодое и прекрасное… А ты в этом будущем олицетворяешь чистоту и прелесть жизни, делаешь ее очаровательной, вечно юной, звенящей, как веселый ручей. Жаль, что теперь не со мной. А ты знаешь сколько ночей я плакал? Брызги солёных слёз глотая, обжигался. Как умывался и продолжала существовать? Столько боли мне не причинял никто. Но я справился и значит меня невозможно убить. Время все убьёт, а ты останешься ни жив, ни мертв. Ты снишься мне каждую ночь, любовь моя. Я приобрёл самую страшную зависимость. Зависимость от человека. Я не мог уже находиться один, сходил с ума в четырёх стенах. Я видимо не могу отпустить своё прошлое лишь потому, что нет будущего. Мне хотелось бежать во тьму,но я все равно бежал навстречу. Обнимаешь и мы гуляем в парках, но почему это всего лишь сон? Я хотел бы чувствовать твои прикосновения. Но увы... В твоих руках моя жизнь. Точнее, в груди твоей мое сердце. Дорогая, ты знаешь, я не умею так много писать, но это мое последнее напоминание о себе. Хотя может и нет... Там напоследок останутся некоторые важные подарки. Я другое хочу сказать, никогда не сдавайся, держись,как бы сильно не била жизнь. Никогда не смиряйся с судьбой, если больно – плачь, но всегда будь собой.Не страшись никогда перемен,не скрывайся, но и не показывай слабость свою,даже если стоишь на краю.И о том что прошло не жалей,то, что можно, исправь поскорей.Докажи, ты вначале себе, потом остальным,что ты сильнее.Никогда не сдавайся, борись,неспроста ведь дарована жизнь. Ах, да, извини, если я случайно что-нибудь сожгу в тебе, магия Дракона все-таки. А еще ключи я все нашел, прятал ото всех до последнего. Еще кое-что скажу. Люси, у нас с тобой будет малыш, он крошечный, но живой. И я так хочу увидеть его, поцеловать, потрогать. Просто быть с ним. Я не буду против, если он будет магом "Беглого Дракона", даже очень за. Я... рассорился с "Хвостом Феи". Не знаю, сказал старик, что я умер, но... ты поняла. Я даже полностью за, если меня заменит Лифти. Он хороший парень, он любит тебя. Он позаботится о вас, он мне обещал. И знаешь, если родится девочка, можешь назвать ее Наши? Думаю, ей подойдет, а если сын, то уже тебе решать. Я все равно буду любить его или ее. В последнее, что скажу, жизнь прекрасна, Люси, лишь в уныние не впадай, оно тебя погубит и без яда,пусть жизнь теперь пуста, но унывать не надо, ты найдешь тепло в душе. И в груди. Я бы хотел навсегда остаться с тобой и малышом, со всеми вами, а такого в жизни не бывает. Люси, помни одно. В тебе всегда будет гореть ярким пламенем мое сердце. Помни, оно бьется ради тебя. P.S. Не жалей умерших, Люси. Жалей живых, и в особенности тех, кто живет без любви.

Навеки твой Нацу Драгнил

Я не помню как оказалась в объятиях Лифти. Не помню как начала навзрыд плакать и заливисто кричать. Не помню, я и не хочу. Нацу, я навеки тебя люблю... Спустя долгие годы Я сижу одиноко под деревом, пролистывая старую книжку. Вокруг краснеет небосвод, слышу колыхание пшеницы и шепот теплого ветра. В нос так приятно ударяет запах нарциссов. Умиротворение. Я перестаю листать книгу и начинаю внимательно вслушиваться. Где-то на севере строили новый дом, на западе тренировались парни с мастером и моими ребятами, чуть ближе шептались духи мертвых, а в небе звонко чирикали птицы. Покой. Вдруг я ощущаю над своей головой теплое дыхание. Я громко ухмыляюсь и говорю: - Ты до сих пор не научилась подкрадываться. - Это нечестно,- спрыгивает с веток небольшое тело с розовыми волосами, торчащими ежиком, карими большими глазами и чешуйчатым шарфом на шее. Моя дочь - Наши. Она обиженно почесывает нос, смотря куда-то в сторону, но не на меня. Бубнит.- Ты всегда слышишь меня! - Я не слышу тебя, а ощущаю. Ты слишком горячая девушка. - Мам, этот комплимент я слышу на протяжении своих 6 лет. Придумай уже что-нибудь посвежее! - Хорошо, мой пупсик. - Хей! Она подскакивает ко мне, и мы чуть ли не заваливаемся, если бы не дерево. Мы посмеиваемся, хотя минутами ранее эта крошка готова была меня съесть. Я крепко держу ее в своих объятиях, пока она цепляется за мои руки. Наши затихает, хоть взяла она характер отца, а мои привычки в ней проявляются. Она наблюдает за моими движениями: как я перелистываю страницы, как закусываю губы и как часто глажу свою обгоревшую руку. Спустя мгновения она выпрямляется и берет в свои ладони эту руку. Я молчу, Наши с рождения постоянно так делает. Она аккуратно проводит по моей коже, дотрагивается до моих костяшек, немного принюхивается - запах огня, запах ее отца. - Расскажи о нем,- просит дочурка. Я убираю книгу в свой рюкзак, поджимаю губы и говорю: - Ты ведь прекрасно знаешь. Тебе уже все столько все порассказали... - "Хвост Феи", люди из Лариона и несколько фанатов не знают папу, как знаешь ты. Я... похожа на него? Это ведь правда?- с надеждой спрашивает малышка. - Очень, такая же буйная и вспыльчивая. В тебе, как и в нем, сидит непреодолимое желание что-нибудь разрушить. Очень веселая, энергичная и постоянно на позитиве, видишь во всем только хорошее. И очень не любишь, когда другие плохо относятся к своим. У тебя его улыбка...И ты такая же горячая! - Мама! Хватит так говорить! - Но ты очень отличаешь от него рассудительностью, умом и огромной фантазией. Это ты унаследовала от меня. - А еще я унаследовала огромную любовь к своим друзьям и товарищам. Желание всегда что-нибудь воровать, вечно хитрить и жрать. Что ж отличный набор. - Мама! Наши!- мы обе поднимаем свои глаза и видим: Лифти с сыновьями-близнецами - Даичи и Даики. Малышам только недавно исполнилось 4 года, а они уже были такими прозорливыми и жизнерадостными. Их пшеничные волосы также стояли торчком, как у их отца, а зеленые глазки поблескивали счастьем. Лифти опустил на землю вырывающихся мальчишек, и они побежали навстречу нам. В первую очередь мальчики крепко-крепко обняли свою старшую сестру, целуя ее в щеки, говоря как они скучали, а после осторожно обхватывают мою шею своими маленькими ручками. Я целую Даики и Даичи в их носики, наблюдая как Лифти берет в свои руки щеки Наши и целует ее в лоб, одним таким поцелуем указывая на готовность к оказанию поддержки, защиты, устанавливая доверительный канал эмоций, что не может меня не радовать, придавая спокойствие. Вскоре он подходит ко мне и уже нежно, сладко целует меня в губы. Я ощущаю на себе три пары любопытных глаз и немного смущаюсь. - Привет... - Привет,- Лифти опускает свою голову вниз к моему животу, прижимаясь своей щекой к нему и шепчет: - И тебе привет, малыш. - Мама! Мама!- кричат мальчишки с обеих сторон от меня.- Он толкнулся! Мы почувствовали! Малыш толкнулся!!! Мы болтали до самого заката, утопая в умиротворенной тишине. Так приятно быть рядом с семьей. - Мамочка,- говорит Даики, держа за руку Даичи. - А ты можешь спеть нам?- заканчивает за брата Даичи. Оба хлопает своими большими черными ресничками в ожидании моего ответа, будто от него зависит их дальнейшая судьба. - Согласна с братьями. Пожалуйста, мамуль. - Хорошо, устраивайтесь поудобнее,- мальчишки с обеих сторон прижимаются к моему животу, когда Наши садится на коленки к Лифти. Я улыбаюсь уже своему мужу и начинаю запевать:

В полночь приходи К дубу у реки, Где вздернули парня, убившего троих. Странные вещи случаются порой, Не грусти, мы в полночь встретимся с тобой. В полночь приходи К дубу у реки, Где мертвец своей милой кричал: «Беги!» Странные вещи случаются порой, Не грусти, мы в полночь встретимся с тобой. В полночь приходи К дубу у реки. Видишь, как свободу получают бедняки. Странные вещи случаются порой, Не грусти, мы в полночь встретимся с тобой. В полночь приходи К дубу у реки И надень на шею ожерелье из петли. Странные вещи случаются порой, Не грусти, мы в полночь встретимся с тобой.

Под конец песни малыши спят. К этому времени приходит стая Аканы, поэтому Лифти аккуратно, чтобы не разбудить, берет детей и укладывает их на спины волчатам. Я тихонько встаю с насиженного места, придерживаясь за живот, забираю свой рюкзак и напоследок касаюсь коры дуба своей обуглившейся ладонью. Я чувствую приятный жар внутри дерева, я улыбаюсь. Моего плеча еле касается чья-то, знакомая, теплая рука, словно лаская, исчезая также быстро, как и появляясь. - Спасибо, Нацу, за такой хороший вечер. Мы все любим тебя. Я оборачиваюсь, стремясь уже уйти за мужем и детьми, как мое внимание захватывает золотое свечение, летающее в кроне дерева. Фея, моя малышка. Маленькая фея солнца приземляется мне на ладошку, в этот раз она чуть крупнее в области живота. Я глажу ее шейку как в первый день нашего знакомства. - Здравствуй, Лилу,- кроха в ответ мне звонко щебечет и в знак приветствия машет хвостом. Лифти вновь подходит ко мне, обнимая со спины, на его плече в это время уже сидит его феи Ли. Он взмахивает своими крыльями и присоединяется к Лилу. А после подлетают уже остальные феи - их малыши. - Они так на нас похожи. На всех нас,- шепчет мне на ухо мой мужчина. - Иги,- вдруг замечаю небольшую огненную фею, которая также подлетает к нам и садится на ладошке. Феи начинают звонко "разговаривать", летая вокруг друг друга, касаясь своих хвостов. "Нацу". - Пойдемте уже,- рычит сзади Акана. Моя любимая волчица. Мы подходим к ней, треплем за ее черную шерсть и садимся на ее могучую спину. Я наклоняюсь к ее ухо, ощущая сзади тепло своего мужа, и говорю: - Пошли домой, к "Беглому Дракону".