Глава 8. Евреи магического мира
6 октября 2020 г., 19:41
Разумеется, с фанфарами Снейпа не встречали. Ни один из клерков даже головы не повернул на очередного вошедшего в банк мага. Ещё раз тяжело вздохнув, Северус направился к одному из свободных гоблинов.
— Добрый день, — тихо и ровно проговорил он. Всё правильно: на лице полное равнодушие, оно же в мыслях и на уровне эмоций. Не волноваться и не проявлять нетерпения.
— Я вас слушаю, — недовольно проскрипел гоблин, поднимая взгляд.
Снейп выставил на стойку шкатулку с зельями, демонстративными взмахами палочки сняв все защитные заклинания и откинув крышку. Уловить алчный отблеск в глазах гоблина смог бы лишь самый внимательный наблюдатель, но Снейпу это удалось.
— Двадцать галеонов за всё, — выдавил клерк, показательно брезгливо морщась.
— Не вопрос, продам на Тёмной аллее, — всё так же равнодушно протянул Снейп и тут же отметил тень недовольства на лице… или морде гоблина.
Тут была тонкая грань. Если бы Северус сказал «ладно, продам на Тёмной аллее» или «хорошо, продам на Тёмной аллее», то первую часть его фразы можно было бы рассматривать как формальное согласие на сделку. В магическом мире следовало очень серьёзно относиться к собственным словам.
Не меняя выражения на каменной физиономии, Снейп захлопнул шкатулку, восстановил защитные заклинания, сунул её в карман и уже развернулся было к выходу, когда гоблин всё-таки среагировал так, как от него требовалось.
— Постойте, ладно, сто.
— Не меньше тысячи.
— Тысячи? — челюсть клерка отвисла от беспардонной наглости зельевара. — Да им двести — красная цена!
— Девятьсот пятьдесят, и это только из уважения к вашим сединам. — Снейп деланно неохотно вернул шкатулку на стойку.
— Седины? Да у меня жена молодая и дети малые! А каждый встречный обмануть и ограбить хочет! Двести пятьдесят!
— Мне легче их за девятьсот на Тёмной аллее продать, — вежливо поклонившись и попытавшись стянуть шкатулку со стойки, проговорил Снейп.
— Да там больше трёхсот вам никто не даст! — воскликнул клерк, со своей стороны вцепляясь в шкатулку.
— Я уверен, в Лютном и за восемьсот пятьдесят возьмут.
— Хорошо-хорошо, я готов вам дать четыреста, но только в знак будущего сотрудничества! — недовольно кривясь, проскрипел гоблин.
— Низко же вы цените своих сотрудников, — хмыкнул Снейп. — Восемьсот, и не галеоном меньше!
— Пятьсот, и это моя крайняя цена!
— Семьсот пятьдесят.
— Мордред с ними, шестьсот.
— Сторгуемся на семисот?
— Пожалуй.
— Переведите на мой счёт, — довольно подытожил Снейп, предъявляя ключ.
— Уже, — ответил не менее довольный гоблин.
Оба знали, что красная цена зельям — пятьсот, но не менее хорошо оба понимали, что гоблины продадут их как минимум за тысячу двести. Поэтому в накладе не остался никто.
— Что-то ещё? — уже куда любезнее спросил гоблин, даже не пытаясь спрятать довольной ухмылки в полсотни зубов.
— Да, пожалуй. Проверку крови первого вида, — кивнул маг.
— Это будет стоить вам… десять галеонов. Пройдёмте за мной.
— Одну минуту, — остановил развернувшегося было клерка Снейп. — Я бы хотел получить гарантии того, что моей кровью никто не воспользуется во вред мне или для слежки. Также хотелось бы получить гарантии анонимности. К тому же хочется быть уверенным, что вы мне скажете всё, что узнаете в результате проверки. Желательно на понятном и доступном для меня языке.
Ох, как перекосило гоблина, это надо было видеть. Он вернулся к стойке и вытащил из-под неё скрученный лист пергамента, быстро нацарапав, по-видимому, требования Снейпа. Ещё раз недовольно скривив физиономию, клерк приглашающе махнул рукой с аккуратно подпиленными острыми когтями, и зельевар отправился куда-то вглубь банка за недовольно ворчащим гоблином.
Закончился их путь перед одной из массивных дверей, в изобилии встречавшихся вдоль коридора с грубо отёсанными стенами и идеально гладким полом. Кабинет за дверью соответствовал практически всем фанонным предположениям — оружие на стене, книжные шкафы, монументальный стол, ковёр на полу, практически трон под гоблином и неудобное кресло для посетителя.
— Приветствую, — проскрипел хозяин кабинета.
В отличие от клерка, приведшего сюда Снейпа, этот гоблин был одет не в дурацкий тёмно-серый костюм в тонкую белую полоску с бабочкой тех же цветов, а в странный камзол с рубашкой и шейным платком, которые, впрочем, удивительно подходили этому существу. Внимательно вчитавшись в поданный клерком свиток, гоблин непонятно хмыкнул.
— Прошу, располагайтесь, — насмешливо, как показалось Снейпу, протянул он.
Натренировавшийся за время ремонта Снейп сумел одним взмахом превратить цельнодеревянное нечто, на которое указывал хозяин кабинета, во вполне пристойное, пусть и слегка готичненькое кресло.
— Благодарю, — равнодушно ответил Снейп, опускаясь на сиденье, держа спину идеально ровно.
За прошедшее время он забывался и терял осанку уже трижды. А вот с мантией, вопреки всем воплям попаданцев о неудобстве, проблем не было. Видимо, по сравнению со школьной формой из прошлой жизни, которая поднималась выше головы от малейшего порыва ветра, любая мантия казалась удобной.
— Приступим, — кивнул гоблин, взмахом руки выпроваживая из кабинета клерка. — Я понял ваши требования. Но если вы желаете, чтобы ваши образцы крови не попали в общую банковскую систему, то цена проверки увеличится до тысячи галеонов. А если хотите, чтобы никто, кроме вас, не увидел результатов проверки, цена увеличится ещё в десять раз.
— Примерно так я себе это и представлял, — невозмутимо кивнул Снейп. — Я согласен на внесение образца крови в общий реестр, но с гарантией, что никто не воспользуется ей для слежки или мне во вред. К тому же, я не желаю, чтобы доступ к моей крови был у кого-то, кроме гоблинов из штата сотрудников банка.
— Неплохо-неплохо, это опускает цену до сотни галеонов, — кивнул прищурившийся гоблин.
— А что касается конфиденциальности, — продолжил Снейп, — то я могу показать результат лично вам, но при условии клятвы, что его не узнает никто, кроме вас, и что вы развёрнуто объясните мне непонятные моменты.
— Что ж, вот мы и вернулись к изначальным десяти галеонам, — почему-то довольно, как показалось Северусу, ухмыльнувшись, отозвался клерк.
Отодвинув ящик стола, он вытащил пергамент характерного зеленоватого цвета — именно такие было принято использовать для заключения магических договоров — и протянул его Снейпу. Это была заготовка под типовой контракт о предоставлении услуги проверки крови с имеющимися образцами. Внимательно прочитав, Снейп проверил договор десятком разных распознающих заклинаний и на всякий случай магическим зрением, не нашёл ничего предосудительного и поставил свою подпись. Гоблин подписался рядом и, достав из того же ящика странный амулет, протянул его магу.
— Капните на него кровью, мистер Снейп.
Волшебник уколол подушечку указательного пальца об острый выступ на круглом золотом диске с незнакомыми ему рунами гоббледука и размазал кровь по загадочным надписям. Артефакт вспыхнул и странно замерцал, гоблин перехватил его за длинную цепочку и ловко перетащил на чистый лист пергамента, который перед этим он выложил на центр столешницы. Спустя полминуты артефакт вернулся в ящик стола, а пергамент был вложен в серебряную ванночку с непонятными конструкциями над углублением. Драгоценные камни в них ярко вспыхнули, и маг увидел, как идущие по кругу оттиски букв гоббледука превращаются в стандартный печатный текст на английском.
Маг, чистокровный.
Родители — Эйлин Анна Снейп (маг, чистокровная) и Тобиас Джим Снейп (сквиб, чистокровный).
Родители родителей — Октавиус Гектор Принц (маг, чистокровный) и Анна Селеста Принц (маг, чистокровная). Джим Джордж Снейп (сквиб, чистокровный) и Хелен Мэри Снейп (сквиб, полукровка).
Снейп задумчиво почесал подбородок. Видимо, применение терминов «чистокровный» и «полукровка» в случае со сквибами показывает количество в них крови предков-магов. Или?..
— Скажите пожалуйста, если бы у меня в первых двух поколениях предков затесался бы магл, как бы он обозначался? — спросил Снейп.
— Вероятнее всего, как «человек, чистокровный», — жутковато ухмыльнувшись, ответил гоблин.
Маг кивнул на это и опять погрузился в свои мысли. Он, конечно, подозревал, что маглы и маги — это разные биологические виды, но услышать подтверждение этому было несколько неожиданно. Видимо, «полукровка» и «чистокровка» — показатели процента доминантной крови. И если половина более слабой наследственности ещё играет роль, то четверть уже ни на что не влияет. К тому же, для магии, очевидно, два брата, один из которых маг, а другой — сквиб, одинаково чистокровны. Интересные выводы, но он сюда пришёл не за ними.
— Теперь, если вас не затруднит, хотелось бы подписать аналогичный контракт, но на проверку крови и ауры, — вынырнув из раздумий, проговорил Снейп.
— Она проводится минимум тремя специалистами, — пожевав губами, проскрипел гоблин. — И стоить это будет триста галеонов.
— Спишите с моего счёта, — безэмоционально кивнул Северус.
Ожидание продлилось не более пяти минут, Снейп даже не успел заскучать. В багровой вспышке перед гоблином возник клочок пергамента, который, прочитав, тот тут же испепелил.
— Следуйте за мной, — пригласил тот, вставая из-за стола.
На этот раз идти пришлось дольше, они трижды спускались на уровень вниз, пока, наконец, не остановились у практически целиком обитой сталью дубовой двери. В магическом зрении на неё и стены вокруг было больно смотреть от сияния защитных чар. Шагнув за провожатым внутрь, Снейп ничуть не удивился, увидев мрачное помещение с ритуальными кругами на полу.
Пока маг оглядывался, к ним присоединились ещё двое гоблинов. Подписание и согласование контракта заняло ещё десять минут, после чего Снейпу, несмотря на всё его недовольство, пришлось переодеться в ритуальную мантию, которая, в отличие от одежды магического происхождения, не сбивала тонкие настройки артефактов, анализирующих кровь и ауру, и встать в центр огромной восьмиконечной звезды, на лучах которой и располагались артефакты.
Сама проверка заняла немного — минут семь, в течение которых Снейп старался не двигаться и дышать через раз. А вот расшифровка полученной информации… Гоблины яростно спорили на гоббледуке, вырывали друг у друга из рук несчастный пергамент с результатами проверки, что-то быстро писали на нём и так же быстро перечёркивали. В общем, Северусу хватило времени на то, чтобы одеться и привести себя в порядок, а оставшееся время он с интересом наблюдал за гоблинами, так сказать, «в естественной среде обитания».
Наконец спор утих, и к магу с видом победителя подошёл его провожатый и торжественно протянул пергамент. Во время прочтения глаза Снейпа полезли на лоб. Он, конечно, ожидал, что всё будет непросто, но не подозревал, что настолько.
