Глава 14. О, это прекрасное слово — шоппинг!
25 октября 2020 г., 18:06
Новый день Северус встретил в замечательном настроении. Теперь, когда он привёл себя в порядок, можно было заняться приведением в порядок и гардероба, да и не только его. Гоблинский кошель, привязанный к расчётному счёту, насчитывавшему более двадцати тысяч галеонов, жёг карман. Слегка портило настроение беспокойство за блондинистое семейство, но Принц решительно отбросил все переживания — и без него разберутся. Особенно если сработает его экспериментальное зелье от драконьей оспы.
После лёгкого завтрака Снейп снял личину и отправился подбирать «брючки под сумочку, а блузку под ноготочки». Критически оглядев полученный результат, остался доволен и задерживаться не стал — с помощью сложного заклинания накинул иллюзию, меняющую черты лица, замкнул защитные контуры вокруг дома и с тихим хлопком исчез.
Короткая аппарация, и маг быстро отходит в тень высокого мрачного дома, покидая рунный круг — единственное место, куда можно аппарировать на Тёмной аллее. Трёх минут хватило Северусу, чтобы добраться до неприметной лавочки, расположенной на первом этаже дома неподалёку. Шагнув в мрачное помещение, Снейп автоматически прошептал три сканирующих заклинания и зорко огляделся. Подобная паранойя на Тёмной аллее только поощрялась, поэтому едва ли за подобную проверку на мага кто-то обиделся бы.
Гоменум ревелио показало, что во всём доме находится только один маг. Кивнув самому себе, Снейп трижды задел сигнальные чары над прилавком. Простенький шифр, установленный отцом его однокурсника, которому принадлежала лавка: три сигнала — покупка или заказ палочки, два — ремонт, один — покупка сопутствующих товаров. К магам, которые не заметили или грубо нарушили сигналку, Амадей Блишвик даже не выходил.
Этот человек, казалось, жил в своём собственном мире. Каждый раз, когда Снейп, и не только он, его видел, он удивлялся — как Мастер умудрился попасть на Слизерин, когда ему самое место на Равенкло? Но, вспомнив фирменный прищур старого мага, виденный однажды украдкой, Северус всякий раз выбрасывал эту мысль из головы как совершенно несостоятельную. Артефактор был тем ещё лисом. Но тот факт, что большая часть знакомых Блишвика долгие годы считала его рассеянным чудаком, оставался фактом.
Некоторые даже сравнивали Амадея с Олливандером. Да, с первого взгляда они были похожи — два искренне увлечённых созданием волшебных палочек мага. Но было и существенное различие — что бы там ни говорил Гаррик про искусство, его главной целью было получение денег.
Вы скажете, что это не слишком реально — при цене в 11 галеонов за палочку состояния не сколотишь. Почему же Олливандер, слывущий единственным, а потому лучшим изготовителем волшебных палочек Британии, не поднял цену? Всё дело в политике министерства, которая, в свою очередь, была последствием принципов работы Гринготтса.
Согласно внутренним правилам банка, каждый разумный, пришедший обменять фунты на галеоны, занимал определённое место в общем рейтинге, в соответствии с которым и вычислялся годовой лимит по конвертации валюты. Система была разработана для обеспечения стабильности магической экономики и прекрасно действовала уже больше сотни лет. Понятно, что маглорожденные были в ней низшим звеном, и перевод более тысячи фунтов в год им не светил. А если уж говорить о сиротах… Разумеется, с такими суммами покупка даже поделки Олливандера, реально стоившей не менее ста галеонов, стала бы непосильной для большей части пришедших в магический мир маглокровок.
Министерство решило эту проблему своеобразно, убив двух зайцев одним заклинанием. Оно просто стало доплачивать большую часть реальной стоимости артефакта и предоставлять всевозможные скидки и льготы единственному мастеру, с которым смогло договориться. Взамен Олливандер ставил на палочки чары надзора и контроля и ограничивающие заклинания, которые искусственно уменьшали проводимость артефакта. К тому же использование только двух универсальных начинок — сердечной жилы дракона и волоса единорога — тоже не давало большей части магов добиться полной совместимости с палочкой.
Разумеется, бравада насчёт использования третьего компонента — пера феникса — была не более чем бравадой. Во-первых, этот ингредиент был невероятно дорог, а во-вторых, настолько же капризен. Палочки Тёмного Лорда и Гарри Поттера были редчайшим исключением и индивидуальным заказом, над которым Гаррик, как теперь понимал Снейп, работал не один год.
Работы Блишвика значительно отличались от поделок Олливандера. В первую очередь тем, что для их создания маг использовал особый транс, в котором он лучше понимал ингредиенты, видел их особенности и мог соединять в одном артефакте. В течение года Амадей собирал самые разнообразные ингредиенты и раз в год — на Имболк — он погружался в транс, создавая за одни сутки до пятидесяти палочек, каждая из которых была произведением искусства и могла содержать до двенадцати компонентов.
Среди определённого круга магов считалось традицией примерно через неделю после праздника зайти к Блишвику и попробовать подобрать себе палочку, а если она уже была, то привести друга. В этом году Принц опоздал — праздник был две недели назад, но чем Мордред не шутит, пока Мерлин спит? Три года назад Снейпа сюда привёл Малфой, но, помнится, ни одна палочка его не выбрала. Может, повезёт сейчас? Эта мысль закончила размышления мага, и он переключил внимание на появившегося в дверях смежного помещения хозяина лавки.
— Добрый день, сэр?.. — протянул Мастер, с некоторым удивлением оглядывая посетителя.
Снейп на секунду напрягся, но узнавания в глазах мага так и не мелькнуло, поэтому он позволил себе расслабиться.
— Добрый день, Мастер, — кивнул Северус, не реагируя на многозначительную паузу в конце обращения. — Один мой знакомый посоветовал мне зайти к вам сегодня.
— И кто же, если не секрет?
— Снейп.
— Вот как, — птичьим движением склонил голову на плечо Амадей. — А что же он сам не заходит?
— У него дела. Обещал появиться дня через три.
— Что ж, буду ждать. Надеюсь, процедуру вы знаете?
— Разумеется, — кивнул Северус, подписывая поданный контракт, стараясь, чтобы большую часть энергетического оттиска сделала родовая магия Принцев.
Следом Амадей поставил свою подпись, а затем передал зельевару небольшой накопитель. Стоило магу подать в него немного энергии, прозрачный камень начал темнеть. Слегка подправив потоки из своей ауры, Снейк направил в накопитель только магию рода Принц вперемешку со своей личной магией. Всего через две минуты кристалл нагрелся, и Северус передал его магу. Тот, не говоря ни слова, вышел из помещения, чтобы вернуться через пять минут, держа в руках длинную чёрную шкатулку.
— Моя старая работа, — со странной горькой полуулыбкой, от которой у Снейпа мурашки побежали по коже, протянул Амадей. — Так рвалась к новому хозяину, что чуть не опрокинула стеллаж.
Северус неопределённо хмыкнул и открыл поданную шкатулку, чтобы тут же восхищённо вздохнуть от восторга. Палочка действительно была прекрасна. Узорчатая рукоять, длинное древко из другого материала, тонко выписанные руны, красный лак, а в навершии рукояти — искусно выточенный цветок мандрагоры, охватывающий полураскрывшимися лепестками большой почти чёрный рубин.
— Рукоять из кедра, древко из вяза, а цветок в навершии из бузины. Накопитель из рубина, а внутри — коготь и чешуя дракона, — прокомментировал Мастер с затаённой гордостью. — Бузина — своенравие и гордость, вяз — достоинство, ловкость и элегантность, а кедр — проницательность и целеустремлённость. Рубин, как считали древние, — застывшая кровь дракона, закалённая в его же пламени. Жажда власти, огонь в крови. Ну а сердцевина означает жёсткость, некоторую кровожадность и магическую мощь.
Северус ничего не ответил, а только аккуратно вынул палочку из креплений. Взмах, и полутёмное помещение расцветило облако алых и чёрных искр, вырвавшихся из палочки. Ещё раз взмахнув ей, словно по наитию, Принц заставил искры собраться в шар и спаяться в одно целое. На подставленную ладонь упал странного вида кристалл, который, казалось, испускал красное свечение и одновременно втягивал в себя тьму.
— Потрясающе, — задумчиво протянул Блишвик. — Собрать первое колдовство палочки редко кому удаётся.
— И как оно используется? — с интересом спросил Снейп.
— Никто не знает, — мечтательно улыбнулся Мастер в ответ на поднятую бровь.
— Неожиданно, — хмыкнул в ответ маг. — Можно в комплект набор по уходу и крепление с расширением пространства?
— Разумеется, — кивнул Амадей и достал из одного из шкафчиков небольшой свёрток, на который сверху положил браслет из алой кожи дракона, покрытый рунами. — С вас семьсот двадцать три галеона.
Снейк молча заверил оттиском магии чек на соответствующую сумму, вежливо распрощался с мастером и отправился дальше по Тёмной аллее. Гардероб всё же следовало обновить. Необходимый ему магазинчик располагался в двух шагах от лавки Блишвика. Встретила его молчаливая ведьма средних лет, за пять минут сняла мерки и подала каталог, в котором любой клиент сам мог составить себе необходимое количество комплектов одежды.
Особенностью ателье «Кэррингтон и Ко» являлся огромный ассортимент разнообразных материалов, из которых клиент мог сконструировать самостоятельно или с помощью продавца полноценный гардероб. Кроме того, ателье продавало не только одежду, но и обувь, ремни, перчатки и множество других самых разнообразных аксессуаров. К тому же «Кэррингтон и Ко» предоставлял услуги Мастера-артефактора, специализирующегося на создании и зачаровании одежды.
Такое обилие возможностей, а также постоянная молчаливость относительно предпочтений, вкусов, имён и лиц клиентов сделали ателье достаточно популярным среди определённых кругов магического Лондона. Но был у широкого ассортимента услуг и товаров существенный минус — большая часть материалов, рунных вышивок и зачарований была запрещена в Англии. Именно поэтому лавка располагалась на Тёмной аллее и никому не продавала свои каталоги.
Вытащил себя из ателье Принц с трудом. С очень большим трудом. Со вздохом заверив внушительный счёт, маг покинул здание. Больше здесь его ничего не держало.
На очереди была Серебряная аллея. В прошлый раз Северус лишь мельком осмотрел её, зная, что денег немного, но сейчас сам Мерлин велел скупить всё, что понравится. Начал маг с лавочки под названием «Каллиграфические и художественные принадлежности мастера Кло», которой и в подмётки не годились «магазинчики маэстро Писсарро», расположенные в Хогсмиде и на Косой аллее.
Всё дело заключалось в том, что Снейп обожал каллиграфию. Искренне и неудержимо. Помнится, ещё в том мире подруга не раз просила завещать ей его тетради с упражнениями по каллиграфии. Поэтому ужасный почерк предшественника искренне мага возмутил. Да, он был разборчив (в зельеварении неразборчивый почерк — прямой путь на больничную койку), но и только! Где изящество? Где наклон? Нажим? Снейп писал пером будто маркером. Возможно, это было связано с жалкими художественными свойствами самых дешёвых писчих перьев, которые приобретал Северус, но сейчас позволить себе оставить всё как есть волшебник не мог.
Из магазинчика Принц вышел через полтора часа, довольный до невозможности. До дверей мага провожал владелец лавки, искренне зауважавший придирчивого клиента, который потратил большую часть времени на отбор двух держателей и всего десятка металлических перьев пяти видов. Зато выбрано было лучшее из предложенного. То же относилось и к десяти стопкам пергамента и бумаги разных видов, бесконечной тетради для записей, которую Снейп собирался использовать вместо закончившегося журнала зельевара, и толстому сборнику с разнообразными заклинаниями, облегчающими работу и художникам, и каллиграфам.
Последним и самым дорогим приобретением или, вернее, заказом была заготовка под богато украшенную книгу громадных размеров. Ещё в прошлой жизни Северус мечтал вручную переписать бессмертного «Хоббита» Толкиена. Сейчас у него появился шанс реализовать мечту, но маг отдал предпочтение другой работе. Ещё перед отбытием из Хогвартса наставник сделал ему поистине королевский подарок. Дракон просто скопировал в память ученика полный текст Устава Хогвартса. Вот его маг и собирался перенести на бумагу.
Почему Снейп считал этот подарок королевским? Дело в том, что любой, открывший устав Хогвартса, видел в нём только то, что касалось его непосредственно. То есть Снейп мог прочитать про свои права и обязанности, про обязанности и права директора в отношении него, а вот права директора относительно учеников — никак. А ведь в Уставе были прописаны нюансы не только директорского, профессорского, деканского и ученического статусов. При основателях штат Хогвартса был куда шире, и Попечительский совет туда тоже входил. Это было неплохим аргументом в пользу Снейпа при предстоящем разговоре с кем-нибудь из Совета Лордов. Тем более, сам Хогварионейрилион, как хранитель Школы, дал согласие на то, чтобы показать полный устав нескольким надёжным лицам, которые могут повлиять на ситуацию. И сейчас задачей Снейпа было перенести огромный объём текста на бумагу.
Взамен традиционного пергамента было решено использовать качественную бумагу. Тут выбор был невелик, зато при закупке красок для миниатюр, иллюстраций и узоров Принц развернулся вовсю, как и при заказе зачарованных кистей для них. Внеся предоплату, маг перенёс покупки в карман с незримым расширением, сердечно попрощался с хозяином лавочки и отправился дальше гулять по Серебряной аллее.
Следующим магазинчиком, куда завернул Северус, была лавка с разнообразными духами и эфирными маслами. Запах решает многое и может стать тем, что выдаст его. Решив заранее подстраховаться, Принц приобрёл два небольших артефакта в виде булавок с навершиями из крупных полых рубина и сапфира, которые заглушали естественный запах мага, взамен распространяя ароматы залитого внутрь камня вещества. Приложив к выбранным артефактам ароматы мёда, можжевельника, кедра, вереска, сосны, гвоздики и каталог, чтобы потом заказать тот же комплект с другими запахами для Снейпа, Северус оплатил заказ и отправился в близлежащее кафе.
После плотного обеда, решив напоследок побродить по улочкам Лондона, Снейп попробовал аккуратно активировать телепатию. Переждав привычный приступ головной боли, он с интересом принялся вслушиваться в мысли окружающих его прохожих. Словно обухом по голове ударили мысли прошедшей мимо группы молодых ведьмочек. Его сочли привлекательным? Для обоих Северусов подобные мысли от противоположного пола были чем-то максимально странным. Сейчас волшебник как никогда благодарил провидение за так и не восстановившиеся мимические мышцы. Ещё через пять минут он понял, что очень вовремя включил телепатию — ему удалось засечь трёх следующих за ним магов жуликоватого вида.
Демонстративно перенесясь в улочку неподалёку от театральной лавочки, Принц быстро выговорил окончание длинной фразы, начатой ровно за секунду до невербального переноса. По виску скатилась капля пота. Да уж, удерживать два мощных заклинания, одно из которых невербальное, не самое лёгкое дело. Палочка слегка подрагивала в руке. Несмотря на вроде бы опытность и магическую мощь, это было первое столкновение с реальным противником, поэтому лёгкой паники избежать не удалось.
Быстро наложив на себя комплекс чар — заклинания невидимости, тихого шага, избавления от запаха, скрывающее от следящих заклинаний — Принц отшагнул к стене. Вовремя. Неподалёку от места появления Северуса аппарировал, оглядываясь, заросший маг. Бросив небрежно Гоменум Ревелио, он раздражённо сплюнул и попробовал найти след от следующей аппарации «жертвы», но Снейп не дал ему завершить заклинание, оглушив Ступефаем, связав и накрыв дезиллюминационным.
Буквально через пять секунд пятью метрами левее от предыдущего мага появился второй. Уже отработанным способом упаковав его, Северус приготовился встречать следующего преследователя, не разрешая себе заранее расслабиться. Как показала дальнейшая минута, сделал он это не зря. Третий волшебник, появившись, сразу же отскочил в сторону и по-звериному принюхался. Он точно не был оборотнем, иначе Принц не уловил бы его мыслей телепатией, но что-то от животного в нём было. Хотя бы корка грязи, покрывающая худое тело.
От первых двух Ступефаев противник ловко уклонился, но последнее оглушающее из цепочки заклинаний всё же задело его. После этого Снейпу не составило труда упаковать третьего преследователя так же легко, как первых двух. Больше никого, как и ожидалось, не было. Сложное заклинание, распространённое среди Пожирателей смерти, надёжно блокировало как след самого аппарировавшего мага, так и все аналогичные следы вокруг него в радиусе пяти метров ровно через десять секунд после его перемещения. Как Северус и предполагал, если ещё кто-то кроме этих трёх и был, он не успел считать направление для аппарации.
Окинув задумчивым взглядом три пованивающие тушки, волшебник кинул в каждого из них диагностирующее, определяющее наличие артефактов. Но маги были пусты — только выгоревшие бросовые защитные амулеты, не выдержавшие даже одного сильного Ступефая, и низкокачественные палочки. Видимо, опытные — понимали риск, на который шли, поэтому ничего дорогого с собой и не брали. Даже наводящих маячков не было. Что ж, ему же легче. Залив в глотки тушкам напиток Живой Смерти, Принц по одному перенёс их в свой дом.
Получаса ему хватило, чтобы создать в лаборатории ещё одну дверь и вырыть приличных размеров погреб. Ещё полчаса, и помещение было укреплено и защищено не хуже Форт Нокса. Осталось лишь трансфигурировать из извлечённой земли решётки и короткие топчаны, и темница готова. Поморщившись и наложив очищающие на неподвижные тела, маг разместил их в тесных одиночных камерах и добавил по несколько разноплановых запирающих и блокирующих на двери.
Сейчас у него не было ни времени, ни сил разбираться с внезапно подвернувшимся подопытным материалом, но завтра можно было потренировать на них менталистику. А после этого, в зависимости от результатов, и действия некоторых зелий испытать. С этими мыслями Снейп отправился спать.
