Смешная боль

Просыпался Руслан невероятно тяжело. Он никак не мог выбраться из замкнутого круга, проваливаясь в небытие даже в собственном сне. Это отвратительное чувство, когда не можешь разлепить глаза, а когда, наконец, получается, то не понимаешь — реальность ли это. Судорожно дыша, Руслан все же вынырнул из темноты. Рука неприятно затекла, а все тело горело от жары. Не раздумывая, он скинул с себя тяжелое одеяло и позволил прохладе окутать его в свои объятия. Юлика в комнате не было. Оглядевшись по сторонам и прислушавшись к звукам в квартире, Руслан понял, что Юлик в ванной. События ночи слишком резко нарисовались в памяти, заставляя его жалобно простонать и закрыть лицо руками. Он абсолютно не имел понятия, что ему теперь делать. Сказать, что это все просто неудачный прикол по пьяне? Сказать, что он ничего не помнит и вообще такого не было? Сказать, что давно влюблен и решил, наконец, воспользоваться положением? Все варианты развития событий были ужасными. Дверь в ванную комнату резко распахнулась, заставляя Руслана заметно занервничать. Он бесшумно сел, испуганным взглядом бегая по комнате. Один шаг, второй. Казалось, что Юлик шел в целую вечность… — О, Русь, ты уже проснулся, — громко заявил Юлик, увидев сидящего Тушенцова, и радостно улыбнулся. — Я заказал нам пиццу на завтрак. В течение часа привезут. Как себя чувствуешь? Столько информации Руслан был переварить явно не в состоянии. Сознание отключилось уже после этого теплого «Руся». Он глупо заморгал, всматриваясь в чужое лицо и пытаясь найти там хоть какую-то злобу, непонимание, отвращение. Хоть что-то, намекающее на то, что вчерашний поцелуй имел последствия. Но все было как обычно. Юлик сиял как новогодняя ель, отсвечивая ключицами сквозь растянутый ворот футболки, и вел себя настолько непринужденно, насколько это было возможно. Он все-таки не помнит. В сердце неприятно кольнуло. Руслан неосознанно облизнул пересохшие губы, прикрывая глаза. — Я что-то вчера перепил, походу. Тошнит, а еще я почти ничего не помню, — соврал он. — Что вчера было? Как бы сильно ни хотелось врать — в данной ситуации такой расклад казался единственно правильным. — Да я тоже смутно, если честно… — протянул Юлик и запустил пальцы в волосы. — Помню, что мне родители позвонили, а потом… Мы, вроде, спать сразу легли, хотя я не уверен, — вслух рассуждал Юлик. А Руслан практически задыхался от противоречивых эмоций в душе. Ведь это прекрасно, что Юлик ничего не помнит, чем если бы сейчас между ними висела неловкость и недосказанность. Но все же одна проблема была — Руслан-то все помнил. Он с невероятным трудом отогнал от себя картинки их поцелуя, отогнал эту призрачную надежду на взаимность, и как можно беспечнее улыбнулся. Он бросил вслух что-то в ответ, после чего скрылся в ванной, щелкая замком и безвольно оседая на пол. Эти невысказанные чувства сводят с ума. Они крошат кости, не касаясь. Они заползают под кожу, доставляя невероятную боль. Руслан отчаянно прикусил собственное запястье, сдерживая внутренний крик. Он не выдержит целую неделю в компании этого парня. А если, не дай бог, Юлик снова выпьет, то Руслан не сдержит себя и одним поцелуем уж точно не ограничится. Пьяный Юлик совсем другой — он чувственный, податливый, невероятно падкий на ласку и откровения. Как же он постанывал в поцелуй, как же он приятно сжимал пальцы на талии, как же он смотрел, буквально током прошибая. Руслан резко подскочил с пола, залезая в ванну и включая холодную воду. Остудив свои мысли и наспех ополоснувшись, он вышел в одних лишь шортах, накинув себе на плечо полотенце. С кухни доносилась речь. Бегемот нарезал круги вокруг Юлика, а сам же парень сидел за столом, разговаривая по телефону. Услышав звук открывшейся двери, Юлик поднял взгляд и, Руслан готов поклясться, задержал его на обнаженном торсе, после чего посмотрел прямо в глаза. — Родители? — шепотом спросил Руслан. Юлик в ответ лишь кивнул, тут же отвечая на очередной вопрос. В душе стало даже немного радостно, от того, что вчера Руслан совершил хоть что-то хорошее, натолкнув друга на перемирие. Юлик ведь еще совсем ребенок. Заботливый, ответственный, сексуальный, но все же ребенок, едва вырвавшийся из-под родительского крыла. — Руся в кофейне работает и учится еще, — донеслась с кухни сказанная фраза, от которой под ребром неприятно заныло. Руслан хотел сорваться. Он хотел вставить симку обратно в телефон, дождаться звонка от любого клиента и умотать из дома. Какой бы мерзкой не была его работа, там он хотя бы был собой — грязным, опустившимся, абсолютно никому не нужным парнем, готовым на многое ради денег. С Юликом же приходилось играть совсем другую роль. Гнусная ложь. Спустя пару минут Юлик очень шумно и воодушевленно залетел в комнату, падая на диван совсем рядом и вырывая Руслана из собственных мыслей. — Братан, мои родители хотят приехать в Питер на пару дней: погулять по городу, походить по крутым местам, ну, ты понимаешь, — с улыбкой говорил Юлик. — Так вот, я знаю, что это наглость, но ты же не будешь против, если они заглянут в гости? — состроив самую милую мордашку на свете, спросил он. — Заглянут или поживут у нас пару дней? — вопросом на вопрос ответил Руслан, подхватывая с пола Бегемота и усаживая его себе на колени. — Жить они будут в гостинице. А в гости просто заглянут — хотят посмотреть, как я тут живу. Думаю, они меня представляют алкоголиком, а эту квартиру — притоном, как минимум. Хочу доказать им, что у меня все в порядке, — закончил Юлик и придвинулся еще ближе, чтобы погладить дорвавшегося до ласки котенка. — Я могу уйти, когда они приедут, чтобы не мешаться, — отстраненно предложил Руслан, сглатывая вязкую слюну и еле сдерживаясь, чтобы не отдернуть руку от пальцев Юлика. — Ты чего? Я очень хочу, чтобы они с тобой познакомились. Уверен, тогда у них не останется сомнений, что они не правы и у меня все отлично. Да и помирились мы благодаря тебе, — с легкой улыбкой произнес Юлик и, тихо вздохнув, добавил. — На самом деле, мне их очень не хватало. Спасибо тебе. — Я тут ни при чем, — тихо произнес Руслан, все же отдергивая руку от случайного прикосновения и мысленно отвешивая себе пощечину. — Что случилось? — удивленно спросил Юлик, продолжая гладить Бегемота за ухом. — Ничего, я просто не выспался. К тому же чувствую себя хреново. Где там уже пицца? — затараторил Руслан. — Курьер уже едет, — с легким прищуром ответил Юлик. Руслан сам не понимал, почему вдруг начал так нервничать. Ему же безумно приятны эти едва заметные прикосновения, ему ведь нравится находиться рядом с Юликом. Перед глазами вновь вспыхнули полураскрытые губы и потерянный, подернутый дымкой взгляд. — Отлично, — неестественно радостно произнес Руслан и, передав Юлику кота, отодвинулся, уткнувшись в телефон и стараясь игнорировать редкий изучающий взгляд.

***

— Я понятия не имею, как мне себя вести, — произнес Руслан, напряженно стоя в аэропорту плечом к плечу с Юликом. — Просто будь собой. Ты слишком сильно паришься, — шикнул в ответ Юлик, внимательно бегая взглядом по потоку людей. — Я волнуюсь, будто знакомлюсь с родителями невесты. — У тебя нет невесты, придурок. — Зато у меня есть ты. Ты же почти как девчонка… — Блин, братан, вон они, — не дослушав, сказал Юлик, после чего резко сорвался с места и помчался навстречу своим родителям. Руслан после секундной заминки направился следом, едва ли успевая обходить бесконечных людей и пытаясь не потерять из виду макушку Юлика. Он чувствовал себя невероятно лишним в этом аэропорту, в этот момент семейного воссоединения. Он очень хотел бы остаться дома, но Юлик практически на коленях умолял его поехать тоже. Руслан отказать не мог. Он вообще ни в чем не мог отказать этим красивым глазам, которые выворачивали душу наизнанку. Юлик, этот здоровый, почти под два метра парень, с такой детской радостью накинулся сначала на маму, а потом и папу, едва не задушив их объятиями. Руслан остановился чуть поодаль, чтобы не мешать. Он уже давно не видел Юлика таким счастливым. Парень часто улыбался, он вообще старался не загоняться по пустякам, но сейчас Онешко, кажется, раскрылся с новой стороны. Родители у Юлика были уже совсем взрослые. Отец старался держаться ровно, не позволяя эмоциям взять над ним верх, но от Руслана не укрылось то, как дрожат руки и дергаются уголки губ у этого взрослого мужчины от переполнявшей радости. Мама же давно плакала, вытирая слезы с поддернутых морщинами щек. Она все не могла наглядеться на своего единственного сына. У Руслана в груди как-то болезненно защемило. Перед глазами мгновенно пронеслись воспоминания об аварии и изуродованные гримасы ужаса, застывшие на лицах его родителей. Прошло уже так много лет, но воспоминания так и не хотят исчезать. — Мам, пап, а это Руслан, — резко выдернул из забытья голос Юлика. Руслан быстро заморгал, выдавливая из себя улыбку, и неловко сделал шаг навстречу. Мама Юлика что-то говорила о том, как она рада познакомиться, а отец лишь протянул руку в знак приветствия и по-доброму кивнул. Руслан кивнул в ответ, тут же опуская глаза. Эти два дня, насыщенные общением с родителями Юлика, оказались для Руслана настоящей пыткой. Какими бы замечательными людьми они не были — Руслан был абсолютно чужим в этой домашней обстановке. Глядя на счастливого Юлика, все больше появлялось осознание того, насколько этот парень недосягаем и абсолютно далек в своей беспечности. Но как бы тяжело не было, Руслан где-то в глубине души все же ощутил то, что значит быть нормальным. Мама Юлика с присущей ей безграничной заботой много расспрашивала Руслана о его жизни. Говорить о прошлом было тяжело, но он все же поделился тем, что гложет его уже столько лет. Рассказал про то, как провел свой выпускной у могилы бабушки; рассказал, с каким трудом метался между различными факультетам, стараясь успеть подать документы вовремя; рассказал, как тяжело было в общежитии, пока он не нашел работу. Юлик все это слушал с каким-то загнанным видом, иногда отводя взгляд и нервно облизывая губы. Мама Юлика тогда очень сильно расчувствовалась. Она обняла опешившего Руслана, сказав, что они теперь всегда поддержат его. Руслан тепло улыбнулся, прекрасно осознавая, что он никому не упал со своими проблемами. Но все же после этого разговора Руслан смог, наконец, отпустить эти ужасные воспоминания. Он не может сказать точно, что именно стало катализатором: разговор по душам или объятия этой милой женщины — но с души словно свалился огромный камень, душащий все эти годы одинокое сердце. Руслан, пусть и отстраненно, окунулся в семейное тепло, в настоящие трепетные отношения. Пускай он был почти сторонним наблюдателем — этого хватило. — Почему ты не рассказывал мне ничего? — задушено спросил Юлик, когда родители уехали в гостиницу. — А зачем? — отстраненно повел плечом Руслан. — Потому что ты уже мне как родной. Потому что я не знаю, сколько еще всего ты скрываешь. Тебе не обязательно справляться с этим самостоятельно. Я ведь могу поддержать тебя. Почему ты не доверяешь мне..? — надрывно выпалил Юлик, заглядывая прямо в душу, обнажая все самые сокровенные чувства. Руслан устало прикрыл глаза. Если бы только Юлик знал правду, сейчас бы он не говорил подобных вещей. — Юлик, я два года после смерти бабушки был совсем один. Как думаешь, мне было просто открыть вам душу? — тихо произнес Руслан, осторожно заглянув в чужие глаза. — Я хочу сказать спасибо за то, что поддержали меня. У тебя очень крутые родители. Цени их… — голос сорвался так не кстати на последней фразе, заставляя Руслана судорожно сглотнуть воздух. — Блять, прости меня, — прошептал Юлик, подаваясь навстречу, чтобы обнять. Руслан резко отшатнулся. — Не стоит. Все… все в порядке, — произнес он и, обойдя удивленного Юлика, скрылся в комнате, прячась за экраном смартфона. Руслан бы взвыл от боли в сердце, если бы Юлик прикоснулся хоть на мгновение. Душить в себе эту нездоровую тягу было невыносимо. И на следующий день Руслан все же сломался. Когда Юлик уехал провожать родителей в аэропорт, он дрожащими пальцами вставил симку в свой телефон и принялся ждать, судорожно отстукивая пальцами одному ему известный ритм. Он был уверен, что ему позвонят. Ему срочно нужно было окунуться обратно в свой прогнивший мир. Он очень сильно хотел встретиться с Даней. Руслан хотел, чтобы его окончательно сломали, растоптали, смешали с грязью. Звонок все же раздался спустя пару часов. Руслан даже не сомневался, что Даня его чувствует. Он собрался моментально, дрожащими пальцами набирая сообщение Юлику, что ночью дома не появится. Руслан боится тех чувств, которые рождаются в душе рядом с Юликом. Руслану кажется, что его место — на самом дне, но никак не рядом со светлым, добрым и таким необходимым Юликом.