А можно?

Юнги лег почти в три, а проснулся в одиннадцать и на удивление выспался. Он хотел ещё понежиться в кровати, но тут раздался телефонный звонок. - Да Намджун, - ответил Юнги. - Как продвигается работа, - без лишних слов начал он. - Движется. - А конкретнее? - Написал 5 глав, - ответил Юнги и встал с постели. - Юнги, ты же понимаешь, что нужно ускориться, - уточнил Намджун. - Я работаю. - У тебя полтора месяца, - на этой ноте он сбрасывает вызов. Прагматик, что с него взять. Юнги бросил телефон на подушку и пошёл в душ. Горячая вода расслабляет и он включает холодную, а это уже бодрит. Юнги почему то вспоминает Чимина и его секреты, сначала, он не хотел их знать, но чем лучше узнает его, тем сильнее хочет узнать. Особенно, что кроется за признанием о его профессиональных танцев. И что случилось, почему сейчас он тут? Что-то подсказывает, что присмотр за бабушкиным домом, тут не причём. Странный он, в который раз подумал он. И его этот взгляд, когда Юнги взял его за руку, а эти блядские губы, он никогда не встречал парня с такими губами. Эх жаль, что он не очаровательная девушка, т.к губы буквально просятся на поцелуи. Какие нахрен поцелуи, Юнги блять, ты о чем, он парень. Бляяяять. Что за фигня. Он ведь друг, да? Друг. С ним весело? Весело. Легко? Легко. И что за гейские мысли про поцелуи? Он блять не гей. Юнги не против геев, но сам им не был и не собирается становится. Губы как губы, и нехрен тут накручивать. Он включает жутко холодную воду и немного себя остужает. Безумно холодно и он быстро выключает и выбегает из душа укутавшись в полотенец. Забегает в комнату и снова ныряет в кровать, под одеяло. ☆☆☆ Юнги заходит в просторный магазин и направляется в мясной отдел, он не теряет надежды все таки приготовить мясо. На этот раз он берет свинину. - Попытка номер два, - раздаётся весёлый голос девушки. Юнги поднимает голову и видит того продавца, что встречает уже в третий раз. - Да, я все таки его добью, - отвечает парень и улыбается. - Надеюсь в этот раз, вы его не спалите, - говоря это, она мило улыбается и отводит глаза в сторону. Она правда очень милая. - Я тоже. - Удачи. - Спасибо. Он выходит из магазина и ложит пакеты с едой на заднее сидение. Погода сегодня солнечная. Раздражает и радует одновременно. Проезжая мимо работы Чимина, он вдруг вспоминает утренние, ну обеденные размышления. Как замечает впереди красный бумбон. Он подъезжает и ближе и расширяет глаза. Чимин выглядит ужасно, пальто грязное, пуговицы сорваны и шарф болтыхается. Какого черта? - Чимин? - сравнявшись с ним говорит Юнги, - Что случилось? Садись в машину. Парень оглядывается по сторонам и говорит. - Нет спасибо, я дойду, - а сам носом шмыгает. - Чимин сядь в машину, - уже более грубо говорит Юнги. Он начинает беспокоиться. - Не стоит Юнги, тебе лучше не общаться с таким, как я, - и он ускоряет шаг. Какого черта? С каким таким? Он догнал парня и обогнал, затормозил перед ним и вышел из машины. - Чимин какого черта, сядь в машину, - подходя к нему, говорит Юнги. - Нет, - он уже почти плачет, - Уезжай Юнги, тебя не должны видеть рядом со мной, - и он пытается снова от него убежать. Юнги вот прямо в шоке, от происходящего. Что происходит? - Или ты сядешь в машину Чимин, или я тебя туда затолкаю, - кричит Юнги. Парень немного опешил, но остановился. - Чимин сядь в машину, - уже более спокойно говорит Юнги. И открывает переднюю дверь. Чимин ещё раз осматривается по сторонам и все таки садится в машину. Юнги облегченно вздыхает, закрывает за ним дверь и движется к своему месту. Пару минут они ехали молча. Юнги рулил, а Чимин смотрел в боковое окно. - Что случилось Чимин, - нарушает тишину Юнги. - Ничего. - Не похоже на "Ничего", - строго говорит брюнет. Чимин лишь сильнее вжался в сидение и продолжил смотреть в окно. Юнги подъехал к дому и Чимин тут же вылетел с машины. Брюнет вышел за ним и в три шага догнал того и попытался того развернуть. - Чимин постой, - он развернул того к себе лицом, - Блять Чимин, что с твои лицом? Юнги не видел его лица, тот его прятал, а сейчас он его разглядел. Оно было побитым, покраснение возле правого глаза и разбитая губа. Что это блять такое? - Оставь меня, - пытался улизнуть парень, но Юнги держал его крепко. - Чимин, что с лицом? - Ничего, я пойду, - у того дрожал голос, - отпусти меня, я грязный, - он не выдержал и слезы полились ручьём. Юнги видел, что парень потрепанный и пальто не чистое, но ему было всё равно. Он просто взял и обнял парня. Вот просто так. Обнял утешая. Но Юнги так и не понял смысла слова грязный. ☆☆☆ Они сидели на кухне Чимина и Юнги обрабатывал губы парня....т.е раны парня, и на губе в том числе. Ну что за губы думал Юнги, созданные для греха. Эх, ну почему ему девушки не встречались с такими губами, интересно какие они на ощупь. Юнги встряхнул головой, прогоняя ненужные мысли и сосредоточился на ранках парня. Он аккуратно провел ватным диском, смоченный перекисью. Затем взял диск с зелёнкой и приложил к ране, Чимин заморщился и схватил Юнги за руку, что прижимала диск. А брюнет в этот момент начал дуть на ранку, до тех пор пока не встретился с глазами пациента. Эти глаза будто гипнотизируют. Оторваться нет сил. Хочется в них утонуть, что собственные он и делает. Тонет. Чимин перевел взгляд на его губы и нервно сглотнул. Юнги отошел первый, одернул руку и спросил. - Чимин, что случилось? - тихо спросил Юнги. - Я же сказал ничего, - отводя взгляд сказал серебряный. Он стал хаотично собирать содержимое аптечки. Ну и ладно, не хочет говорить, пусть не говорит. Это не моё дело в конце концов. Уверяет себя Юнги. Он встает со своего места и направляется к выходу. Черта с два он будет о нем беспокоится. Он ему никто. Юнги открывает входную дверь и выходит на свежий воздух, при этом сильно хлопает этой дверью. Какого черта? ОН ЕМУ НИКТО. НИКТО. Друг? Вряд ли, они не так много знакомы. Скорее приятель. А если приятель не хочет делится переживаниями, то нехер лезть к этому приятелю. Все. У самого проблем полный рот. Юнги заходит в свой дом и поднимается в спальню. Бросает куртку на кровать и плюхается рядом. Хватит сопли распускать. Работать надо. Книгу скоро сдавать, а написано не шибко много. Он встает с постели и садится за рабочий стол. В конце концов, нельзя помочь человеку, если он не желает помощи.