Let the sky fall.

Но поздно… И я в долгу перед ними. Sex ist eine Schlalcht, Liebe ist Krieg Секс – это битва, любовь – это война. (с) Rammstein - То есть ты хочешь сказать, что на вас с Химчан-хёном напал исполинских размеров волк, который что-то искал в нашей лаборатории? - недоверчиво переспросил Дехён. Енгук, только что закончивший рассказ об их ночном приключении, молча кивнул. Ендже уронил на пол чашку: - Охереть! Химчан дал ему легкий подзатыльник: - Не ругайся при Джело! - Хён, - тихо спросил Чоноп. – А почему вы с Енгук-хёном оказались в лаборатории вместе? Вы же… недолюбливаете друг друга. Дехён посмотрел на Бана с легким подозрением: - А ведь верно! Обычно вы только и ищете повода, чтобы перегрызть друг другу глотки! И да, я вспомнил, что, когда мы с ребятами ушли, Химчан-хён остался у тебя, Енгук-хён… Химчан поспешно сказал: - Мы… мы обсуждали рабочие вопросы. Об этом, кстати, мы вам тоже хотели рассказать. Я сейчас схожу за расчетами, а Бан пока введет вас в курс дела. С этими словами он быстро поднялся с дивана и буквально вылетел из комнаты. Енгук успел заметить, что бледные щеки Кима слегка порозовели. Как тогда. Когда он с таким трудом оторвался от его горячих розовых губ… Енгук помотал головой, борясь с нахлынувшим наваждением. Рассказывая донсенам о происшествии, он намеренно опустил события, случившиеся после нападения зверя. Они с Химчаном поцеловались. И, черт подери, поцелуй с другим мужиком, с «я-шило-в-твоей-жопе-и-твоя-личная-головная-боль» Ким Химчаном был самым лучшим поцелуем в его жизни! То, что он тогда чувствовал, невозможно было описать словами. Звериную страсть, похоть, невероятное желание обладать, подчинить, и в то же время утешить, приласкать… Подарить тепло раненой зверюшке, что прикидывается сильным беспощадным зверем. Он помнил, как Химчан стонал под ним. Как кусал его губы, проводил сильными руками по его спине, вырисовывая кончиками пальцев контур татуировки. Как его собственные пальцы прошлись по широкой груди, нащупали пирсинг, тот чертов пирсинг в соске, ставший его персональным фетишем, и сильно сжали, вызвав у Химчана хриплый стон и получив в ответ сильный укус в шею. Как Химчан перевернул его на спину и вжался в него худыми бедрами, крепко стискивая его запястья, языком выделывая с его собственным языком какие-то невероятные кульбиты. И где он только этому научился? Два заряда. Две сильно заряженные частицы. Которые теперь не отталкиваются. Их тянет друг к другу с запредельной силой. После того, как Бан проводил Кима до его квартиры, и, когда перед ним, немного помедлив, захлопнулась входная дверь, он почувствовал, что ему плохо. Плохо без Химчана. Если раньше он готов был блевать кровью от одного его вида, то теперь присутствие Кима в его жизни стало необходимостью… - Енгук-хён, - робко кашлянул Джело, – ты хотел нам что-то рассказать… Бан очнулся от собственных раздумий и, глупо заморгав, пробормотал: - Ах да, точно… Рассказать! Химчан показал мне кое-какие бумаги… Он систематизировал все лучшее, что каждый из нас успел сделать на сегодняшний момент, и… Ребята, у нас получилось создать базовый вариант вакцины. Конечно, ее еще нужно доработать, но… Он не успел договорить, как ему на шею с восторженным воплем кинулся Дехён: - Черт, с этого и надо было начинать, хён! Черт возьми, это же офигенная новость! Химчан-хён, - он бросился к вошедшему в комнату Киму. – Ты просто гений! Менделеев, Авогадро, Склодовская-Кюри! Химчан попятился и едва не упал под весом ошалевшего от радости донсена. Чоноп вскочил и осторожно поддержал его за плечи. Ендже аккуратно забрал у Кима бумаги и хмыкнул: - Последнее – самый приятный комплимент для хёна. Химчан поднял руки вверх: - Да тише вы! Это не моя заслуга, это наша общая победа! И потом, многое еще надо доработать… - Да, но это все вопрос времени. Идеальный базис у нас уже готов, - деловито сказал Джело, быстро просматривая бумаги через плечо Ендже. – Кто-нибудь знает, когда нам выделят лабораторию? - Господин Сон сказал, что завтра утром передаст мне ключи от оборудованного помещения, - сообщил Енгук, потянувшись, и украдкой посмотрел на Химчана. Черт, как же они будут работать вместе после всего случившегося? Ким, будто почувствовав его взгляд, обернулся. В черных, широко распахнутых глазах Бан словно увидел отражение собственных эмоций. И там же он будто прочитал ответ на свой невысказанный вопрос. Им по-прежнему будет легко. Заряд остался все тот же. Но вот что делать с той невероятной силой притяжения, от которой ему сейчас хочется взвыть и опрокинуть симпатичный журнальный столик, стоящий в центре собственной гостиной? Ендже довольно прищурился: - Отлично! Значит, завтра мы сможем приступить к доработке материала. Голос донсена ворвался гулом в зачарованное сознание, заставляя Енгука отвести глаза от Химчана. Ким встряхнул голову и быстро сказал: - Мы можем посмотреть бумаги и сегодня! Плюс, надо сходить на то место, где мы с Баном встретили оборотня и попробовать найти там какие-нибудь улики и… - И всем этим займемся мы, хён, - перебил его Чоноп, аккуратно закрывая крышку ноутбука. Дехён быстро переглянулся с Ендже и добавил: - Вы с Енгук-хёном и так вчера ночью натерпелись. Вам надо сходить куда-нибудь, развеяться, отдохнуть… Мы пока с Ендже посмотрим записи по формуле, а Чоноп и Джело сходят на ту лестничную клетку. - Но, - начал было Енгук, но Джело его прервал: - Все в порядке, хён. Мы справимся. Идите и отдохните, а то вы наверняка всю ночь не спали из-за пережитого страха. - Мда, - пробормотал Бан. Сказать, что он провел ночь не сомкнув глаз не из-за стычки с огромным волком, а из-за того, что из головы никак не выходили теплые губы, горячая нежная кожа и дикие, какие-то одурманенные бездонные глаза, было невозможно. Ендже шутливо взмахнул руками: - Благословляем вас! Идите и развлекайтесь! Тем более, как видно невооруженным взглядом, вы уже не шарахаетесь друг от друга. Идите! Енгук послушно пошел к входной двери. Химчан медленно поднялся с дивана и последовал за ним. Выходя из гостиной, Бан услышал тихий голос Дехёна: - Полярность поменялась… - Вопрос только, насколько, - вторил ему негромкий голос Ендже. Черт возьми, эти дети чересчур догадливы! Он вышел из квартиры и с наслаждением вдохнул свежий воздух. Бессонная ночь не прошла для него даром: Енгук чувствовал себя так, будто по нему хорошенько проехался огромный грузовик. Следом за ним вышел Ким и, не говоря ни слова, встал рядом. Воцарилось неловкое молчание. - А ведь я так и не отдал тебе плакат, - первым нарушил тишину Химчан. Напряжение спало. Енгук тихонько рассмеялся: - Знаешь, тебя как-то зациклило на бумажных девочках. Химчан хмыкнул: - Было бы странно, если бы меня циклило на живых мальчиках. Он осекся и замолчал. Енгук почувствовал себя персонажем пьесы абсурда. Последний раз ему было так неловко, когда он, учась в старшей школе, случайно вошел в женскую раздевалку после урока физкультуры. Прошло много лет, но громкий визг девочек, казалось, будет преследовать его всю оставшуюся жизнь. - Енгук… Тихий голос Химчана заставил его очнуться от старых воспоминаний. Он перевел взгляд на донсена. Ким повернулся к нему и сказал, теребя длинный рукав бежевого кардигана: - А поехали в Сеул. Ого… «Ким Химчан, не ожидал, что ты первый это предложишь», - подумал Бан. Он засунул руки в карман джинсов и фальшиво-бодро сказал: - Хочешь снять пару девочек в Каннаме? Химчан фыркнул: - Как же я могу изменить своим любимым бумажным 2NE1! – его глаза вновь стали серьезными. - Я не шучу, Бан. Ребята правы, нам надо на время уехать из этого чертового «SkyRise» и хоть ненадолго забыть обо всем. Просто пройтись по улицам, зайти и перекусить в какое-нибудь кафе, - его голос снизился, доходя практически до шепота. - И потом… В Сеуле полно народа, и там точно не будет места для громадного преследующего нас чудовища. Бан повнимательнее посмотрел на Кима. Несмотря на улыбку и беззаботное выражение лица, глаза Химчана смотрели немного нервно и испуганно, а руки были чуть сжаты в кулаки. Он все еще не может забыть встречу с той тварью. Бан ощутил непреодолимое желание взять Химчана в охапку, посадить в машину и увезти подальше от всего этого дерьма с нападениями на лаборатории и злобными мифическими созданиями. Только, скорее всего, Ким не оценит его порыва и сразу даст ему в глаз. - У тебя есть водительские права? – вместо согласия тихо спросил Енгук. Химчан ухмыльнулся: - Я вожу тачку с шестнадцати лет. – Он порылся в кармане и достал связку ключей. - Ну что, хён, поедем навстречу приключениям? ***** Вел Химчан очень хорошо. В меру быстро, ловко входя в повороты, осторожно лавируя между потоками машин, Ким довез их до Сеула меньше, чем за час. В пути они практически не разговаривали. Бан украдкой разглядывал Химчана: тот, казалось, вел машину машинально, пребывая в своем собственном мире. Интересно, он тоже вспоминает случившееся? И чувствовал ли он ту самую гамму эмоций, что испытывал сам Енгук? Ким аккуратно припарковал машину в маленьком переулке и повернулся к Бану: - Карета доехала до дворца. Золушка может идти на бал, но она должна помнить, что все приличные бары открываются только в восемь, и если она хочет хорошо надраться, то ей придется ждать до этого момента. С этими словами он вышел из машины. Енгук хмыкнул и последовал его примеру: - Надеюсь, под Золушкой ты подразумеваешь себя? - Ты, хён, больше тянешь на ту толстую крысу в колпачке, - отозвался Ким, нажимая на кнопку сигнализации. Фары мигнули, раздался тихий писк. Химчан положил ключи в карман кардигана и покосился на Бана: - Ну, что будем делать? - Не знаю, - ответил тот, пиная лежащий на мостовой булыжник. - Может, просто пройдемся по улицам и поговорим? Ким замер. Затем хмыкнул и тихо сказал: - Если бы я был тёлочкой, то, наверно, подумал: «Вау, звучит, как свидание!» - Но ты не тёлочка, поэтому думай, что мне просто впадлу идти с тобой куда-то, - неловко парировал Енгук. Ким легонько ткнул его в бок: - Тогда… Пойдем? Бан похлопал его по плечу: - Идем. Если хочешь, деточка, оппа купит тебе мороженое. - Пошел на хуй, Енгук-оппа. ***** - Ты завязал с баттлами? Они не спеша шли по набережной. Был теплый весенний день. Погода была достаточно хорошей, и на улицах было много людей, наслаждающихся солнечным днем. Мимо пробегали смеющиеся дети, на лавочках сидели переговаривающиеся аджуммы, на ступеньках пирса ворковали влюбленные парочки. Енгуку было спокойно и хорошо. Казалось, не существовало никаких проблем, которые надо срочно решить, никаких ненужных условностей и вопросов. Был только прекрасный день. И он, разговаривающий с Ким Химчаном. Он и Ким Химчан. И больше ничего, в принципе, и не надо. Услышав его вопрос, Ким тихонько рассмеялся: - Забавно, я хотел спросить тебя о том же, - он расстегнул молнию на кардигане и положил руки в карманы брюк. - С тех пор, как я занялся научной деятельностью, стало как-то не до этого. Эксперименты, исследования, бакалаврская работа… Какой хип-хоп, если у тебя вот-вот реакция пойдет, а ассистент до сих пор не добавил катализатор? – он с интересом повернулся лицом к Бану: - А ты? - Та же проблема. У меня были попытки продолжать, и пару раз я порывался съездить в клуб. Но с тех пор, как я начал работать в «SkyRise», стало как-то не до этого. Воцарилось молчание. Рядом с ними с громким смехом пробежал маленький мальчик, сжимающий в руках большой красный воздушный шар. Неожиданно Химчан тихо спросил: - У тебя никогда не было ощущения, что ты променял свою свободу на безликие склянки и препараты? Что без музыки жизнь стала серой и унылой, и ты будто потерял себя? Черт возьми, Ким Химчан, опять ты будто говоришь моими словами! - Было, - ответил Бан. Внезапно он потянулся к Химчану и взъерошил черные волосы на затылке. - Но потом в мою лабораторию пришел невъебенный мудак по имени Ким Химчан, и вся моя спокойная и скучная жизнь превратилась в один сплошной дешевый блокбастер с таинственными вервольфами, заговорами и бессонными ночами. - Так ты… Ты тоже не спал этой ночью? – тихо спросил Ким. Енгук мысленно выругался. Конечно, не спал. Как тут заснешь, когда перед глазами так и мелькает картинка: Химчан смотрит на него мутными глазами, облизывает влажные распухшие губы, их языки соединяет тонкая блестящая ниточка слюны... Блядь, как же это было развратно, пошло и необычайно охуительно! - Это было охуительно! Бан вздрогнул и вопросительно посмотрел на Кима. Тот хмыкнул и посмотрел на него с вызовом: - То, что случилось после атаки зверя… Это было просто охуительно. И я ненавижу тебя, ублюдок, за то, что мой лучший рэп-баттл был с тобой, мои самые захватывающие моменты в жизни были с тобой, и лучший поцелуй в моей жизни был с тобой, а не с какой-нибудь потрясающе красивой нуной. Твою мать! Это был хэдшот. Будто выстрел прямо куда-то под ребра, заставляющий кровь резко пуститься по венам, а все тело – онеметь от невероятно сладкого и тягучего напряжения. Притяжение стало невыносимым. - Знаешь что, Ким Химчан… Донсен остановился и уставился на него прищуренными глазами: - Небеса падают, Енгук… - Если бы не толпа людей на этой красивой и до безумия романтичной набережной… Я бы засосал тебя прямо здесь. One shot, headshot. Прямое попадание. ***** - Ты жрешь больше меня, - с удивлением констатировал Енгук. Они ужинали в маленьком итальянском ресторанчике. Был вечер, и в небольшом зале набилось немало народу. Химчан хмыкнул и, аккуратно, подцепив ложечкой кусок торта, изящным движением отправил его к себе в рот: - Готов поспорить, я и пью больше тебя. Сколько раз за всю жизнь ты был пьян? Енгук прищурился, вспоминая. Он отпил маленький глоток эспрессо и ответил: - Раза три точно. Первый раз был после выигранного крупного баттла. Второй – когда друга в армию провожал. А третий… Третий на выпускном. Химчан рассмеялся: - Пьяный Бан Енгук! Хотел бы я это увидеть! - Там не на что смотреть, поверь. Я просто несу бессвязный бред и отрубаюсь около ближайшего столба. - На обратном пути обязательно куплю несколько бутылок виски. И камеру. Чтобы записать и пересматривать холодными зимними вечерами. - Разве ты не смотришь сладкие дорамки такими вечерами, мармеладный мальчик? - А ты хочешь, чтобы я пришел к тебе в гости со своими плакатными 2NE1, чтобы они и твои SNSD из картона подружились? Бан подавил улыбку и окинул Химчана внимательным взглядом. Ким допивал из бокала красное вино и смотрел на него блестящими черными глазами. Бан хмыкнул: - По-моему, кто-то сам вот-вот напьется. - О, я в таком состоянии вполне адекватен. Я только лезу на столбы и начинаю танцевать стриптиз. - Сейчас же попрошу, чтобы нам принесли пару бутылок водки. Енгук жестом подозвал официанта: - Счет, пожалуйста. Тот кивнул и, поклонившись, ушел за барную стойку. Химчан полез в карман, нащупывая бумажник: - Так, сколько я тебе всего должен? - Нисколько, - ответил Бан, доставая пару крупных купюр. – Сегодня за ужин плачу я. Ким замер и уставился на него круглыми глазами. Затем хмыкнул: - Боюсь, ты что-то не понял, Бан. Я тебе не баба, чтобы платить за меня в кабаке. Может, ты как-то не так понимаешь ситуацию… - Боюсь, это ты как не так ее понял. – Енгук отдал официанту деньги и встал со своего стула, натягивая толстовку. - Я просто решил угостить своего… донсена, который сегодня ночью пережил не слишком приятное происшествие. В следующий раз платить будешь ты. - Под «неприятным происшествием» ты имеешь в виду нападение зверя, или… Бан не нашелся, что ответить. Они молча вышли из кафе и направились в сторону переулка, где была припаркована машина. Енгук шел и пытался хоть как-то собрать воедино разрозненные мысли. Разумеется, он не считал Химчана бабой. Химчан – это Химчан. Здоровый, молодой мужик, любящий вставить красивой девочке, ругающийся крепкими словечками не хуже самого Бана, с сильными руками, рельефным прессом, широкими плечами и… членом. Его личный лучший враг, соперник и коллега. Почему же теперь все так сложно и легко одновременно? - Эй, Бан? Химчан легонько коснулся его руки. Енгук остановился: - Давай пойдем и снимем номер в отеле? Ебать! Енгук подумал, что ослышался. Ведь не может такого быть, чтобы Ким Химчан сам, собственными губами, прямым текстом предложил ему… - Ты хочешь там поспать, чтобы не тратить время на дорогу? – приближаясь вплотную к Киму, спросил Бан. Дыхание стало тяжелым. Химчан смотрел ему прямо в глаза, не отрываясь. Изучая, завораживая, притягивая… - Так давай упадем на них вместе? Ким хрипло рассмеялся. Горячее дыхание опалило губы, заставив кровь нестись по телу с безумной скоростью. - Да, мне очень жаль тратить на дорогу целых полчаса… Серьезно, Енгук. Только не говори, что ты тоже не думал об этом. Что ты тоже этого не чувствовал. - Одинаковые заряды, - шепотом ответил Бан, касаясь кончиком носа щеки Химчана. Ким слабо усмехнулся: - Сила притяжения… Они притягиваются друг к другу. Сильно, намертво, неотвратимо. Енгук крепко сжал пальцами тонкое запястье чужой руки. И почувствовал, как его кисть аккуратно поглаживают чужие мягкие пальцы. Они с Химчаном слишком похожи. Поэтому с ним так легко. И зачем тратить время на ненужные слова и условности, когда знаешь, что вы оба этого хотите? Ведь не зря, придя домой и мучаясь от бессонницы, Енгук не выдержал и включил ноутбук. Тогда пальцы на автомате вбили нужные слова в поисковую строку. Однополый секс. Секс между мужчинами. Енгук прекрасно знал, как следует ебать девочек. Ни одна из них не уходила от него неудовлетворенной, ибо Бан четко понимал, что и как нужно сделать, чтобы кончить самому и заставить кончить свою партнершу. Но Химчан отнюдь не был девочкой. Он был здоровым парнем, и не факт, что он бы согласился, чтобы ему вставили. Но, видит Дьявол, секса с ним Бан хотел просто до изнеможения. До такой степени, что готов был даже на чужой член в собственной заднице. В гейском сексе, судя по статьям в Интернете, не было ничего красивого и романтичного. Сложно найти романтику в том, что кому-то что-то суют в анус. Но, если это будет Ким Химчан… Срать на все, это будет правильно. И хорошо. - Пойдем, - хрипло сказал Бан, легонько толкая Химчана в бок. – Я знаю один love-отель неподалеку. Ким хмыкнул и отстранился: - Сразу видно, любишь потрахаться в укромных местечках. Енгук закатил глаза и пошел вниз по улице. Они миновали еще пару кварталов и завернули за угол. Показалось небольшое светло-серое здание с призывно горящей розовым светом вывеской. Химчан прищурился и прочитал: - Отель «Обитель страсти»… Блядь, Енгук, что за идиотское название?! - Это Love-отель, они всегда так называются. - Действительно… Они зашли внутрь. За увитой искусственным плющом стойкой стояла симпатичная, но густо накрашенная девушка с ярко-рыжими волосами. При виде них она оживилась и прощебетала: - Здравствуйте-здравствуйте! Добро пожаловать в «Обитель страсти», у нас Ваши фантазии становятся реальностью! Вам номер на двоих? - Да, - отозвался Химчан, глядя на Бана и вытаскивая бумажник. - Я заплачу. Ты платил за еду, я – за развлечения, логично же. Девушка продолжала мило улыбаться: - Какой хотите номер? «Африканские джунгли», «Средневековый экстаз», «Японский храм»? А может, - она понизила голос, - Вам нравятся вещи пожестче? Енгук вспомнил пирсинг в соске Химчана и хмыкнул. Ким поспешно сказал: - Нет, нам, пожалуйста, обычный номер, без всяких изысков. Расплатившись, он взял ключ, украшенный пошлым блестящим брелоком в виде сердца, и обернулся к Бану. - Идешь? Назад пути не было. Да и не очень-то и хотелось отступать. Енгук кивнул. Они медленно поднялись по лестнице и остановились возле двери, выкрашенной в ярко-красный цвет. - «Нежная классика», - прочитал Бан надпись на табличке и рассмеялся. Химчан поморщился: - Блядь, звучит, будто название какого-нибудь йогурта или шоколадки. Он осторожно отпер дверь и отступил назад, пропуская Енгука вперед. Енгук выдохнул и зашел внутрь. Комната была небольшой. Почти все пространство занимала огромная двуспальная кровать, накрытая алым покрывалом. Стоял маленький комод, а на стене висел большой телевизор. Чуть поодаль в углу находился мини-бар. Химчан заглянул туда и достал бутылку шампанского. - Будешь? Енгук кивнул. Ким достал из ящичка комода штопор и, ловко скрутив пробку, разлил золотистую жидкость по бокалам. Затем подал один Бану и пробормотал, выпивая сразу полбокала: - Если честно, то я бы с большим удовольствием ебнул виски. Енгук залпом допил своё шампанское: - Честно сказать, я бы тоже. Повисло неловкое молчание. Бан аккуратно поставил бокал на тумбочку и попытался придумать, с чего начать разговор. Он развернулся к Химчану и начал: - Ты… Слова, которые он так старательно подбирал в затуманенной волнением и алкоголем голове, испарились без следа. Черные глаза смотрели на него в упор. Молочно-белая кожа, щеки слегка покраснели от выпитого, чертова лебединая шея… Да и на кой черт вообще нужны какие-то слова?! - Небеса падают, Енгук. Не прерывая зрительного контакта, Ким медленно подошел к нему вплотную. Длинные пальцы легонько коснулись ворота его толстовки. Реальность словно перестала существовать. Все смешалось воедино: незнакомая комната, горящий «SkyRise», голос, шепотом говорящий ему те самые слова… Все слилось в одно разноцветное радужное пятно, а перед глазами был только один Химчан. Частицы столкнулись. Реакция стала невероятно сильной. Поток выделившейся при контакте энергии практически бесконечен. Енгук подался вперед, находя своими губами чужие губы и почти физически ощущая, как сгорает дотла. Какая ему разница, упадут ли небеса? Горячий язык коснулся его губ, вторгаясь в распаленный и жаждущий рот. Химчан обхватил одной рукой его шею, притягивая ближе, стремясь сократить до минимума такое мешающее сейчас расстояние. Енгук мягко прошелся пальцами по плечам, ключицам, легонько поглаживая не скрытую кардиганом молочно-белую кожу. Руки блуждали по телу, огладив поясницу и, наконец, крепко сжав чужие бедра, притягивая еще ближе и вызывая глухой стон прямо в собственные распухшие влажные губы. Поцелуй становился все жестче, яростнее, кровь кипела в венах, звериное невыносимое желание затуманивало разум. Енгук почувствовал, как Химчан крепко обнимает его и тянет за собой. С легким шорохом они упали на широкую кровать. Если он упадет на них следом? А поскольку Автор - жуткая обломщица, продолжение – в следующей главе!^^