Военная хроника ещё одной маленькой девочки.

Когда ты попадешь в мир, чьё будущее тебе известно, главное выжать из своих знаний всё, что можно. Да я не в поттериане и тут нет выручай комнаты, которую можно разграбить, я не в эффекте массы, где вписавшись в отряд Шепарда мог блистать тактическим гением, зная наперёд все битвы, я даже не в мире даттебаё парня желающего стать хокаге. Я попал в мир, где всё вращается вокруг Танечки, но это не значит, что я не смогу навариваться на своих знаниях. Я украду все её заслуги и заработаю свои собственные, конечно придётся поработать, но мир перед первой мировой всё же отстаёт от моего, и я этим воспользуюсь. Но это всё потом, а сейчас мне нужно просто учить, учиться и ещё раз учиться. И быть внимательным в своих речах, что бы не заподозрили в связях с комми.

***

Дни в учебке текли однообразно и вяло. По крайней мере так считало большинство курсантов. Мне же в отличии от них было совсем не скучно. Каждый день я старался узнать об Империи и её соседях как можно больше. Каждый день я изучал военную машину фатерлянда, что бы найти в ней вещи, которые можно исправить. Я не надеялся, что это поможет победить в войне, я надеялся, что это поднимет меня на верх. И хотя я не смог бы как Дегуршаф находить лазейки в мировом праве, но я как диванный милитарист, вполне мог дать ей фору по другим пунктам. К сожалению всё оказалось не так уж и просто. Трудно быть экспертом, когда пишешь не коментарии в интернете, а реальные доклады, рассматривать, которые будут серьёзные люди при больших погонах. И ведь у них уже есть система, которая работает, а мои идеи совсем не стандартные и выгода от них не всегда очевидна. Я знаю основную формулу блицкрига, но вот слова:"да стопудово сработает, в моём мире так и было!", это сомнительный аргумент. Так, что я изучал мат часть, а не строчил доклады к генералитету. Весьма нудное занятие знаете ли. Так или иначе, но мне приходилось уделять не мало времени и на социализацию. И если в приюте мой ментальный возраст помогал мне возвыситься в качестве лидера, то тут я не могу завоевать авторитет красивой сказкой или сделанной из подручных средств куклой. Здесь ко мне относились как к маленькой девочке и я в отличии от гордого самурая использовал это по полной. На пример, когда наш инструктор спросил откуда я тут такая взялась, я не стал с каменной рожей декламировать адрес приюта. Я смиренно опустил голову и печально, но твёрдо поведал о том, что я сирота, под конец мужественно подавив подступающий к горлу ком, которого там конечно же не было, я браво поведал о том, что хочу сражаться за своё отечество. Меня конечно спросили откуда я, а не зачем я здесь, но моя игра была достаточно хороша, что бы окружающие прониклись и не стали обращать на это внимание. Такова была моя стратегия. Конечно, пришлось постараться, что бы мои успехи не считали за чистый "блат". Но в конце концов, удача мне улыбнулась. Тут я одолжил кому-то свои конспекты, там удачно сыграл дурочку заставив всех хохотать над детской непосредственностью, а где то на оборот показал себя с лучшей стороны, добиваясь успеха там, где результат нельзя было оспорить. И вот через месяц у меня оказалось довольно много приятелей и несколько подруг. По учёбе я был на первом месте и никто не мог сказать, что это не заслуженно. Да и вообще, обижаться на меня нельзя я ведь такая милашка. Где-то сострою глазки, где-то мило улыбнусь, где-то весело играю в догонялки с собакой начальника училища, а где-то беззаботно, естественно на показ, уплетаю мороженное или напеваю песенку. Милая маленькая девочка, способная пристрелить врага с километра. Мои дни в учебке были довольно насыщенными. Я знал, что Дегуршаф написала доклад по логистике, так, что это было первое направление в котором, я работал. И хотя мне пришлось молиться, что бы вспомнить свой курс университета, я был благодарен самому себе, что делал презентацию именно на тему военной логистики. Но просто усовершенствования логистики мне показалось мало. И я решил раскритиковать основную доктрину Империи. Не то, что бы мне о ней сообщали, но основной план был довольно очевиден. Я составил огромный доклад, в котором указывал, что в случае войны с несколькими противниками, достичь стратегического успеха, используя текущий план, не выйдет. Основная суть этого плана, так называемой доктрины "внутренних линий" состояла в том, что пока гарнизон на границе сдерживает противника, центральные части выдвигаются к ним на помощь и мощными ударами выводят врага из строя, после чего отправляются к следующему фронту, и так пока не одержат абсолютную победу. Ставка была сделана на развитую сеть путей сообщения, которые должны позволить быстро перебрасывать армию к фронту. Я старательно указывал в своём докладе, что гарнизоны сдерживания не смогут эффективно противостоять наступающим армиям, как минимум в случае войны на всех фронтах. Я не мог предложить что-то более эффективное, разве, что превентивный удар по Дакии, но старательно пытался дополнить доктрину. Я указывал, что в случае войны на несколько фронтов, стратегически выгодно, будет отступить с полуострова Легадонии Антанты и позволить морю разделить нас, ведь их флот был на много хуже Имперского и они не смогут провести высадку. В случае Союза Руси я предлагал нанести несколько контр атакующих ударов силами, заблаговременно расположенных резервных механизированных частей, которые создав несколько окружений, рассеят атакующие части противника и уничтожат их. К тому времени внутренние резервы подоспеют как раз вовремя, что бы окончательно сломить сопротивление окружённых частей и начать массированную атаку на противника, не давая этой огромной стране собрать резервы. В случае Республики Франсуа, я предлагал отступить в глубь страны оставив узловые точки обороны, к которым следовало заранее провести подземные пути сообщения, и позволив республиканцам выйти на заранее пристрелянные огневые позиции, создать ряд огневых карманов, в которых они и потеряют основную массу своих атакующих сил. Конечно это план в общих чертах, и полноценный доклад составил не хилую кипу бумаг, в которых я тщательно описывал, что и как следует сделать, какие ресурсы привлекать и как именно стоит вести логистику. Я и не надеялся, что командование переведёт механизированные части ближе к восточной границе или начнёт строительство узловых фортов на западе. И я был абсолютно уверен, что никто не отступит с Легадонского полуострова. Но я маленькая девочка, которая не понимает, что честь стоять насмерть для солдата, лучше всякой жизни. Поэтому этот огромный доклад был составлен на будущее, что бы я мог сказать:"А я же вам говорила!" И конечно, зная, что из всего плана командование заинтересуется только логистикой, я вынес её в отдельное приложение, где в подробностях расписал и необходимость стандартизации и систему градации складов. Этот огромный доклад я готовил весь свой учебный год и специально выкатил его под конец, в надежде, что это добавит мне ещё несколько очков перед лицом командования. И так как работа была сделана, то у меня появилось свободное окно. Моя жизнь в училище была довольно чётко расписана. Помимо распорядка свободное время я тратил на общение с сокурсниками, подготовку доклада и прогулки. В основном я гулял в воскресенье, приходя на утреннюю службу в местный храм, а потом просто прогуливался до обеда, возвращаясь к работе над планом вечером. Это был конец года и нового материала в учёбе не было, мы просто повторяли всё пройденное. Естественно, что я всё это выучил на отлично и повторение уже не было матерью учения, потому как я и сам мог пересказать лекцию наизусть не хуже нашего инструктора. А в своих прогулках я обошёл почти весь город и теперь мог смело браться за работу таксистом. Сокурсник усиленно готовились к аттестации и не тратили много времени на отдых. Так, что я думал чем бы себя занять. Я конечно помогал с учёбой своим знакомым, но и это не съедало достаточно времени, а праздно шататься по округе, раздражая своим довольным видом окружающих я не рисковал. Конечно я мог просто засесть за очередной "план", но я уже устал копаться в библиотеке обложившись стратегическими картами. Я так часто там бывал, что от меня уже несло книжной пылью. Не желая мозолить глаза, когда все на взводе, я принял стратегическое решение съездить в приют. Я не был там уже год и был на хорошем счету у наших командиров, так, что состроив умоляющею рожицу перед офицерами, и слёзно рассказав как я соскучился по своим друзьям, я получил дополнительные два дня увольнительной, что в сумме с выходным днём воскресеньем давало мне три дня на дорогу и посещение приюта. Хоть я и курсант, но я всё же и маленькая девочка, так, что в нагрузку мне выдали девушку со старшего курса дополнительной подготовки. У неё была семья в том же городе, что и мой приют, так, что она была рада поехать со мной. Наше военное училище располагалось в пригороде небольшого городка на юге от столицы, а приют был в пригороде оной. Дорога прошла вполне комфортно, и если бы моя сопровождающая не пыталась напичкать меня сладостями, всё было бы вообще прекрасно. Может она просто чувствовала вину, что едет к родным а я в приют? Или просто так выражала свою благодарность за этот наш общий отгул? Или может я всё таки слишком милый? Скорее всего и то и другое, но к счастью мне удалось убедить её, что ей лучше передать сладкое в приют. В остальном она болтала о всякой ерунде типичной для девушек, так, что я старательно тупил, так как маленький ещё и вообще не разбираюсь о чём идёт речь, что кстати было правдой, ведь откуда мне знать какие платья и какого кроя сейчас в моде? Я носил обноски в приюте и форму курсанта, а всё, что я видел это учёба, тренировки и небольшой городок. В конце концов, мы таки добрались до нужного места и сдав меня на руки настоятельнице, моя сопровождающая отчалила по своим делам. В приюте я прекрасно провёл время, меня ещё не забыли и с удовольствием слушали мои истории об училище, конечно всё сводилось к наивным детским вопросам и единственное место где я слукавил, это разговор о кормёжке. Я не хотел, что бы эти дети ведомые голодом, стали массово записываться в учебку, в конце концов мне не восемь лет и я прекрасно понимаю, когда я могу быть ребёнком, а где с меня спросят по всей строгости. Тихонько передав настоятельнице храма пожертвования сэкономленные из своего денежного довольствия, я попрощался со своими знакомыми и получив благословение уехал назад. В дороге я много думал о том, что могу сделать для этих детей. Я конечно не мать Тереза, но маленькую милашку в моём лице довольно часто угощали за помощь с некоторыми работами и за возможность переписать конспекты, так что деньги я почти не тратил. И вполне мог помочь финансами родному приюту. В армии и кормят и поят, а так как ни курить ни пить я не могу, равно как и применять всё это для обмена, люди не поймут, то вложиться в сиротский приют неплохая затея. Кто знает как оно дальше повернётся, может когда ни будь мне будут нужны верные люди, а там малышня есть и постарше меня. И хотя не все из них будут мне искренне помогать, но вот парочку подопечных я вполне в состоянии для себя найти. В любом случае это долгосрочное вложение, которое не требует от меня чего-то особенного. Просто отдать излишки финансов, я ведь всё равно не планировал покупать недвижимость, зная, что во время войны она может быть уничтожена, а открыть собственный бизнес, служа в армии и будучи не совершеннолетним, задача не из простых и мне с этим явно не справиться.

***

Полковник Вальсбург сидел в своём кабинете начальника третьего учебного корпуса магов и читал доклад, который составил один из курсантов. В том, что курсанты составляли доклады, не было ничего особенного. Считалось, что человек ещё не приученный полноценно думать армейскими стандартами, вполне может выдать оригинальную идею. Для это курсанты регулярно занимались подобной работой на множестве занятий, разбирая те или иные боевые ситуации и некоторые не секретные операции. Наиболее интересные работы попадали на стол к нему, и он с высоты своего опыта давал им оценку. Но то, что полковнику читал на этот раз, было далеко от простого доклада. Начиная от его темы и заканчивая его автором, это была не простая работа. Пожалуй, стоило отдельно поблагодарить составителя, за то что она сделала оглавление, и постоянные ссылки на те или иные приложения, которые по объёму составляли половину доклада. Проделанная работа впечатляла. Маленькая девочка критикует генеральную доктрину центрального командования, звучит забавно, но полковнику совершенно не хотелось смеяться. Все выводы приведённые в работе были составлены не на пустом месте. Имело место быть множество предположений автора, который естественно не имел доступа ко всем данным штаба, но то, что они были весьма близки к истине немного пугало. Если на секунду представить, что где то в другой стране есть человек, который имея те же данные, а данные из доклада были общедоступными, смог бы так же верно составить свои планы, то это пугало. Конечно, этот доклад не открывает новый взгляд на войну и не переворачивает доктрину полностью с ног наголову, но он был намного более подробным и оригинальным в сравнении с планом генерального штаба. Вальсбург бывалый военный, и он поддерживал доктрину "внутренних линий" целиком и полностью. Но и не обратить внимание на такую работу он не мог. Его решение было отправить доклад вместе со своими выводами прямиком к центральному командования, и сделать приложение с данными о его составители. Как раз закончилась аттестация, по результатам, которой автор заняла второе место во всём корпусе, уступая первенство, лишь из за оценки "хорошо" по физической подготовке. Для её возраста это был превосходный результат и кто знает каких высот она сможет добиться в будущем? Полковник был человеком чести, и у него были свои принципы. Поэтому, он не задумываясь, отправил доклад прямиком к своему знакомому генералу Зеттуру, уж он, то как ни кто сможет оценить эту новаторскую работу.