Синий котёнок
1 декабря 2020 г., 16:53
Тсунагу вздохнул, попробовал не обращать внимания на прожигающий его затылок взгляд, провалился, отставил кружку и повернулся.
— Что такое, Даби? — Тойа, который понял, что его заметили – бог ты мой, как тебя можно не заметить?! – и упал с дерева, на котором сидел.
Он действиельно собирался наблюдать за Топ Джинсом, героем номер два, с дерева рядом его домом? Боже мой, Тодороки действительно ненормальные, как он мог не поверить Катсуки.
— Почему вы все такие проницательные? — проворчал Даби, сев рядом сХакаматой и сняв с себя последнюю веточку акации. — Инко-сан заметила меня ещё до того, как я сел в позицию.
— Этим она и пугает, — подтвердил Тсунагу, всучив горемычному сыну – потому что вероятность свадьбы тройки «абью—абью-у-уз» увеличивалась с каждым днём – кружку молока и шоколадку.
— Почему мой набор еды напоминает детсадовский? — спросил Тойа, иронично приподняв бровь. — Клянусь, я не видел его уже лет двадцать, а мне двадцать один.
— Потому что Катсуки воспринимает шоколад, как воду, и поглощает его со скоростью, с которой Всемогущий пьёт кофе, — отмахнулся Тсунагу, вновь отпив из чашки. — Зачем ты вообще пытался следить за нами?
— Не знаю, — пожал плечами Тойа. — Мама давно не появлялась дома, а я не общался с ребятами из-за перехода в категорию «Виджиланте», так что это показалось мне хорошей идеей.
Боже мой. Тодороки.
— Ты безнадёжен в человеческих отношениях, — признался Тсунагу, уронив голову на ладони. — Что ты хотел сделать, что тебе понадобился ответственный взрослый, который обладает мозгом и является героем?
Даби тяжело вздохнул, помотал головой и достал из кармана плаща гараж кит с фигуркой «Zeroine». Б о ж е м о й , Т о д о р о к и. Хакамата сдался, вздохнул и сказал:
— Ладно, тащи сюда воду, помогу собрать фигурку Рей-сан.
Тойя зажёгся и унёсся в сторону ванной.
Тсунагу всё ещё не понимал эту семью. Почему они такие сложные?
Примечания:
Это экстра-драбблы, серьёзно. Клянусь, я не собираюсь оставлять их статусе «в процессе» больше, чем на три дня. (А потом они раздуются в двадцатистраничную махину, я себя знаю